https://wodolei.ru/catalog/mebel/na-zakaz/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я хотел сделать исследование, но
ваша служанка все убрала к нашему приезду.
Торн вздрогнул и обмяк, прислонившись к стене.
- Естественно, - продолжал врач, - подробности мы сообщать не будем.
Чем меньше людей об этом узнает, тем лучше.
Торн уставился на него, и врач понял, что он ничего не знает.
- Вы же ЗНАЕТЕ, что она сама бросилась вниз, - сказал он.
- ...Бросилась?
- С третьего этажа. На глазах у ребенка и его няни.
Торн тупо посмотрел на него, псом повернулся к стене. У него
затряслись плечи, и врач понял, что Торн плачет.
- При подобном падении, - добавил врач, - обычно больше всего
страдает голова. В каком-то смысле можно считать, что вам повезло.
Торн кивнул, пытаясь сдержать слезы.
- Вообще вам во многом повезло, - сказал врач. - Она жива и при
правильном лечении никогда этого больше не повторит. Жена моего брата то
же
была склонна к самоубийству. Однажды она залезла в ванну и взяла с собой

тостер. Решила включить его и убить себя электричеством.
Торн повернулся к врачу.
- Дело в том, что ей удалось выжить, и она больше ничего подобного не
делала. Прошло уже четыре года, и с ней все в порядке.
- Где она? - спросил Торн.
- Живет в Швейцарии.
- Моя жена!
- Палата 44. Она скоро придет в себя.
В палате Катерины было тихо и темно. В углу с журналом в руках сидела
сестра. Торн вошел и остановился, потрясенный увиденным. Вид Катерины бы
л
страшен: бледное, распухшее лицо, капельница с плазмой. Рука была
загипсована и причудливо вывернута. Застывшее лицо не подавало признак
ов
жизни.
- Она спит, - сказала сестра. Торн медленно подошел к кровати. Словно
почувствовав его присутствие, Катерина застонала и медленно повернул
а
голову.
- Ей больно? - дрожащим голосом спросил Торн.
- Она сейчас на седьмом небе, - ответила сестра. - Пентотал натрия.
Торн сел рядом, уткнулся лбом в спинку кровати и заплакал. Через
некоторое время он почувствовал, что рука Катерины коснулась его головы.

- Джерри... - прошептала она.
Он посмотрел на нее. Катерина с трудом открыла глаза.
- Кэти... - выдавил он сквозь слезы.
- Не дай ему убить меня.
Потом она закрыла глаза и забылась сном.
Торн приехал домой после полуночи и долго стоял в темноте фойе, глядя
на то место кафельного пола, куда упала Катерина. Он устал, напряжение не

спадало, и Торн очень хотел заснуть, чтобы хоть на некоторое время забыть

о происшедшей трагедии.
Торн не стал включать лампы и некоторое время постоял в темноте,
смотря наверх, на площадку третьего этажа. Он попробовал представить
Катерину, стоящую наверху и обдумывающую свой прыжок. Почему же она,
серьезно решив покончить с жизнью, не прыгнула с крыши? В доме было много

таблеток, бритвенных лезвий, десятки других вещей, помогающих покончит
ь
жизнь самоубийством. Почему именно так? И почему на глазах у Дэмьена и
миссис Бэйлок?
Он снова вспомнил о священнике и его предостережении. "Он убьет
неродившегося ребенка, пока тот спит в утробе. Потом он убьет вашу жену.
Потом, когда он убедится, что унаследует все, что принадлежит вам..." -
Торн закрыл глаза, пытаясь вычеркнуть эти слова из памяти. Он подумал о
Тассоне, пронзенном шестом, о телефонном звонке Дженнингса, о безумной

панике, охватившей его во время гонок с катафалком. Психиатр был прав. Он

переутомился, и такое поведение только подтверждает это. Страхи Катери
ны
начали распространяться и на него, ее фантазии в какой-то степени
оказались заразными. Но больше он не допустит этого! Теперь, как никогда,

ему надо быть в полном разуме.
Чувствуя физическую слабость, он пошел наверх по лестнице, нащупывая
в темноте ступени. Он выспится и утром проснется свежим, полным энергии и

способным действовать.
Подходя к своей двери, Торн остановился, глядя в сторону спальни
Дэмьена. Бледный свет ночника пробивался из-под двери. Торн представил

себе невинное лицо ребенка, мирно спящего в своей комнате. Поддавшись
желанию посмотреть на мальчика, он медленно подошел к комнате Дэмьена,

убеждая себя, что здесь ему нечего бояться. Но открыв комнату, он увидел
нечто такое, что заставило его содрогнуться. Ребенок спал, но он был не
один. По одну сторону кровати сидела миссис Бэйлок, сложив руки и
уставившись в пространство перед собой, по другую были видны очертания

огромного пса. Это был тот самый пес, от которого он просил избавиться.
Теперь собака сидела здесь, охраняя сон его сына. Затаив дыхание, Торн
тихо прикрыл дверь, вернулся в коридор и пошел в свою комнату. Здесь он
попытался успокоить дыхание и понял, что его трясет. Неожиданно тишина

взорвалась телефонным звонком, и Торн бегом кинулся к трубке.
- Алло!
- Это Дженнингс, - раздался голос. - Помните, тот самый, у которого
вы разбили фотокамеру.
- Да.
- Я живу на углу Гросверном и Пятой в Челси, и думаю, что вам лучше
всего приехать прямо сейчас.
- Что вы хотите?
- Что-то происходит, мистер Торн. Происходит нечто такое, о чем вы
должны знать.
Квартира Дженнингса находилась в дешевом, запутанном районе, и Торн
долго разыскивал ее. Шел дождь, видимость была плохой, и он почти совсем
отчаялся, прежде чем заметил красный свет в башенке наверху. В окне он
увидел Дженнингса, тот помахал ему, а потом вернулся в комнату, решив, что

ради такого выдающегося гостя можно было бы немного прибраться. Он кое-к
ак
запихнул одежду в шкаф и стал дожидаться Торна. Вскоре появился посол,
задыхающийся после пешего похода по пяти лестничным пролетам.
- У меня есть бренди, - предложил Дженнингс.
- Если можно.
- Конечно, не такой, к какому вы привыкли.
Дженнингс закрыл входную дверь и исчез в алькове, пока Торн мельком
рассматривал его темную комнату. Она была залита красноватым светом,
струящимся из подсобной комнатки, все стены были увешаны фотографиями.

- Вот и я, - сказал Дженнингс, возвращаясь с бутылкой и стаканами. -
Выпейте немного и перейдем к делу.
Торн принял у него стакан, и Дженнингс разлил бренди. Потом Дженнингс
сел на кровать и указал на кипу подушек на полу, но Торн продолжал стоять.

- Не хотите ли закурить? - спросил Дженнингс.
Торн покачал головой, его уже начинал раздражать беспечный домашний
тон хозяина.
- Вы говорили, будто что-то происходит.
- Это так.
- Я бы хотел узнать, что вы имели в виду.
Дженнингс пристально посмотрел на Торна.
- Вы еще не поняли?
- Нет.
- Тогда почему вы здесь?
- Потому, что вы не захотели давать объяснений по телефону.
Дженнингс кивнул и поставил стакан.
- Я не мог объяснить, потому что вам надо кое-что увидеть.
- И что же это?
- Фотографии. - Он встал и прошел в темную комнату, жестом пригласив
Торна следовать за ним. - Я думал, вы захотите сначала поближе
познакомиться.
- Я очень устал.
- Ладно, сейчас у вас появятся силы.
Он включил небольшую лампу, осветившую серию фотографий. Торн вошел и
сел на табуретку рядом с Дженнингсом.
- Узнаете?
Это были снимки того дня рождения, когда Дэмьену исполнилось четыре
года. Детишки на каруселях, Катерина, наблюдающая за ними.
- Да, - ответил Торн.
- Теперь посмотрите сюда.
Дженнингс убрал верхние фотографии и показал снимок Чессы, первой
няни Дэмьена. Она стояла одна в клоунском костюме на фоне дома.
- Вы видите что-нибудь необычное? - спросил Дженнингс.
- Нет.
Дженнингс коснулся фотографии, обводя пальцем едва заметный туман,
зависший над ее головой и шеей.
- Сначала я подумал, что это дефект пленки, - сказал Дженнингс. - Но
теперь смотрите дальше.
Он достал фотографию Чессы, висящей на канате.
- Не понимаю, - сказал Торн.
- Следите за ходом мысли.
Дженнингс отодвинул пачку фотографий в сторону и достал другую.
Сверху лежала фотография маленького священника Тассоне, уходившего и
з
посольства.
- А как насчет этой?
Торн с ужасом посмотрел на него.
- Где вы ее достали?
- Сам сделал.
- Я считал, что вы _р_а_з_ы_с_к_и_в_а_е_т_е_ этого человека. Вы
говорили, что он ваш родственник.
- Я сказал неправду. Посмотрите на снимок.
Дженнингс снова коснулся фотографии, указывая на туманный штрих,
видневшийся над головой священника.
- Вот эта тень над его головой? - спросил Торн.
- Да. А теперь посмотрите сюда. Этот снимок сделан на десять дней
позже первого.
Он достал другую фотографию и положил ее под лампу. Это был крупный
план группы людей, стоящих в задних рядах аудитории. Лица Тассоне не было

видно, только контуры одежды, но как раз над тем местом, где должна быть
голова, нависал тот же продолговатый туманный штрих.
- Мне кажется, что это тот же самый человек. Лица не видно, зато
хорошо видно то, что над ним висит.
Торн изучал фотографию, глаза его выражали недоумение.
- На этот раз он висит ниже, - продолжал Дженнингс. - Если вы
мысленно очертите его лицо, станет очевидным, что туманный предмет почт
и
касается его головы. Что бы это ни было, оно опустилось.
Торн молча уставился на фотографию. Дженнингс убрал ее и положил на
стол вырезку из газеты, где был запечатлен священник, пронзенный
копьеобразным шестом.
- Начинаете улавливать связь? - спросил Дженнингс.
Сзади зажужжал таймер, и Дженнингс включил еще одну лампочку. Он
встретил взволнованный взгляд Торна.
- Я тоже не мог этого объяснить, - сказал Дженнингс. - Поэтому и
начал копаться.
Взяв пинцет, он повернулся к ванночкам, вынул увеличенный снимок,
стряхнул с него капли фиксажа, прежде чем поднести к свету.
- У меня есть знакомые в полиции. Они дали мне несколько негативов, с
которых я сделал фотографии. По заключению патологоанатома, у Тассоне б
ыл
рак. Он почти все время употреблял морфий, делая себе уколы по два-три
раза в день.
Торн взглянул на фотографии. Перед ним предстало мертвое обнаженное
тело священника в разных позах.
- Внешне его тело совершенно здорово и нет ничего странного, -
продолжал Дженнингс, - кроме одного маленького значка на внутренней
стороне левой ноги.
Он передал Торну увеличительное стекло и подвел его руку к последнему

снимку. Торн внимательно пригляделся и увидел знак, похожий на татуировк
у.
- Что это? - спросил Торн.
- Три шестерки. Шестьсот шестьдесят шесть.
- Концлагерь?
- Я тоже так думал, но биопсия показала, что знак буквально
вгравирован в него. В концлагере этого не делали. Я полагаю, что это он
сделал сам.
Торн и Дженнингс переглянулись.
- Смотрите дальше, - сказал Дженнингс и поднес к свету еще одну
фотографию. - Вот комната, где он жил. В Сохо, квартира без горячей воды.
Она была полна крыс, когда мы зашли внутрь. Он оставил на столе
недоеденный кусок соленого мяса.
Торн начал рассматривать фотографию. Маленькая каморка, внутри
которой был лишь стол, шкафчик и кровать. Стены были покрыты какими-то
бумагами, повсюду висели большие распятия.
- Вот так все и было. Листочки на стенах - это страницы из Библии.
Тысячи страниц. Каждый дюйм на стенах был ими заклеен, даже окна. Как
будто он охранял себя от чего-то.
Торн сидел пораженный, уставившись на странную фотографию.
- И кресты тоже. На одной только входной двери он прикрепил их сорок
семь штук.
- Он был... сумасшедший? - прошептал Торн. Дженнингс посмотрел ему
прямо в глаза.
- Вам видней.
Повернувшись на стуле, Дженнингс открыл ящик стола и вынул оттуда
потрепанную папку.
- Полиция посчитала его помешанным, - сказал он. - Поэтому они
разрешили порыться в его вещах и забрать все, что может оказаться нужным.

Вот так я достал это.
Дженнингс встал и прошел в жилую комнату. Торн последовал за ним.
Здесь фотограф раскрыл папку и вытряхнул ее содержимое на стол.
- Во-первых, здесь есть дневник, - сказал он, вынимая из кипы бумаг
обветшалую книжечку. - Но в нем говорится не о священнике, а о ВАС. О
ВАШИХ передвижениях: когда вы ушли из конторы, в каких ресторанах вы
питаетесь, где вы выступали...
- Можно мне взглянуть?
- Конечно.
Торн дрожащими руками взял дневник и перелистал его.
- В последней записи говорится, что вы должны встретиться с ним, -
продолжал Дженнингс, - в Кью Гарденс. В тот же день он погиб.
Торн поднял глаза и встретил взгляд Дженнингса.
- Он был сумасшедшим, - сказал Торн.
- Неужели?
В тоне Дженнингса прозвучала скрытая угроза, и Торн замер под его
взглядом.
- Что вам угодно?
- Вы с ним встретились?
- Н-нет...
- У меня есть еще кое-что, мистер посол, но я ничего не скажу, если
вы будете говорить мне неправду.
- Какое вам дело до всего этого? - хрипло спросил Торн.
- Я ваш друг и хочу вам помочь, - ответил Дженнингс.
Торн продолжал напряженно смотреть на него.
- Самое главное вот здесь, - продолжал Дженнингс, указывая на стол. -
Так вы будете говорить или уйдете?
Торн стиснул зубы.
- Что вы хотите узнать?
- Вы виделись с ним в парке?
- Да.
- Что он вам сказал?
- Он предупредил меня.
- О чем?
- Он говорил, что моя жизнь в опасности.
- В какой опасности?
- Я не совсем понял.
- Не дурачьте меня.
- Я говорю серьезно. Он непонятно выражался.
Дженнингс отодвинулся и посмотрел на Торна с недоверием.
- Это было что-то из Библии, - добавил Торн. - Какие-то стихи. Я не
помню их. Я подумал, что он ненормальный. Я не помню стихи и не мог их
понять!
Дженнингс скептически посмотрел на него.
- Думаю, вам стоит довериться мне, - сказал Дженнингс.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100


А-П

П-Я