https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_kuhni/
Роули где-то читал, что сагуарто растут только в Аризоне, причем исключительно в одной части этого штата. Правда это или нет, но они действительно росли здесь и сейчас были единственным укрытием, за которым можно было спрятаться. Он продолжал бежать, без труда оставив позади запыхавшееся, разъяренное чудовище, которое пыталось не отставать него.
– Годы футбольных тренировок не прошли даром, мерзавец, – сердито шептал Роули, продолжая бежать.
ГЛАВА 18
Хантер приземлился в Альбукерке в полумертвом состоянии. Его машина ждала его, но отяжелевшие пальцы с трудом справлялись с ключами. До Санта-Фе было всего час езды, но уже темнело. Небо заволокло тучами, в которых одна за другой скрывались звезды. Похоже, снова будет дождь, подумал он, тяжело вздохнув. Видимость была отвратительной.
Он надеялся, что Ортега уже взял Рассела под наблюдение. Ни о чем другом он сейчас и думать не мог. Рана на руке глухо пульсировала, а если он делал резкое движение, тотчас же отзывалась острой болью.
Он сразу же направился к дому Дженни. Только с третьей попытки ему удалось правильно набрать код, чтобы открыть ворота. Голова у него работала плохо.
Подъехав к ее дому, он остановился и, положив голову на руль, сидел некоторое время в состоянии прострации, ошалевший от усталости и еще от чего-то. Наверное, от страха, подумал он.
С трудом поднявшись по ступеням, он нажал на звонок, навалившись на него всей своей тяжестью.
Она открыла дверь.
– Хантер!
Он неверными шагами вошел в квартиру. Дженни окинула его взглядом. Она не сразу поняла, в чем дело, но было ясно одно: он болен.
– Тебе нужен доктор.
– Нет, мне надо позвонить Ортеге. Узнать, взял ли он под наблюдение Рассела.
– Тебя лихорадит, – сказала она, прикоснувшись к его лбу.
Он растянулся на кушетке, даже не сняв плащ, который был чуть ли не на два размера меньше, чем ему нужно. Черная тенниска натянулась на груди. Она была украшена грязными ругательствами, написанными готическим шрифтом. Откуда у него эта одежда?
– Хантер?
– Дай мне телефон, – распорядился он, но не смог сесть. Она не любила, когда ей приказывали, но понимала, что он плохо соображает и мысленно все еще преследует Рассела, хотя физически уже не в состоянии это делать. Она любила его за это, хотя он, вероятно, продолжал считать ее богатой дамочкой, которая швыряет деньги направо и налево.
Бенни занял пост возле головы Хантера и не желал двигаться с места. Дженни дала Хантеру пульт дистанционного набора номера.
Ортега ответил с первого звонка.
– Есть новости о Расселе? – спросил Хантер.
– Пока не перехватили ни одну из этих машин. Хантер нахмурил брови.
– Уверен, что Рэтти снабдил его какой-нибудь другой машиной. Я у Дженни. Перезвоню позже. – Трубка выпала из его пальцев, и Дженни осторожно положила ее на место. Левой рукой он схватил ее за предплечье. – Не уходи, – прошептал он.
– Надо снять с тебя эту одежду.
– Не могу, – признался он, скривив губы. Собственная слабость вызывала у него отвращение.
– Упрямый как осел, – пробормотала она. – Позволь мне…
Она помогла ему снять плащ и замерла, увидев окровавленный бинт и побагровевшую воспаленную кожу под ним.
– Боже мой, Хантер! Что произошло? – спросила она дрожащим голосом.
– Рассел стрелял в меня в упор. Ранил в предплечье.
– Это огнестрельная рана?
– Боюсь, что так. Вот почему я не могу показаться доктору. Он будет обязан сообщить об этом.
– Не говори глупостей. Тебе нужна медицинская помощь. – Он скрипнул зубами.
– Пока нельзя. Если об этом сообщат, то все обнаружится, и мне не позволят преследовать его.
– Власти, – сказала она скорее в порядке утверждения, чем вопроса.
– Мне просто нужно… немного отдохнуть. И бренди, если у тебя есть.
– Пойду посмотрю, достаточно ли у меня бинтов, – сказала она, направляясь в ванную комнату.
Когда она вернулась, он спал. Она нашла несколько бинтов с антисептической прокладкой, антибиотик в виде мази, непочатый рулон бинта и маленькие ножницы. Она не хотела будить его, чтобы перевязать рану, но он открыл глаза.
– Прости меня, – сказал он.
– За что? – Она принялась разбинтовывать руку. При виде воспалившейся раны у нее задрожали пальцы.
Его здоровая рука скользнула от локтя вверх по ее руке. Он смотрел на нее так, что у Дженни растаяло сердце.
– Ты ни капельки не похожа на Кэтрин, – тихо сказал он, и она наклонилась, чтобы поцеловать его.
Несколько мгновений спустя, с трудом переводя дыхание, Дженни оторвалась от него и занялась перевязкой.
– Куда ты уходишь?
– Хочу налить бренди. Тебе потребуется что-нибудь покрепче, чем поцелуй, чтобы пережить следующую часть процедуры.
– Я сегодня уже разок проходил через это, – пробормотал он.
Она возвратилась со стаканом бренди и продолжила разбинтовывать рану. Хантер закрыл глаза и держал стакан возле губ, отпивая из него всякий раз, когда Дженни, потянув слишком сильно, травмировала чувствительную кожу. К концу перевязки она вся взмокла.
Снова сходив в ванную комнату, она нашла бутылочку с обезболивающими таблетками. Высыпав на ладонь три штуки, отнесла их Хантеру. Он проглотил их, запив бренди.
– Наркотики и алкоголь, – сказала она.
– Да уж, это заставит меня угомониться, – пробормотал он, и глаза его закрылись в полном изнеможении.
Телефон зазвонил на рассвете. Дженни спала, держа телефонный пульт рядом с ухом. Она взяла трубку. Голос говорившего был еле слышен.
– Садись в свою машину и поезжай к северу, – приказал Трой. – Остановишься в Таосе. В таосской гостинице. Слышала о такой?
Дженни прислушалась, не поднял ли трубку Хантер. Ей не хотелось будить его. Она была против, чтобы он вмешивался в это в его нынешнем состоянии.
– Да, я ее знаю, – шепотом сказала она.
Историческая достопримечательность. Таосская гостиница была расположена в старинном здании из саманного кирпича в самом центре крошечного городка.
– Сними там номер.
– Ты в Таосе?
– Я позвоню тебе в гостиницу…
Она повесила трубку, охваченная страхом за судьбу Роули. Ее одолевали ужасные предчувствия. Ее дорожные сумки были уже погружены в «вольво». Она сделала это еще вчера, собираясь мчаться за Хантером в Лос-Анджелес.
Следует ли разбудить его? Рассказать ли ему?
Быстро приняв душ, она натянула на себя джинсы и свитер, сознавая, что эта одежда полностью противоречит тому, в чем хотел ее видеть бывший муж. Неся в руке кеды, она на цыпочках вышла в гостиную. Бенни тихо тявкнул и обнюхал ее руку.
Хантер проснулся, попытался сесть, охнул и резко спросил:
– Куда ты собралась?
Ей не хотелось лгать, но она знала, что он ее не одобрит.
– Куплю что-нибудь на завтрак.
– Мне ничего не нужно.
– Тебе много чего нужно, – сказала она, притворно улыбнувшись.
– Я не хочу, чтобы ты уходила.
– Поговорим, когда я вернусь.
Он попытался встать на ноги, и Дженни бросилась, чтобы помочь ему снова сесть на кушетку.
– Я хорошо себя чувствую, – сказал он, пытливо вглядываясь в ее лицо. – А что, если Трой позвонит в твое отсутствие?
– Да, это возможно… Ну что ж, скажи ему, чтобы не обижал моего сына.
Они посмотрели друг на друга. Потом Дженни быстро надела кеды, схватила сумочку и направилась к двери. Она понимала, что он знает, что она что-то затеяла. Обернувшись через плечо, она весело сказала:
– Когда все это закончится, давай как-нибудь съездим в Таос и остановимся в таосской гостинице.
И не успел он подняться на ноги, как она исчезла.
В таосской гостинице нашелся номер, который освобождался в четыре часа Дженни взглянула на свои часики. Не рассказать ли Хантеру, что она делает? Можно также позвонить его сержанту и оставить информацию. Но она заранее знала, что в таком случае произойдет дальше. Полиция Санта-Фе свяжется с полицией Таоса, ей на помощь прибудут полицейские и…
Она почти слышала пальбу из пистолетов. Она опасалась, что Трой учует ловушку. Роули может пострадать… Из ее губ вырвался стон. Нет, этого она сделать не может.
Но если она позвонит Хантеру, он приедет. И, раненный, подвергнет себя опасности. Трой, мерзавец, пристрелит его!
Она вздрогнула, снова подумав о сыне. Ах, Роули! Только бы он остался цел и невредим!
Дженни вышла из гостиницы и остановилась на тротуаре, глядя на проезжающие мимо машины. Воздух был свежий, сухой, светило солнце. По тротуару двигались толпы гуляющих, останавливаясь у витрин магазинов и картинных галерей.
Она пересекла улицу и попыталась, слившись с толпой, бесцельно пройтись, то и дело поглядывая на часики. Ей стало холодно в хлопчатобумажном свитере и джинсах. В мартовском воздухе еще чувствовался отголосок зимы.
Или это нервная дрожь, страх? Ей не хотелось думать об этом.
В четыре часа она въехала в гостиничный номер и позвонила в больницу. Голос у отца был сонный, и она постаралась сократить разговор до минимума.
– Ты еще не нашла Роули? – спросил он. Это было единственное, что его интересовало.
Она сказала ему, что ждет звонка от Троя.
– Ты позвонила Уэссверу?
– Да, – ответила она. Она позвонила ему позавчера, вскоре, после того как швырнула трубку, не закончив разговора с Хантером. – Я позвоню ему снова, как только закончу разговор с тобой.
– Дженни, обещай, что ты возьмешь деньги.
– Я возьму деньги, – автоматически повторила она, хотя слова Хантера не выходили у нее из головы. Он считал, что она допускает такую же ошибку, какую всегда совершал ее отец. Она знала, что он прав. Но на карту была поставлена жизнь ее сына!
– Получит деньги – и его как водой смоет, – сказал Аллен и закашлялся. – Сделай это, Дженни. – Она услышала, как ему что-то сказали, и поняла, что рядом с ним Натали.
– Я сейчас же позвоню Уэссверу, – заверила его она. Но она этого не сделала. Она колебалась. Интересно, как Хантер поступил бы на ее месте, подумала она и быстро, чтобы не передумать, набрала свой номер. Никто не ответил, и она через некоторое время повесила трубку. Ее снова охватил страх. Что, если он не в состоянии подойти к телефону? Что, если он сейчас лежит там, нуждаясь в ее помощи?
Пока она думала, что делать дальше, зазвонил телефон.
– Дженни… – ласково произнес Трой.
– Позволь мне поговорить с Роули.
– Как там насчет денег?
– Я позвонила Джозефу Уэссверу, поверенному отца Он должен перезвонить мне.
– Ты меня разочаровываешь. Очень. Тебе надо выехать из гостиницы.
– Выехать? Но, Трой, я жду звонка от Уэссвера. Мне нужно оставаться здесь.
– Я хочу, чтобы ты возвратилась в свою уютную квартирку. И ждала меня там.
– Но, Трой… – запротестовала она.
Он повесил трубку.
* * *
Она спустилась вниз, но выписываться из гостиницы не стала. Наоборот, она продлила свое пребывание еще на несколько дней и оставила свои сумки в номере. Она не знала, что затеял Трой, но так, по крайней мере, она даст знать Хантеру, где находится.
Потом она направилась к своей машине, которую оставила на покрытой гравием стоянке за гостиницей. Едва успев вставить ключ, она почувствовала, как сзади подошел Трой. Она охнула от неожиданности. Ей хотелось пинаться, орать, кусаться, но в ее ребра уткнулось дуло пистолета.
– Дженни…
Горячее дыхание Троя, которое она ощутила на своей шее, вызвало у нее отвращение.
– Где Роули? – прошептала она.
– В надежном месте. Я отвезу тебя к нему.
– Я никуда не поеду с тобой в машине.
– В таком случае мне придется убить его.
– Я позову полицию. Тебя схватят.
– И ты никогда больше его не увидишь.
Понимая, что он способен выполнить свою угрозу, она была вынуждена подчиниться его требованиям. Ради Роули.
– Садись в машину, Дженни.
Она подумала, что он имеет в виду ее машину, но он повел ее к серебристому фургончику с калифорнийскими номерами. Она было заупрямилась, но он лишь покачал головой и усмехнулся.
Она взобралась на пассажирское место.
Будьте прокляты раненое плечо и его слабость, Дженни и ее ложь.
Хантер дотащился до машины и направился в полицейский участок, несмотря на то, что перед глазами плясали светящиеся точки. С трудом поднявшись по лестнице, он ввалился внутрь.
– Дженни в Таосе. В таосской гостинице. Думаю, что ей приказал туда приехать Трой Рассел.
– Что, черт возьми, произошло с тобой? – спросил Ортега, помогая Хантеру усесться на стул, стоящий возле его письменного стола.
– Вы меня слышали? – резко спросил Хантер.
– Твоя леди находится в таосской гостинице. Я понял.
– Рассела не обнаружили?
– Пока нет. У тебя не двигается правая рука? – нахмурив брови, заметил сержант.
– Я побывал на линии огня.
Ортега витиевато выругался и вытаращил глаза на Хантера.
– Ты кончишь тем, что окажешься в больнице Сент-Висента рядышком с ее папашей.
– Я еду в Таос.
– В таком состоянии тебе туда не доехать. Что это, черт возьми, на тебе надето?
– Рубаха и куртка ее сына. Все лучше, чем то, что было на мне раньше. – Он направился к двери.
– Держи… – Ортега снял с плечиков собственный кожаный пиджак и бросил его Хантеру. – Снова пошел дождь, – с отвращением добавил он. – Похоже, конца ему не будет.
Хантер отправился прямиком в Таос. Бенни восседал на пассажирском месте. Несмотря на дождь со снегом, превративший дороги в липкое месиво, они добрались туда в рекордно короткое время. Подъехав к таосской гостинице, он припарковался рядом с «вольво» Дженни. Здесь выпал настоящий снег, и он заметил на нем следы перед дверцей водителя. Снег с ручки был стряхнут и успел лечь снова.
Когда он шагнул с холода в тепло помещения, у него закружилась голова. До сих пор ему помогали функционировать адреналин в крови и сила воли, но всему есть предел: он был слишком измучен. Подойдя к сидевшему за конторкой клерку, он попросил его позвонить в номер Дженни.
– Номер не отвечает, сэр.
– Позвоните еще раз.
Клерк приподнял брови, явно подумав, что Хантер что-то затевает.
– Номер снова не отвечает, сэр.
Хантер встревожено кивнул. Он вернулся к своему джипу. На снегу виднелись следы грузовичка или фургончика. Снег еще не успел припорошить их, значит, они были оставлены всего за несколько минут до его появления.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44
– Годы футбольных тренировок не прошли даром, мерзавец, – сердито шептал Роули, продолжая бежать.
ГЛАВА 18
Хантер приземлился в Альбукерке в полумертвом состоянии. Его машина ждала его, но отяжелевшие пальцы с трудом справлялись с ключами. До Санта-Фе было всего час езды, но уже темнело. Небо заволокло тучами, в которых одна за другой скрывались звезды. Похоже, снова будет дождь, подумал он, тяжело вздохнув. Видимость была отвратительной.
Он надеялся, что Ортега уже взял Рассела под наблюдение. Ни о чем другом он сейчас и думать не мог. Рана на руке глухо пульсировала, а если он делал резкое движение, тотчас же отзывалась острой болью.
Он сразу же направился к дому Дженни. Только с третьей попытки ему удалось правильно набрать код, чтобы открыть ворота. Голова у него работала плохо.
Подъехав к ее дому, он остановился и, положив голову на руль, сидел некоторое время в состоянии прострации, ошалевший от усталости и еще от чего-то. Наверное, от страха, подумал он.
С трудом поднявшись по ступеням, он нажал на звонок, навалившись на него всей своей тяжестью.
Она открыла дверь.
– Хантер!
Он неверными шагами вошел в квартиру. Дженни окинула его взглядом. Она не сразу поняла, в чем дело, но было ясно одно: он болен.
– Тебе нужен доктор.
– Нет, мне надо позвонить Ортеге. Узнать, взял ли он под наблюдение Рассела.
– Тебя лихорадит, – сказала она, прикоснувшись к его лбу.
Он растянулся на кушетке, даже не сняв плащ, который был чуть ли не на два размера меньше, чем ему нужно. Черная тенниска натянулась на груди. Она была украшена грязными ругательствами, написанными готическим шрифтом. Откуда у него эта одежда?
– Хантер?
– Дай мне телефон, – распорядился он, но не смог сесть. Она не любила, когда ей приказывали, но понимала, что он плохо соображает и мысленно все еще преследует Рассела, хотя физически уже не в состоянии это делать. Она любила его за это, хотя он, вероятно, продолжал считать ее богатой дамочкой, которая швыряет деньги направо и налево.
Бенни занял пост возле головы Хантера и не желал двигаться с места. Дженни дала Хантеру пульт дистанционного набора номера.
Ортега ответил с первого звонка.
– Есть новости о Расселе? – спросил Хантер.
– Пока не перехватили ни одну из этих машин. Хантер нахмурил брови.
– Уверен, что Рэтти снабдил его какой-нибудь другой машиной. Я у Дженни. Перезвоню позже. – Трубка выпала из его пальцев, и Дженни осторожно положила ее на место. Левой рукой он схватил ее за предплечье. – Не уходи, – прошептал он.
– Надо снять с тебя эту одежду.
– Не могу, – признался он, скривив губы. Собственная слабость вызывала у него отвращение.
– Упрямый как осел, – пробормотала она. – Позволь мне…
Она помогла ему снять плащ и замерла, увидев окровавленный бинт и побагровевшую воспаленную кожу под ним.
– Боже мой, Хантер! Что произошло? – спросила она дрожащим голосом.
– Рассел стрелял в меня в упор. Ранил в предплечье.
– Это огнестрельная рана?
– Боюсь, что так. Вот почему я не могу показаться доктору. Он будет обязан сообщить об этом.
– Не говори глупостей. Тебе нужна медицинская помощь. – Он скрипнул зубами.
– Пока нельзя. Если об этом сообщат, то все обнаружится, и мне не позволят преследовать его.
– Власти, – сказала она скорее в порядке утверждения, чем вопроса.
– Мне просто нужно… немного отдохнуть. И бренди, если у тебя есть.
– Пойду посмотрю, достаточно ли у меня бинтов, – сказала она, направляясь в ванную комнату.
Когда она вернулась, он спал. Она нашла несколько бинтов с антисептической прокладкой, антибиотик в виде мази, непочатый рулон бинта и маленькие ножницы. Она не хотела будить его, чтобы перевязать рану, но он открыл глаза.
– Прости меня, – сказал он.
– За что? – Она принялась разбинтовывать руку. При виде воспалившейся раны у нее задрожали пальцы.
Его здоровая рука скользнула от локтя вверх по ее руке. Он смотрел на нее так, что у Дженни растаяло сердце.
– Ты ни капельки не похожа на Кэтрин, – тихо сказал он, и она наклонилась, чтобы поцеловать его.
Несколько мгновений спустя, с трудом переводя дыхание, Дженни оторвалась от него и занялась перевязкой.
– Куда ты уходишь?
– Хочу налить бренди. Тебе потребуется что-нибудь покрепче, чем поцелуй, чтобы пережить следующую часть процедуры.
– Я сегодня уже разок проходил через это, – пробормотал он.
Она возвратилась со стаканом бренди и продолжила разбинтовывать рану. Хантер закрыл глаза и держал стакан возле губ, отпивая из него всякий раз, когда Дженни, потянув слишком сильно, травмировала чувствительную кожу. К концу перевязки она вся взмокла.
Снова сходив в ванную комнату, она нашла бутылочку с обезболивающими таблетками. Высыпав на ладонь три штуки, отнесла их Хантеру. Он проглотил их, запив бренди.
– Наркотики и алкоголь, – сказала она.
– Да уж, это заставит меня угомониться, – пробормотал он, и глаза его закрылись в полном изнеможении.
Телефон зазвонил на рассвете. Дженни спала, держа телефонный пульт рядом с ухом. Она взяла трубку. Голос говорившего был еле слышен.
– Садись в свою машину и поезжай к северу, – приказал Трой. – Остановишься в Таосе. В таосской гостинице. Слышала о такой?
Дженни прислушалась, не поднял ли трубку Хантер. Ей не хотелось будить его. Она была против, чтобы он вмешивался в это в его нынешнем состоянии.
– Да, я ее знаю, – шепотом сказала она.
Историческая достопримечательность. Таосская гостиница была расположена в старинном здании из саманного кирпича в самом центре крошечного городка.
– Сними там номер.
– Ты в Таосе?
– Я позвоню тебе в гостиницу…
Она повесила трубку, охваченная страхом за судьбу Роули. Ее одолевали ужасные предчувствия. Ее дорожные сумки были уже погружены в «вольво». Она сделала это еще вчера, собираясь мчаться за Хантером в Лос-Анджелес.
Следует ли разбудить его? Рассказать ли ему?
Быстро приняв душ, она натянула на себя джинсы и свитер, сознавая, что эта одежда полностью противоречит тому, в чем хотел ее видеть бывший муж. Неся в руке кеды, она на цыпочках вышла в гостиную. Бенни тихо тявкнул и обнюхал ее руку.
Хантер проснулся, попытался сесть, охнул и резко спросил:
– Куда ты собралась?
Ей не хотелось лгать, но она знала, что он ее не одобрит.
– Куплю что-нибудь на завтрак.
– Мне ничего не нужно.
– Тебе много чего нужно, – сказала она, притворно улыбнувшись.
– Я не хочу, чтобы ты уходила.
– Поговорим, когда я вернусь.
Он попытался встать на ноги, и Дженни бросилась, чтобы помочь ему снова сесть на кушетку.
– Я хорошо себя чувствую, – сказал он, пытливо вглядываясь в ее лицо. – А что, если Трой позвонит в твое отсутствие?
– Да, это возможно… Ну что ж, скажи ему, чтобы не обижал моего сына.
Они посмотрели друг на друга. Потом Дженни быстро надела кеды, схватила сумочку и направилась к двери. Она понимала, что он знает, что она что-то затеяла. Обернувшись через плечо, она весело сказала:
– Когда все это закончится, давай как-нибудь съездим в Таос и остановимся в таосской гостинице.
И не успел он подняться на ноги, как она исчезла.
В таосской гостинице нашелся номер, который освобождался в четыре часа Дженни взглянула на свои часики. Не рассказать ли Хантеру, что она делает? Можно также позвонить его сержанту и оставить информацию. Но она заранее знала, что в таком случае произойдет дальше. Полиция Санта-Фе свяжется с полицией Таоса, ей на помощь прибудут полицейские и…
Она почти слышала пальбу из пистолетов. Она опасалась, что Трой учует ловушку. Роули может пострадать… Из ее губ вырвался стон. Нет, этого она сделать не может.
Но если она позвонит Хантеру, он приедет. И, раненный, подвергнет себя опасности. Трой, мерзавец, пристрелит его!
Она вздрогнула, снова подумав о сыне. Ах, Роули! Только бы он остался цел и невредим!
Дженни вышла из гостиницы и остановилась на тротуаре, глядя на проезжающие мимо машины. Воздух был свежий, сухой, светило солнце. По тротуару двигались толпы гуляющих, останавливаясь у витрин магазинов и картинных галерей.
Она пересекла улицу и попыталась, слившись с толпой, бесцельно пройтись, то и дело поглядывая на часики. Ей стало холодно в хлопчатобумажном свитере и джинсах. В мартовском воздухе еще чувствовался отголосок зимы.
Или это нервная дрожь, страх? Ей не хотелось думать об этом.
В четыре часа она въехала в гостиничный номер и позвонила в больницу. Голос у отца был сонный, и она постаралась сократить разговор до минимума.
– Ты еще не нашла Роули? – спросил он. Это было единственное, что его интересовало.
Она сказала ему, что ждет звонка от Троя.
– Ты позвонила Уэссверу?
– Да, – ответила она. Она позвонила ему позавчера, вскоре, после того как швырнула трубку, не закончив разговора с Хантером. – Я позвоню ему снова, как только закончу разговор с тобой.
– Дженни, обещай, что ты возьмешь деньги.
– Я возьму деньги, – автоматически повторила она, хотя слова Хантера не выходили у нее из головы. Он считал, что она допускает такую же ошибку, какую всегда совершал ее отец. Она знала, что он прав. Но на карту была поставлена жизнь ее сына!
– Получит деньги – и его как водой смоет, – сказал Аллен и закашлялся. – Сделай это, Дженни. – Она услышала, как ему что-то сказали, и поняла, что рядом с ним Натали.
– Я сейчас же позвоню Уэссверу, – заверила его она. Но она этого не сделала. Она колебалась. Интересно, как Хантер поступил бы на ее месте, подумала она и быстро, чтобы не передумать, набрала свой номер. Никто не ответил, и она через некоторое время повесила трубку. Ее снова охватил страх. Что, если он не в состоянии подойти к телефону? Что, если он сейчас лежит там, нуждаясь в ее помощи?
Пока она думала, что делать дальше, зазвонил телефон.
– Дженни… – ласково произнес Трой.
– Позволь мне поговорить с Роули.
– Как там насчет денег?
– Я позвонила Джозефу Уэссверу, поверенному отца Он должен перезвонить мне.
– Ты меня разочаровываешь. Очень. Тебе надо выехать из гостиницы.
– Выехать? Но, Трой, я жду звонка от Уэссвера. Мне нужно оставаться здесь.
– Я хочу, чтобы ты возвратилась в свою уютную квартирку. И ждала меня там.
– Но, Трой… – запротестовала она.
Он повесил трубку.
* * *
Она спустилась вниз, но выписываться из гостиницы не стала. Наоборот, она продлила свое пребывание еще на несколько дней и оставила свои сумки в номере. Она не знала, что затеял Трой, но так, по крайней мере, она даст знать Хантеру, где находится.
Потом она направилась к своей машине, которую оставила на покрытой гравием стоянке за гостиницей. Едва успев вставить ключ, она почувствовала, как сзади подошел Трой. Она охнула от неожиданности. Ей хотелось пинаться, орать, кусаться, но в ее ребра уткнулось дуло пистолета.
– Дженни…
Горячее дыхание Троя, которое она ощутила на своей шее, вызвало у нее отвращение.
– Где Роули? – прошептала она.
– В надежном месте. Я отвезу тебя к нему.
– Я никуда не поеду с тобой в машине.
– В таком случае мне придется убить его.
– Я позову полицию. Тебя схватят.
– И ты никогда больше его не увидишь.
Понимая, что он способен выполнить свою угрозу, она была вынуждена подчиниться его требованиям. Ради Роули.
– Садись в машину, Дженни.
Она подумала, что он имеет в виду ее машину, но он повел ее к серебристому фургончику с калифорнийскими номерами. Она было заупрямилась, но он лишь покачал головой и усмехнулся.
Она взобралась на пассажирское место.
Будьте прокляты раненое плечо и его слабость, Дженни и ее ложь.
Хантер дотащился до машины и направился в полицейский участок, несмотря на то, что перед глазами плясали светящиеся точки. С трудом поднявшись по лестнице, он ввалился внутрь.
– Дженни в Таосе. В таосской гостинице. Думаю, что ей приказал туда приехать Трой Рассел.
– Что, черт возьми, произошло с тобой? – спросил Ортега, помогая Хантеру усесться на стул, стоящий возле его письменного стола.
– Вы меня слышали? – резко спросил Хантер.
– Твоя леди находится в таосской гостинице. Я понял.
– Рассела не обнаружили?
– Пока нет. У тебя не двигается правая рука? – нахмурив брови, заметил сержант.
– Я побывал на линии огня.
Ортега витиевато выругался и вытаращил глаза на Хантера.
– Ты кончишь тем, что окажешься в больнице Сент-Висента рядышком с ее папашей.
– Я еду в Таос.
– В таком состоянии тебе туда не доехать. Что это, черт возьми, на тебе надето?
– Рубаха и куртка ее сына. Все лучше, чем то, что было на мне раньше. – Он направился к двери.
– Держи… – Ортега снял с плечиков собственный кожаный пиджак и бросил его Хантеру. – Снова пошел дождь, – с отвращением добавил он. – Похоже, конца ему не будет.
Хантер отправился прямиком в Таос. Бенни восседал на пассажирском месте. Несмотря на дождь со снегом, превративший дороги в липкое месиво, они добрались туда в рекордно короткое время. Подъехав к таосской гостинице, он припарковался рядом с «вольво» Дженни. Здесь выпал настоящий снег, и он заметил на нем следы перед дверцей водителя. Снег с ручки был стряхнут и успел лечь снова.
Когда он шагнул с холода в тепло помещения, у него закружилась голова. До сих пор ему помогали функционировать адреналин в крови и сила воли, но всему есть предел: он был слишком измучен. Подойдя к сидевшему за конторкой клерку, он попросил его позвонить в номер Дженни.
– Номер не отвечает, сэр.
– Позвоните еще раз.
Клерк приподнял брови, явно подумав, что Хантер что-то затевает.
– Номер снова не отвечает, сэр.
Хантер встревожено кивнул. Он вернулся к своему джипу. На снегу виднелись следы грузовичка или фургончика. Снег еще не успел припорошить их, значит, они были оставлены всего за несколько минут до его появления.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44