комплектующие для душевых кабин 

 


После «развода» с Москвой Могадишо сразу получил сигналы о готовности предоставить вооружение и военную технику из Саудовской Аравии, Ирана, Пакистана и Судана. Запад все еще воздерживался от прямой военной помощи.
В ходе второго этапа эфиопо-сомалийского конфликта (октябрь 1977 г. - январь 1978 г.) на фронтах сохранялось относительное затишье, за исключением участка фронта под Харэром. Овладение этим административным, культурным и историческим центром Восточной Эфиопии имело для Сомали не только военное, но и политическое значение. 22 и 23 ноября 1977 г. сомалийская армия бросила все силы на овладение Харэром. Однако все было безрезультатно.
В ноябре 1977 - январе 1978 г. силами советской военно-транспортной авиации был фактически установлен воздушный мост с Эфиопией. Всего, по западным оценкам, для его бесперебойного функционирования было привлечено 225 самолетов, в основном Ан-22, которые перебросили военной техники и вооружений на астрономическую сумму - примерно в 1 млрд долларов. Военная помощь Эфиопии была настолько внушительной, что дала основание некоторым зарубежным военным экспертам назвать ее «военной интервенцией».
Военная техника доставлялась не только по воздуху. Около 50 советских боевых кораблей и транспортов проследовали через Босфор и Суэцкий канал с вооружением для Эфиопии. Боевая техника и оружие разгружались в порту Асэб, затем свои ходом или на трейлерах направлялась в центральные и восточные районы страны.
Морским и воздушным путями в Эфиопию доставлялись танки Т-54 и Т-55, артиллерийские системы, включая 130-мм пушки, средства ПВО, истребители МиГ-21 и МиГ-23, стрелковое оружие и автомобильная техника. Вооружение и снаряжение для эфиопской армии поставляли также ГДР (дизельные грузовики «ИФА»), Чехословакия (стрелковое оружие), Южный Йемен (танки Т-34, реактивные системы залпового огня БМ-21 «Град»), КНДР (обмундирование). Определенную поддержку и помощь Эфиопия получила также от Ливии и Организации освобождения Палестины. Поступали сообщения о готовности израильских летчиков воевать на стороне своего традиционного союзника - Эфиопии.
Для Запада неожиданным оказалось то, что Москва в состоянии проецировать свою военную мощь (несколько дивизий с тяжелым вооружением) в столь отдаленные регионы - Ближний Восток и в Восточную Африку. Это была демонстрация новых впечатляющих успехов советских возможностей. Одновременно в Аддис-Абебу был направлен внушительный отряд военных специалистов (1,5 тыс. человек).
Особую роль в эфиопских событиях (как и в Анголе) сыграла, однако, Куба. Гавана направила в Эфиопию регулярные части с полным штатным вооружением. По некоторым оценкам, общая численность регулярных кубинских войск в Эфиопии составила 17-20 тыс. человек. Кубинские части комплектовались, как правило, за счет добровольцев. Многие из них имели боевой опыт, отличались высокой дисциплинированностью и организованностью. Кубинские части составили основную ударную силу эфиопских вооруженных сил. Особой популярностью в Анголе пользовались кубинские летчики. Как в свое время советские летчики в Испании.
Помимо военнослужащих из Советского Союза и Кубы, на стороне Эфиопии находились «добровольцы» из Южного Йемена, Мозамбика, Анголы и ряда стран Восточной Европы и социалистической Азии.
В ноябре 1977 г. в Аддис-Абебу прибыла «оперативная группа» генералов и офицеров от управлений Генерального штаба, которую возглавил первый заместитель главнокомандующего Сухопутными войсками генерал армии В. Петров. Эфиопские войска готовились к решающим сражениям.
Сомалийцы развернули за советскими военнослужащими настоящую охоту. За голову советника была назначена награда в 2 тыс. долларов. Когда об этом стало известно, советских военных советников стали усиленно охранять. Солдаты из роты полиции сопровождали их даже в туалеты.
22 января 1978 г. сомалийские войска предприняли решительное наступление с целью овладения Харэром. Этим начался третий, завершающий этап сомалийско-эфиопской драмы, который длился до марта 1978 г.
Главный удар сомалийские войска нанесли со стороны населенного пункта Комболча силами нескольких пехотных бригад при поддержке танков и артиллерии. Противник был остановлен всего в 500 м от автомобильной трассы, связывающей Харэр с Дире-Дауа. В боях вместе с эфиопскими регулярными войсками самоотверженно сражались кубинские части.
Просчетов и ошибок в ведении боевых действий с обеих сторон допускалось немало.
Командир одной из эфиопских дивизий сосредоточил всю артиллерию вокруг своего командного пункта. Машины с боеприпасами были размещены в километре от него. Одни из снарядов угодил в машину с боеприпасами. Вслед за этим, по воспоминаниям находившегося поблизости советского советника, стало «твориться что-что ужасное: по воздуху носились ящики с боеприпасами. Везде стоял грохот и вой. Целый час продолжался фейерверк, а через час-полтора… все боеприпасы были уничтожены. А ведь это было заготовлено для наступления и, конечно, стоило огромных денег».
Развернувшееся 23-27 января 1978 г. эфиопское контрнаступление отбросило противника на несколько десятков километров. Развивая наступление в направлении Джиджиги, эфиопские войска столкнулись с ожесточенным сопротивлением сомалийцев, закрепившихся на двух ведущих к городу проходах в горах - Марда и Шеделе. Эфиопские войска преодолели горы не по проходам (где их ожидали сомалийцы), а по горным тропам и бездорожью. В планировании этой операции непосредственное участие принимали советские военные специалисты.
В ходе боев сомалийцы потеряли 3 тыс. человек, 15 танков, значительное количество другой боевой техники и вооружения. В боях против сомалийской армии наряду с эфиопскими регулярными войсками и народной милицией впервые приняли участие кубинские части.
В результате решительных действий эфиопских и кубинских войск 4 марта сомалийцы начали беспорядочный отход из Джиджиги и на следующий день город был взят. Всего под Джидигой были разгромлены 3 сомалийские бригады общей численностью в 6 тыс. человек. Этот успех был расценен в Эфиопии как «поворотный момент» всей войны. Уже к 16 марта практически вся территория Огадена, оккупированная сомалийской армией, была освобождена. Упреждая события, 15 марта правительство Сомали объявило о «полном выводе» своих соединений и частей из Эфиопии. Война между Эфиопией и Сомали в пустыне Огаден продолжалась недолго, около 7 месяцев. Но в Эфиопии она повсюду оставила свои разрушительные следы. Погибли тысячи мирных жителей, свыше 600 тыс. человек стали беженцами. Размер материального ущерба, нанесенного стране, оценивался в десятки миллиардов долларов.
На Эритрейском фронте
После ухода регулярных вооруженных сил Сомали из Огадена сомалийско-эфиопский конфликт на этом не завершился. Оставшиеся боевые организации Фронта освобождения Западного Сомали не прекратили сопротивления и перешли к партизанским методам борьбы. Ни по своей численности, ни по количеству и составу вооружения они уже не представляли существенной опасности для Аддис-Абебы, но хлопот доставляли немало.
Диверсионные группы Фронта постоянно совершали дерзкие, беспокоящие вылазки. 16 июня 1978 г. в одну из их засад (у деревни Дакэта провинции Огаден) попала группа советских военных специалистов из состава отдельного медицинского батальона. Военнослужащие были пленены и в дальнейшем при попытке к бегству убиты.
В свою очередь в северной части страны - Эритрее - с новой силой разгорелась партизанская война нескольких сепаратистских «фронтов» и движений.
Высвободившиеся эфиопские войска и советские военные советники были переброшены на север и приняли участие в операциях по борьбе с сепаратистами. Общее количество эфиопских войск здесь достигло внушительной цифры - 140 тыс. человек. Кубинцы от участия в этой кампании отказались. Их мотопехотные батальоны встали гарнизонами на востоке, невдалеке от столицы. Они предназначались для защиты правительства в случае попытки военного переворота.
Не сумев удержать крупные города, повстанцы постепенно отходили в труднодоступные горные районы на северо-востоке Эритреи. При этом минировали все, что могло быть заминировано. И в первую очередь дороги. Местное население, по мере приближения правительственных войск, как правило, покидало свои населенные пункты. Характерным примером в этом отношении стало взятие г. Тессенея. Город был пуст: все население покинуло его. Началось мародерство. Солдаты грабили дома, магазины.
Боевые действия в горах протекали трудно. Эритрейцы хорошо знали местность. Многие из них прошли боевую и диверсионную подготовку в учебных центрах в Судане. Как результат, эфиопские бригады несли существенные потери. В некоторых из них боевые потери составили до трети личного состава.
Это побудило Москву активизировать попытки по решению проблемы политическими средствами. В июне 1978 г. в Москву был приглашен лидер Фронта освобождения Эритреи А. Насер. Ему было предложено (как и в случае с Сомали) вступить в федерацию африканских государств в районе Красного моря. Этот африканский лидер оказался несговорчивым.
Бои в Эритрее продолжались до начала 90-х гг. Правительственным войскам так и не удалось в целом решить поставленных перед ними задач. Эритрейские города переходили из рук в руки, в то время как сельские районы продолжали находиться под контролем сепаратистов.
Одна из самых крупных побед Национального фронта освобождения Эритреи (НФОЭ) над эфиопскими вооруженными силами была одержана в марте 1988 г. у г. Афабет. Потери эфиопской армии убитыми и пленными составили около 18 тыс. человек. В одном из боев под Афабетом в плен к эритрейцам попали трое советских военнослужащих, находившихся на командном пункте эфиопской дивизии: полковник Ю. Калистратов, подполковник Е. Чураев и переводчик лейтенант А. Кувалдин. Советские офицеры три года находились в плену. Лишь в 1991 г. благодаря усилиям МИД СССР, вмешательству администрации США и руководства Судана они вернулись на родину.
Летом 1989 г. советские военные советники были выведены из состава эфиопских частей. Москва официально заявила, что с этого момента участие во внутренних конфликтах не входит в сферу деятельности советских советников и специалистов.
За несколько десятилетий конфликта в Эфиопии погибло (умерло) 79 советских военнослужащих (2 генерала, 69 офицеров, 4 прапорщика и 4 рядовых), ранено 9 человек, пятеро пропало без вести, трое - взято в плен.
Огромными оказались материальные затраты Советского Союза, что не могло не сказаться на общем истощении великой державы. Кроме того, «эфиопская эпопея» обострила отношения СССР не только с США, призвавших к «крестовому походу» против «империи зла», но и со многими государствами Африки, Ближнего и Среднего Востока. Усилия Советского Союза (России) оказались бесплодными. В 1991 г. эфиопская столица была взята силами Революционно-демократического фронта эфиопских народов. М.Х. Мариам бежал из страны в Зимбабве. 27 апреля 1993 г. Эритрея получила независимость и через месяц стала полноправным членом ООН.
Многие спорные вопросы (прежде всего пограничные) между Эфиопией и Эритреей остаются неразрешенными. 6 мая 1998 г. эритрейские войска вторглись на территорию Эфиопии и оккупировали спорный участок территории (около 400 кв. км).
Драматично сложилась ситуация и в Сомали, где после свержения диктатора С. Барре (1991 г.) ни на день не стихает гражданская война. Сама России, правопреемница СССР, все еще находится в тисках системного кризиса. Такова участь побежденных.

Глава 14.
Польша - слабое звено социализма
Феномен «Солидарности» 1980-1981 гг.
Летом 1980 г. весь мир был потрясен событиями в польском городе Гданьске. В ночь с 16 на 17 августа на верфи им. Ленина был создан Межзаводской стачечный комитет, выступивший с беспрецендентной критикой в адрес польских властей. В своем выступлении по телевидению 17 августа первый секретарь ЦК ПОРП Э. Герек признал ошибки в социально-экономической политике, пообещал реформы и призвал бастующих вернуться на работу. Его выступление не произвело ожидаемого эффекта.
«Нас это не касается, - таков был ответ лидера бастующих тогда еще мало кому известного электрика судоверфи Леха Валенса. - Пока мы бастуем и ждем, когда власти к нам явятся».
Власть была вынуждена уступить и пойти на унизительные для нее переговоры - с вчера еще никому не известным руководством профобъединения «Солидарность».
В истории возникновения «Солидарности», как и вообще в событиях летних забастовок 1980 г., до сих много неясного. Существует версия: забастовочное движение на первых порах было инициировано самими коммунистами - политиками второго эшелона, рвущимися к власти.
Первоначально «Солидарность» представляла собой «протестное» движение за социализм с «человеческим лицом». Никакой созидательной программы у нее не было. Основным средством давления на власти была забастовка. Власти, опасаясь усиления протестного потенциала, продолжали выплачивать забастовщикам деньги. В подобных комфортных условиях забастовочное движение только разрасталось. У профобъединения появилась мощная, разветвленная инфраструктура на местах.
Руководством «Солидарности» на всей территории Польши, в воеводствах, горах и селах были созданы местные организации, умело проводившие пропагандистскую работу среди населения. Почувствовав реальную возможность «раскачать» ситуацию в Польше, Запад стал оказывать «Солидарности» мощную финансовую и материально-техническую поддержку. В короткие сроки ряды «Солидарности» пополнили около 10 млн поляков. С политико-идеологической точки зрения весьма неприятным для властей был тот факт, что основную социальную базу «Солидарности» составлял рабочий класс.
Попытки официальных властей завершить переговоры с руководством «Солидарности» непосредственно в Гданьске ни к чему не привели.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120


А-П

П-Я