https://wodolei.ru/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Будет ужасно, когда она все узнает. Она-то думает, что через две недели станет миссис О'Шонесси.
Хьюго напрягся.
– Эта свадьба похожа на фарс, – заметила Пенни.
– Я совсем запутался, – Гас покачал головой. – Я все еще друг жениха или как?
– Кто его знает! Я ведь тоже должен быть шафером. Но прежде я надеюсь завоевать поцелуй невесты.
На кухню Таш влетела со скоростью ракеты. Пенни, которая пыталась ее догнать, едва поспевала за ней.
Зои и Найл обнимались у холодильника. Несмотря на пестренький интерьер кухни, сцена их поцелуя была очень романтичной, нежной и глубокой.
Свекла залаяла, Найл и Зои встрепенулись.
– Куда ты так торопишься, Таш! Я… – Пенни застыла на пороге.
Все четверо изумленно смотрели друг на друга.
– Холодильник всегда притягивает магниты, – пошутила Таш.
– Боже, солнышко, прости! – Найл подскочил к ней. – Мы не хотели, чтобы ты узнала обо всем вот так. Прости, пожалуйста…
– Я в курсе, Найл. – Она прикрыла ему рот ладошкой. В его карих глазах заплескалось удивление. Таш чуть не рассмеялась. Она знала, что он именно так и поведет себя. Знала все – до последнего слова, до выражения, до жеста.
– Я все знаю, – повторила Таш. – И не имею ничего против. Честно. Я думаю, что вы прекрасная пара! – Она позвала Свеклу и вышла из дома.
Слезы бежали из глаз Таш, когда она шла через поле, стараясь принять и осмыслить то, что увидела и узнала. Она не чувствовала ни ревности, ни злости, у нее больше не было на это права. Найл любил Зои, и это было написано у него на лице крупными буквами. Вот почему он в последнее время избегал Таш. Найл просто стеснялся, что так быстро нашел ей замену, мгновенно превратившись из ее жениха в любовника Зои. Он никогда не мог быть один, ему был необходим роман, хотя бы в воображении. Но Зои – выше всех увлечений, он уже давно мечтал о ней, как о далекой звезде, а теперь смог прикоснуться. Она идеально ему подходила. Таш не винила Найла за поспешность. Он сам когда-то простил, что она любит другого, хоть Таш всегда это отрицала, даже в душе.
– Я люблю Хьюго, – сказала она вслух. Свекла посмотрела на хозяйку и завиляла хвостом. Таш повторила это еще раз, потом еще. Она даже прокричала это так, что на мельнице, мимо которой она проходила, зазвенела сигнализация.
Глава тридцать третья
Сердце Таш переполнялось восхищением и завистью, когда следующим утром Хьюго верхом на Снобе блестяще преодолевал барьер за барьером во дворе фермы Монкрифов. Этого наездника Сноб уважал, перемена в поведении коня была разительна. Поначалу он пытался показать свой норов, но почти сразу успокоился, что порядком расстроило Таш.
Хьюго и Сноб демонстрировали высокое мастерство и пребывали в самом благоприятном расположении духа.
– Ты научила этого парня хорошим манерам, Таш, – похвалил ее Хьюго. – Никогда прежде не видел такого крепкого, хорошо выезженного коня.
– Любовь творит чудеса, – без улыбки сказала Таш.
– Что? – удивился Хьюго и тотчас рассмеялся. – Ну да! Конечно.
Еще никогда он не держался с ней так деликатно. Таш была в растерянности, от ее самоуверенности не осталось и следа.
Даже в прошлом году, когда Сноб не был еще в полной мере готов к Бадминтону, Таш захватила атмосфера подготовки к самым крупным соревнованиям года. На этот раз все было еще увлекательней. Все вокруг только и говорили, что о Бадминтоне.
Во всеобщей суматохе не участвовала только Зои. Обычно она была с головой вовлечена в процесс, но сейчас исчезала с фермы рано утром, уходя на длительные прогулки с Энид, как подозревала Таш, в сторону Маккоумба, где шли съемки. Найла Таш тоже не видела со вчерашнего вечера. Она не знала, что делать со свадьбой, и надеялась, что все выяснится на вечеринке у Лисетт.
На все вопросы по поводу предстоящей церемонии она отвечала нервно и неохотно, и вскоре на тему свадьбы всеми, как по сговору, было наложено табу.
Вернувшись вечером домой, Таш обнаружила, что Найл заходил, забрал чемодан и кое-какую одежду и оставил записку. В ней он желал Таш хорошо выступить на Бадминтоне и обещал выйти на связь еще до вечеринки, во что верилось с трудом, так как дальше говорилось:
«Понимаю, что веду себя как трус, но мне нужно время, чтобы во всем разобраться. Думаю, для этого необходимо ненадолго уехать. Я остановлюсь в отеле вместе с остальным актерским составом. Пожалуйста, ничего не предпринимай до воскресенья. Я буду всю жизнь тебе за это благодарен».
Когда во вторник прекрасно оборудованный вагончик с логотипом новых спонсоров Таш въехал в Бадминтон, их ожидала целая череда проверок, свойственных только этому, самому крупнейшему конному соревнованию Англии.
На руки всем участникам турнира повязывали разноцветные повязки, без которых наездников и конюхов и близко не подпускали к конюшням. Лошади тщательно сверялись с выданными на них паспортами и только после этого допускались на территорию.
Небо хмурилось, предвещая непогоду, но его красота, шоколадного цвета тучки и кудрявые облака веселили душу. Собравшиеся радостно приветствовали друг друга, сетовали на погоду, показывали свои порядковые номера.
Таш, завороженная атмосферой Бадминтона, ошалело бродила по лужайкам, то и дело здороваясь со старыми знакомыми.
Позже, выведя Горбунка на разминку, она полной грудью вдохнула свежий прохладный воздух.
– Я здесь! – Она наслаждалась, пребывая в полном восторге. – Мы здесь, дружочек, мы – в Бадминтоне!
За волнениями последних недель девушка совсем забыла, что за чудо ее ожидает. Самое крупное состязание года, самое тяжелое, но и самое престижное! Месяцами Таш ждала этого безудержного полета эмоций, и вот теперь она здесь. Теперь ее желание одержать верх над Хьюго показалось ей детским капризом. Таш было совершенно все равно, кто выиграет, главное – она выйдет на манеж!
Таш в ужасе замирала перед каждым барьером, но тут же испытывала облегчение, вспомнив, что ей не придется проходить маршрут на Снобе. Если с аккуратным Горбунком Таш и могла планировать маршрут, то со Снобом это было бы равносильно самоубийству.
Она спешилась и отошла в сторону, к Люси и Пенни, которые сплетничали по поводу письма, полученного Кристи из Австралии. Ричи писал, что влюбился в симпатичную юристку и расторгает помолвку.
– Неужели он не мог дождаться окончания Бадминтона! – Люси была в ярости. – Это так бесчувственно.
Таш спрятала улыбку. В чем она никогда не могла обвинить Найла, так это в отсутствии чувств.
Во дворе готовилась к репортажу Джулия Диттон, давний кумир Таш, чемпионка Олимпийских игр, ныне ведущая спортивных новостей. Она брала интервью у жокеев, втискивала в кадр самых узнаваемых лошадей и объясняла зрителям процедуру соревнований.
Увидев Таш, она незамедлительно подлетела к ней.
– Ты не возражаешь против интервью? Расскажешь телезрителям, как отдала своего коня Хьюго. Он уже дал согласие ответить на все вопросы. Понимаю, тема для вас обоих болезненная, но я буду очень благодарна, если вы уделите мне немного времени.
Скрепя сердце Таш согласилась. Перед камерой она тушевалась и не могла выдавить ни слова. В отличие от нее, Хьюго держался великолепно и выглядел на экране просто фантастически, наверное, по этой причине вокруг него вились многочисленные поклонницы. Письма со словами сочувствия и пожеланиями победы обрушились на Хьюго в эти выходные лавиной. На стойле Сноба были приклеены сотни карточек. Такого успеха не удостоился больше ни один наездник. На стойле Горбунка, например, красовались одна-единственная открытка от Свеклы (дело рук Индии) и телеграмма от Александры с пожеланиями победы и просьбой перезвонить, как только Таш сможет это сделать.
Когда Хьюго наконец отбил коня у репортеров и увел его на осмотр к ветеринару, Пол предложил продолжить съемки Индии с похожим конем, но Джулия настояла на завершении репортажа.
– Для тебя, приятель, возможно, все лошади похожи, но любителей конного спорта тебе не провести. Нам уже давно пора брать интервью у Люси Филд, тебе она понравится. Очень милая девушка.
Таш ускользнула, чтобы посмотреть, как Сноб проходит комиссию, но Хьюго уже шел к ней с победоносной улыбкой.
– Ты превосходный тренер, поделись своим секретом, – попросил он.
Таш невольно расплылась в улыбке. Но не успела она придумать подходящий ответ, как Хьюго уже исчез, оставив Сноба на попечение Дженни. Исчезать вот так вошло у него в привычку совсем недавно. Таш теперь почти не видела его.
– Опять побежал звонить своей девушке, – фыркнула Кристи, сдув со лба рыжие волосы. – Стефан говорит, он сейчас по уши в кого-то влюблен, весь день болтает по мобильнику.
Таш вздрогнула и прикусила губу: интересно, кому может названивать Хьюго? Она тоже не раз видела его с телефоном: он был похож на бизнесмена, постоянно проверяющего состояние своих акций.
Утром Таш плотно позавтракала, но через двадцать минут ее стошнило. Еще через час все повторилось с точностью до минуты.
– Это и есть мандраж перед Бадминтоном? – спросила она Гаса, вываливаясь из туалета.
– Это еще цветочки! Интересно будет посмотреть на тебя завтра. Попроси у Пенни лекарство.
– Спасибо, – проворчала Таш, – не хватало, чтобы меня обвинили в приеме допинга.
Несмотря на демонов страха, раздирающих ее душу, она смогла показать неплохие результаты по выездке Горбунка, заняв пятое место. Однако самые опытные наездники, в их числе Хьюго, Гас и Стефан, должны были выступать завтра, и Таш не сомневалась, что их оценки отбросят ее далеко назад.
Мучительное ожидание уже заставило ее поволноваться, и девушка была рада, что вышла на манеж в числе первых.
Глава тридцать четвертая
В пятницу утром небеса распахнулись, как двери лавки в день распродажи, и дождь хлынул на землю нескончаемым потоком.
Хьюго и Сноб выступили единым фронтом против непогоды, но дождь и холодный ветер сыграли свою роль. В их выступлениях были бесспорно блестящие моменты, но и некоторые минусы тоже.
По результатам двухдневной выездки Таш и Горбунок были отброшены на тринадцатое место. Число Таш не понравилось, ей захотелось срочно разыскать четырехлистный клевер и прогнать прочь всех черных кошек.
Ночью она опять грезила о Хьюго. В этих грезах снова и снова повторялось одно воспоминание: как два года тому назад он поцеловал ее в заросшем саду Паскаля и Александры. Ей было нетрудно раньше внушить себе, что трепет в душе от этого поцелуя возник как следствие долгих девичьих мечтаний. Но сейчас Таш думала иначе, потому что ни до, ни после того вечера она не испытывала ничего подобного.
«Если я выиграю Бадминтон, Хьюго меня поцелует, – подумала она. – Господи, сделай так, чтобы я выиграла, я так хочу получить еще один его поцелуй!»
Следующий день начался с сильнейшего шторма, который повалил несколько деревьев. Старт был отложен. Таш, которой снова предстояло выступать одной из первых, уже вывела Горбунка на разминку. Подойдя к манежу, Таш отметила, что ветер не утих и деревья до сих пор качаются так, словно занимаются аэробикой.
– Похоже, мне придется выйти на манеж в шторм. – Девушка чувствовала, как стучат ее зубы.
Организатор махнул рукой Таш и еще нескольким участникам.
– Все готово для старта, – сказал он. – Все не так плохо, как мы думали, но учтите – земля очень скользкая! Так что, ради бога, будьте аккуратны. Удачи! – Он посмотрел на часы.
Таш почувствовала, как к горлу подступил новый приступ тошноты, она рванулась к ближайшей голубой кабинке, из которой только что показалась Кристи.
– Зато нет нужды сидеть на диете, – слабо утешила себя Таш.
В беспокойствах Таш едва не упустила состояние Горбунка: он едва заметно стал прихрамывать на заднюю ногу. До следующего заезда оставалось десять минут, этого было достаточно, чтобы показать Горбунка ветеринарам. Индия, улыбаясь, подлетела к ней, но одного взгляда на лицо. Таш хватило, чтобы эта улыбка исчезла.
– В чем дело? – Один из ветеринаров напоминал кого-то из киношников, оккупировавших дом Хьюго.
– Жаль, что все так вышло, – посочувствовала Индия. У нее за спиной другой ветеринар уже слушал сердцебиение Горбунка.
– Где Гас? – Таш был сейчас необходим совет профессионала. Индия кружила возле Горбунка, вытирая его влажным полотенцем.
– Он с Кристи! Бетти потеряла подкову, а Тед не нашел запасную. Гас сейчас с ними, а Пенни готовит для него Жертву Моды.
– Черт! – выругалась Таш.
Сейчас предстояло решить, выводить ли Горбунка на манеж, и ей требовался совет. Наездников вокруг хватало, в том числе и знакомых, но у каждого были свои проблемы.
Ветеринар казался обеспокоенным.
– У него что-то не так с сухожилием? – обратился он к напарнику, интересуясь его мнением.
Внезапно Таш увидела Хьюго. Он стоял неподалеку с австралийским жокеем Миком Джеймсом. Лицо Мика было перепачкано – очевидно, он только что упал с коня. До старта Хьюго оставалось еще больше часа, и он был одет в повседневную одежду. Несколько девушек шушукались в сторонке, не решаясь попросить у него автограф. Таш помахала ему рукой.
– Посмотри, пожалуйста, – попросила она. – Мне кажется, Горбунок немного прихрамывает, но я не уверена.
Не сказав ни слова, Хьюго проследовал за Таш в палатку ветеринаров и опустился на колени перед конем. Он бережно погладил его по спине и осторожно провел пальцами по больной ноге.
Ветеринары до сих пор были в замешательстве. Таш знала, что они могут дисквалифицировать коня только в том случае, если его походка будет неровной, но Горбунок ступал твердо. Однако Таш не стремилась рисковать. Такой сложный маршрут при плохой погоде мог опять повредить ноге и задержать лошадь в стойле на несколько месяцев или даже навсегда. В то же время она не хотела, чтобы ее обвинили в трусости. К тому же решение о снятии Горбунка с соревнований могло вызвать неудовольствие ее спонсоров, которые уже и без того раздосадованы, что Таш передала Сноба Хьюго. У «Мого» был в Бадминтоне свой стенд, и они хотели, чтобы Таш должным образом рекламировала их продукцию.
– Проведи его по кругу, – кивнул Хьюго Индии. Его взгляд с каждой минутой становился все мрачнее. Горбунок казался совершенно здоровым, но его задняя нога еле заметно подрагивала. Хьюго еще раз провел по ней пальцами.
Таш посмотрела на Горбунка. Бадминтон был непростым состязанием, а конь – не так вынослив, как Сноб. Горбунок уже сильно вспотел, а самое трудное еще впереди. Она знала, что он выложится по максимуму, но этого будет недостаточно. Таш слишком далеко зашла в своих глупых мечтах о выигрыше и поцелуе. Наездница ласково потрепала коня по холке и повернулась к ветеринарам.
– Мы выбываем. Простите. – Она чувствовала, как по лицу побежали слезы.
Организатор, зашедший в палатку, пожал ей руку:
– Мудрое решение, поберегите его силы для будущего года.
Таш обняла Индию.
– Прости, – ее голос дрожал от сдавленных рыданий. – Ты так много мне помогала. Но я не могу рисковать.
– Все в порядке, – философски отреагировала Индия. – У меня и так уже болят пальцы, я бы все равно уволилась. – Она старалась говорить бодро.
Таш благодарно улыбнулась. Иногда Индия особенно напоминала ей Зои.
Когда новость была объявлена зрителям, по рядам пробежал разочарованный стон. Все, кто собрался на старте, чтобы пожелать Таш и Горбунку удачи, были искренне расстроены. Таш с тревогой заметила одного из фотографов «Ура!», который делал их с Найлом фотографии.
Таш печально улыбнулась собравшимся. Она старалась держаться на высоте, но у нее никак не получалось скрыть слезы. Хьюго безмолвно стоял позади нее. Таш вздрогнула, когда он нежно обнял ее за плечи.
– Погуляй с ним еще минут десять, а потом уведи в конюшню, Горбунку нужен хороший уход, – обратился он к Индии. – И, ради бога, не вешай нос! Ты поможешь Дженни со Снобом, она одна не справляется. А я позабочусь о Таш.
Кивнув, Хьюго отвел ее в свой вагончик, налил горячего чаю и добавил в него немного бренди.
– Твои спонсоры здесь? Таш снова залилась слезами:
– Они будут ждать меня у стенда после выступления.
– Майк Сайт и Питер Лиссон – знающие ребята. Они понимают, что такое спорт, и простят тебя.
Таш всхлипнула:
– Я не могу показаться им на глаза.
– Подожди, пока я выступлю, и мы пойдем туда вместе, – предложил Хьюго. – Как бы то ни было, я выступаю под их корпоративной символикой. Я поддержу тебя! Но и ты обещай своевременно прийти мне на помощь, если Сноб сбросит меня в озеро.
Мысль о Снобе окончательно выбила Таш из колеи. Хьюго предстояло выехать на самый сложный манеж в мерзкую погоду на несговорчивой чужой лошади. Всхлипы переросли в рыдания.
Хьюго начал переодеваться и принялся беспечно болтать о предстоящем выступлении Кристи, о родителях Стефана, приехавших поддержать сына из Швеции, но не понимающих ни слова по-английски. Он даже заговорил о любовных романах Зои. Таш понимала, что Хьюго всеми силами хочет отвлечь ее от грустных мыслей.
– Тебе нравятся ее книги? – поинтересовался он.
– М-м-м… да. Хорошо написаны.
– Но не Теннисон? – Он взглянул на нее и быстро отвел взгляд.
Таш покраснела и ничего не ответила.
– Ты подождешь меня на финише?
– Да. – Она подняла на него глаза. – Если хочешь.
На Хьюго уже были бриджи. Таш смотрела на его сильные, развитые плечи, широкую загорелую грудь. Наверное, во всем было виновато бренди: она уже не могла отвести от него взгляд.
– Все в порядке? – Хьюго с любопытством посмотрел на нее и нырнул в черную футболку.
– Да. – Она бросила прощальный взгляд на упругий живот. Голова Хьюго показалась из ворота.
– Накинь вот это. – Он протянул ей плащ, сделанный фирмой конкурентов «Мого». Таш виновато огляделась по сторонам: вспомнить бы, где она забыла свой! Возможно, ее собственный плащ остался во дворе.
Когда Хьюго переоделся, Таш всхлипнула последний раз и встала со стула. По телу пробежало тепло, бренди делало свое дело. Но зачем, интересно, он стал говорить про любовные романы Зои? Таш торопливо направилась к выходу и замерла, осознав, как по-хамски это с ее стороны выглядит.
– Спасибо, – выпалила она. – Ты был очень внимателен.
Хьюго улыбнулся:
– Поверь, у меня были самые эгоистические намерения. Таш растерялась, не понимая, к чему он клонит, но выяснять не стала.
– Удачи! Покажи всем класс за меня.
Хьюго стоял совсем близко. Пальцы Таш уже сжимали дверную ручку, но она не могла сейчас просто так уйти.
– Постараюсь, – пообещал Хьюго, терпеливо ожидая, когда Таш наконец откроет дверь.
Ей очень хотелось встать на цыпочки и поцеловать его в щеку. Она делала так всегда, когда провожала на соревнования друзей, но с Хьюго этот жест давался невероятно сложно. У него в глазах заплясали чертики – правильно разгадав ее замешательство, Хьюго сам подставил ей щеку, но в тот миг, когда она приблизилась к нему, быстро повернулся, и легкий поцелуй пришелся в губы.
– Удачи! – Она распахнула дверь. Во двор они вышли молча.
Пока Таш куталась в дождевик и смотрела следующие заезды, рядом с ней вдруг появились ее племянники, а за ними – и ее родная сестра с мужем. София сгребла поближе к себе старших детей и поцеловала Таш:
– Ты уже видела папу и Генриетту?
– Нет. – Улыбка сползла с лица девушки. Она совсем забыла, что семья отца должна прибыть сюда, на соревнования. Сейчас ей не хотелось видеть никого из родных. – А они здесь?
– Должны быть. Мы опоздали на целый час, на шоссе такие пробки! Вообще-то шла речь о том, чтобы всем встретиться у стенда твоих спонсоров, но, когда мы туда прибежали, никого уже не было. Возможно, они у манежа. Ты сейчас идешь туда?
– На манеж? – Таш растерянно посмотрела на Софию. – Вообще-то я уже…
– Да нет же, глупая, к стенду твоих спонсоров! Это «Мого», так ведь? – София остановила озадаченный взгляд на символике плаща Таш.
– Нет, я сейчас туда не собираюсь. – Таш виновато отстранилась, она надеялась, что никого из сотрудников «Мого» нет поблизости. Вполне реально лишиться контракта, если какой-нибудь журналист сфотографирует ее в одежде с чужой символикой. Таш опустила пониже голову и засунула руки в карманы. Там оказались бумаги и еще какой-то мусор.
К великой своей радости, она вдали увидела Генриетту, торопливо семенящую за Джеймсом, который широко, по-армейски вышагивал впереди.
– Смотри-ка: папа! – Таш развернула Софию на сто восемьдесят градусов и ретировалась в палатку, решив воспользоваться моментом, пока представители семейства Мередитов увлеченно приветствовали семью Френчей. Она так спешила, что не обратила внимания на элегантную стройную женщину, идущую рядом с Генриеттой. Кожаная широкополая шляпа закрывала ее лицо.
Таш села между Кристи и Гленом Бейном, впереди на экранах шла прямая трансляция заездов. Время от времени оператор заходил в палатку и снимал взволнованные, бледные лица тех, кто еще ждал своей очереди. Таш всеми силами пыталась скрыть вражескую эмблему на рукаве. В конце концов она сложила плащ вчетверо и положила на стул, как мягкую подушку. В палатке было душно, и она наконец согрелась.
Почувствовав, как зашуршали карманы, Таш решила выудить оттуда все бумаги на случай, если Хьюго держит там что-то важное. В одном из карманов нашлись упаковка лошадиных лакомств и старое кожаное портмоне, в котором Таш обнаружила кипу разнообразных пластиковых карточек. Таш лениво перебирала их, удивляясь, что такой собранный человек, как Хьюго, мог просто взять и забросить их в карман.
– Это плащ Хьюго? – посмотрела на нее Кристи. Таш кивнула.
– Смотри-ка, фотографии, – из второго кармана выпал бумажник. Кристи ловко подобрала его. – Это Бод. А это, похоже, его отец. Боже! – Кристи вскрикнула от удивления.
– В чем дело? – Таш оторвала взгляд от экрана. Стефан на Счастливом Понедельнике преодолел Карьер. Увидев, что именно держит в руках Кристи, она чуть не потеряла сознание: это оказался один из снимков, приклеенных на ту злополучную валентинку, по ошибке отправленную Хьюго! К счастью, на нем оставались только ее лицо и плечи, но и так было понятно, что на ней почти ничего не надето.
– Как это могло сюда попасть? – Таш выхватила фотографию из рук Кристи и бросила обратно в карман плаща, решив, что избавится от нее при первой возможности. Ее лицо пылало. – Смотри, бедняга Стефан задержался на Перекрестке.
Кристи, не отрываясь, смотрела на Таш. Ее мокрые рыжие волосы упали ей на глаза, когда она наклонила голову и загадочно улыбнулась:
– Теперь я все понимаю.
– Что понимаешь? Кристи прищурилась:
– Не прикидывайся дурочкой, Таш!.. С тех пор как вы с Найлом объявили о помолвке, Хьюго как с катушек снесло. Только и думал, как избавиться от меня. Боже! Та женщина, которую, по словам Стефана, обожает Хьюго, это ты, Таш. Ты!
Тут закончился заезд, и Кристи побежала поздравлять Стефана, который в нем участвовал. Таш тоже поднялась и пошла к двери вагончика. На выходе она столкнулась со Стефаном и Кристи и по тому, как те радостно обнимались, поняла, что Кристи не расстроилась из-за своего открытия.
– Поздравляю, Стефан, – улыбнулась Таш и шагнула в дождь.
– Что это с ней? – Стефан обеспокоенно посмотрел ей вслед. – Она такая отрешенная!
– Таш только что узнала, что Хьюго в нее влюблен.
– Давно пора. Он мечтал о ней годами.
– Таш, – раздался голос за спиной. Она обернулась: Бен указывал на Сноба, появившегося на старте.
– Черт! – Она вспомнила, что обещала Хьюго встретиться с ним перед заездом.
Дженни и Индия были заняты последними приготовлениями. Сноб уже прошел ветеринарный осмотр. В отличие от Горбунка он совсем не вспотел. Злосчастная туча теперь двигалась в сторону Оксфорда и Лондона.
За забором родственники Таш сбились в одну кучу и о чем-то оживленно переговаривались. Александра о чем-то расспрашивала Хьюго, который, казалось, не слышал ее.
– Я могу чем-нибудь помочь? – спросила Таш, не обращая внимания на бешеную жестикуляцию Александры.
– Пожелай мне еще раз удачи. – Хьюго натянул перчатки.
– Удачи! – Она заглянула ему в глаза.
– Не так.
Чувствуя, как застучало сердце, Таш украдкой взглянула на стайку влюбленных девушек, пришедших посмотреть на его старт, на своих родственников, шипящих, что они должны поговорить с ней прямо сейчас. Все это вдруг показалось ей таким незначительным.
– Удачи! – Она поднялась на цыпочках и очень осторожно поцеловала Хьюго в губы.
На какой-то миг Таш показалось, что он ответит на поцелуй, но Хьюго только широко улыбнулся и натянул вожжи. Темные глаза Сноба выжидающе засияли.
– Прямо как у меня, – вслух подумала Таш и вышла за ограждение. Александра и София что-то ей шептали, но она не слышала ни слова. Хьюго пришпорил коня.
– Теперь мы можем поговорить? – спросила Александра, как только всадник и конь исчезли из вида.
Но Таш уже спешила через парк, на голос комментатора.
Сейчас ей больше всего хотелось оказаться в палатке, в окружении друзей, которые, понимая ее чувства, могли поддержать в эту минуту. Но не могла же Таш вломиться туда с толпой родственников! Поэтому ей пришлось направиться на зрительскую трибуну у озера.
– Вы с Хьюго снова хорошо ладите, – заметила Александра, когда они заняли свободные места.
– Да. – Таш услышала радостное сообщение комментатора о том, что Сноб преодолел первое препятствие.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24
загрузка...


А-П

П-Я