https://wodolei.ru/catalog/uglovye_vanny/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Ты не думала о его непослушном характере и плохом настроении, а сосредоточилась на другой мысли. Тебе было не до привычных сомнений, и конь почувствовал твою уверенность и показал себя в полную силу.
– Чепуха, – засмеялась Таш.
– А теперь, если тебе не трудно, верни Хьюго его бриджи. – Стефан показал на стоянку, откуда бешено жестикулировал Хьюго. – Это его счастливые бриджи, а ты же знаешь, какой он суеверный. Мы попросили судью сделать пятнадцатиминутный перерыв, но ты все же поторопись.
С секунду Таш, онемев, смотрела на Стефана, а потом опустила глаза на чистые, белые, слишком узкие внизу, но широкие в талии бриджи.
– Это бриджи Хьюго? – выдохнула она. Широко ухмыльнувшись, Стефан кивнул:
– Я предложил ему надеть запасные, но он непременно хочет эти.
Все еще под впечатлением от удачного выступления, Таш развеселилась. Когда она бежала к стоянке, узкие брюки настолько сковывали ее движения, что она не удержалась от смеха.
– Смотри, не описайся, – прошипел Хьюго, выходя ей навстречу и расстегивая на джинсах ширинку. – Я не хочу раздражать судью, быстро переодевайся!
– Я не буду переодеваться здесь, – запротестовала она, заметив неподалеку мужчину с дворнягой.
Но Хьюго уже стянул с себя джинсы.
С быстротой молнии Таш стащила сапоги, но бриджи не поддавались. Мужчина с собакой проявил интерес к происходящему. Два продавца из соседнего лотка из любопытства подошли поближе, оставив свои прилавки. Бриджи прилипли к коленям.
– Ляг, ради бога, я помогу, – рявкнул Хьюго.
– Убирайся! – Таш снова потянула бриджи и упала.
Не слушая ее возражений, Хьюго ухватил ее за лодыжки и с силой потащил бриджи вниз. Праздные наблюдатели затаили дыхание. «Они, наверное, думают, что я проститутка», – мелькнуло в голове Таш. Каждым очередным рывком Хьюго припечатывал ее к земле.
– При других обстоятельствах это было бы весьма сексуально, – вымученно пошутила девушка.
Хьюго уничтожающе посмотрел на нее и приказал взяться за бампер стоявшего рядом автомобиля. Они уже собрали немало зрителей. Мужчина с собакой стоял в первом ряду, всего в нескольких метрах от них.
Трусики Таш были выставлены на всеобщее обозрение, но Хьюго это, казалось, не смущало. Он стоял у нее между ног и увлеченно тянул на себя бриджи. На нем были только трусы и красные носки – если учесть, что выше пояса он был полностью одет, это выглядело комично. Рядом в ожидании хозяина лежали его сапоги.
– Я не могу, – хлюп, – снять их, – хлюп. – Ох! Одна нога освободилась, и Хьюго потерял равновесие.
Вторую Таш вытащила без особых усилий и отползла в сторону, ища глазами его джинсы.
К своему стыду, Таш обнаружила, что они ей тоже слишком узки. Она всем сердцем хотела оказаться сейчас в вагончике, чтобы переодеться, но увы – их сапоги были разбросаны по полю боя! Хьюго по ошибке схватил ее пару и пытался втиснуться в них, как злая сестра Золушки в хрустальную туфельку.
– Это мои, – услужливо прочирикала Таш и еле увернулась от полетевшего в нее сапога.
У Хьюго оставалось всего пять минут до старта. Слишком мало. Бодибилдер был таким же крупным и своенравным, как и Сноб. Правда, он, как и конь Таш, тоже оказался способен выложиться по максимуму. И он не подвел наездника.
Поначалу Хьюго дергался, но потом показал лучший за последние недели результат.
Теперь он смог посмотреть на ситуацию с юмором. До очередного заезда оставалось полчаса, и он миролюбиво пил с Таш кофе в вагончике, смеялся, шутил и критиковал себя за несдержанность.
Таш отыскала свои бриджи, а Хьюго, закрывшись газетой, завел разговор про съемочную группу Лисетт.
– Они мне безумно надоели, – жаловался он. – Их арт-директор, Шон, бродит по дому, как хозяин. Вчера зашел в ванную к Стефану, попросил не обращать на него внимания и стал измерять окно.
– Гас тоже недоволен, – хихикнула Таш. Она натягивала бриджи, уже не заботясь о том, увидит ее бедра Хьюго или нет. Но ее собеседник не выглядывал из-за газеты. – Говорит, ты его сторонишься. – Таш несколько смягчила нелестное высказывание Гаса о Хьюго. – Больше не приезжаешь на ферму…
– Я заезжал сегодня за тобой. Вы тоже ко мне не заходите.
– Гас пытался, – напомнила ему Таш и тут же прикусила язык, боясь нарушить хрупкий мир. Но она знала, что Гас действительно очень обижен.
Девушка не видела лица Хьюго, все еще загороженного газетой, но его голос прозвучал виновато:
– Надо будет позвонить ему и извиниться. По правде говоря, я был не в форме, когда он пришел. Только-только прочитал, как полощут мое имя в газетах. Но было неправильно вымещать гнев на Гасе. Он повел себя как настоящий друг, а я – как идиот.
Таш захотелось немедленно рассказать Гасу, что Хьюго решил пойти на примирение.
Из окна она видела Индию, неспешно прогуливающую Сноба по лужайке.
– Должен признать, ты прекрасно выступила. – Хьюго поставил на стол пустую чашку. – Твой конь делает успехи. В последнее время ты едва справлялась с ним.
Таш пожала плечами:
– У Сноба все зависит от настроения. А у меня после выступления ужасно болят руки.
Хьюго серьезно взглянул на нее:
– Если ты не уверена, что справишься с ним, Таш, то лучше воздержись от выступлений. Или ты безоговорочно доверяешь лошади, или играешь в опасную игру.
– Думаю, я с ним справлюсь, – вспыхнула она.
– Конечно, это не мое дело… но я беспокоюсь о твоей безопасности. – Хьюго смотрел на нее прямо и открыто. – Если Сноб вдруг понесет тебя не в ту сторону, ты покинешь Бадминтон в карете «скорой помощи». Конь должен слушаться тебя, даже если ему захочется увеличить темп или прыгнуть через высокий барьер.
Таш поджала губы, обидевшись, что ее поучают.
– Серфер тебя слушался, – напомнила она, – и доверял тебе.
– Возможно, даже слишком! Да, лошадь обязана повиноваться, но у нее должен срабатывать инстинкт самосохранения: если она чувствует, что не может взять преграду, пусть остановится. У Сноба есть этот инстинкт, а у Серфера не было. Я приказал, и он послушался. Я виноват.
Таш не верила своим ушам. Хьюго никогда раньше не признавал своих ошибок.
В вагончик ворвался холодный воздух, это Индия заглянула в дверь. Таш улыбнулась, заметив, что у нее на шляпе лежит морда Сноба. Индия была единственной, чьи шляпы приходились жеребцу по душе.
Не отвлекаясь, Хьюго продолжал наставления.
– Я это говорю к тому, – объяснял он, – что излишний энтузиазм Сноба может оказаться не лучше беспрекословного подчинения Серфера. Потому что ты, в случае его неповиновения, ничего не успеешь поделать.
– Этого не случится. – Таш взяла секундомер.
– Я могу уделить тебе пару часов на этой неделе, если хочешь, – предложил Хьюго. – Приезжай в Маккоумб, у меня есть несколько идей, как исправить положение.
– Спасибо. – Таш пришла в изумление от этих слов: уже год, как Хьюго отстранился от участия в ее делах. – Конечно, хочу, это будет здорово! Когда? – Она покраснела, понимая, что в ее голосе слышится плохо скрываемый восторг.
– Давай завтра. – Он безразлично пожал плечами и щелкнул зажигалкой.
– Отлично. – Таш старалась не улыбаться слишком широко.
Индия, все еще стоявшая в дверях, удивленно посмотрела на нее.
– Но завтра же твой день рождения, Таш! – напомнила она. – Гас сказал, что ты можешь весь день лениться, объедаться шоколадом и смотреть спутниковое телевидение.
– Я не люблю лениться, – быстро откликнулась Таш и вспыхнула, осознав, что солгала: ее с полным основанием все считали самозабвенной лентяйкой.
Занимаясь Горбунком, она не видела Хьюго до своего очередного заезда. На сегодня его выступления закончились, и теперь он в широком сером свитере, с сигаретой во рту и банкой пива в руках беседовал о чем-то с Брайаном Седжвиком.
– Спорим, я тебя обойду! – окликнула его Таш.
– У тебя нет шансов, – засмеялся Хьюго. – Ты должна уложиться вовремя, а на этой кляче ты далеко не уедешь.
Дух соперничества заставил девушку с быстротой молнии рвануть со старта. Горбунок уступал Снобу в пылкости, но зато не тратил время на выяснение отношений с наездницей. Он брал преграды легко, как будто играл в забавную игру. Таш чувствовала его силу и податливость, ее уверенность окрепла, и она даже не смотрела на секундомер. Девушка не стремилась к победе, это просто была репетиция для Горбунка перед Бадминтоном, но, раз уж конь в отличной форме и готов к серьезным испытаниям, она выбрала кратчайший маршрут. Когда они пересекли финишную черту и Таш посмотрела на секундомер, ее удивление было безмерным: они пришли к финишу на десять секунд раньше!
– Боже, да этот конь в отличной форме, – присвистнул Стефан и, засунув в рот хот-дог, помог ей спешиться. – В чем твой секрет?
– В постоянно отсутствующем женихе, – улыбнулась Таш. – Чтобы не проводить вечера в одиночестве, я тратила все время на тренировки. – Она поцеловала Горбунка в розовый нос. Конь облизал хозяйку и полез к ней в карман за угощением.
– Ну-ну. Результаты еще не объявлены, но, думаю, ты выиграла, – говорил Стефан с набитым ртом. – Хьюго наверняка злится, что ты отняла его первую за неделю победу.
Но Хьюго совершенно не казался злым. Увидев Таш, он похлопал ее по плечу и протянул банку пива.
– Молодчина, – улыбнулся он. – Это было великолепно! Держи сигарету, мы должны это обсудить.
Таш шагала рядом с ним и, дрожа от радости, пересказывала свое выступление прыжок за прыжком. Ей редко удавалось найти такого благодарного слушателя. Гас и Пенни, бывалые наездники, часто побеждавшие и проигрывавшие, знали все наперед, а Найл, хоть и старался проявлять интерес, на самом деле отчаянно скучал во время ее рассказов.
– Послушай, нам надо поговорить. – Хьюго подвел Таш к уличному кафе. Горбунком вызвалась заняться Индия.
Еще через двадцать минут Таш не могла поверить своему счастью. Оказывается, Хьюго договорился, что с ней встретятся представители магазина одежды «Мого», очень популярного среди наездников. Они предлагали Хьюго спонсорскую поддержку, однако он в ней не нуждался, так как уже заключил целый ряд контрактов с инвестиционным банком, и порекомендовал им обратить внимание на Таш. Они присутствовали на сегодняшнем соревновании, видели ее блестящее выступление и пришли в восторг. Обычно жокеи охотились за спонсорами, у нее же получилось наоборот, и Таш от всей души была благодарна судьбе. Вот это повезло!
На обратном пути она сидела между Стефаном и Хьюго. Тот спал, уронив голову ей на плечо. Таш чувствовала сладкий запах его волос, а еще – жуткий страх, заставлявший сжиматься сердце. Девушка понимала, что в ней возрождается старое, забытое чувство. Она думала, что ее былая влюбленность в Хьюго – детская вирусная болезнь, которой нельзя переболеть дважды, но вот она вернулась и оказалась в десять раз опаснее, чем раньше.
Зои приготовила на ужин рагу из цветной капусты и моркови с острым соусом. Сидя за столом, Таш рассказывала Монкрифам об истории с «Мого».
– Ну что ж, – резюмировал Гас после затянувшейся паузы, – если все получится, будет здорово. Но ты все же имей в виду: когда дело касается спонсоров, все может не раз поменяться.
– Конечно. – Таш грустно размазывала еду по тарелке.
– Таш выступила потрясающе, – весело зачирикала Индия. – Даже Хьюго сказал: «Страстно и чертовски рискованно»!
– Ну, раз Хьюго так сказал… – засмеялась Зои.
– Он был в восторге, – подмигнула Индия. Таш, притворяясь равнодушной, занялась рагу.
– Звонил Найл, – сказала Зои.
– Правда? – Таш посмотрела на часы, пытаясь сообразить, сколько времени сейчас в Штатах. – Я ему перезвоню. Какой номер? – Острый соус вдруг заполыхал у нее во рту.
– Он… не оставил. – Зои прикусила губу. – Найл переезжает с места на место, звонил из аэропорта, даже толком не объяснил, из какого. Говорит, что каждый день отвечает на одни и те же вопросы журналистов. Мне кажется, он очень устал.
– Он просил мне что-нибудь передать? – От жгучего соуса на глазах у Таш выступили слезы, а в горле занялся пожар. Она широко открыла рот. Сохранить достойный вид было невозможно.
Зои обеспокоенно смотрела на подругу.
– Сказал, что любит тебя. Да, и еще просил передать, что сможет поехать с тобой в мае во Францию. – Вторая часть ответа Зои прозвучала более убедительно, чем первая.
– Но это же накануне соревнований в Бадминтоне, – покачала головой Таш.
– Можешь не волноваться, – бросил Гас, поднимаясь. – Ты же звезда, победа у тебя в руках. – Он вышел из кухни, прихватив с собой бутылку.
Таш спрятала лицо в ладонях, пожар в горле никак не утихал. Она могла бы напомнить Гасу, что ее победа – результат долгих тренировок. Через два месяца должна состояться ее свадьба, но Таш видела своих лошадей чаще, чем Найла. И что самое ужасное – она все меньше и меньше скучала по нему.
Глава двадцать четвертая
Утром Хьюго встретил ее на пороге своего дома с кружкой отвратительного растворимого кофе и широкой улыбкой. Ей было невыносимо сознавать, что эта улыбка заставляет сердце трепетать, как прежде. Таш не терпелось проведать Микки, который тут же от восторга поджал уши и потянулся к ней розовым влажным носом.
Хьюго придерживал за уздцы ревнивого Сноба. Теперь он уже был не так добр с Таш. Он указал на ее самые слабые места, раскритиковав, как она во время езды держит ноги, руки, спину и голову. Но говорилось это из необходимости помочь, а не из жестокости.
– Держи поводья, поезжай прямо! Так, куда его заносит?
– Влево. – Таш чувствовала, как Сноб наклоняется влево.
– Почему он так делает?
– Наверное, потому, что ему так удобно.
– Нет. – Хьюго подошел к наезднице и взял в руки поводья. – Это тебе так удобно. Возможно, ты сама этого и не осознаешь, но ты переносишь свой вес на левую ягодицу, вот сюда. – Он просунул теплую руку между ней и седлом. – Поэтому конь тоже идет неровно.
Таш отодвинулась, пытаясь избежать его прикосновений.
– Так лучше, – Хьюго убрал руку. – У Сноба уже вошло в привычку склоняться влево, я видел это сотни раз на соревнованиях. Попробуй теперь равномерно распределить свой вес.
Таш попыталась, но Сноб по-прежнему делал упор на левую ногу.
– Давай снова! Сосредоточься.
Сноб не сдавался.
– Пробуй, пробуй!
Так продолжалось целый час, пока Сноб не пошел прямо.
– Боже мой, ты, очевидно, из тех, кто бросает детей в бассейн, чтобы научить их плавать, – пробормотала Таш.
– Только некоторых детей, – улыбнулся он и посмотрел ей прямо в глаза. Таш внезапно вспомнила, как еще во Франции, во время одной из таких же тренировок с Хьюго, она упала в бассейн.
– Так ты говоришь, я натягиваю при прыжках поводья? – Девушка постаралась выбросить из головы свою детскую влюбленность.
– Да, и это естественная реакция. Но ты должна избавиться от нее: Сноб чувствует твою неуверенность и боится брать барьер.
– Ты думаешь… – Таш поймала себя на мысли, что не слушает наставлений. Она смотрела на его красиво очерченный рот, изогнутые губы, белоснежные зубы. Интересно, каков на вкус его поцелуй?..
– А с Горбунком почему-то все иначе… – Таш произнесла это для того, чтобы хоть что-нибудь сказать, но сама думала о том, бывает ли на свете такой чистый голубой цвет, каким лучились его глаза.
– Это потому, что ты не боишься его, – спокойно объяснял Хьюго. – Вы доверяете друг другу. А со Снобом вам пора сходить к семейному психотерапевту. Ладно, давай еще один круг, и все на сегодня.
Хьюго скакал рядом на Брокере, молодом, подающем надежды жеребце. Они останавливались после каждого барьера, чтобы обсудить допущенные ошибки. Когда тренировка закончилась, на небе сгустилась тьма.
– Это Стефан? – Таш посмотрела на приближавшуюся к дому фигуру.
– Похоже на то. – Хьюго потер нос. – Он весь день провел в кузнице. А ты сегодня празднуешь день рождения вместе с Найлом?
Удивившись, что Хьюго помнит об этой дате, Таш покачала головой:
– Он еще в Штатах.
– Ах так… – Хьюго смотрел на алеющий закат: солнце медленно исчезало за высоким холмом.
Таш разглядывала его профиль: прямой нос, упрямый подбородок, длинные ресницы… Она быстро отвернулась.
– Ты ждешь его?
– Нет, уже и не надеюсь, – горько ответила Таш и тут же пожалела, встретив его грустный взгляд.
Несколько минут они ехали молча. Тишину нарушало только одинокое кукование, долетавшее из леса, и фырчанье Брокера.
Когда они въехали на Двенадцать Акров, все звуки смолкли. Таш почувствовала, как ее пробирает дрожь. «Я не хочу выходить замуж за Найла…» – внезапно подумала она.
Таш еле удержалась в седле, осознав, какая опасная мысль пришла ей сейчас в голову. Ладонь машинально подлетела к губам.
Неизвестно, заметил ли ее замешательство Хьюго, но он ничего не сказал, только свистнул чуть отставшему от них терьеру.
Сердце Таш забилось сильнее.
Она посмотрела на чернеющее небо и сказала:
– Страшно возвращаться верхом в такой темноте. Одолжишь мне фонарь?
– Нет. – Хьюго поднял на нее глаза. – Уезжать еще рано – ты же не получила свой подарок.
– Подарок?
– У тебя ведь сегодня день рождения, – рассмеялся он.
– Да, конечно! – Таш определенно нравился новый, милый и приятный, Хьюго.
– В таком случае тебе положен подарок, – сказал он. – Никто не должен остаться без подарка в свой день рождения.
Таш потупилась, вспомнив, что подарок для Хьюго исчез в желудке у Найла.
– Ты не обязан делать мне подарки, – сказала она, – особенно если…
– Если что?
– Если ты узнал про мой день рождения лишь вчера, от Индии.
– Я отлично помню эту дату, – возразил он, взял Брокера под уздцы и направился к конюшне.
И почти сразу в воротах конюшни показался неуклюжий силуэт Микки. У Таш перехватило дыхание.
Серый жеребец спешил ей навстречу, а за ним, улыбаясь, шел Хьюго. Микки споткнулся и наступил хозяину на ногу тяжелым копытом.
– О-о, ты идиот! – взвыл Хьюго.
Микки замер и уставился на него, так и не убрав копыта. На правый глаз ему падала золотистая надпись «С днем рождения!».
Таш испустила радостный вопль. Микки хрипло заржал в ответ и, наконец освободив Хьюго, рванул ей навстречу, опрокинув по пути два ведра и автомобильную шину.
Заметив, что Сноб ревниво поглядывает на Микки и тому может сейчас достаться на орехи, Стефан увел строптивого коня в стойло. Таш не видела перед собой ничего, кроме поздравительной надписи на морде Микки.
– С днем рождения! – Хьюго подошел ближе. Прижимаясь щекой к серой морде коня, Таш пыталась не расплакаться. Прощание с влюбленностью откладывалось на неопределенный срок.
– Ты не можешь просто так отдать мне его, Хьюго, – сказала она, когда Микки наклонился к перевернутому ведру. – Ты заплатил за него десятки тысяч.
– Эта неуклюжая бездарная лошадь – самое неудачное мое приобретение, – признался Хьюго. Микки поднял ведро за ручку и с гордостью повернулся к Таш. – Не понимаю, что ты в нем нашла. Можешь забирать свое сокровище.
– Боже, спасибо! – Таш бросилась к Хьюго.
Он торопливо отступил и поймал ее за руку.
– Это не значит, что я отдаю его просто так, – продолжил он. – Юридически я останусь его хозяином, но ты можешь тренировать Микки и выступать с ним на соревнованиях. Надеюсь, «Мого» будут спонсировать этого чудика. Я рассказывал им про Микки, не упоминая, естественно, про его тупость, и они очень заинтересовались.
– Спасибо тебе большое! – Таш неловко обняла Хьюго. Он закашлялся и отошел в сторону.
– Дженни отведет его в стойло, а я позвоню на скачки, поговорю с секретаршей.
– Черт, я об этом совсем забыл! – Стефан в ужасе уставился на часы.
– Знаю, – Хьюго смерил его взглядом. – Надеюсь, что еще застану ее. А потом пойдем в ресторан. Уже слишком поздно, Таш не может сейчас возвращаться домой. Сноб останется на ночь здесь, поставь его рядом с Микки, Дженни.
Таш закрыла лицо руками, стараясь быть разумной и объективной. Ей казалось, что вся ее жизнь сегодня перевернулась с ног на голову. Раньше свои чувства к Хьюго она объясняла лишь игрой гормонов и воспоминаниями юности, но сейчас, когда пожар в душе разгорелся с новой силой, девушка не могла представить, как сможет дружить с мужчиной, к которому испытывает более глубокие чувства.
Когда Хьюго вернулся, он, казалось, не заметил ее состояния и спросил:
– Ты собираешься в Локингтон-Даун?
Не в силах взглянуть на него, Таш покачала головой:
– Я отказалась от участия. Мы с Найлом в это время будем во Франции.
Наступило молчание. Когда Хьюго снова заговорил, в его голосе появились прежние холодность и надменность:
– Собираетесь в гости к Александре?
– Да.
– София и Бен, кажется, тоже едут.
– Впервые об этом слышу, – рассеянно ответила Таш. Она чувствовала, что хрупкий мир ее радости вот-вот разлетится на кусочки. Ей хотелось, словно напуганной кошке, броситься прочь и забиться под шкаф.
– Бен упомянул об этом вскользь, когда рассказывал, в какую сумму обошлось платье, которое купила тебе на свадьбу София. Бен полагает, что оно дороговато для наряда невесты.
– Зная маму, я в этом сомневаюсь. – Таш закрыла глаза, вспоминая бесчисленные факсы с образцами свадебных нарядов, которыми забросала ее Александра. Чтобы отвязаться от матери и освободить факс для связи с Найлом (если он, конечно, решит выйти на связь), Таш выбрала первое попавшееся.
– Боже, Таш, ты невероятно избалована! – Хьюго мрачно уставился на нее.
Девушка удивленно подняла на него глаза. Несколько минут они обменивались молчаливыми взглядами, как теннисисты упругим мячиком.
– Даже не удосужилась заняться подготовкой к собственной свадьбе. – Его тон был снова холоден. – За малютку все делает мама.
– Не смей так говорить! – взвилась Таш.
– Не будь такой неженкой! Ты получаешь все, что захочешь, стоит только захотеть. Даже лошадь на день рождения.
Она сделала глубокий вдох. Было слышно, как Дженни ругает драчливого Сноба. Таш не отрывала взгляда от Хьюго.
– Если ты считаешь меня такой избалованной, – прошептала она, – то зачем потакаешь мне? В прошлом году ты за бесценок продал мне Горбунка. Ты бесплатно тренируешь меня, нашел спонсора, одолжил спортивное снаряжение, а теперь еще и вернул Микки Рурка. А еще я слышала… – она замолчала, не решаясь продолжить.
– Что? – выдохнул Хьюго.
– Ходят слухи, что моя работа на ферме целиком зависит от тебя. Боже, Хьюго я просто не понимаю, что происходит! Не могу вычислить.
– Ну, если не можешь, – пробормотал он, – я ничего не стану тебе объяснять. – При всей холодности тона Хьюго буквально пожирал ее глазами.
Таш чувствовала себя маленькой и хрупкой, ей было страшно видеть его холодное, злое лицо.
– Я думала… мне казалось, что, может быть, ты поступаешь так потому… что я тебе немножко нравлюсь? – Таш запиналась на каждом слове.
– У Гаса, моего близкого друга, затянулся финансовый кризис, – прозвучал ответ. – Просто я пытаюсь помочь, не ущемляя при этом его гордость.
Ужаснувшись своей наивности, Таш сделала было попытку к бегству, но Хьюго оказался проворен как кошка. Он схватил девушку за локоть и прижался к ее спине.
– Я хочу, чтобы ты уяснила одно, Таш, – он говорил хриплым, срывающимся голосом. – Я здесь не для того, чтобы развлекать тебя в отсутствие Найла. И клянусь тебе жизнью Бодибилдера, я никогда снова не попытаюсь поцеловать тебя, не спрошу о чувствах ко мне, даже не приближусь.
Вырвавшись, Таш бросилась прочь и налетела на Стефана.
– Где пожар? – нервно рассмеялся он.
– Сжигаем мосты, – горько обронил Хьюго. – Самый красивый из моих мостов.
На следующий день пришло множество открыток. От Найла вестей не было. В тусклом сиянии рассветного солнца Таш поплелась на ферму, где обнаружила, что Хьюго уже привез Сноба и Микки, а обитатели фермы сегодня настроены по отношению к ней на редкость холодно.
– Как мы теперь прокормим этого бестолкового жеребца? – повернулся к ней Гас.
– Хьюго сказал, что это его дело, – улыбнулась Таш.
– Конечно, – проворчал Гас, – и это еще не все его дела.
Таш застыла:
– О чем ты?
Но Гас уже направился в сторону конюшни. Зои в домашнем халате суетилась на кухне. Она тоже была настроена агрессивно.
– Где тебя носило всю ночь? – Она прошествовала мимо Таш с кипой белья, предназначавшегося для стирки. – Мы приготовили праздничный ужин и прождали тебя допоздна. Индия очень расстроилась, она вертелась как белка в колесе, чтобы тебя порадовать.
Таш открыла рот от удивления:
– Но Хьюго позвонил и предупредил, что уже слишком поздно и я не приеду!
– Не лги, Таш. – Зои пошла вверх по лестнице. – Кстати, Найл звонил дважды, чтобы поздравить. Тебе будет приятно узнать, что я наврала ему, будто ты ушла на девичник.
– Зачем? – крикнула Таш, но Зои уже хлопнула дверью.
Днем из школы вернулась Индия. Увидев, как расстроена Таш, девочка моментально ее простила и даже поделилась шоколадным батончиком.
– Найл на самом деле не звонил, – призналась она, думая, что это утешит Таш. – Мама все придумала.
– Зачем? – изумилась Таш.
– Думаю, она чувствует ответственность за него, – предположила Индия. – Ей кажется, что ты им пренебрегаешь.
– Мы оба уделяем недостаточно внимания друг другу, – печально вздохнула Таш.
Прошла еще одна неделя. Найл все не звонил. Понимая, что в последнее время она чаще делит постель со Свеклой, чем с женихом, Таш решила, что пора что-то менять.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24
загрузка...


А-П

П-Я