https://wodolei.ru/catalog/dushevie_paneli/s-dushem-i-smesitelem/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Навстречу выбежала старая монахиня, справилась о здоровье Баоюя и приказала одной из монашек принять поводья. Неожиданный приезд Баоюя показался настоятельнице истинным чудом, как если бы вдруг с неба спустился дракон.
Войдя в храм, Баоюй не стал кланяться статуе богини реки Ло, лишь мельком на нее взглянул. Вылепленная из глины, статуя тем не менее казалась прекрасной:
Вот-вот взметнется и взлетит, как лебедь,
Когда он вспуган, всполошен.
Изысканна в движеньях, горделива,
Как в небесах кружащийся дракон.
Из волн зеленых выплывает,
Как нежный лотоса цветок,
При ней и солнце заиграло,
Рассветом озарив восток.
Непрошеные слезы покатились по щекам Баоюя.
Старая монахиня поднесла ему чай. А он попросил ее дать на время курильницу. Монахиня удалилась, и ждать пришлось довольно долго. Наконец она возвратилась, неся не только курильницу, но и бумажные изображения животных, сжигаемые при жертвоприношениях. Баоюй взял только курильницу, отдал Бэймину, и они отправились во внутренний сад, чтобы выбрать место почище.
Они долго искали, и Бэймин наконец предложил пойти к возвышению у колодца. Там он поставил курильницу и отошел в сторону. Баоюй вытащил из сумочки благовония, зажег, молча, со слезами на глазах, отвесил несколько поклонов, затем обернулся к Бэймину и приказал убрать курильницу.
Бэймин кивнул головой, но курильницу убирать не стал, опустился на колени, совершил несколько поклонов и принялся бормотать:
- Я, Бэймин, несколько лет служу второму господину Баоюю и знаю все его заветные думы и желания. Но сегодня он мне не объяснил, зачем ему понадобилось совершать жертвоприношение, а расспрашивать его я не осмелился. Неведомый дух, принимающий эту жертву! Я не знаю твоего имени, но уверен, что когда-то ты жил у нас в доме, был девушкой, умной и непорочной, даже на небе никто не мог с ней сравниться. Второй господин Баоюй не в силах словами выразить свои чувства, и я молю тебя за него: если у тебя добрая душа и ты знаешь, что наш господин только и думает о тебе, навещай его как можно чаще. Ты сейчас в царстве тьмы, сделай же так, чтобы второй господин в своей будущей жизни воплотился в девушку и мог с тобой играть. Так вам обоим было бы интересно. - Произнеся это, Бэймин снова несколько раз поклонился и поднялся с колен.
- Не болтай глупостей! - крикнул Баоюй, не сдержав улыбки, и легонько толкнул Бэймина ногой. - Люди услышат, смеяться будут!
Бэймин взял курильницу и, следуя за Баоюем, сказал:
- Вы ведь не успели поесть, и я велел монахине собрать на стол. Из дома вы сбежали, потому что там сегодня большой пир, а вам захотелось побыть в тишине. Но зачем же оставаться голодным?
- Это ты прав, - согласился Баоюй. - Без вина и спектакля можно обойтись, а вот поесть не мешало бы.
- Об этом я и толкую, - заметил Бэймин. - Не забудьте только, что ваша бабушка, матушка и все остальные беспокоятся. Поэтому вам следовало бы вернуться пораньше! Да и что здесь делать? Жертвоприношение вы совершили. Вы можете не участвовать в развлечениях, дело ваше, но старших надо уважать. Иначе дух, которому вы только что принесли жертву, и тот лишится покоя.
- Я все понял, - ответил Баоюй. - Ты боишься, как бы вину за то, что я уехал, не взвалили на тебя, и теперь придумываешь причины, чтобы увезти меня поскорее отсюда. Но я ведь не собираюсь задерживаться. Долг свой я выполнил, а теперь хочу вернуться домой, пить вино и смотреть представление.
- Вот и прекрасно! - воскликнул Бэймин.
Они вошли в молитвенный зал. Старая монахиня уже расставила на столе простые кушанья из овощей. Баоюй и Бэймин перекусили, сели на коней и поскакали в город.
- Держитесь покрепче, второй господин! - то и дело кричал Бэймин, ехавший позади. - Лошадь ведь необъезженная!
Они довольно скоро добрались до города. Баоюй проскользнул черным ходом в сад и побежал во двор Наслаждения пурпуром. Сижэнь дома не было, лишь несколько старых служанок. Увидев Баоюя, они просияли от радости.
- Амитаба, наконец-то! - не переставали восклицать служанки. - Барышня Сижэнь места себе не находит от беспокойства. Только что все сели за стол, идите же скорее, господин!
Баоюй быстро переоделся и спросил у служанок:
- Где устроили торжество?
- В большом расписном зале, том, что недавно выстроен, - ответили служанки.
Еще издали до слуха Баоюя донеслись звуки свирелей и флейт. Миновав проходной зал, он вдруг заметил Юйчуань, которая в одиночестве сидела на террасе и плакала. Заметив Баоюя, она вздохнула и, прищелкнув языком, воскликнула:
- Ах! Наконец-то явился феникс! Поторопитесь, не то испортите все веселье!
- Не догадываешься, где я был? - спросил Баоюй.
Юйчуань, будто не слыша, принялась утирать слезы. Очень недовольный, Баоюй вошел в расписной зал, поклонился матушке Цзя и госпоже Ван. Его приход и в самом деле был воспринят так, как если бы вдруг появился феникс.
- Откуда ты? Почему так поздно? Почему не поздравляешь свою старшую сестру? - засыпала его матушка Цзя вопросами и обратилась к Фэнцзе: - Твой братец совершенно не понимает приличий! В доме такое важное событие, а ему хоть бы что! Взял да сбежал. И никому ни слова! Если такое повторится, я пожалуюсь отцу, когда тот вернется, - пусть хорошенько его поколотит!
- Поздравление - это ладно, - сказала Фэнцзе. - А вот уехать не спросившись, не взяв с собой провожатых, брату Баоюю никак не следовало! На улицах полно повозок, лошадей, могут задавить. К тому же людям нашего круга необходимо строго соблюдать приличия!
- Почему слуги делают все, что он хочет? - возмущенно произнесла матушка Цзя. - Едут, куда ему вздумается, не доложив об этом!.. Где ты был? Ел что-нибудь? В дороге с тобой ничего не случилось?
- У Бэйцзинского вана умерла любимая наложница, - стал оправдываться Баоюй, - и я поехал выразить ему соболезнование. И так он плакал и убивался, что я не мог сразу его покинуть.
- Смотри, больше не уезжай тайком! - сказала матушка Цзя. - Не то в самом деле пожалуюсь отцу!
Баоюй обещал.
Матушка Цзя хотела распорядиться, чтобы поколотили слугу, который сопровождал Баоюя, но ее принялись отговаривать:
- Не сердитесь, почтенная госпожа! Баоюй обещал, что такое больше не повторится. Ничего не случилось, он дома, так что давайте лучше повеселимся!
Стоило матушке Цзя увидеть Баоюя, как гнев ее моментально сменился радостью.
Вскоре пришла Сижэнь. Все успокоились и продолжали смотреть представление.
Актеры показывали пьесу «Терновая шпилька». Матушка Цзя и тетушка Сюэ то плакали, то смеялись, то выражали негодование, будто все это было не на сцене, а в жизни.
Если хотите узнать, чем окончился праздник, прочтите следующую главу.
Глава сорок четвертая

Непредвиденная случайность вызывает у Фэнцзе ревность;
после пережитой неприятности Пинъэр приводит в порядок свой туалет
Итак, Баоюй и сестры смотрели пьесу «Терновая шпилька».
В начале акта «Муж совершает жертвоприношение» Дайюй сказала Баочай:
- Этот Ван Шипэн какой-то странный: не все ли равно, где устраивать жертвоприношение? Зачем бежать на берег реки! Недаром гласит пословица: «Глядя на вещь, вспоминаешь о ее хозяине». Ведь у всех вод Поднебесной источник один, поэтому можно без опасений в любом месте набрать чашку воды, поплакать над ней и так излить свои чувства.
Баочай ничего не ответила, а Баоюй, слышавший эти слова, очень смутился.
А теперь расскажем о матушке Цзя. Ей очень хотелось, чтобы в день своего рождения Фэнцзе хорошенько повеселилась. Сама она вскоре покинула пиршественный зал, прилегла на тахту и вместе с тетушкой Сюэ продолжала смотреть пьесу. Перед ними стоял маленький столик, на столике - блюда с излюбленными яствами. Они то лакомились, то беседовали между собой. Блюда с больших столов отдали служанкам, и они могли есть на террасе, как вздумается, не соблюдая этикета. Госпожа Ван и госпожа Син расположились за высоким столиком, а барышни - на циновках снаружи.
Вскоре матушка Цзя позвала госпожу Ю и сказала:
- Пусть Фэнцзе сядет на возвышение, а ты ей прислуживай, не ленись! Обязанности хозяйки возьмешь на себя, Фэнцзе надо отдохнуть - круглый год она трудится изо всех сил.
- Она говорит, что не привыкла сидеть на почетном месте, - ответила госпожа Ю, - что на возвышении чувствует себя стесненно и даже выпить не может в свое удовольствие.
- Я сама ее усажу, раз ты не можешь, - заявила матушка Цзя и позвала Фэнцзе.
- Не верьте ей, бабушка, я уже выпила несколько чарок! - воскликнула Фэнцзе.
Матушка Цзя засмеялась и приказала госпоже Ю и служанкам:
- Отведите ее и усадите на стул, и пусть каждая из вас в знак уважения поднесет ей кубок. Придется и мне идти к ней на поклон.
Госпожа Ю улыбнулась, подхватила Фэнцзе под руку, усадила как было приказано, наполнила вином кубок и промолвила:
- Ты целый год трудишься, всячески угождаешь старой госпоже, госпоже Ван и мне, единственное, чем я могу выразить тебе свою признательность, это собственноручно поднести тебе кубок! Выпей из моих рук, хоть глоток!
- Если ты искренне желаешь выразить мне свое уважение, встань на колени, тогда я выпью, - лукаво улыбнулась Фэнцзе.
- Опомнись, кому ты это говоришь! - воскликнула госпожа Ю. - Впрочем, пусть будет по-твоему. Но только сегодня. Не думай, что так будет всегда! Зато в наказание я заставлю тебя выпить два кубка!
Отказаться было нельзя, и Фэнцзе пришлось согласиться. Затем все барышни поднесли ей по кубку - из каждого Фэнцзе отпила по два глотка. Матушке Цзя это понравилось. Она привела старых мамок, которые тоже принялись потчевать Фэнцзе вином. Чтобы никого не обидеть, Фэнцзе пила и пила. Но когда дошла очередь до Юаньян, Фэнцзе взмолилась:
- Милые сестры, пощадите! Отложим на завтра! Я непременно выпью!
- Неужели мы не заслужили твоего уважения? - обиженно произнесла Юаньян. - Сама госпожа и то не пренебрегает нами. Все тебя просят, а ты ломаешься. Может, не стоило мне сюда приходить… Не будешь пить, мы уйдем! - с этими словами Юаньян повернулась, но Фэнцзе ее удержала.
- Дорогая сестра, я выпью!..
Она взяла у Юаньян кубок, осушила до дна. Лишь после этого Юаньян успокоилась, и пир продолжался.
Захмелев, Фэнцзе почувствовала сердцебиение и решила пойти к себе отдохнуть. Но в этот момент появились фокусники, и Фэнцзе обратилась к госпоже Ю:
- Приготовь для них деньги, а я пойду проветрюсь.
Госпожа Ю кивнула. Улучив момент, когда на нее никто не смотрел, Фэнцзе встала из-за стола и через внутреннюю дверь вышла на террасу. Пинъэр выскользнула следом за ней. Фэнцзе оперлась о ее плечо, и они пошли по проходному залу. Там у выхода они заметили служанку, которая при их появлении бросилась бежать. В душу Фэнцзе закралось подозрение, и она окликнула девушку. Та, будто не слыша, продолжала бежать. И вернулась, лишь когда Фэнцзе окликнула ее несколько раз.
Подозрения Фэнцзе усилились. Она вернулась в проходной зал, велела служанке открыть ставни, чтобы было светлей, села на ступени и приказала служанке опуститься на колени.
У служанки от страха душа ушла в пятки, она плакала в голос и стала просить о пощаде.
- Ты почему убежала? - спросила Фэнцзе. - Я ведь не злой дух.
- Я вас даже не видела, госпожа, - сквозь слезы отвечала девушка. - Просто вспомнила, что в комнатах не осталось никого из служанок, вот и побежала.
- А сюда зачем приходила, раз в комнатах никого нет? - продолжала допытываться Фэнцзе. - И почему не остановилась, когда мы с Пинъэр тебя звали? Оглохла, что ли? Ведь не так далеко ты была! Лучше не отпирайся, говори правду.
Фэнцзе дала служанке две звонкие пощечины, та даже покачнулась, щеки вспухли и покраснели.
- Госпожа, не так сильно, пожалейте свою ручку! - сказала Пинъэр.
- Тогда бей сама, - приказала Фэнцзе, - и спроси, почему она хотела от нас убежать. Не признается - велю прижечь ей язык!
Услышав это, служанка едва не умерла от страха и крикнула:
- Это второй господин Цзя Лянь велел мне следить за вами и, если вы уйдете с пира, сразу сказать ему. Но вы появились так неожиданно, что я растерялась!
Фэнцзе, заподозрив неладное, снова спросила:
- Зачем это господину понадобилось за мной следить? Неужели он боится, что я приду домой? Что-то тут не так! Говори, тогда пощажу! А не скажешь, велю вырезать у тебя кусок мяса!
Она вытащила из головы шпильку и с силой ткнула ею прямо в лицо служанки.
Охнув от боли, служанка вскричала:
- Я все расскажу, госпожа, только не выдавайте меня!
Стоявшая рядом Пинъэр утешала девушку, торопя поскорее рассказать все, что она знает.
- Второй господин Цзя Лянь только что пришел домой, вынул из ящика два слитка серебра, две головные шпильки, два куска шелка, велел отнести жене слуги Баоэра и передать, чтобы она пришла к нему, - сказала служанка. - Жена Баоэра приняла подарки и вскоре пришла. Тогда второй господин велел мне дождаться, когда вы будете возвращаться с пира, и сказать ему. Больше я ничего не знаю.
Фэнцзе задохнулась от гнева, но быстро овладела собой и побежала к дому. Девочка-служанка, выходившая из ворот, при ее появлении пустилась наутек. Фэнцзе окликнула ее. Девочка оказалась умной и сообразительной и, как только поняла, что скрыться не удастся, бросилась навстречу Фэнцзе и с улыбкой сказала:
- Я как раз хотела идти за вами, госпожа!
- Зачем? - спросила Фэнцзе.
- Сказать, что второй господин дома… - ответила та и повторила все, что Фэнцзе уже слышала.
- А ты что в это время делала? - обрушилась на нее Фэнцзе. - Почему раньше не сказала, а когда увидела меня, стала оправдываться?
Она дала служанке такую оплеуху, что та отлетела в сторону, а сама тихонько подкралась к дому.
- Хорошо бы, твой Янь-ван поскорее издох! - услышала она донесшийся из окна голос.
- Но мне тогда пришлось бы взять другую! - ответил Цзя Лянь. - Кто может поручиться, что она окажется лучше?
- После ее смерти возьми в жены Пинъэр. Она добрее! - сказал женский голос.
- Она и Пинъэр ко мне не подпускает, - произнес Цзя Лянь. - Пинъэр злится, но сказать об этом не смеет. И за какие только грехи мне достался этот черт в юбке?
Тут Фэнцзе затряслась от злости, подумав, что и Пинъэр ее за глаза ругает.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81


А-П

П-Я