Привезли из сайт https://Wodolei.ru
И с удивлением услышала сердитый ответ:
– Я её ненавижу. И больше туда не пойду.
По дороге домой Истия умело выпытала у Дэймии причину её недовольства.
Она одновременно огорчилась и рассердилась из-за того, что её внучка в первый же день столкнулась с таким отношением к себе.
– Йорг не прав. Ты никакой не урод и тем более не урод ФТиТ, – успокоила её Истия. – Ты очень быстро сообразила, как спасти свою подружку.
– А теперь она меня боится, а Дженфер все время смотрит на меня и ухмыляется!
– И ты посмотри на неё так же. А что касается Аллы, то, я считаю, ты должна дать ей немного времени привыкнуть к мысли о том, что ты её спасла.
Наверное, она была поражена, когда, приземлившись, просто встала на ноги, тогда как ожидала больно упасть.
Дэймия обдумала бабушкины слова.
– Да, я думаю, она больше удивилась, чем испугалась. По крайней мере, она не ушиблась.
Истия нежно потрепала её по голове.
– Да, это действительно хорошо.
Дэймия серьезно посмотрела на бабушку.
– Тогда то, что я спасла Аллу, – это не «штучка», и я могу покататься на Юпитере?
* * *
Инцидент, довольно сильно приукрашенный Йоргом, всё-таки противопоставил Дэймию остальным ученикам класса. И хотя потом Дэймия использовала свой Талант, только чтобы защитить друзей по играм от сильных ушибов и падений, чему Йорг был всегда рад, Алла всё ещё стремилась держаться от неё подальше. Отсутствие близких друзей огорчало Дэймию и беспокоило Истию. Чтобы компенсировать это, девочка пыталась самоутвердиться в школе с помощью отличной учебы, а дома часто уезжала верхом на Юпитере очень далеко и надолго.
«Боюсь, что она – одинокая душа», – заметила как-то Истия в разговоре с её родителями.
«Это не похоже на Рейвенов!» – вздохнул Джефф, который всегда верховодил кучей мальчишек.
«Да, это больше в характере Гвинов, – с горечью в голосе согласилась Ровена. – Я думала, у неё это из-за того, что она самая младшая на станции, а её брат и сестра намного старше, но, наверное, это просто у неё в характере».
«Ангарад, дорогая, ты очень редко одаряешь кого-нибудь привязанностью, – мягко сказала Истия, – но если делаешь это, то совершенно забываешь о себе».
«Но я была такой одинокой! – воскликнула Ровена. – И я бы не хотела, чтобы Дэймия была такой же».
«Возможно, это действительно заложено в неё природой, – ответила Истия.
– Но она вовсе не одинока. У неё есть Юпитер, чтобы кататься, большинство рабочих собак, когда они свободны, чтобы играть, а на её кровати каждую ночь спит Мармелад. Она не одинока. У неё есть приятели в школе, даже при том, что она не завязала ни с кем настоящей дружбы. Может быть, на это понадобится немного больше времени».
«Может быть. Тем счастливее она будет, когда у неё родится брат».
«Как ты себя чувствуешь?» – заботливо поинтересовалась Истия.
Ровена ответила ментальным вздохом.
Джефф добавил:
«Она не любит об этом думать, но ей действительно стало намного лучше после того, как дети уехали».
Истия почувствовала, как Джефф мысленно обнял свою любимую.
«Теперь она может сосредоточиться на вынашивании этого малыша, правда, любовь моя?»
«Мне бы следовало научиться справляться с детьми так же, как справились вы, Истия!» – виновато пожаловалась Ровена.
«Разумеется, но я ведь не руководила Башней, и мой муж не шатался целыми днями по другим планетам. Кроме того, как только мой старший достаточно подрос, я поручила ему нянчить младших. Твой Джеран – очень ответственный мальчик, Ангарад, и я очень его люблю, но он ещё не готов к тому, чтобы следить за Дэймией».
Ровена только хмыкнула при мысли о том, как Джеран попытался бы справиться со своей неукротимой сестренкой.
«Ну что ж, может быть, он сможет нянчить уже этого».
* * *
Дэймия проснулась оттого, что ей стало трудно дышать. Кто-то плакал.
Кто-то чувствовал себя очень плохо. Инстинктивно побуждаемая сочувствием, которое было доминирующей чертой её характера, Дэймия попыталась успокоить этого «некто». Её ментальная «рука» протянулась гораздо дальше, чем она думала. Тот, кто плакал, был расстроен из-за того, что ему холодно и сыро, а за мгновение до этого было тепло. Кто-то тер его чем-то лохматым.
«Это же полотенце! – воскликнула Дэймия, когда поняла, что это такое. – Все в порядке, через минуту тебе будет сухо и тепло!»
«Некто» был охвачен благоговейным страхом.
«Все в порядке, – успокаивающе повторяла Дэймия. – Тебе скоро будет хорошо».
«Некто» утешился и почувствовал сонливость. Тепло и сонливость.
Дэймия продолжала посылать успокаивающие импульсы и в своих усилиях усыпить кого-то и сама снова захотела спать. Она зевнула, отвернулась и заснула.
* * *
– Никогда не видела ничего подобного! – воскликнула Элизара, когда они с Джеффом решили выпить, чтобы отметить праздничное событие. – Этот ребенок, по-моему, собирался выкричать все свои легкие и вдруг… – Её глаза подозрительно сузились. – Ты что, сделал что-нибудь?
– Я? Нет, – отозвался сбитый с толку Джефф. – Я думал, что это ты.
Разумеется, это была и не Ровена.
– Само собой! – согласилась Элизара. – Она ещё под наркозом.
– Много ей понадобится времени, чтобы прийти в себя после кесарева сечения? – спросил Джефф, когда мысль его от младшего сына перешла к любимой женщине.
Элизара, улыбаясь, покачала головой.
– Это же не Денеб, где акушерство находится почти на доисторическом уровне. Микролазерная хирургия не оставляет швов, а раны очень быстро заживают. Она будет в полном порядке через три-четыре дня. – Элизара предостерегающе подняла руку. – Но пройдут месяцы, прежде чем восстановятся мышцы живота.
– Значит, это была не ты, не я и не Ровена. Тогда кто? – Успокоенный Джефф вернулся к теме, с которой начался разговор. – Афра?
Элизара отрицательно покачала головой.
– Это было женское прикосновение.
– Тогда это Дэймия! – уверенно заключил Джефф. – Эта маленькая негодница!
– Подумай трезво, сумасшедший папочка! – фыркнула Элизара. – Не слишком ли это большое расстояние для такой малышки?
Джефф печально улыбнулся и медленно покачал головой:
– Думаю, никакое расстояние не может быть слишком большим там, где дело касается эмоций Дэймии.
И действительно, в течение нескольких первых месяцев жизни Ларака и его мать, и его отец не раз улавливали, как сестра касается сознания братишки, заставляя его улыбаться.
– Что-то мне в это не верится, – скептически заметил как-то Брайан, когда Ровена упомянула в Башне о расстоянии мыслепередачи её дочери.
Афра только улыбнулся:
– Она пообещала, что будет самой лучшей в мире сестрой.
– Мне кажется, с ним ещё много не поговоришь, Афра, – запротестовал Брайан.
– А-а, сердцу не нужны слова, – ответил Афра и совершенно не характерным для него драматическим жестом прижал руку к груди. Затем он сгреб со стола разноцветных птичек оригами, из которых делал для Ларака мобиле, и ловко привязал их к свободным концам лески.
Брайан озадаченно посмотрел на Ровену и вышел из Башни.
* * *
Тем временем, пока Лараку шёл первый год, Дэймия выяснила, что Алла так же любит пони, как и она, и девочки стали неразлучными подругами.
Контакты с Лараком значительно сократились, но иногда малыш без всякой видимой причины принимался хихикать. Смех его был так заразителен, что к нему присоединялись все, кто бывал рядом. Но каждый раз, когда его родители, или Таня, или Афра пытались понять причину таких взрывов веселья, они не могли найти объяснения, даже Плута никогда не оказывалось поблизости. «Проверка Дэймии» – стало стандартным толкованием.
«Веселый ребенок, – говорила его мать, – двойная радость для матери».
Афра воздерживался от упоминаний о том, что Дэймия тоже была веселым ребенком. Однако он был не против веселого Ларака и вскоре совсем смирился с отсутствием в его жизни Дэймии.
* * *
– Он здесь! – взволнованно закричала Дэймия, поворачиваясь к учителю. – Мой брат здесь!
– Ш-ш! Дэймия, продолжай выполнять задание, – укоряющим голосом сказала учительница, потому что девочка была уже достаточно взрослой, чтобы сознательно выполнять правила поведения в классе. – Ты сможешь увидеться с ним после школы.
После окончания занятий Дэймия буквально вылетела в холл. Там её ожидала Ракелла.
– Меня послала за тобой Истия, – сообщила она и улыбнулась, увидев, каким волнением светится лицо Дэймии.
Теперь девочку занимало только одно – то, что она наконец-то увидит своего обожаемого брата. Даже Юпитер сегодня отошёл на задний план. Дэймия прыгнула во флиттер и всю дорогу пыталась «заставить» Ракеллу превысить разрешенную в районах застройки скорость. До самой усадьбы Рейвенов ерзала она на сиденье, и не успела Ракелла как следует посадить флиттер, как девочка уже выпрыгнула из него.
– Где же он? – взволнованно спросила Дэймия и, безошибочно направившись в сторону кухни, распахнула дверь. На какое-то мгновение она замерла на пороге. – Ларак!
Перед маленьким Лараком возникла стройная фигурка, на голову выше его ростом, с блестящими голубыми глазами и длинными черными волосами. Дэймия же увидела чудесного темноволосого братика. Почувствовав его неожиданную робость, она вопрошающе протянула к нему руки. Карапуз осторожно взял её палец.
– А теперь пойдем, – позвала Дэймия. – Мне надо так много тебе показать и рассказать… – Она направилась к задней двери, буквально волоча его за собой.
– Он ведь ещё совсем младенец, – напомнила Истия, смеясь над простодушием Дэймии, но её энтузиазм был настолько заразителен, что Ларак не колеблясь зашагал за своей удивительной сестрой. – Пусть идут! – разрешила Истия, когда кто-то сделал движение, чтобы остановить детей. – Дэймия прекрасно позаботится о нем. Ведь именно для этого она так долго ждала брата. Остается только поблагодарить Бога за то, что Юпитер уже слишком стар, чтобы брыкаться.
Дэймия действительно планировала прежде всего познакомить Ларака с Юпитером. Они были уже на полпути к конюшне, когда она почувствовала со стороны брата сопротивление, ощутила, что он тянет её назад. Дэймия обеспокоенно оглянулась через плечо и увидела, что Ларак, широко раскрыв глаза, рассматривает стоящее неподалеку раскидистое дерево, хотя конечно же не заметил пони, которые под ним паслись. Дэймия была в совершенном восторге от его реакций. Как здорово будет показывать своему маленькому братцу все, что ей и самой нравится на Денебе! Она сверху вниз посмотрела на него.
– Хорошее дерево, правда, Ларак? Больше, чем деревья в парке Каллисто.
– Листо? – переспросил Ларак, и на его лице отразилось огорчение.
– Кому нужен Листо, если находишься на Денебе? – фыркнула Дэймия, совершенно забыв о своем былом упрямстве и наполнив эти слова таким энтузиазмом, что лицо её брата прояснилось, хотя он и продолжал разглядывать дерево. Внезапно она пришла к весьма самоотверженному решению – изменить свой первоначальный план немедленного знакомства с Юпитером.
– Знаешь что, Ларак? – заговорщически прошептала она ему. – У меня прямо на вершине есть совершенно особенное местечко. Хочешь посмотреть?
Ларак смотрел на неё расширенными от восторга глазами и, не в силах открыть рот, чтобы сказать что-то, просто кивнул.
– Тогда вперед! – воскликнула Дэймия, взмахнув рукой. Она уже залезла на три ветки, когда оглянулась и увидела, что Ларак неподвижно стоит на земле и озадаченно смотрит на неё. – Ох, извини! – Дэймия спустилась, подсадила его на нижнюю ветку, убедилась в том, что он крепко держится на ней, а затем забралась и сама. – Ты ведь никогда раньше не делал этого, да?
Ларак покачал головой.
– Ага, Мия.
Дэймия хихикнула.
– Дэймия, а не Мия. Попробуй ещё раз.
Ларак старательно ворочал языком, но у него получилось то же самое.
Дэймия нетерпеливо передернула плечами.
– Ладно, попробуешь потом. А сейчас давай взбираться дальше!
Вскоре она поняла, что ноги у Ларака короче, чем у неё, поэтому она легко перебирается с ветки на ветку, а для него это представляет большую трудность. Забравшись достаточно высоко, так, чтобы их нельзя было увидеть, она помогла Лараку перелезть на самую верхушку, на то своё особое место, где ветви сужались до такой степени, что не способны выдержать даже самый малый вес. Затем Дэймия развела ветви руками, чтобы её брат мог полюбоваться чудесным видом, который открывался с вершины. Она показала ему разные интересные места – где живет Алла, где протекает ручеек, Башню, видневшуюся на горизонте, очертания Сити за ней. В конце концов она запыхалась и умолкла, с надеждой глядя на Ларака.
– Правда, Денеб замечательный?
Брат смотрел на неё с обожанием.
– За-ме-ча-тель-ны…й! – Ему удалось произнести «й» как отдельный слог, и он рассмеялся своему успеху.
«Я люблю тебя», – робко сказала Дэймия своим самым тихим «голосом», которым она обращалась к нему весь год.
Глаза Ларака расширились, сначала от страха, а затем от радости. Лицо его расплылось в улыбке.
«Люблю тебя, Дэймия».
* * *
– Они неразлучны! – жаловалась Линна. – Она рыдает в голос, а он сидит и беззвучно роняет слезы. Этим слезам сопротивляться гораздо труднее, чем её реву. Посадишь их вместе – и никаких проблем.
– Разве у нас не было схожих проблем с Сирой и Джераном? – спросила у неё Истия.
Линна кивнула.
– Да, но тогда решение оказалось довольно простым. Нужно было всего лишь немного придержать Джерана, чтобы Сира смогла его догнать. Но с Дэймией и Лараком это не пройдет. Она слишком умна, чтобы сдерживать её, наоборот, надо давать ей возможность идти вперед с той скоростью, с какой она хочет.
– Хватит ли у Ларака способностей, чтобы догнать её?
– Способности-то у него есть, но, Истия, по-моему, крайне неразумно форсировать его развитие только для того, чтобы приспособить его к ней.
Такое индивидуализированное обучение невозможно в рамках класса!
– В рамках класса… – задумчиво повторила Истия.
– Истия Рейвен, о чем это ты думаешь? – потребовала ответа Линна своим «учительским» голосом.
Истия и бровью не повела, именно она научила Линну такому приему.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
– Я её ненавижу. И больше туда не пойду.
По дороге домой Истия умело выпытала у Дэймии причину её недовольства.
Она одновременно огорчилась и рассердилась из-за того, что её внучка в первый же день столкнулась с таким отношением к себе.
– Йорг не прав. Ты никакой не урод и тем более не урод ФТиТ, – успокоила её Истия. – Ты очень быстро сообразила, как спасти свою подружку.
– А теперь она меня боится, а Дженфер все время смотрит на меня и ухмыляется!
– И ты посмотри на неё так же. А что касается Аллы, то, я считаю, ты должна дать ей немного времени привыкнуть к мысли о том, что ты её спасла.
Наверное, она была поражена, когда, приземлившись, просто встала на ноги, тогда как ожидала больно упасть.
Дэймия обдумала бабушкины слова.
– Да, я думаю, она больше удивилась, чем испугалась. По крайней мере, она не ушиблась.
Истия нежно потрепала её по голове.
– Да, это действительно хорошо.
Дэймия серьезно посмотрела на бабушку.
– Тогда то, что я спасла Аллу, – это не «штучка», и я могу покататься на Юпитере?
* * *
Инцидент, довольно сильно приукрашенный Йоргом, всё-таки противопоставил Дэймию остальным ученикам класса. И хотя потом Дэймия использовала свой Талант, только чтобы защитить друзей по играм от сильных ушибов и падений, чему Йорг был всегда рад, Алла всё ещё стремилась держаться от неё подальше. Отсутствие близких друзей огорчало Дэймию и беспокоило Истию. Чтобы компенсировать это, девочка пыталась самоутвердиться в школе с помощью отличной учебы, а дома часто уезжала верхом на Юпитере очень далеко и надолго.
«Боюсь, что она – одинокая душа», – заметила как-то Истия в разговоре с её родителями.
«Это не похоже на Рейвенов!» – вздохнул Джефф, который всегда верховодил кучей мальчишек.
«Да, это больше в характере Гвинов, – с горечью в голосе согласилась Ровена. – Я думала, у неё это из-за того, что она самая младшая на станции, а её брат и сестра намного старше, но, наверное, это просто у неё в характере».
«Ангарад, дорогая, ты очень редко одаряешь кого-нибудь привязанностью, – мягко сказала Истия, – но если делаешь это, то совершенно забываешь о себе».
«Но я была такой одинокой! – воскликнула Ровена. – И я бы не хотела, чтобы Дэймия была такой же».
«Возможно, это действительно заложено в неё природой, – ответила Истия.
– Но она вовсе не одинока. У неё есть Юпитер, чтобы кататься, большинство рабочих собак, когда они свободны, чтобы играть, а на её кровати каждую ночь спит Мармелад. Она не одинока. У неё есть приятели в школе, даже при том, что она не завязала ни с кем настоящей дружбы. Может быть, на это понадобится немного больше времени».
«Может быть. Тем счастливее она будет, когда у неё родится брат».
«Как ты себя чувствуешь?» – заботливо поинтересовалась Истия.
Ровена ответила ментальным вздохом.
Джефф добавил:
«Она не любит об этом думать, но ей действительно стало намного лучше после того, как дети уехали».
Истия почувствовала, как Джефф мысленно обнял свою любимую.
«Теперь она может сосредоточиться на вынашивании этого малыша, правда, любовь моя?»
«Мне бы следовало научиться справляться с детьми так же, как справились вы, Истия!» – виновато пожаловалась Ровена.
«Разумеется, но я ведь не руководила Башней, и мой муж не шатался целыми днями по другим планетам. Кроме того, как только мой старший достаточно подрос, я поручила ему нянчить младших. Твой Джеран – очень ответственный мальчик, Ангарад, и я очень его люблю, но он ещё не готов к тому, чтобы следить за Дэймией».
Ровена только хмыкнула при мысли о том, как Джеран попытался бы справиться со своей неукротимой сестренкой.
«Ну что ж, может быть, он сможет нянчить уже этого».
* * *
Дэймия проснулась оттого, что ей стало трудно дышать. Кто-то плакал.
Кто-то чувствовал себя очень плохо. Инстинктивно побуждаемая сочувствием, которое было доминирующей чертой её характера, Дэймия попыталась успокоить этого «некто». Её ментальная «рука» протянулась гораздо дальше, чем она думала. Тот, кто плакал, был расстроен из-за того, что ему холодно и сыро, а за мгновение до этого было тепло. Кто-то тер его чем-то лохматым.
«Это же полотенце! – воскликнула Дэймия, когда поняла, что это такое. – Все в порядке, через минуту тебе будет сухо и тепло!»
«Некто» был охвачен благоговейным страхом.
«Все в порядке, – успокаивающе повторяла Дэймия. – Тебе скоро будет хорошо».
«Некто» утешился и почувствовал сонливость. Тепло и сонливость.
Дэймия продолжала посылать успокаивающие импульсы и в своих усилиях усыпить кого-то и сама снова захотела спать. Она зевнула, отвернулась и заснула.
* * *
– Никогда не видела ничего подобного! – воскликнула Элизара, когда они с Джеффом решили выпить, чтобы отметить праздничное событие. – Этот ребенок, по-моему, собирался выкричать все свои легкие и вдруг… – Её глаза подозрительно сузились. – Ты что, сделал что-нибудь?
– Я? Нет, – отозвался сбитый с толку Джефф. – Я думал, что это ты.
Разумеется, это была и не Ровена.
– Само собой! – согласилась Элизара. – Она ещё под наркозом.
– Много ей понадобится времени, чтобы прийти в себя после кесарева сечения? – спросил Джефф, когда мысль его от младшего сына перешла к любимой женщине.
Элизара, улыбаясь, покачала головой.
– Это же не Денеб, где акушерство находится почти на доисторическом уровне. Микролазерная хирургия не оставляет швов, а раны очень быстро заживают. Она будет в полном порядке через три-четыре дня. – Элизара предостерегающе подняла руку. – Но пройдут месяцы, прежде чем восстановятся мышцы живота.
– Значит, это была не ты, не я и не Ровена. Тогда кто? – Успокоенный Джефф вернулся к теме, с которой начался разговор. – Афра?
Элизара отрицательно покачала головой.
– Это было женское прикосновение.
– Тогда это Дэймия! – уверенно заключил Джефф. – Эта маленькая негодница!
– Подумай трезво, сумасшедший папочка! – фыркнула Элизара. – Не слишком ли это большое расстояние для такой малышки?
Джефф печально улыбнулся и медленно покачал головой:
– Думаю, никакое расстояние не может быть слишком большим там, где дело касается эмоций Дэймии.
И действительно, в течение нескольких первых месяцев жизни Ларака и его мать, и его отец не раз улавливали, как сестра касается сознания братишки, заставляя его улыбаться.
– Что-то мне в это не верится, – скептически заметил как-то Брайан, когда Ровена упомянула в Башне о расстоянии мыслепередачи её дочери.
Афра только улыбнулся:
– Она пообещала, что будет самой лучшей в мире сестрой.
– Мне кажется, с ним ещё много не поговоришь, Афра, – запротестовал Брайан.
– А-а, сердцу не нужны слова, – ответил Афра и совершенно не характерным для него драматическим жестом прижал руку к груди. Затем он сгреб со стола разноцветных птичек оригами, из которых делал для Ларака мобиле, и ловко привязал их к свободным концам лески.
Брайан озадаченно посмотрел на Ровену и вышел из Башни.
* * *
Тем временем, пока Лараку шёл первый год, Дэймия выяснила, что Алла так же любит пони, как и она, и девочки стали неразлучными подругами.
Контакты с Лараком значительно сократились, но иногда малыш без всякой видимой причины принимался хихикать. Смех его был так заразителен, что к нему присоединялись все, кто бывал рядом. Но каждый раз, когда его родители, или Таня, или Афра пытались понять причину таких взрывов веселья, они не могли найти объяснения, даже Плута никогда не оказывалось поблизости. «Проверка Дэймии» – стало стандартным толкованием.
«Веселый ребенок, – говорила его мать, – двойная радость для матери».
Афра воздерживался от упоминаний о том, что Дэймия тоже была веселым ребенком. Однако он был не против веселого Ларака и вскоре совсем смирился с отсутствием в его жизни Дэймии.
* * *
– Он здесь! – взволнованно закричала Дэймия, поворачиваясь к учителю. – Мой брат здесь!
– Ш-ш! Дэймия, продолжай выполнять задание, – укоряющим голосом сказала учительница, потому что девочка была уже достаточно взрослой, чтобы сознательно выполнять правила поведения в классе. – Ты сможешь увидеться с ним после школы.
После окончания занятий Дэймия буквально вылетела в холл. Там её ожидала Ракелла.
– Меня послала за тобой Истия, – сообщила она и улыбнулась, увидев, каким волнением светится лицо Дэймии.
Теперь девочку занимало только одно – то, что она наконец-то увидит своего обожаемого брата. Даже Юпитер сегодня отошёл на задний план. Дэймия прыгнула во флиттер и всю дорогу пыталась «заставить» Ракеллу превысить разрешенную в районах застройки скорость. До самой усадьбы Рейвенов ерзала она на сиденье, и не успела Ракелла как следует посадить флиттер, как девочка уже выпрыгнула из него.
– Где же он? – взволнованно спросила Дэймия и, безошибочно направившись в сторону кухни, распахнула дверь. На какое-то мгновение она замерла на пороге. – Ларак!
Перед маленьким Лараком возникла стройная фигурка, на голову выше его ростом, с блестящими голубыми глазами и длинными черными волосами. Дэймия же увидела чудесного темноволосого братика. Почувствовав его неожиданную робость, она вопрошающе протянула к нему руки. Карапуз осторожно взял её палец.
– А теперь пойдем, – позвала Дэймия. – Мне надо так много тебе показать и рассказать… – Она направилась к задней двери, буквально волоча его за собой.
– Он ведь ещё совсем младенец, – напомнила Истия, смеясь над простодушием Дэймии, но её энтузиазм был настолько заразителен, что Ларак не колеблясь зашагал за своей удивительной сестрой. – Пусть идут! – разрешила Истия, когда кто-то сделал движение, чтобы остановить детей. – Дэймия прекрасно позаботится о нем. Ведь именно для этого она так долго ждала брата. Остается только поблагодарить Бога за то, что Юпитер уже слишком стар, чтобы брыкаться.
Дэймия действительно планировала прежде всего познакомить Ларака с Юпитером. Они были уже на полпути к конюшне, когда она почувствовала со стороны брата сопротивление, ощутила, что он тянет её назад. Дэймия обеспокоенно оглянулась через плечо и увидела, что Ларак, широко раскрыв глаза, рассматривает стоящее неподалеку раскидистое дерево, хотя конечно же не заметил пони, которые под ним паслись. Дэймия была в совершенном восторге от его реакций. Как здорово будет показывать своему маленькому братцу все, что ей и самой нравится на Денебе! Она сверху вниз посмотрела на него.
– Хорошее дерево, правда, Ларак? Больше, чем деревья в парке Каллисто.
– Листо? – переспросил Ларак, и на его лице отразилось огорчение.
– Кому нужен Листо, если находишься на Денебе? – фыркнула Дэймия, совершенно забыв о своем былом упрямстве и наполнив эти слова таким энтузиазмом, что лицо её брата прояснилось, хотя он и продолжал разглядывать дерево. Внезапно она пришла к весьма самоотверженному решению – изменить свой первоначальный план немедленного знакомства с Юпитером.
– Знаешь что, Ларак? – заговорщически прошептала она ему. – У меня прямо на вершине есть совершенно особенное местечко. Хочешь посмотреть?
Ларак смотрел на неё расширенными от восторга глазами и, не в силах открыть рот, чтобы сказать что-то, просто кивнул.
– Тогда вперед! – воскликнула Дэймия, взмахнув рукой. Она уже залезла на три ветки, когда оглянулась и увидела, что Ларак неподвижно стоит на земле и озадаченно смотрит на неё. – Ох, извини! – Дэймия спустилась, подсадила его на нижнюю ветку, убедилась в том, что он крепко держится на ней, а затем забралась и сама. – Ты ведь никогда раньше не делал этого, да?
Ларак покачал головой.
– Ага, Мия.
Дэймия хихикнула.
– Дэймия, а не Мия. Попробуй ещё раз.
Ларак старательно ворочал языком, но у него получилось то же самое.
Дэймия нетерпеливо передернула плечами.
– Ладно, попробуешь потом. А сейчас давай взбираться дальше!
Вскоре она поняла, что ноги у Ларака короче, чем у неё, поэтому она легко перебирается с ветки на ветку, а для него это представляет большую трудность. Забравшись достаточно высоко, так, чтобы их нельзя было увидеть, она помогла Лараку перелезть на самую верхушку, на то своё особое место, где ветви сужались до такой степени, что не способны выдержать даже самый малый вес. Затем Дэймия развела ветви руками, чтобы её брат мог полюбоваться чудесным видом, который открывался с вершины. Она показала ему разные интересные места – где живет Алла, где протекает ручеек, Башню, видневшуюся на горизонте, очертания Сити за ней. В конце концов она запыхалась и умолкла, с надеждой глядя на Ларака.
– Правда, Денеб замечательный?
Брат смотрел на неё с обожанием.
– За-ме-ча-тель-ны…й! – Ему удалось произнести «й» как отдельный слог, и он рассмеялся своему успеху.
«Я люблю тебя», – робко сказала Дэймия своим самым тихим «голосом», которым она обращалась к нему весь год.
Глаза Ларака расширились, сначала от страха, а затем от радости. Лицо его расплылось в улыбке.
«Люблю тебя, Дэймия».
* * *
– Они неразлучны! – жаловалась Линна. – Она рыдает в голос, а он сидит и беззвучно роняет слезы. Этим слезам сопротивляться гораздо труднее, чем её реву. Посадишь их вместе – и никаких проблем.
– Разве у нас не было схожих проблем с Сирой и Джераном? – спросила у неё Истия.
Линна кивнула.
– Да, но тогда решение оказалось довольно простым. Нужно было всего лишь немного придержать Джерана, чтобы Сира смогла его догнать. Но с Дэймией и Лараком это не пройдет. Она слишком умна, чтобы сдерживать её, наоборот, надо давать ей возможность идти вперед с той скоростью, с какой она хочет.
– Хватит ли у Ларака способностей, чтобы догнать её?
– Способности-то у него есть, но, Истия, по-моему, крайне неразумно форсировать его развитие только для того, чтобы приспособить его к ней.
Такое индивидуализированное обучение невозможно в рамках класса!
– В рамках класса… – задумчиво повторила Истия.
– Истия Рейвен, о чем это ты думаешь? – потребовала ответа Линна своим «учительским» голосом.
Истия и бровью не повела, именно она научила Линну такому приему.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50