научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/podvesnye_unitazy/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– На всякий случай я заполнил холодильник в самолете, – сказал Гарри, – может быть захочется есть.
– Неплохая мысль.
– Я не думаю, что мы умрем от голода, – улыбнулся Гарри. – А если мы разобьемся, то холодильник с едой как раз пригодится.
– Мы не разобьемся! – огрызнулся Берни.
Гарри подмигнул мне, и мы последовали за Берни на улицу, освещенную луной, и сели в джип. Все трое мы знали, что в последний раз находимся на американской земле. Было грустно, никто ничего не говорил, и так в молчании мы подъехали к самолету.
Обслуживающий персонал уже ждал. Механик, парень по имени Томпсон, поднял большой палец, когда мы вылезали из машины.
– Все в порядке, мистер Крейн, – сказал он, улыбаясь. Было что-то хитрое в его улыбке, и я даже задержался, смотря на него, но Берни окликнул меня, и я забыл об этом.
Берни и Гарри прошли в кабину, а я закрыл входную дверь и присоединился к ним.
Берни проделал все необходимые для взлета операции и заговорил с контрольным пунктом.
– О'кей, Фред?
– Давай! В воздухе нет самолетов. Через несколько минут мы были уже в воздухе. Мы радостно переглянулись.
– Три миллиона долларов наши! – воскликнул Гарри. Я постоял рядом с ними, пока Берни не направил самолет в сторону океана. Чувствовал я себя неспокойно. Оставив их, я прошел в комнату для совещаний, осмотрелся и прошел дальше на кухню. Я открыл холодильник и увидел, что он был забит разными консервами. Я прошел через апартаменты Эссекса и вошел в одну из комнат для гостей, где я оставил свой чемодан. Мне сейчас было нечего делать, по крайней мере, минут сорок. Я прилег на кровать, закурил, стараясь не думать о будущем, но это не помогло. Я уже начинал сожалеть, что бросил хорошую работу за тридцать тысяч долларов в год, и также сожалел, что расстался с миссис Эссекс. Миллион с четвертью! Что мне делать с такими деньгами? Мне придется начать новую жизнь. Это было приятно вообразить себя в Европе, но я не знал ни одного языка, кроме родного. В общем-то, я себя ограничивал в повседневной жизни. Главное ли в жизни деньги? Так зачем я тогда ввязался в это? Правда, уже поздно раздумывать, все уже решено. Через сорок минут я буду мертв для отца, для миссис Эссекс и остальных людей, знавших меня. Пути назад не было.
Взглянув в окно, я следил, как проплывали назад огоньки Парадиз-Сити, как вдалеке показались другие, наверно, Майами, и тоже исчезли. Я смотрел на них до тех пор, пока облака над океаном не скрыли их полностью, и я понял, что вижу их в последний раз в жизни.
Взбудораженный своими же собственными размышлениями, я вернулся в кабину пилотов. Взглянув на приборы справа от Верни, я заметил, что мы еще поднимаемся.
– Еще минут десять, – сказал Гарри. Когда Берни достиг высоты двадцать пять тысяч футов, он перешел на горизонтальный полет.
– Гарри, поговори с Фредом, – сказал он хрипло. – У меня дрожит голос.
Гарри и я переглянулись. Он недоуменно поднял брови.
– Нет, это ваше дело, Берни, – сказал я, положив руки ему на плечи. – Вы все придумали и доводите до конца.
Он нервно стряхнул мои руки и вытер вспотевшее лицо.
– Ребята, может быть, не будем? – спросил он. – У нас еще есть время вернуться назад. Может откажемся?
– Ты что, с ума сошел? – заорал Гарри. Берни только бессильно опустил плечи.
– Ладно. – Он повернул побледневшее лицо в мою сторону. – Ты думаешь, Джек, они поверят?
У меня внезапно возникло желание сказать ему возвращаться назад, но пока я раздумывал, Гарри схватил микрофон.
– Фред! – закричал он срывающимся голосом. – У нас авария, оба левых двигателя горят, погасить пламя не удается! Мне были слышны крики, раздавшиеся в ответ.
– Мы падаем, наше положение… – он отвел микрофон от губ. – Иди вниз, Берни.
Как робот Берни послушно опустил нос самолета и мы устремились вниз к океану.
Гарри положил микрофон.
– Ну, вот и все, – сказал он. – Как звучало, правдоподобно?
– Я сам почти поверил.
Меня трясло и из-за моей нерешительности мое будущее решили за меня.
Я посмотрел на Берни. Он начал выравнивать самолет. Мы были на высоте восемьсот футов над океаном. Он еще немного снизился и теперь мы летели на высоте трехсот футов, так что можно было видеть даже волны. Он взял курс на Юкатан.
– Хорошо бы выпить.
– Да. Мне кока-колу, Джек, – прохрипел Берни.
– И мне, – присоединился Гарри.
Я вышел из кабины, прошел на кухню, открыл холодильник и взял три бутылки кока-колы. Только я начал накладывать лед в бокалы, как раздался голос:
– Привет, Джек!
От неожиданности я уронил формочку со льдом в раковину. Я сразу узнал этот голос. Вся кровь отлила от моего лица, когда я повернулся. В дверях кухни, улыбаясь, стояла миссис Эссекс.

***

По усиливающейся вибрации пола я понял, что Берни набрал полную скорость.
Меня бросило в холодный пот, сердце провалилось куда-то и с трудом билось.
– Поражены? – засмеялась миссис Эссекс. – Вы говорили, что сегодня не выйдет, – она опять засмеялась. – Ваш звонок подзадорил меня. Ничего нет невозможного.., и вот я здесь. Сколько продлится этот полет?
Напрасно я пытался сказать что-нибудь, язык не повиновался мне. Я просто смотрел на нее в отчаянии.
– Джек! В чем дело? Вы недовольны?
– Что вы делаете здесь? – наконец прохрипел я. Она насупила брови.
– Делаю? Это мой самолет! Что вы имеете в виду?
– Как вы оказались на борту?
– Очень просто. Я сказала механику, что желаю полететь с вами.
И я вспомнил хитроватую усмешку Томпсона.
– Это испытательный полет, – наконец-то я пришел в себя и старался что-нибудь сообразить. Мистера Эссекса хватит удар, если он узнает про это. Это очень опасно.
– А мне наплевать на это! А Лейн никогда ничего не узнает. – Она вошла в кухню. – Вы довольны?
– Но Томпсон выдаст вас!
– О, бросьте! Он побаивается меня. Я вас спросила, сколько будет длиться полет?
– Часа три.., я не знаю.
– Давайте обновим постель Лейна. Я хочу вас. У меня, конечно, не было никакого желания, только отвращение.
– Они хотят пить, – сказал я.
– Отнесите, я подожду вас. – Она подошла и погладила меня по лицу. – Это будет новое впечатление для нас обоих.
Это прикосновение было холодно, как смерть. Я смотрел, как она прошла вдоль помещения и исчезла в апартаментах Эссекса. Я напрасно пытался что-нибудь сообразить, все вопросы оставались без ответа.
Должен ли я сказать Берни и Гарри, что она с нами? Должны ли мы повернуть назад? Да разве теперь мы можем, после того, что передал в эфир Гарри? Что же нам делать? С ужасом боялся я представить себе, какой горячий прием окажут эти мексиканские бандиты миссис Эссекс. Я уговорил Берни не брать Пэм, а ведь миссис Эссекс намного привлекательней ее. Я отлично понимал, что Берни и Гарри наплевать на судьбу миссис Эссекс, так как у обоих были причины ненавидеть ее. Но она была дорога мне, и я понимал, что не смогу спокойно смотреть, как банда мексиканцев изнасилует ее.
И я решил сказать сначала ей, что ее ждет, а уж потом сообщить новости Берни и Гарри.
Я отнес кока-колу пилотам.
– Что вы так долго? – спросил Гарри, хватая бокал. – Я чуть не умер от жажды.
– Извини, формочка со льдом рассыпалась. Он улыбнулся мне.
– Нам везет, ни одного корабля не видно.
– Все нормально, Берни? – спросил я, стараясь, чтобы не дрожал голос.
Он допил напиток и подал мне бокал.
– Пока.., о'кей.
Гарри был в наушниках.
– Фред вызывает флот, – сказал он.
– Мы улизнем, Берни? – спросил я.
– Конечно. На такой высоте радары нас не засекут.
– О'кей, я пойду пока вздремну.
– Собираетесь опробовать кровать Эссекса? – засмеялся Гарри. – Или вы не можете спать без женщины? Я вытер пот с подбородка.
– Ладно, – и я ушел.
Я пришел в апартаменты Эссекса. Она уже лежала на большой кровати совершенно нагая под одной простыней.
– Иди, Джек, – нетерпеливо позвала она. – У нас мало времени, – и она потянула меня к себе. – Остальные сейчас заняты? Я закрыл дверь на задвижку.
– Вы попали в неприятное положение, – сказал я, – и я тоже. Она уставилась на меня.
– Что вы имеете в виду?
– Сейчас этот самолет угоняют.
И сразу глаза ее погасли, рот сомкнулся и лицо превратилось в маску, но мозги ее соображали мгновенно.
– Олсон и Эрскин похищают этот самолет?
– Да.
– И вы вместе с ними?
– Да.
Невольно я восхищался ею, так как она выглядела невозмутимо.
– Куда мы направляемся?
– На Юкатан. Будем там часа через два, если повезет… Она сбросила простыню и соскочила с постели. Я смотрел, как она нагая прошла к своей одежде и без суматохи оделась. Затем она подошла к зеркалу и причесала волосы. Удовлетворенная, она опять стала знаменитой миссис Викторией Эссекс. Она медленно повернулась и оглядела меня.
– У нас есть время. Я поговорю с Одеоном. Это его идея?
– Да.
– Тогда я уговорю его повернуть назад.
Она двинулась к двери, но я стоял на ее пути.
– Пропустите меня, Джек!
– Нам обещали три миллиона долларов, – тихо сказал я. – Вы не сможете уговорить ни Олсона, ни Эрскина.
– Убирайтесь с дороги! – Глаза ее вспыхнули. – Я поговорю с ними!
– Опомнитесь! Олсон вам не поможет, а Эрскин ненавидит вас. Если вы войдете в кабину, Эрскин вас убьет и сбросит в океан. Я же сказал, что вам угрожает опасность.
Она долго смотрела на меня.
– Но вы вместе со мной, Джек?
– Я сделаю все, что смогу. Какого черта вас принесло на самолет?
– Скажите что-нибудь поумнее.
– Я сделаю все, чтобы защитить вас.
– Ох, как вы добры. – Она повернулась и зашла за кровать. – Я предпочитаю защищаться сама.
И прежде чем я двинулся, она выхватила из-под матраца винтовку и навела ее на меня.
– Не двигайтесь! – Резкость ее голоса заставила меня застыть на месте. – Идите вперед, в кабину к пилотам.
– Это не поможет вам, – заметил я. – Я на вашей стороне, но мы уже не сможем вернуться.
– Нет сможем! Идите вперед!
Я предположил, как будут реагировать Берни и Гарри, когда я войду в кабину под дулом винтовки в ее руках. Я отодвинул задвижку и шагнул в проход. Мне показалось, что она не застрелит меня, и я решил пока ничего не предпринимать. Если она заставит Берни повернуть самолет назад, я соглашусь. Если Берни и Гарри будут достаточно сообразительны, чтобы обезвредить ее, я тоже не буду вмешиваться. Пусть действует сама. Может быть потому, что я вроде любил ее, а может, потому что у меня не было ясных планов насчет миллиона с четвертью, я, как истукан, вошел в кабину.
Гарри повернулся, когда я вошел.
– Не спится, Джек, – поинтересовался он, – совесть замучила?
Я отошел в сторону и миссис Эссекс стала на пороге, направив винтовку на него и Берни.
Гарри обалдел. Челюсть его отвисла, и он сделал попытку вскочить на ноги.
– Сидеть! – приказала она. Гарри рухнул обратно в кресло.
– Боже мой! Берни, взгляни, кто здесь! Берни повернулся, уставился на нее, на винтовку и лицо его приняло мертвецки бледный вид.
– Вы не угоните этот самолет! Поворачивайте! Мы возвращаемся на аэродром! Гарри улыбнулся ей.
– Нет, мы нет. И вы ничего не сможете сделать. И винтовка вам не поможет. Если вы начнете стрелять, мы просто рухнем в океан.
– Я сказала поворачивайте! Гарри пожал плечами.
– Убирайтесь, шлюха, вы мне надоели! – И он уселся в кресло, повернувшись к ней спиной.
– Олсон! Вы слышите меня! – настаивала она. – Поворачивайте самолет на аэродром!
Берни ничего не ответил. Он просто сидел, глядя на приборную доску, и как будто не слышал ее.
Она в отчаянии повернулась ко мне.
– Заставьте его повернуть назад, Джек!
– Да.., да. Заставьте нас повернуть назад, Джек, – передразнил ее Гарри и засмеялся. – Затем, взглянув на нее, рявкнул:
Убирайся отсюда, развратная сука! Убирайся!
Она заколебалась, а затем промчалась в комнату Эссекса и захлопнула дверь.
– Ну и ну. – Гарри взглянул на меня. – Как она оказалась на борту?
– Ее пустил Томпсон.
– Что будем делать? – сдавленно спросил Берни.
– Пускай эти ребята разделаются с ней, – сказал Гарри. – Нам то какое до нее дело?
– Нет! – вырвалось у меня.
Он нахмурил брови.
– Ах, вот оно что! Вы уже вместе с ней, Джек?
– Мы не можем позволить, чтобы она попала к ним в руки.
– Почему? Мы что ли будем с ней трястись.., или вы?
– Я. Послушай, Берни, одно дело похитить самолет, но совсем другое дело похитить миссис Эссекс! Будут искать…
– А, брось! – прервал меня Гарри. – Мы уже все погибли в океане.., вспомнили? Томпсон доложит, что она была на борту и Эссекс будет думать, что она утонула, вместе с нами. И шума никакого не будет.
– Он прав, – согласился Берни. – Мы не звали ее сюда. Если она оказалась здесь, пусть надеется только на себя.
– Иди и приласкай ее, Джек, – усмехнулся Гарри, – а то мы заняты.
Я подошел к ее двери и постучал.
– Это я, Джек.
– Убирайтесь! Сюда никто не войдет! Никто!
– Мне надо поговорить с вами.
– Никто не войдет сюда! Я буду стрелять!
– У вас нет ни единого шанса. Будьте разумны и дайте мне войти.
Грохот выстрела потряс меня. Пуля прошла сквозь дверь дюймах в шести от моей головы.
Я торопливо отступил назад.
– В следующий раз я выстрелю ниже!
– Хорошо. Тогда рассчитывайте только на себя.
– Я справлюсь.
Вернувшись в кабину, я рассказал все им. Гарри только засмеялся.
– Ну, нам нечего беспокоиться. Мы посадим самолет, а покупатели пусть выкуривают ее оттуда, если им надо.
– Что вы несете! Никто не сможет подойти к ней, когда у нее эта винтовка.
– Им всего-то надо подождать немного. Там чертовская жара, а кондиционер мы выключим.
Как долго она протерпит без еды и питья – вот об этом я и не подумал.

***

Мы продолжали лететь тем же курсом, пересекая Мексиканский залив, еще минут пятнадцать все также на высоте трехсот футов над океаном.
Я сел сзади Берни, пока Гарри слушал эфир, надев наушники.
Я думал о миссис Эссекс. Чем она занимается? Она наверно в отчаянии. Что с ней случится, когда мы приземлимся? Возможно ли будет спасти ее? Помощи со стороны Берни и Гарри, конечно, ждать не придется. Только в одном этом я был уверен. Мы приземлимся в джунглях к головорезам Ораско. Как мне помочь ей избежать их?
Внезапно Гарри сказал:
– Это уже в эфире. Весь мир знает, что знаменитая красавица миссис Эссекс была на борту самолета и разбилась в океане. Это будет завтра на первых страницах всех газет. Как вам это нравится, Берни?
Берни ничего не ответил. Он управлял самолетом в полном молчании. По его шее катились капли пота и его седоватые волосы взмокли от внутреннего напряжения.
– Могу спорить, что этим мексиканцам понравятся ее телеса, – продолжал Гарри. – Я готов отдать отрубить себе руку, чтобы посмотреть, как они разложат эту суку. Это будет потрясающее зрелище.
– Заткнись! – прервал я его. Он злобно посмотрел на меня.
– Вам ее жалко, не так ли, простачок?
– Сказал, замолчи! – Я вышел из кабины.
– Подожди, Джек. Я повернулся.
Гарри вышел вслед за мной и прикрыл за собой дверь. Его взгляд мне не понравился.
– Давай поговорим откровенно, – сказал он. – Не хотите же вы нарываться на неприятности, когда все уже решено и три миллиона, считай, у нас в кармане. Кто она вам?
– Я не могу спокойно смотреть, как ее будет насиловать банда мексикашек.
Он только покачал головой.
– Нет, пусть, черт ее побери! Однажды она уже сыграла со мной шутку, и я ей этого никогда не прощу. Чем она лучше шлюхи? Если вы свяжетесь с ней, я буду против вас. Поняли?
– Правда? – Во мне закипело бешенство. – Так что вы собираетесь делать?
Он посмотрел мне в глаза.
– Никто, включая даже вас, не встанет на Пути между мной и моей долей, – и он тыкал пальцем мне в грудь с каждым новым словом. – И будьте вы прокляты, если уже спутались с этой сукой.
И я сильно ударил его в челюсть. Это было чисто рефлексное движение и, уже совершив удар, я пожалел о нем. Он рухнул на пол и ударился при падении головой о металлическую стойку.
Увидев это, я нагнулся и приподнял его голову. Руки мои были в крови. Мгновенный испуг пронзил меня. Неужели я убил его?
Гарри!
Я заметил, что он дышит, но выглядел прескверно. Я осторожно опустил его голову и поднялся.
– Воры передрались?
Она стояла в дверях комнаты Эссекса с винтовкой в руках.
– Олсон не сможет посадить самолет без него, – безнадежно прошептал я. – Берни держится только на нервах! Сделайте что-нибудь! Помогите этому человеку!
– Пусть лучше я сдохну, чем прикоснусь к этому сукиному сыну! – безучастно произнесла она.
– Надо что-то делать, дура!
Я ворвался в кабину. Сквозь стекло были видны песчаный пляж и джунгли.
– Берни! С Гарри произошел несчастный случай, и он потерял сознание!
Он ничего не ответил. Просто сидел спиной ко мне, вцепившись в рычаги управления. Вся его рубашка потемнела от пота.
– Берни, – закричал я, – вы слышите меня?
– Не трогай меня, – захрипел он в ответ.
– Поднимись выше, мы сильно снизились!
Сейчас мы летели на высоте двухсот футов над ковром джунглей.
С трудом прохрипев что-то, он потянул рычаг на себя. Самолет пошел вверх. Внизу проносились верхушки деревьев.
– Выше! Давай выше!
– Ради бога, Джек, оставь меня одного!
Все его поведение пугало меня, его застывшая напряженная поза, потные волосы и этот сдавленный голос.
Я выскочил в проход и затряс Гарри, но он не приходил в себя. Ворвавшись на кухню, я наполнил кувшин водой и, вернувшись к нему, вылил воду ему в лицо. Он не приходил в себя.
А она все так же стояла в дверях, наблюдая за происходящим.
– Сделайте что-нибудь! – заорал я на нее. – Олсон не сможет посадить самолет один! Поднимите его на ноги!
Она повернулась, вошла в комнату и захлопнула дверь. Послышался звук задвижки.
Мгновение я стоял, уставясь на Гарри, а потом рванулся в кабину. Сразу было заметно, что мы летим еще ниже, только сотня футов отделяла нас теперь от гущи джунглей.
– Берни, поднимите выше! – закричал я. Он сделал напрасную попытку потянуть рычаг и внезапно застонал, как от сильной боли.
– Берни! Что случилось? Вы плохо себя чувствуете? – Я присел в кресле второго пилота. – Берни!
– Сердце.., я умираю… – и он рухнул вперед, прямо на рычаг управления.
Самолет резко пошел вниз. Через мгновение раздался треск ломаемых деревьев. Инстинктивно я выключил двигатели. И еще успел заметить, что глаза Берни закатились. Он был мертв. Удар протащил меня по кабине. Наступил полный мрак, и я потерял сознание.

Глава 8

Медленно я выплывал из темной глубины, чувствуя на своем лице потоки воды. Вода была теплая и, придя в себя, я понял, что это идет дождь.
– Вставайте! Вставайте! – Опять мне мерещился ее дивно знакомый голос. – Вы не ранены?
Я открыл глаза и увидел лучи вставшего солнца на верхушках деревьев. С трудом я принял сидячее положение. Голова трещала и в плечо все время что-то кололо. Но боль была терпимая.
– Джек!
– О'кей. Дай мне очухаться хоть минутку! Я вытер ладонью лицо, заморгал и, наконец, заметил ее, стоящую рядом со мной. Сейчас она выглядела как мокрая кошка, вся одежда облепила тело, волосы болтались мокрыми прядями, и следа не осталось от знаменитой красавицы миссис Виктории Эссекс.
Я огляделся по сторонам. Я сидел в жидкой грязи, вокруг валялись поваленные деревья. И шел непрерывный дождь. Духота была ужасная.
– Вставайте!
Я посмотрел на нее.
– Вы не пострадали?
– Нет. Где мы? Что случилось?
Шатаясь, я поднялся на ноги и прислонился к дереву, ища опоры.
– У Олсона случился сердечный приступ. – Я повернулся и глянул на разбитый самолет. Нам здорово повезло, что здесь не было крупных деревьев. Самолет прошелся, как коса, по верхушкам деревьев. Крылья, конечно, обломились, но фюзеляж казался целым. Хвоста не было вовсе.
– Здорово грохнулись, – сказал я. – Как я здесь оказался?
– Я вытащила вас.
Я с удивлением посмотрел на нее.
– Вы сильная женщина!
– Я думала, что самолет может загореться. И здесь я вспомнил Гарри.
– А как Эрскин?
– Я не знаю. – По ее тону я понял, что ей безразлична его участь. – Что мы будем делать?
– Я должен найти Гарри.
– Черт с ним! Нам надо укрыться где-то!
Оставив ее, я, покачиваясь, пошел к самолету. Пилотская кабина при ударе отвалилась от самолета. Можно было различить Берни, все еще сидящего в кресле пилота, уронив голову на грудь. Забравшись в кабину, я открыл кладовку и достал электрический фонарь. Зачем-то осветил мертвое лицо Берни, и двинулся внутрь самолета.
Гарри лежал там же, где я его оставил. Лужа крови обрамляла широким кругом его голову. Челюсть его отвисла, глаза были безжизненными.
Ужас охватил меня. Неужели я убил его, или он погиб при крушении? Ведь он вроде дышал, когда я оставил его! Пораженный, я стоял над ним.
– Вы убили его, не так ли?
Она в ужасе забралась вслед за мной в самолет.
– Я не знаю. Если это и случилось, то только из-за вас. Мы переглянулись, потом она оттолкнула меня и дернула дверь комнаты Эссекса, но дверь перекосило и она не поддавалась.
– Откройте ее! Мне надо сменить эту мокрую одежду!
– Нечего терять время. Нам надо быстро убираться отсюда. Вы все равно промокните.
Она удивленно посмотрела на меня.
– Я хочу остаться здесь, пока нас не найдут!
– Мы продали этот самолет мексиканским революционерам. Если вы попадете им в руки, они будут счастливы на такую замену. Они потребуют за вас выкуп в два раза больше.
Она широко раскрыла глаза.
– Так что же нам делать?
– Мы не более, чем в пятнадцати милях от побережья. Только оттуда вы сможете позвонить мужу и он нас заберет. Это будет долгий и тяжелый путь, но нам надо идти. Подождите. – Я пролез дальше в самолет и нашел свой чемодан. Выкинув все из него, кроме сигарет, я прошел на кухню, взял несколько банок, три бутылки воды и консервный ключ. – Пойдем, – приказал я, помогая ей спуститься на землю.
Поставив чемодан на землю, я влез снова в кабину, достал автомат Томпсона и в одном из ящиков нашел ручной компас.
Мухи уже вились над головой Берни, мерзко было оставлять его так, но нам было некогда.
Я спустился к ней.
– Как я ненавижу этот дождь.
– Я тоже, – согласился я, закидывая за спину автомат. Взяв чемодан, я двинулся в джунгли.
Следующие два часа мы шли, как проклятые, и ей пришлось намного тяжелее, чем мне. По крайней мере у меня был опыт хождения по вьетнамским джунглям, и я знал, что меня ожидало. Хотя я и был механиком на аэродроме, но ходить пришлось и мне.
Нудный непрерывный дождь не давал нам ни минуты передышки. Я старался идти по компасу. Берег океана должен быть где-то на северо-востоке. Временами джунгли были так густы, что приходилось менять направление, обходя такие места, и без компаса мы уже давно бы сбились с пути.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я