https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_rakoviny/Grohe/eurosmart/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Как до нее добраться? Ты покажешь дорогу Фредерику, а я поскачу вперед с одеялами и бренди. Мороз слишком сильный!
— Конечно, конечно, — отозвалась, вставая, Женевьева.
Но тут дверь распахнулась, и на пороге возник Жак Биссе, высокий и мрачный. При взгляде на Женевьеву его лицо исказила ярость.
— Женщина лжет, — сказал он безжизненным голосом.
— Как вы смеете?! — задохнулась Женевьева. — Эрик! Дэмьен!
Не будете же вы слушать этого… этого лягушатника! Чьему слову вы поверите — его или моему?
Что-то в ее тоне очень не понравилось Эрику. Он неторопливо улыбнулся, прислонившись к стене.
— Я знаю Жака почти всю свою жизнь, Женевьева. Он никогда не говорил мне не правды. Жак, быстро расскажи; в чем дело!
— Я следил за ними. Леди Женевьева приехала сюда и позвала Аманду с собой. Я последовал за ними, когда они поскакали в поле. Я своими глазами видел, как их окружили «красные мундиры». Это была западня, заранее спланированное похищение.
Эрик почувствовал, как его сердце ухнуло вниз и, казалось, начало кровоточить. Во рту пересохло. Еле ворочая непослушным языком, он спросил:
— Кто, Жак? Кто захватил ее?
— Тэрритон. Лорд Роберт Тэрритон. Ее выманили из дома якобы к вам, а теперь хотят поймать вас в такую же ловушку. Я не знал, что делать! Я не мог позволить оставить ее одну в снегу, среди них, но и помочь ничем не мог, поэтому кинулся предупредить вас. Эта женщина — приманка. Они хотят выманить вас навстречу смерти. — Жак Поколебался, глядя на Женевьеву Если бы взгляд мог убивать, подумал Эрик, то Женевьева сейчас лежала бы в луже крови с кинжалом в сердце.
Дэмьен отшатнулся от молодой женщины. Огонь в очаге угасал, дым и копоть наполнили воздух. Дэмьен снова шагнул к Женевьеве, и та отступила, пятясь к стене.
— Это ложь! — закричала она. — Он лжет, и я не знаю почему!
Я даже не могу понять…
— Я могу! — хрипло перебил Эрик. Шагнув мимо Дэмьена, он схватил Женевьеву за плечи и развернул лицом к себе. — Это была ты. Именно ты дала знать Найджелу Стирлингу и Роберту Тэрритону об оружии, спрятанном в Камерон-Холле. Это ты!
— Нет!
— Да, — тихо произнес Дэмьен. — Я сказал ей. Я рассказал ей об этом, когда мы лежали в постели. Гнусная шлюха! — вырвалось у него.
Женевьева плюнула в Дэмьена, и он яростно хлестнул ее по лицу.
Закричав, женщина скорчилась на полу.
— Эрик, заставь его прекратить!
— Что будем с ней делать, Эрик? — спросил Дэмьен, все еще сжимая кулаки; желваки бешено играли у него на скулах. — Да простит меня Господь, и ты, Эрик, прости, если сможешь, за то горе, что принесла нам всем своим вероломством эта женщина. Я был последним дураком, когда доверился ей!
Эрик схватил Женевьеву за запястья и рывком поставил на ноги.
— Сколько людей у Тэрритона?
— Двадцать тысяч! — вызывающе ответила та.
Он улыбнулся:
— Солжешь еще раз, и я сделаю тебе гораздо больнее, чем Дэмьен только что. А конкретно… « — 0н выдержал паузу, затем обратился к Дэмьену:
— Ты никогда не замечал, как наша леди Женевьева любит себя? Ее лицо — это ее жизнь. Жак, я знаю, тебе это доставит огромное удовольствие, принеси кочергу. Мы не будем столь жестоки, чтобы отнимать у леди жизнь, мы подпортим лишь ее красоту.
Глаза Женевьевы расширились, она все еще не верила. Дэмьен схватил ее за плечи и развернул лицом к Жаку. Высокий акадиец с жестокой улыбкой приближался к ней, держа в руке кочергу с докрасна раскаленным на огне концом. Он подносил кочергу все ближе и ближе к ее щеке, чуть ниже глаза. Женщина отчаянно задергалась, пытаясь вырваться из рук Дэмьена.
— Эрик, ты блефуешь! Я знаю, что ты блефуешь! Ты не… — Она завизжала от страха, когда жар раскаленного металла почти опалил ее ресницы. — Ты не сделаешь этого! — завопила она.
— Видишь ли, в обычных условиях я бы на это не пошел, — согласился Эрик. — Но я люблю свою жену, Женевьева, и чего бы мне это ни стоило, я выбью из тебя правду, чтобы вернуть ее обратно.
Кочерга угрожающе приблизилась к лицу Женевьевы.
— Хорошо! Хорошо! — выкрикнула она. — Их меньше сотни.
Генерал Хоув наслаждается зимой в Филадельфии, там без конца идут балы и вечеринки, жизнь весела и приятна. Это была идея Стирлинга.
Ему нужен ты, а Роберту нужна Аманда. Они взяли только эскадрон Роберта. Они были уверены, что ты сломя голову бросишься ей на помощь, и тогда легко будет захватить тебя и тех, кто будет с тобой.
Этакая маленькая диверсия. Но большой удар по силам американцев и предупреждение колеблющимся. Особенно если все узнают, что повесили благородного лорда Камерона!
Эрик пропустил мимо ушей ее сарказм.
— Каковы его планы? Где он держит мою жену?
— Есть… есть один дом. В десяти милях отсюда. В сосновой бору. Я должна была привезти тебя к лесу, а там уже ждала бы британская кавалерия.
— Жак, отведи ее к генералу Вашингтону. Пусть он решает ее судьбу. Дэмьен, зови Фредерика, пусть поднимает первую роту виргинцев. Потом возвращайся, я объясню свой план.
— Первая рота! — Женевьева расхохоталась. — Там наберется от силы двадцать человек. Они все погибнут, идиот!
— Дорогая Женевьева, я не спрашивал твоего мнения. Жак, ради Бога, уведи ее отсюда!
Он мог бы ничего и не говорить. Жак с силой вывернул ей руку, практически вышвырнув на снег. Эрик услышал еще, как Женевьева вскрикнула от боли и ярости, но тут же умолкла, и он был более чем уверен, что больше она не осмелится произнести ни слова. Она не могла не ощутить, насколько беспощадна была ненависть Жака, должна была понять, что он может запросто убить ее.
— Это из-за меня, Эрик! Все из-за меня, — пристыженно сказал Дэмьен. — Сможешь ли ты меня простить?
— Это я был елец, — с горечью ответил Эрик. — Я отказывался верить очевидному, пока не стало слишком поздно. Давай вернем Аманду.
Это главное.
— Они не повесят ее. Я не верю и в то, что они будут ее пытать, хотя Тэрритон… — Голос Дэмьена пресекся. Они оба знали, на что способен Тэрритон.
— Я всегда рисковал оказаться в руках палача, — напомнил ему Эрик. — И она моя жена. Без нее мое будущее теряет смысл. А теперь слушай, я, кажется, знаю, как вызволить ее и не потерять при этом ни одного человека.
После нескольких дней, которые Аманда провела в убогих жилищах Вэллей-Форджа, дом показался ей до неприличия роскошным и элегантным. Камин был отделан мрамором, на потолках красовалась изящная лепнина, стены были затянуты кожей ручной выделки Пушистые ковры покрывали натертые до блеска паркетные полы, а сама Аманда восседала в кресле с гнутой спинкой, держа в руке бокал с бренди.
Приближалась ночь. На снегу за окнами легли черные тени. Аманда с такой силой стиснула в пальцах бокал, что тонкое стекло едва не треснуло.
Роберт Тэрритон возвращался. Она услышала его шаги по паркету за дверями.
Он распахнул дверь и, ввалившись в комнату, задержался у сервировочного столика, чтобы налить себе виски.» Мило улыбнувшись, он присел на ручку кресла напротив.
— Я очень сожалею, что не успел проявить к тебе должного внимания.
Аманда, уставившись в окно, сделала вид, что не слышит. Сколько потребуется Женевьеве, чтобы доскакать до лагеря? И как скоро Эрик помчится к ней? Уже вот-вот он появится. И либо его застрелят окружившие дом солдаты, либо поймают и вздернут на дереве на заднем дворе, где уже была прилажена веревка. Эту веревку Роберт показал Аманде первым делом, чтобы помучить ее. Он повел ее во двор и провел веревкой по ее щеке, а затем в подробностях рассказал, что происходит с человеком, когда у него на шее затягивают петлю.
Потом он привел ее сюда, швырнул в кресло и оставил, отправившись устраивать смертельную западню Эрику. Ей не пришлось долго оставаться в одиночестве. Появился отец и предложил ей бренди. А также заверил, что с наслаждением послушает ее крики и стоны, когда вернется Тэрритон.
— С радостью, с наслаждением! Я надеялся, что ты будешь страдать с Камероном, но ты как дура влюбилась в этого ублюдка. Ну, все равно Помучаешься сейчас.
— Почему? — в яростном негодовании потребовала она объяснений. — Почему? Что, во имя всего святого, я тебе сделала?
— Ты родилась, девчонка. Тебя родила шлюха, которую я никогда не забуду. Это моя месть! Я молюсь, чтобы был Бог и существовала загробная жизнь. Пусть она посмотрит на землю и увидит твои страдания!
С этими словами Стирлинг покинул ее. Аманда попыталась открыть окно, но обнаружила, что оно наглухо забито. И вдобавок за ним вышагивал часовой, следивший за каждым ее шагом. А теперь Роберт прошелся по комнате, выглянул в окно, погладил красивый, красного дерева наличник.
— Они вот-вот схватят его. Твоего мужа схватят с Минуты на минуту Я приказал, чтобы его сначала привели сюда. Я хочу, чтобы ты увидела его перед тем, как он умрет.
— Ты не можешь просто так повесить его! Должен быть суд Ты…
— Хочешь поторговаться за его жизнь, Аманда?
Она затаила дыхание, боясь услышать продолжение, но и «отчаянно надеясь.
— Ты еще его не поймал.
— Так поймаю!
Он отошел от окна, шагнул к Аманде и улыбнулся, увидев, как она вжалась в кресло. Роберт схватился за ее корсаж и рванул его — материя затрещала. Вскрикнув, она перехватила его руку и впилась в нее ногтями. Он выдернул ее из кресла, смеясь при виде ее разорванного платья. Он все еще смеялся, когда она вцепилась ему в лицо. Из царапин потекла кровь, и улыбка сбежала с его лица.
— Когда я его поймаю, слышишь, стерва, он будет умирать очень долгой смертью! Мы затянем петлю так, чтобы он, качаясь, мог дотягиваться до земли, и таким образом он будет медленно и мучительно задыхаться, пока не сдохнет! — Он поймал ее руки, едва не сломав пальцы, и поволок ее к камину. Прижав Аманду к стене, негодяй снова улыбнулся. — Прекрасный дом, не правда ли? Конечно, ваши континенталы хорошенько пограбили его, унеся продукты, прежде чем пришли мы. Хозяева, кажется, давно покинули его. Тебе стоит посмотреть спальню. Там стоит огромная кровать с шелковыми простынями на самом мягком матрасе, который ты могла бы себе представить Ты ведь привыкла к роскоши! Вот почему я думаю, что произойти это должно здесь. На полу, у стены. Я не буду брать тебя в роскоши спальни, как любовник — нет, ведь ты отвергла меня. Ты дразнила, манила, заигрывала — а потом бросила меня Поэтому я намерен взять тебя как продажную девку Как последнюю проститутку. Прямо здесь и на глазах твоего мужа!
Аманда закричала, отворачивая лицо, мечтая умереть, когда он сунул руку за ее разорванный корсаж и положил ладони ей на грудь.
— Я собираюсь проделать это на его глазах..
Тэрритон отпрянул при стуке в дверь. Не отнимая рук от Аманды, он громко сказал:
— Войдите!
Аманда вновь попыталась вырваться, извиваясь, молотя кулаками, отталкивая его. Но затем силы оставили ее и она замерла в страхе и отчаянии.
Двое солдат в низко надвинутых на головы треуголках втащили в комнату Эрика. Его рубашка была в крови, мундир клочьями свисал вниз, волосы растрепались. Он выпрямился, встав напротив нее, высокий и дерзкий, с глазами, горевшими смертельной ненавистью. Солдаты держали его руки за спиной.
— Эрик! Добро пожаловать! — воскликнул Роберт. — Я как раз разговаривал с твоей женой. Так сказать, встреча старых друзей. Мне очень нравится твоя жена.
Эрик грубо выругался.
— Тебя повесят, Камерон! Прямо сейчас. Тебя повесят, а я буду наблюдать и заставлю Мэнди делать то же самое.
— Ты покойник, Тэрритон!
— Ошибаетесь, сэр. Это вы покойник.
— Нет! — закричала Аманда. Она оторвала взгляд от страстных, ненавидящих глаз Эрика и обернулась к Тэрритону:
— Не убивай его.
Я сделаю все, что хочешь Все, что хочешь! Пожалуйста…
— Аманда! — взревел Эрик.
— Я отдам свою жизнь вместо него, все, что угодно!
— Тебе не представится такой возможности Какую часть тела своей жены ты хотел бы увидеть, Камерон? Один последний взгляд на ее шею… или грудь? И мою руку на ней…
— Ты мертвец, Тэрритон! Я убью тебя прямо сейчас! — загремел Эрик. Он стряхнул державшие его руки и выхватил шпагу из ножен стоявшего рядом с ним солдата «Красный мундир» поднял голову, и у Аманды перехватило дыхание: перед ней был не враг, а Фредерик! Тэрритон отпустил Аманду и закричал, созывая охрану.
Коридоры сразу заполнились людьми Кто-то влетел через окно, покатившись по полу. Это был Дэмьен. Он вскочил на ноги в боевую стойку, в руке блеснула шпага. Он был готов драться.
Комнату заполнили солдаты. Аманда стояла, прижавшись к стене, придерживая на груди разорванное платье, все еще не придя в себя, в то время как Эрик и Роберт сошлись перед ней в смертельном поединке.
Шпаги звенели, противники отступали и вновь сходились, словно танцоры, скрещивали клинки в противостоянии силы и воли. Роберт упал на спину, но успел швырнуть Эрику под ноги стул. Эрик шутя перепрыгнул через препятствие: его вела ярость Настигнув Роберта, Эрик нанес ему сокрушительный удар. Шпага Тэрритона взвилась высоко в воздух и упала к ногам Аманды. Она наклонилась и схватила ее. Эрик приставил, острие своей шпаги к горлу Роберта.
— С каким удовольствием я проткнул бы тебя насквозь! Но каков будет подарок генералу Вашингтону!
— Аманда, собери их пистолеты!, — вдруг послышался голос Дэмьена. Фредерик, Дэмьен и молодой капитан виргинцев покончили с охраной: двое лежали на полу мертвыми, а двое других застыли молча, с приставленными к груди шпагами Дэмьена и Фредерика. Аманда побежала выполнять поручение. Но стоило ей повернуться спиной к пустому дверному проему, как она почувствовала холодное прикосновение стали к шее.
— Ну-ну, джентльмены! Что за шум на пустом месте! — послышался издевательски-вежливый голос.
Найджел. Найджел Стирлинг. За спиной Аманды стоял отец, обхватив ее шею одной рукой и приставив к горлу маленький кинжал.
Дэмьен взглянул на Эрика, который замер, сверля Стирлинга леденящим взглядом.
Роберт Тэрритон засмеялся и, отстранив нацеленную в его горло шпагу, потер красное пятно там, где ее острие расцарапало его кожу.
— Камерон, висеть тебе на дереве! Если, конечно, я не предпочту четвертовать тебя!
— Всего одна жизнь, чтобы отдать за свою страну, а, Эрик?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49


А-П

П-Я