сантехника со скидкой в москве 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 





Сандра Хилл: «Холодный викинг»

Сандра Хилл
Холодный викинг


Братья Эриксон – 1



OCR & SpellCheck Anita
«Холодный викинг»: Олма-Пресс; Москва; 1997

ISBN 5‑87322-541-9Оригинал: Sandra Hill,
“The Reluctant Viking”

Перевод: Т. А. Перцева
Аннотация Волею судеб преуспевающая деловая американка Руби. Джордан переносится из нашего времени в X век и, встретив там двойника своего мужа — викинга Торка, узнает, что тысячу лет назад любовь была не менее прекрасной… Сандра ХиллХолодный викинг ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА В 1976—1981 годах Йоркский археологический фонд предпринял одну из наиболее впечатляющих археологических экспедиций нашего времени — раскопки Джорвика — древнего Йорка времен набегов викингов. Более чем 15 000 найденных предметов позволили историкам получить ясную картину повседневной жизни викингов, а специалистам — воссоздать копию города викингов, процветавшего здесь под эгидой скандинавских королей с 850 по 954 г. н. э.Археологические исследования, такие, как копергейтские раскопки в Джорвике, доказали, что северяне, властители морей в IX—XII веках, были не только язычниками — насильниками и грабителями, как изображают их древние историки, особенно англосаксонские священники, у которых на то были причины. Викингов отличала отчаянная храбрость, дерзость, преданность и талант, их гнала безжалостная страсть к завоеванию новых земель, на которых можно было бы основать торговые центры и новые фермы.Викинги чтили правосудие, и именно они привнесли слово «закон» в английский язык. Их тинги, местные суды, стали прообразом современного суда присяжных. Кроме того, саги викингов и поэзия скальдов свидетельствуют о высоком интеллекте, чувствительности и уважении к культуре.Северяне начали долголетний поход в чужие земли в конце VIII века с небольших набегов, которые вскоре превратились в сокрушительные войны с участием сотен кораблей и тысяч воинов. В следующие два столетия они добрались до Европы, Северной Африки и России, достойно служили в личной охране византийских правителей в Константинополе. Викинги, наконец, открыли Америку.Но теперь они исчезли. Почему? Оттого, что северяне смешивались с племенами, которые завоевывали, перенимая языки, обычаи и религию. Многие благородные рыцари средневековья были прямыми потомками, если не внуками викингов. Беззаконный викинг Грольф (или Ролло), ставший первым герцогом Нормандским, мой собственный предок в тридцать третьем колене, был и прапрадедом Вильгельма Завоевателя.Монахи-историки не упоминали об элитном круге викингов, названных «Джомсвикинги». Клятвы верности и прославленная храбрость этих великих воинов сопоставимы со сказаниями о короле Артуре и рыцарях Круглого Стола.Хотя термин «викинг» употребляется с нашего времени, я предпочла его для удобства чтения современных читателей, и по этой же причине я использую названия стран, принятые в XX веке.Наконец, несмотря на репутацию варваров, даже недоброжелатели не могли отрицать отвагу, высокий рост и красоту викингов. Неудивительно, что женщин средневековых европейских государств влекло к этим красивым мужчинам, с такими непривычными именами, как Гудрод Великолепный, Харальд Светловолосый, Торфинн Могучий, Кнут Великий.Неудивительно и то, что моя героиня, живущая в XX веке и пойманная в паутину одиночества и отчаяния, полюбила этих гордых свирепых людей во время своего путешествия по времени в Джорвик X века, где жизнь была более проста, но человеческие отношения столь же сложны. Лик ее светел, сверкает грудь,А шея белее снега…Золотом отливают его волосы, румяны щеки,Но по-змеиному мрачны горящие глаза.Ригспула (Середина X в.) ГЛАВА 1 — Это первая лекция из серии «Поразмыслите над вопросом». И, прежде чем мы начнем, освободите наш мозг от посторонних мыслей. Представьте, что парите на облаке высоко над землей… парите… парите… парите…— Дурацкие записи! — воскликнула Руби Джордан, врываясь в кабинет мужа, чтобы выключить магнитофон. Рода, ее приходящая прислуга, вероятно, случайно коснулась переключателя сложной аппаратуры, когда вытирала пыль.Безжалостная боль сдавила виски, пульсировала в голове, и она понимала, что ко времени возвращения Джека ей станет еще хуже. Неужели предстоит очередная ссора?При виде Джека, укладывавшего в портфель кассеты с мотивационными записями, Руби остановилась как вкопанная.— Не знала, что ты дома. Почему бы тебе не…— Не начинай снова, Руби, — перебил жену Джек Джордан с еле заметными предостерегающими нотками в глубоком низком голосе. — Я по горло сыт скандалами.И в доказательство театрально резанул ребром ладони по шее.— Я тоже, пробормотала Руби, но тут же заметила выставленные у двери чемоданы. Значит, он действительно решил уйти. Она давно ожидала, что так будет, но слезы все-таки обожгли веки.— Джек, ты уверен, что хочешь этого?Сколько раз она задавала этот вопрос за последние две недели? Как глупо с ее стороны считать, что на этот раз ответ будет иным!Джек, согнувшийся над стереосистемой, выпрямился, нажал на выключатель и устало потер глаза, прежде чем окинуть жену гневным взглядом. На нем по-прежнему был темный деловой костюм, надетый сегодня утром.Руби знала, что кризис на рынке недвижимости тяжело сказался на бизнесе мужа. Им даже пришлось однажды потратить ее деньги на оплату его счетов, что было просто ударом по самолюбию Джека. И теперь его широкие плечи сгорбились под тяжестью забот и усталости. Вероятно, он целый день не ел. На какое-то мгновение сердце Руби смягчилось, и она едва не спросила его, не подать ли ужин. Едва.— Руби, наш брак исчерпал себя. Мы уже давно только раним друг друга, и я измучился, пытаясь все наладить. Нужно начать новую жизнь… нам обоим. Эти споры изводят меня… мешают работе.Руби молча слушала, ощущая знакомую тоску. Видя, что она не отвечает, Джек продолжал резким, полным боли голосом:— Мне тридцать восемь, и я не желаю провести остаток жизни с женщиной, которую ее бизнес и клиенты возбуждают куда больше, чем я.— О! — пробормотала она, потрясенная его грубостью. — Это неправда! Как это похоже на тебя — во всем усматривать намеки на секс!— А как насчет единственной вещи, которая все еще связывает нас? Правда, и это не слишком часто случается за последнее время, — криво улыбнувшись и пожав плечами, заметил Джек.Его улыбка, такая же ослепительно интимная, как поцелуй, все еще, после стольких лет заставила сердце Руби подпрыгнуть и сжаться, и Руби пришлось сделать над собой усилие, чтобы не выдать себя;— Хочешь сказать, что уходишь из-за сексуальных проблем между нами? — дрожащим голосом спросила она.— Ты же знаешь, что это не так!Улыбка мужа поблекла, холодные голубые глаза пригвоздили ее к месту обвиняющим взглядом:— Мы можем немедленно отправиться наверх и затрахать друг друга до полусмерти, но это ничего не решит.— Как ты груб!— Да, верно, но тебе недолго придется это терпеть, — немедленно вскинулся Джек и упрямо поджал губы, но тут же, смягчившись, нежно коснулся кончиками пальцев ее трясущихся губ: — Прости, крошка. Я не хотел, чтобы все так кончилось. Неужели мы не можем расстаться друзьями?Руби внутренне сжалась и содрогнулась. Она попыталась представить будущее без Джека. Тоска и боль разрывали сердце стальными пальцами, и ей пришлось запечатать ладонью рот, чтобы сдержать рвущийся наружу крик.— У тебя… другая женщина? — еле слышно пробормотала Руби прерывающимся голосом. Джек рассерженно нахмурился:— Нет! Я десятки раз повторял это!Сверкающие глаза словно бросали вызов.— Однако можешь быть уверена, что я намереваюсь найти женщину, которая не станет считать меня женоненавистником только потому, что я хочу о ней заботиться.В голосе наконец прорезалась горечь, но Джек, набрав в грудь воздуха, упорно продолжал:— Скажу тебе и кое-что еще. Наши дети нуждаются в матери, настоящей, а не приходящей! Господи! Сколько времени ты проводишь с ними последние месяцы? Они чувствуют себя такими же заброшенными, как и я!Уничтожающая реплика застала Руби врасплох, но она вынудила себя спокойно поинтересоваться:— Почему, как только женщина добивается успеха, мужчина воспринимает это как угрозу собственному благополучию? Почему он не может смириться с тем, что женщина-профессионал может быть одновременно хозяйкой и матерью?— Я отказываюсь снова быть вовлеченным в эту феминистскую дискуссию, — с холодной решительностью заключил Джек, кладя в портфель еще несколько кассет и закрывая замки.— Насколько я полагаю, ты удовлетворишься двадцатилетней сикухой в мини-платье, которая уговорит тебя купить мотоцикл или спортивный автомобиль, — ядовито усмехнулась Руби, закусив нижнюю губу, чтобы скрыть слезы.Печальная улыбка чуть тронула уголки губ Джека, но он возразил быстро и почти не задумываясь, как вошло в привычку за многие годы совместной жизни.— Нет, я подумываю о даме лет тридцати с телом Долли Партон, умом Барбары Уолтере и чувством юмора Джоан Риверс.Мрачные глаза Джека противоречили шутливому тону.Руби не смогла скрыть боль и ревность, пронзившие ее.— Долли Партон! Спустись на землю! Самое большее Джейн Фонда, но Долли Партон!Джек нашел в себе силы усмехнуться, что давало Руби смелость предположить:— Если не считать тела Долли Партон, я могла бы вполне удовлетворить остальным требованиям.Веселые искорки в глазах исчезли, как только Джек, мгновенно став серьезным, спросил:— А кого предпочтешь ты?Руби съежилась. Неужели Джек действительно считает, что ей нужен другой мужчина? Оскорбленная гордость заставила ее поджать губы, но смущение скоро сменилось раздражением. Она вызывающе встретила взгляд Джека:— Хорошо бы найти кого-то с внешностью кинозвезды, хотя это не так уж важно. Кроме того, приходится реально смотреть на вещи: я не Бог весть какая красавица и в моем возрасте мужчины смотрят на женщин помоложе.— Ну-ну, Руби, ты еще можешь покорить любого мужчину, которого выберешь.«Любого, кроме того, кто так нужен мне», — подумала Руби, но вместо того, чтобы признаться в этом, лишь конвульсивно сглотнула и мягко упрекнула мужа:— Джек, сними розовые очки и будь честен. Тридцативосьмилетние мужчины не смотрят на тридцативосьмилетних женщин.— Смотрят, если женщина выглядит, как ты.Джек несколько мгновений изучал ее и добавил:— Ты так и не ответила на мой вопрос. Чего ты ищешь в мужчине?Боль, острая и мучительная, сжала горло Руби. Неужели Джек не понимает этого, когда задает дурацкие вопросы? Однако она попыталась описать идеального мужчину:— Он должен быть умен. Да-да, ум — это самое важное. И добиться успеха… Нет, дело не в деньгах… пусть будет способным и талантливым.Голос ее постепенно стих, и напускная бравада куда-то подевалась. Но Руби постаралась взять себя и руки, чтобы попытаться продолжать:— Но, по правде говоря, все это не имеет ни малейшего значения. Просто нужен человек, который бы любил меня. Знаешь, точно так же, как ты когда-то…Но тут горло вновь перехватило, и Руби не смогла вымолвить ни слова.Джек попытался коснуться ее плеча, но Руби рассерженно вырвалась:— Не надо меня жалеть! Не желаю я твоей жалости! Только уходи поскорее! Ты прав: нельзя затягивать неизбежное! Уходи!И через несколько секунд она услыхала, как Джек идет к двери.— Поживу в домике на озере, пока не найду квартиру, — странно охрипшим голосом выговорил он. — Вечером позвоню мальчикам.И Руби мгновенно забыла о гордости перед лицом этого ужасного конца двадцатилетнего супружества. Боже, сколько раз она клялась себе, что не станет задавать глупый вопрос, тот, что женщины неизменно задают в самые трудные минуты жизни?— Ты больше не любишь меня?Джек замер на пороге и неуклюже повернулся. Сердце Руби перевернулось. Один взгляд этого красавца способен заставить ее потерять голову, даже после двадцати лет брака и несмотря на то, что в его русых волосах появилась седина. Последний тяжелый, полный напряжений год вытравил безжалостные линии морщин в чертах точеного лица, но годы каждодневного бега трусцой и тенниса у стенки помогли сохранить спортивную форму.Руби на минуту закрыла глаза.Долгое молчание, последовавшее вслед за вопросом Руби, все сказало ей без слов, еще до того как Джек вздохнул и наконец нерешительно пробормотал:— Не знаю. Просто не знаю, что чувствую теперь. И не уверен, что это имеет значение.Слова кинжалом вонзились в сердце Руби.— Нам всего лишь нужно время…— Нет! Чтобы продолжать тянуть все это, требуется не время! Сколько раз я просил тебя умерить деловой пыл, пораньше приходить домой и постараться спасти наш брак. Ты отказалась.— Не отказалась, а просто не могла сделать это сразу. Столько заказов накопилось, что пришлось нанять еще человека и передать ему часть моих обязанностей. Через месяц, самое большее через два, я, вероятно, смогу…Джек ошеломленно взглянул на нее и воздел руки к небу:— Сдаюсь! Я это слышу чуть ли не год. Позвони, когда у тебя найдется для меня время!Несколько долгих секунд он колебался, глядя на Руби почти с сожалением. Время словно остановилось, окутав их облаком сладостной ностальгии. Умоляющий взгляд Джека обволакивал Руби нежной лаской, и надежда вновь затеплилась в ее душе. Но тут он повернулся и вышел.Руби сквозь слезы смотрела на закрывшуюся дверь. Ну почему Джек не может понять, как тяжело пришлось работать, чтобы создать компанию по пошиву дамского белья на заказ, как трудно передоверить дело кому-то другому? Она любила Джека. Очень любила. Почему нельзя сохранить и мужа, и карьеру?Горячая капля поползла по щеке. Сожаление клещами стискивало сердце. Воспоминания обжигали мозг. Она разрыдалась.Руби плакала долго, пока не иссякли силы. Она опустилась в старенькое кресло, любимое Джеком еще со студенческих лет, и, рассеянно обведя глазами комнату, потянулась к плееру своего пятнадцатилетнего сына, стараясь заполнить чем-нибудь тишину. Не в состоянии справиться с ошеломительным чувством потери, Руби рассеянно вставила кассету, которую слушал Джек, надела наушники и устало откинулась на спинку кресла.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я