научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 Положительные эмоции магазин 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Харли, кивнув на гостиную, пошутил:— Мы оставим их хозяевам квартиры. В благодарность за гостеприимство. На чай!— Дэн Викца и его ребята уже отправились на следующий объект? — спросил Паркер.— Да-да! — ответил Ник Далесиа, глянув на часы. — Нам тоже пора! Пока, Паркер!Трое мужчин вышли из квартиры.Паркер вошел в спальню, мрачно глянул на запертый шкаф с Фараном, и спрятал все деньги в один из ящиков комода. Затем вернулся в гостиную и вновь занялся пасьянсом.Было около двух часов ночи. Глава 19 Калезиану снилась какая-то черная гора, покрытая снегом. Телефонный звонок вырвал его из сна, и он, плохо соображая, открыл глаза. Во рту пересохло. Телефон продолжал настойчиво звонить. Лежа на боку, Калезиан ухом, прижатым к подушке, слышал глухие удары своего сердца. Он протянул руку к аппарату, взял трубку и, прижав ее к другому уху, сердито бросил:— Алло!— Калезиан?Голос был очень знакомый, но спросонья Калезиан все еще не мог сообразить, кто это. Понял только по тону, что это был некто достаточно высокопоставленный.— Да, слушаю! Кто это? — спросил Калезиан.— Говорит Дюлар, болван, проснитесь побыстрее!Я уже проснулся! — сказал Калезиан, внезапно почувствовав страх. Подняв голову и облокотясь на подушку, он повторил: — Я проснулся, что произошло?— Сейчас я скажу вам, что произошло! Шестеро парней напали на «Ривьеру»!— Что?— То, что вы слышите, черт возьми!— Ограбление...— Это, безусловно, ваш «друг» Паркер, — оборвал его Дюлар. — Это не может быть никто другой.— Боже мой!— Бог здесь ни при чем, — проговорил Дюлар жестким и ядовитым тоном. — Я не позволю ощипать себя на пятьдесят тысяч долларов какому-то проходимцу, Калезиан!— Я не... — Калезиан потер лицо руками, пытаясь побыстрее прийти в себя. Он уже сидел на кровати, совершенно проснувшись. — Вы сказали, их было... шестеро. Но откуда?— Он просто вызвал своих друзей, — все так же жестко продолжал Дюлар. — Этот мерзавец объявил войну, Калезиан! Вы с самого начала вели себя, как олухи! Ты и твой слабоумный Буанаделла!— Им всем удалось скрыться? — спросил Калезиан. Вопрос был настолько глупым, что Калезиан сразу же понял это. На него даже не следовало ждать ответа. Но Калезиан не нашел ничего лучшего. Соображал он еще туго, оглушенный не столько сном, сколько неприятным сообщением о налете.— Я еду к Буанаделла, — холодно сказал Дюлар. То, что он назвал Датча только по фамилии, было плохим знаком. — И я не хочу никого из вас видеть, пока вы не поймаете Паркера. Я буду там через четверть часа, и вы хорошо сделаете, если тоже приедете.— Да, конечно, — ответил Калезиан, но Дюлар уже бросил трубку.Калезиан положил трубку на аппарат, слез с кровати и несколько минут неподвижно стоял в темноте... Ему не хотелось зажигать свет... Не хотелось осознавать реальность. Не хотелось даже как-то реагировать на все эти неприятности.Он, Калезиан, должен был это предвидеть. Он должен был понять, что Паркер задумал большую операцию. Так вот почему этот подонок исчез из их поля зрения!«Пятьдесят тысяч! — подумал Калезиан. — И это, видимо, только начало...»Калезиан подошел к окну и некоторое время бездумно смотрел на город, погруженный в темноту, на черное безлунное небо.Расплывчатые пятна фонарей почти не давали света.Калезиан понимал, что Паркер где-то тут, затаился в темноте... И он уже не один.На улице, должно быть, было душно, но в комнатах работал кондиционер, и Калезиана даже слегка знобило, главным образом, пожалуй, от возбуждения и предчувствия тревоги.«Подходящая ночь, чтобы умереть!» — подумал он печально. Глава 20 Бен Пелтцер, живущий в доме на Второй восточной улице под именем Гарри Перлмана, был оптовик, которому поставляли товар все перекупщики Тэйлора.Фрэнк Шродер пользовался услугами других оптовиков, в других местах. А вот небольшая уличная торговля — это был уже промысел Бена Пелтцера.Каждую неделю товар, перепродаваемый Пелтцером в укромных местечках, приносил в среднем около ста тысяч долларов! Двадцать долларов из каждой сотни шло перекупщикам, а остальное приносилось на квартиру Гарри Перлмана.Доля Пелтцера была два процента, и это составляло солидную сумму! Семьдесят пять или восемьдесят тысяч остатка были уже добычей Шродера, но сюда входили подкуп фликов и оплата основных сотрудников. Оставшаяся сумма весь уик-энд покоилась в чемодане Бена Пелтцера.Это была крупная сумма! Даже слишком крупная, чтобы держать ее в одном месте. Но Бен Пелтцер и его деньги никогда не оставались одни: их охраняли двое людей Шродера. Они приходили в пятницу, через полчаса после возвращения Бена Пелтцера, и заступали на вахту на все выходные.Это были два опытных телохранителя с физиономиями висельников — Джерри Трэнк и Тедди Слэд. Их внешность сильно контрастировала с внешностью Пелтцера, который всегда очень следил за собой. За долгие годы совместной работы они выработали привычку коротать долгие часы уик-энда партиями в «монополию».Как и всегда, в этот воскресный вечер они закончили игру за полночь.В своей комнате Бен Пелтцер положил чемодан на кровать, вынул деньги и стал медленно их пересчитывать. В эту неделю общая сумма достигла свыше восьмидесяти двух тысяч долларов! Его процент составлял шестнадцать сотен сорок восемь долларов и двадцать пять центов. Отлично!Пелтцер выбрал самые новые банкноты по двадцать и пятьдесят долларов, достал из шкафа специальный пояс, спрятал в него свою долю и повязал его вокруг талии под рубашкой.Затем Бен Пелтцер отсчитал полтысячи десяти— и двадцатидолларовыми купюрами, положил их на край кровати и закрыл чемодан. Проделав все это, он открыл дверь и перетащил в гостиную чемодан и пятьсот долларов.Эти деньги — пятьсот долларов — были оплатой его помощников, каждому по двести пятьдесят. Они никогда не знали, сколько в действительности он получал, и не думали, что это могла быть большая сумма, потому и не завидовали Бену Пелтцеру.С этого момента, следуя отработанной системе, они покидали квартиру и на машине Пелтцера доезжали до стоянки, находящейся за агентством Фрэнка Шродера, где их ожидала другая машина. А Бен Пелтцер в своей машине возвращался домой, на Порглен, где его ожидали жена и легкий ужин. Так повторялось всегда, с автоматической точностью.Работа Бена Пелтцера была легкой и хорошо организованной. Это позволяло ему проводить четыре дня и четыре ночи в кругу семьи, совершать приятные путешествия. И никогда у него не было никаких неприятностей или даже каких-либо осложнений.Никогда... до этой ночи. * * * — Вот они! — сказал Майкл Карлоу.Они обнаружили «олдсмобил катдасс» Пелтцера около жилого здания и остановились немного поодаль.Карлоу успел поменять «меркури» на «амбасадор». Это была небольшая машина, впереди они не смогли поместиться втроем, поэтому Дэн Викца сидел на заднем сиденьи, нагнувшись вперед и опираясь о спинку переднего.Сейчас Викца, Деверс и Карлоу наблюдали, как трое нужных им людей вышли чуть дальше от того места, где они остановились, и направились в их сторону.Самый маленький шел посередине, неся чемодан, видимо, достаточно тяжелый. Двое шагали рядом, внимательно всматриваясь в темноту.— Парни эти не из робкого десятка, — заметил Дэн Викца. — Сразу видно, что они не будут благоразумны, ручаюсь.— Думаешь, они будут сопротивляться? — спросил Стен Деверс.— Думаю, надо пустить им пулю в лоб.Стен Деверс колебался.— Я так не считаю, — неуверенно проговорил он.— А я согласен с Дэном, — сказал Майкл Карлоу. — Он прав. Эти два монстра приставлены для того, чтобы охранять бабки. Если они их потеряют, то их все равно пришьют.— Я ведь хороший стрелок, — сказал Деверс. — Я раню одного, и это даст им повод выйти из игры.Майкл Карлоу повернулся к Дэну Викца, чтобы узнать его мнение. Эти трое никогда раньше не работали вместе и сегодня встретились в такой операции впервые.Карлоу и Викца обменялись понимающими взглядами, словно пытаясь заранее оценить Деверса в сложной ситуации, а также взвесить и возможности друг друга. В конце концов, Викца опустил глаза и слегка кивнул головой, как бы говоря: «Ну что ж, пусть попробует, мы всегда сумеем вовремя вмешаться, если будет необходимо». А Карлоу поджал губы и отвернулся, что должно было означать: «Тебе решать, я ведь только водитель, и если возникнут неприятные обстоятельства, я не хочу быть ответственным за это!» И он сказал Стену Деверсу:— Если ты считаешь, что так будет лучше...— Во всяком случае, попробуем, — ответил Деверс и повернулся к Дэну Викца: — Тебе решать! Если эти два монстра станут возникать — действуй!Дэн Викца кивнул.«Пусть Деверс ранит одного из них в плечо, — подумал он, — а если понадобится, я добью всех троих пулями в голову» — и вслух сказал.— Согласен. * * * Эндрю Лефлер, агент меняльной конторы, спокойно спал, ничего плохого не подозревая, когда вдруг, посреди ночи, в дом проникли грабители.Он проснулся лишь тогда, когда под потолком зажегся свет. Приподняв голову, он увидел у двери двух вооруженных пистолетами типов в черном, с масками на лицах.Привычным жестом Лефлер стал шарить на ночном столике в поисках очков. Морин тоже проснулась, и он услышал ее приглушенное восклицание, когда она увидела незваных гостей.Но Морин не закричала, как это сделало бы большинство женщин. Эндрю вспомнил о большом хладнокровии и уме Морин и немного успокоился, но ему было неуютно из-за того, что без очков он плохо видел.— Спокойно! — твердо сказал один из вошедших. — Будете тихими, умненькими, тогда ничего плохого не произойдет.Найдя, наконец, свои очки и водрузив их на нос, Лефлер стал рассматривать обоих типов и пришел к убеждению, что это похитители, а не грабители...«Пусть бы они взяли меня, — подумал он, — только не Морин!»Незнакомцы стояли по обе стороны двери. Лефлеру показалось, что они избегают находиться рядом с окном.— Вставайте! — приказал один из них. — Оба! Можете надеть халаты и шлепанцы, этого будет достаточно. Вам больше ничего не надо: на улице очень тепло.— О! Оба! — подумал Лефлер, а вслух сказал: — Только я, вам ведь не нужна моя жена.— Не будем терять времени, — настойчиво проговорил тот же парень слегка приглушенным из-за маски голосом. — Если вы вынудите нас тащить вас силой, то пожалеете об этом!Сохраняя удивительную твердость, Морин сказала:— Энди, будет лучше сделать то, что они хотят! — и она первой вылезла из кровати.Голосом, дрожащим больше от ярости, чем от страха, Эндрю резке проговорил:— Вы заплатите мне за это, вы оба!Незнакомцы не сочли даже нужным ответить. И это молчание подействовало сильнее, чем резкий ответ.Лефлер, смущенный и обескураженный, поторопился надеть халат и туфли.Когда они были готовы, один из парней спокойно сказал:— Мы погасим свет, но будем освещать вас карманным фонариком, так что вы будете у нас на виду. Не делайте никаких подозрительных движений! Вы должны просто пройти через дом, открыть дверь и выйти на улицу.Эндрю Лефлер молча взял жену под руку, и они пошли по коридору к гостиной.Рука Морин сжала его руку.— Как ты? — спросила она.— Нормально, — ответил он и успокаивающе похлопал ее по руке. — Я очень огорчен, милая, что все так случилось.— Не будь идиотом! — она крепче сжала его руку, и он увидел на ее губах улыбку. — Это просто авантюра.«Авантюра? Вряд ли! — подумал он. — Мне пятьдесят семь лет, Морин сорок пять... Разве мы годимся для авантюр?»Но Эндрю ничего не возразил. Спокойствие жены помогло и ему относительно спокойно пройти через весь дом и выйти на улицу. Оба парня в черном следовали за ними... * * * Ник Ринкон жил над баром. Бар назывался просто:«У Ника». Да и все здание было оформлено на имя Ника Ринкона, хотя на самом деле он не был владельцем.Нику Ринкону было уже пятьдесят два года. Он был всегда весел, общителен. Ему доставляло удовольствие играть роль владельца бара.Честно оправдывающий доверие городского синдиката, Ринкон позволил однажды приговорить себя за невольный проступок, дорожное происшествие, в котором был виноват не он, а один из местных боссов. За это Дорожное происшествие он провел пять лет и три месяца в тюрьме, а когда освободился, получил в виде компенсации этот бар.Бар был хорош! Большой и светлый зал внизу, а наверху — апартаменты. Ринкон пользовался ими, хорошо зарабатывал на жизнь, здорово забавлялся и был весьма Доволен своей судьбой.Занимался Ник Ринкон и ссудами. Операции эти были очень просты. Можно было занять крупные денежные суммы у Ника или... у людей, которые стояли за ним. Главным здесь было регулярно платить два процента каждый месяц! Один месяц задержки — и к вам тут же приходил мощный парень для беседы... Два месяца задержки — и парни вновь приходили, но уже не для беседы-Ник Ринкон оплачивал услуги «Ночных», и городская полиция как бы опекала его. Потом, кто же может быть таким болваном, что позарится на бабки, принадлежащие таким людям, как Эрни Дюлар и Алан Лозини! Но этот «кто» все же появился. В спальне вдруг зажегся свет, и Ник Ринкон проснулся. Открыв глаза, он увидел двух типов у порога, с пистолетами в руках и с масками на лицах.— Боже мой! — воскликнул Ник.Тяжелая рука Анжелы лежала поперек его груди, прижимая к себе, и ему с трудом удалось оттолкнуть ее и выпрямиться. От яркого, внезапного света он часто моргал, непонимающе уставившись на незнакомцев.— Вставайте, Ник! — приказал один из них. — Вставайте и откройте-ка шкаф!— Вы что, с ума сошли? — спросил Ник. Спросонья ничего не соображая, он тер свои сощуренные, полузакрытые глаза, стараясь поскорее прийти в себя.— Что здесь происходит? — с недоумением вопрошал Ник. — Да вы знаете, кому принадлежат эти деньги?— Нам! Идите, Ник, мы торопимся!Анжела что-то проворчала во сне и тяжело повернулась на другой бок. Когда она спала, ее и пушками не разбудишь. Ник был даже рад, что жена не проснулась. Иначе бы она разразилась воплями, жалобами и бранью, как сумасшедшая...Ник осторожно высунул ноги из-под одеяла и опустил их вниз.— Черт возьми, — проворчал он. — Который же теперь час?— Ну, шевелитесь же. Ник! Быстро!Пол был холодным. Сидя на кровати в рубашке и кальсонах, Ник, нахмурив брови, недоуменно смотрел на этих отчаянных парней. Он пытался представить их обтянутые черными чулками лица, припомнить голос, который назвал его по имени.— Разве мы знакомы? — спросил он.Он тут же понял всю нелепость своего вопроса и не стал дожидаться ответа. Если детина в маске угрожает вам оружием, то лучше и не пытаться увидеть его лицо!«К тому же „Ночные“ должны быть уже в пути, так что нужно послушаться приказаний этих парней и быть готовым в любую минуту броситься на пол, как только „Ночные“ появятся здесь. А они вот-вот должны прибыть», — проносилось в голове Ника Ринкона. Он знал, что сигнализация должна была уже давно сработать.Он встал и сказал:— Хорошо. Меня не интересует, кто вы такие.— Вот и славно. Откройте шкаф, Ник!— Сейчас, сейчас, — сказал Ринкон. Ногам было холодно, он пожалел, что не надел туфли: — А сейф?— Естественно, — ответил один из парней.Видимо, они были отлично осведомлены. Они знали, что сейф находится в шкафу.Ник Ринкон открыл дверцу шкафа, и его колено почему-то хрустнуло, когда он опустился на пол. Ник склонился над сейфом и начал медленно вращать диск, набирая шифр.Оба типа в масках, молча стоя у него за спиной, ждали окончания манипуляций, по-прежнему не выпуская оружие из рук.А Анжела продолжала храпеть, ничего не слыша, ничего не зная.Нику Ринкону хотелось знать, скоро ли появятся «Ночные»: вроде бы уже давно пора!.. * * * В зале «Ночных» раздались звонки и замигали световые сигналы, свидетельствующие о том, что произошел взлом и к Нику Ринкону кто-то проник. Фред Дюкасс тут же выключил сигналы. Теперь он был уже совершенно в курсе техники всей городской сигнализации.Пятью минутами позже вдруг зазвонил телефон. Дюкасс и Генди Мак-Кей переглянулись. Нужно было что-то предпринимать.— Может быть, это Паркер? — предположил Дюкасс.— Может, он, а может, и нет. Будет лучше, если мы передадим трубку охраннику, — сказал Генди.Охранник, которого они не связывали, сидел на стуле рядом с завязанными глазами. Мак-Кей подошел к нему и положил руку ему на плечо.— Готовы? — осведомился он. Парень облизал губы и ничего не ответил, лишь пожал плечами.— Только помните о нашем предупреждении, — продолжал Генди. — Если у нас возникнут хоть какие-то сложности, считайте, что вам не повезло.— Я помню... — ответил он едва слышно.— Только погромче.— Сойдет и так.Телефон прозвонил уже трижды. Это было немало для «Ночных».— Действуйте! — приказал Генди, снимая трубку и прижимая ее к уху охранника.Он держал трубку немного косо, не очень плотно, чтобы и самому слышать разговор.После короткого колебания охранник сказал:— Контора «Ночных» слушает!— Гарри? Хэлло!— Э... нет, это Джек.— Как дела, Джек!? Это Фред Калошио. Были тревоги?— Да, два часа назад. Так, мелочь.— Значит, у тебя все нормально? О’кей!— А у тебя?— Тоже. Ты ведь знаешь, что такое вечер понедельника!..— Да, как всегда.— Ладно, пока, Джек!— Салют, Фред!Генди Мак-Кей, наклонившись к охраннику, ждал, когда раздастся щелчок отбоя на другом конце провода, потом и он положил трубку.— Что случилось? — спросил Генди у охранника. — Кто это и почему он звонил?— Это один флик, — объяснил охранник. — Сержант из главного отделения полиции. Подошел и Дюкасс.— Это нормально, что он позвонил?Мак-Кей и Дюкасс по короткому колебанию с ответом сразу же поняли, что это было ненормальным. Наконец, охранник сказал:— Не каждый вечер. Но с ним это случается. Дюкасс и Мак-Кей переглянулись.— Они там поняли, что что-то происходит, — сказал Генди. — И хотят знать, что именно.— Будем надеяться, что они этого не обнаружат, — произнес с улыбкой Дюкасс.— Естественно, — скептически проговорил Генди и одобрительно похлопал по плечу охранника: — Держал ты себя хорошо!Охранник никак не прореагировал... * * * Выйдя из дома под охраной двух парней в масках, Лефлер и его жена перешли улицу и вынуждены были сесть на заднее сиденье поджидавшей их на аллее машины. За рулем сидел третий.Им было приказано сесть на пол и сидеть так до конца пути, видимо, для того, чтобы они не смогли увидеть лиц своих похитителей, подтянувших маски.Подъехали к конторе. Парни снова опустили свои маски и заставили Лефлера с женой перейти пустынный тротуар. Один из них, пользуясь связкой ключей, взятых у Лефлера на комоде, быстро отпер дверь.Эндрю Лефлер едва сдержал улыбку при мысли, что в этот момент у «Ночных» раздался сигнал тревоги, и охранники с полицией срочно выедут к месту вызова. И тогда их похитители сами угодят в сети.Эндрю никогда не думал о комнате в глубине конторы «Ридибой, Каншер и сыновья» маклерского агентства Нью-Йорка, филиалом которого в Тэйлоре руководил Лефлер.Лефлер был уверен, что парни искали какие-то определенные векселя. Что же касается той потайной комнаты, то Лефлер очень редко вспоминал о ней. О ее существовании знали немногие, и тем более, почти никому не было известно, что в ней содержалось.Все началось двенадцать лет назад из-за Джима, предпоследнего из пятерых его детей. Юноша находился тогда в критическом, опасном возрасте, был как-то незаметно вовлечен в историю с наркотиками, затем в ограбление и другие преступления, о которых Эндрю хотелось бы вовсе забыть. Не вмешайся Лозини — Лефлер это прекрасно понимал, — Джим и теперь находился бы в тюрьме.Тогда адвокат Джек Валтер намекнул Лефлеру, что некто Алан Лозини, возможно, сможет быть ему полезен, и Эндрю Лефлер, как ни не хотелось ему быть обязанным известному в городе руководителю синдиката гангстеров, так и не сумел найти никакого другого выхода из их сложного семейного положения.Кроме того, плата, потребованная представителем Лозини за оказанные услуги, не была чрезмерной... За время своих занятий бизнесом Эндрю Лефлер допускал иногда и гораздо более серьезные нарушения законов, чем то, о чем просил Лозини. Все, что потребовал у него за услугу Лозини, — это оборудовать комнату в глубине конторы Лефлера.Именно там Лозини хранил свои деньги! Так же, как и его сообщники: Буанаделла, Шродер, Дюлар, Симс, Фаран и адвокат Джек Валтер, который и свел тогда Лефлера с Лозини.Для этих людей бронированная комната в глубине конторы имела огромные преимущества перед банками и сейфами. Они могли брать или добавлять к своим капиталам в любое время, когда заблагорассудится, и если один из них умирал, другие сами решали проблемы с его деньгами. Для самого Лефлера в этом не было никакого риска и почти никакой ответственности. Во всяком случае так было до сих пор! Но в этот вечер, когда Эндрю Лефлер и его жена вошли в контору «Ридибой, Каншер и сыновья» с двумя замаскированными вооруженными парнями, а третий, как и раньше, остался в машине, ситуация была очень сложной, и Лефлер это понимал...Один из налетчиков сразу же произнес то, что Эндрю совсем не ожидал:— Очень хорошо, мистер Лефлер! А теперь давайте-ка взглянем на потайную комнату.Первой его мыслью было солгать, чтобы спасти капиталы влиятельных людей. Поэтому он сказал:— Я не могу этого сделать! Там на двери часовой механизм.— А это уже не ваши проблемы, — невозмутимо проговорил один из незнакомцев. — Впрочем, там уже нет механизма, который помешал бы вам открыть дверь! Сейчас вы должны сделать только это.Эндрю Лефлер пристально посмотрел на говорящего. «Должно быть, это ребята самого Лозини! — подумал он, не желая верить этому. — Что же они знают? — мелькнула мысль. — Видимо, многое, если не все!»— Да, Лефлер, — сказал все тот же парень, словно читая его мысли. — Что мы сейчас хотим получить, так это деньги синдиката!«Ловушка захлопывается!» — подумал Лефлер и помертвел, предчувствуя последствия этой страшной ночи...Теперь он погрузился в такое отчаяние, что больше не стал спорить. Не протестовал он и тогда, когда один из налетчиков взял его за локоть и увлек к бронированной комнате — в темноту, далеко от уличных фонарей... * * * Нику Ринкону очень хотелось, чтобы его жена перестала так немилосердно храпеть. Ему это казалось унизительным.Анжела, которую ничто, видимо, не смущало: ни свет, ни разговоры, ни передвижения, все так же лежала на спине, и открыв рот, издавала богатырский храп.«Какой шум она производит. Боже мой!» — думал Ринкон.В конце концов, не выдержав, он нехотя обратился к тому, что стоял ближе к комоду.— Можно я поверну свою жену на бок? — спросил он.— Ты давно должен сдать ее в архив, — пошутил парень и добавил: — Ладно, действуй!— Спасибо, — вежливо проговорил Ник.Он подошел к кровати, наклонился и стал трясти Анжелу за плечо. После некоторых усилий ему все же удалось это сделать: Анжела издала какой-то звук, кашлянула и с невнятным ворчанием перевернулась на бок. Но... храпеть не перестала.Видя, что его усилия не увенчались успехом, Ник выпрямился и махнул рукой. Он с отчаянием увидел, как второй парень достал из шкафа кожаный чемодан, который вскоре был открыт и опустошен. Все деньги из него моментально перекочевали в мешок незнакомца.«Что случилось? Кто будет отвечать за весь этот кошмар?» — в отчаянии думал Ринкон.Большая часть проклятий наверняка — это он знал! — обрушится на него, на его бедную голову...— Вы ставите меня в ужасное положение! — мрачно сказал он.Парень у комода ответил улыбкой:— Я сообщу вам по секрету: на вас даже не обратят внимания.Кик Ринкон с горечью посмотрел на него. Впервые за это время ему пришла в голову мысль, что это было не простое ограбление! Но он предпочитал бы этого не знать!— Ваши бы слова да Богу в уши, — только и нашел, что сказать он.Незнакомец, державший чемодан, с усмешкой заметил:— А вы ведь хитрец. Ник! Правда, вы очень милы.— Не утруждайте себя тем, чтобы дать мне расписку, — с вымученной улыбкой сказал Ник.— Я дам вам лучше, чем расписку. Ник! Я дам вам добрый совет!Ник Ринкон внимательно слушал его.— Вскоре, — продолжал парень, — вам захочется позвонить по телефону, предупредить кого-то о том, что здесь произошло.— Наверняка, — согласился Ник.— Лучше всего будет позвонить Датчу Буанаделла!Ник Ринкон нахмурил брови:— Почему?— Вам интересно. Ник? Потом поймете.— Ладно, — согласился Ринкон.— А теперь, Ник, — сказал парень с чемоданом, — необходимо, чтобы вы немного прошлись с нами.— А если я останусь здесь и буду считать до миллиона? — предложил Ник.— Будьте любезны, Ник, — сказал парень у комода, — делайте то, что вам говорят!«Раз они посоветовали позвонить Буанаделла, — подумал Ник, — значит, не собираются убивать или калечить меня. В худшем случае, хороший удар по голове...»— Что ж, пойдемте, — вынужден был согласиться Ринкон. — Сейчас вы командуете, и я не имею права портить вам удовольствие.Когда они выходили из комнаты, храпение Анжелы служило им аккомпанементом в этой страшной ночной игре... Ник только покачал головой и, ни слова не говоря, спустился вниз по лестнице, идя вслед за тем, что нес мешок с деньгами. Замыкал шествие второй парень.Спустившись вниз, они прошли через бар, и только тогда Нику пришло в голову:«Почему же так и не приехали „Ночные“? Ведь должно было быть, по крайней мере, два сигнала тревоги! Впрочем, скорее всего, эти типы обрезали провода…» — подумал Ник, забыв о том, что и в этом случае сигналы должны были прозвучать — в момент пореза провода.Они открыли входную дверь, и Ник посторонился, чтобы дать им пройти. Он нашел в себе силы пошутить:— Приходите как-нибудь в гости!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
 /moskovskij 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я