научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/brands/Rav-Slezak/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В последний момент сообразили, что он не вез бы их так открыто, если собирался обмануть нас. А остальные где были? В этой комнате?
— Да, с нами, — сказал Телиски.
— Этому умнику и девчонке пришлось решать, стоит ли им прямо там умереть, — сказал Дюк. — Видно, надумали еще пожить.
— Что же теперь? — нетерпеливо спросил Телиски.
— Мы слышали, что должен был сказать нам Тэсдей, — сказал Кремер. — Он пошел с ними на перевал и скоро вернется.
Питер успокаивающе похлопал Линду по плечу и выкатился в кухню. Лицо Кремера было неестественно бледным. Он задумчиво посмотрел на Питера.
— Они нас не ищут, — сказал Дюк. — Только Джорджа и девчонку. Про нас они не упоминали.
— Вот об этом я и хотел поговорить с Тэсдеем, — сказал Кремер. — Кофе остался, мать?
— Налей себе сам, — сказала Эмили, стоя у окна и ожидая Тэсдея.
Кремер закурил и подошел к плите взять кофе. Налив себе чашку, он обернулся лицом к остальным.
— Мы там с Беном долго думали, — сказал он. — Если они не знают про нас…
— Во всяком случае, они говорили только про поиски Джорджа и девушки, — сказал Дюк.
— Значит, если они найдут тела девушки и Джорджа, — медленно проговорил Кремер, — они перестанут искать. Спустятся с горы, и на этом все закончится. Тогда мы можем смыться в любой момент.
У Питера перехватило дыхание. Идея этого хладнокровного изверга была дьявольски простой. Погибшие Линда и Джордж будут означать конец розыскам.
— Вам не придется убивать Джорджа, — произнес неузнаваемый голос за спиной Питера. Он развернул кресло. В дверях комнатки застыла Линда, прямая и высокая. — Джордж умер, — сказала она. Ее серые глаза остановились на Телиски. — Это ты убил его! Ты его задушил!

Часть третья
Глава 1
Первой пришла в себя Эмили. Она торопливо прошла за Линдой в заднюю комнатку. Развернув кресло, Питер покатил за ними.
Эмили склонилась над Джорджем, пыталась нащупать пульс на худой руке. Сидевшая на полу Труди испуганно следила за ней. Наконец Эмили выпрямилась, ее лицо без слов подтвердило присутствующим страшную весть. Она медленно натянула одеяло на лицо Джорджа.
Остановившись в дверном проеме, Питер коснулся ледяной руки Линды. Девушка не ответила на его прикосновение; казалось, она находилась в столбняке.
Эмили медленно отошла от кровати.
— Они сделают то, о чем говорили, — прошептала она. — Мы должны остановить их, Питер.
— Как? — с отчаянием спросил Питер. — Бога ради, как мы можем это сделать?
— Нужно просто не думать о себе, — сказала Эмили и вышла в кухню.
Питер развернулся. В этот момент с улицы вошел Тэсдей, который не знал, что произошло. Быстро приблизившись к Эмили, он обнял ее.
— Извини, что заставил тебе поволноваться, дорогая, — сказал он. — Мне пришлось проводить Саутворта вниз по тропе, не мог же я ему отказать. — И тут, почувствовав необычное напряжение в комнате, встревоженно спросил: — Что случилось?
— Кажется, Тэсдей, мы придумали выход из положения, — сказал Кремер, который сидел за длинным столом и перекатывал в тонких губах сигарету.
— Джордж умер, — бесстрастно сообщила Тэсдею Эмили. — Телиски задушил его одеялом, когда накрыл ему голову, чтобы тот не выдал всех. Наш молодой друг выдающегося ума думает, что если они оставят на горе два мертвых тела — Джорджа и Линды, — то поиски будут закончены, как только их найдут.
— И тогда мы преспокойно уйдем, — сказал Кремер. — Ведь ваши приятели ищут только их, а про нас они и не подозревают.
Эмили невозмутимо обернулась к плите, как будто они обсуждали предстоящую встречу с друзьями.
— Только ничего у вас не выйдет, — сказала она.
Кремер настороженно прищурил глаза:
— Почему это, мать? Они найдут тела и прекратят обшаривать гору. А мы позаботимся о вас и улизнем, так что никто не станет нас искать, пока не хватятся Тэсдея. Но к тому времени нас не будет здесь уже сутки, а может, и больше.
— Они даже могут подумать, что всех вас убил Джордж, — сказал Мартин.
Эмили спокойно обернулась.
— Неужели вы думаете, что мы ничего не предприняли, чтобы в конце концов вам пришлось заплатить за все свои преступления? — спросила она.
— Ну почему, я об этом думал, — спокойно ответил Кремер. — Но что вы могли сделать? Суть в том, что вы абсолютно ничего и не могли предпринять!
— О, мы знаем, что вы собираетесь всех нас убить, — сказала Эмили. — Мы всегда это понимали, парень. Но вас будет искать вся полиция Соединенных Штатов. Уж это мы обеспечили!
Питер бросил взгляд на Тэсдея. Старик пораженно смотрел на Эмили. Питер понял, что он не имеет даже отдаленного представления о том, что говорит Эмили. Но, к счастью, глаза четырех бандитов были прикованы к Эмили.
— И как же вы это устроили, мать? — угрожающе тихо осведомился Кремер.
— Мы не могли помешать вам убить нас, — сказала Эмили, — но позаботились о том, чтобы вас нашли и после нашей смерти.
Преспокойно повернувшись ко всем спиной, она озабоченно приподняла одну из конфорок, чтобы проверить огонь в печи.
В три шага Кремер пересек кухню и развернул ее к себе лицом. У Тэсдея вырвалось сдавленное рычание, но, казалось, он не в силах оторвать ноги от пола.
— Говори, как вы это устроили! — потребовал Кремер.
— Тэсдей не мог привести сюда людей на помощь, — сказала Эмили, — во всяком случае, пока для нас оставался хоть единственный шанс на спасение. — Она бесстрастно посмотрела на старика. — Но когда он был в городе, он подробно описал, кто вы такие и что вы здесь делаете. И оставил бумагу в банке, чтобы мистер Свенсон прочитал ее, если с ним что-нибудь случится. Мистер Свенсон решил, что это его завещание, но он узнает правду, когда вскроет его. Так что, мальчик, вы можете расправиться с нами в свое удовольствие, но когда-нибудь вам и за это придется заплатить.
Кремер резко обернулся к Тэсдею:
— Это правда, старик?
Старик взирал на Эмили как на незнакомку. Он пытался что-то сказать, но не сумел выдавить из себя ни звука. Затем медленно и неуверенно кивнул.
— Он не посмел бы этого сделать! — заявил Мартин. — Он знает, что тогда случилось бы с Эмили.
Эмили улыбнулась ему.
— Не важно, что случится со мной, мальчик мой, — сказала она. — Для нас с Тэсдеем важно, что вы заплатите за все, что натворили. И вы заплатите!
— Ловко вы это придумали, — сказал Телиски, не отрывая взгляда от Кремера.
Посасывая сигарету, Кремер отвернулся в сторону.
— Интересно, какое это имеет значение, — проговорил он в раздумье.
— Я бы сказал, довольно серьезное, — сказал Питер. — Полиции будет известно, кого искать.
— Рано или поздно они и так вычислили бы нас, — пожал плечами Кремер.
— Но до сих пор они могли только гадать, ведь у них было очень приблизительное описание вашей шайки, — сказал Питер. — Зато сейчас они узнают сразу все.
У него учащенно билось сердце. Он был уверен, что Эмили только что вдохновенно сочинила всю эту историю с начала до конца. Бандитов необходимо было убедить, что все это правда, пока Тэсдей не пришел в себя, иначе Кремер все поймет по его ошеломленному лицу.
— А мы заставим его забрать эту бумагу из банка, — сказал Дюк, пристально глядя на Эмили крошечными глазками. — Вот мы немного поработаем над ней на его глазах, и я уверен, он бегом помчится в банк и станет умолять, чтобы ему сию же минуту вернули его «завещание».
— Или его копию, — кротко подсказал Питер.
— А тебе, отец, лучше заткнуться, — сказал Кремер.
Питер напряженно следил за Тэсдеем. В какой-то момент ему показалось, что старик вот-вот начнет яростно отрицать эту идею с бумагой. Вероятно, он представлял себе, что может произойти с Эмили, и готов был пойти на все, чтобы не допустить этого ужаса.
— Тэсдей на многое пошел бы, чтобы уберечь меня, парень, — сказала Эмили своим обычным, уверенным тоном, — но не на все. Он знает, что я никогда не простила бы ему, если бы он дал вам безнаказанно уйти.
«Перестать думать о себе», — сказала Эмили. У этой женщины было больше отваги, чем у них всех, вместе взятых, но что этим выиграешь? Пожалуй, немного времени. Немного времени, пока Кремер соображает, как это меняет его план побега. В конце концов парни могут попробовать сбежать, независимо от того, верят они или нет в фантастическую выдумку Эмили. Они могут повернуть свои ружья на пленников, а это будет конец.
До боли в суставах стискивая резиновые шины колес своей каталки, Питер понимал всю ограниченность выбора, стоящего перед узниками. Увы, это был не выбор между жизнью и смертью, а только вопрос, каким образом сделать смерть своих товарищей менее мучительной. Дело заключалось в простом вопросе, можно ли избавить Эмили от пыток на глазах Тэсдея, а Линду — от разнузданного насилия перед тем, как она будет убита и тело ее будет брошено где-нибудь на поляне рядом с телом умершего Джорджа, чтобы ввести поисковые партии в заблуждение и заставить их отказаться от поисков похитителя их землячки.
Напрашивается удивительно простой выход, подумал Питер. Нужно только, чтобы невооруженные заложники открыто напали на вооруженных бандитов, и это вынудит тех затеять стрельбу. Появился шанс, что выстрелы привлекут сюда поисковиков, что Саутворт с двумя своими товарищами не успел далеко уйти и успеет возвратиться, заслышав перестрелку. В такой обстановке бандитам будет не до того, чтобы долго и безжалостно терзать женщин. Конечно, пленники погибнут, но это будет быстрая и не особо мучительная смерть. Но имеет ли он право принять решение о нападении, не посоветовавшись с товарищами? А как он может поговорить с ними? Он понимал, что ему придется самому выбрать момент для атаки и только молиться, что Тэсдей и обе женщины догадаются, почему он пошел на это.
«Через несколько минут, — сказал себе Питер, — меня уже не будет».
Взмокшими от пота руками он качнул коляску взад-вперед. Невозможно было постичь, что этот поток веселых солнечных лучей, пробивающийся сквозь окна, будет последним в его жизни; что в последний раз он ощущает такой привычный и уютный запах свежего кофе. Ему некогда было подумать о прожитых годах, подвести итоги и дать оценку своим достижениям и неудачам. А что, если желать этого момента и есть невероятное, дикое тщеславие? Но действительно ли он его жаждет? Или просто оправдывает свое желание, чтобы не затягивать леденящий душу страх неизвестного? Водитель, мчащийся в машине по шоссе, не знает, что через три минуты он погибнет в дорожной катастрофе. Но знать и выбрать момент своей смерти — это совершенно разные вещи.
И вдруг, не сознавая этого, Дюк Лонг подтолкнул Питера.
— Посмотрим, как долго сможет это выдержать Тэсдей. — Стоя у стола, Дюк положил на него ружье, достал из кармана складной нож и со щелчком приготовил острое стальное лезвие к действию. — Эмили, что-то мне вздумалось вырезать на тебе мои инициалы, — сказал он.
Он медленно двинулся к спокойно стоящей у плиты Эмили и, усмехнувшись, взглянул на застывшего Тэсдея.
— Чтобы у тебя, старик, был новый материал для твоих вшивых картин! — сказал он.
— Нет! — закричал Тэсдей. — Постой! В этой болтовне ни слова…
Мгновенно собрав все силы, Питер мощно толкнул кресло на Дюка, стоящего к нему спиной. У Кремера вырвался предостерегающий крик.
Кресло ударило Дюка сзади под колени. От неожиданности нелепо взмахнув руками, он покачнулся, и Питер опрокинул его себе на колени. Обхватив правой рукой шею Дюка, левой он замкнул хватку. Ноги Дюка не доставали до пола, поэтому он не мог оттолкнуться и вырваться. Он взмахнул ножом, но Питер придавил к своему бедру стальное лезвие. Закрыв глаза, он что есть силы сдавливал шею Дюка.
Кресло само собой развернулось на колесиках и остановилось спиной к плите, неожиданно прикрыв Питера телом Дюка от выстрелов Кремера, Телиски и Мартина. Питера охватило отчаянное возбуждение при мысли, что он сумеет прикончить хоть одного из бандитов, прежде чем его убьют. Ему удалось передвинуть левую руку под затылок Дюка, оттянуть его голову назад, затем он внезапно выдернул правую и схватил его за подбородок. Резкий рывок назад — и позвонки на шее Дюка с хрустом сломались, а его тело безвольно повисло у него на коленях. В это мгновение Телиски уже бросился к ним. Его разъяренное лицо оскалилось над самой головой Питера, громадные ручищи протянулись, чтобы вырвать сообщника из хватки Питера, но поздно! Питер ошеломленно смотрел, как Телиски вдруг закачался и, спотыкаясь, попятился назад. Только через секунду до Питера дошло, что Эмили изо всех сил треснула гиганта по голове кочергой.
— Пусть они стреляют! — заорал Питер.
Телиски снова пошатнулся, схватившись за голову обеими руками, между пальцами которых струилась кровь.
Тело Дюка соскользнуло на пол, и Питер увидел, как Кремер медленно поднимает свое ружье, старательно целясь в него. Из горла Тэсдея вырвался львиный рык ярости. Эмили стояла прямо за Питером, открытая выстрелу. Споткнувшись, старик бросился перед Питером, навстречу Кремеру.
Раздался резкий хлопок, и Тэсдей покачнулся, как гигантское дерево, готовое рухнуть. Отчаянный крик Эмили заставил Питера содрогнуться.
Затем Питер увидел, как Мартин прыгнул к обеденному столу. В этот миг раздался оглушительный выстрел, и Мартин замер на полпути, схватившись за горло. За ним друг за другом раздались еще три выстрела. «Они извиваются и дергаются, как куклы на веревочке», — кажется, так сказала Труди.
Ничего не понимая, Питер повернул голову. У стола с помертвевшим лицом застыла Линда. Это она стреляла из ружья Дюка, которое он оставил на столе. Питер видел, как оно выскользнуло из ее ослабевшей руки и упало на пол. В каком-то ослеплении она глядела на распростершееся у ее ног тело Мартина.
— Джейк! — заорал Кремер.
Спотыкаясь, громила сделал неуверенный шаг на зов приятеля, все еще держась за голову. В это момент Кремер мог перестрелять всех пленников, но вместо этого он попятился к двери. Схватив за руку ничего не видевшего Телиски, он потащил его из комнаты. Только потом Питер понял причину этого бегства. Тэсдей, оказавшийся на полу, подобрал выроненное Телиски ружье. Кремер едва успел захлопнуть тяжелую дубовую дверь, как Тэсдей выпустил из нее заряд свинца. Затем он медленно повалился лицом на пол, а Эмили бросилась рядом на колени, отчаянно взывая к любимому.
В задымленной пороховым дымом комнате раздался безумный хохот. Этот истерический, визгливый смех вырывался из горла согнувшейся пополам Труди.
Питер опустил взгляд на свои дрожащие руки. Прошло минут пять, а он остался живым…
На забрызганном кровью мраморном полу кухни лежал убитый Мартин. Дюк тоже мертв. Тэсдей остановил своим телом пулю, направленную прямо в Питера. Несколько мгновений Питер не мог пошевелиться, не мог думать. Он не понимал отступления К.К. Единственное объяснение, которое приходило в голову, — ружье Кремера дало осечку. Он, Питер, просто не слышал бесполезного щелчка ружья. Однако один факт не подлежал сомнению. Через несколько минут Кремер и Телиски возьмут новое оружие и патроны из спальни на втором этаже. Только что закончившаяся перестрелка должна сыграть пленникам на руку. Она может привлечь внимание поисковиков, но тем понадобится какое-то время, чтобы добраться до замка. Решат ли Кремер и Телиски убежать до этого или, понимая бесполезность этой попытки, когда лес так и кишит вооруженными помощниками полиции, предпочтут вернуться на кухню, чтобы покончить с узниками?
Тело мертвого Дюка придавливало Питеру ступни. Он никак не мог столкнуть его, наконец откатил кресло назад.
— Он тяжело ранен, Эмили? — выкрикнул он.
— О Господи! — прошептала она.
— Жив? — хрипло спросил Питер.
— Да, но пуля попала прямо ему в грудь. — Она подняла на Питера взгляд, исполненный отчаяния; ее невероятное хладнокровие изменило ей.
— Мы не можем здесь оставаться, — сказал Питер. — Они перестреляют нас снаружи через окна, как рыб в аквариуме. Нужно перенести Тэсдея в заднюю комнату.
Эмили подсунула руки под тяжелое тело старика и попыталась потянуть его по полу. Он застонал.
— Линда! Труди! Помогите ей! Я не могу… — приказал Питер.
Линда обернула к нему недоумевающее лицо, казалось, она не узнает его и не в силах сдвинуться с места.
— Черт возьми, делайте, что я говорю! — закричал на нее Питер.
— Прошу вас! — сказала Эмили.
И все это время Труди непрерывно хохотала, содрогаясь от судорожного смеха.
Отчаянная просьба Эмили вывела Линду из столбняка. Она медленно приблизилась к Тэсдею, который не переставал стонать, и стала помогать Эмили, таща старика к задней комнате.
Питер с трудом вылез из кресла и опустился на пол рядом с Дюком. Ощупав карманы его кожаной куртки, он нашел то, что искал: полную пригоршню запасных патронов для ружья, из которого стреляла Линда. На четвереньках Питер перебрался к тому месту, где упал старик, и поднял ружье Телиски. Патронов в нем не оказалось, Тэсдей все их выпустил в дубовую дверь. Питер оставил ружье и передвинулся к телу Мартина. Он рухнул на свое ружье, и только с огромным трудом Питеру удалось сдвинуть его тело в сторону. Он вытащил «итаку» 12-го калибра и в карманах Мартина обнаружил два запасных патрона.
Итак, у них было оружие.
Сев в кресло, он положил оба ружья на колени и покатил к задней комнате. Он понимал, что она была все равно что мышеловка: единственный выход из комнаты вел на кухню. Но больше им некуда было быстро перенести Тэсдея. Линда с Эмили втащили старика внутрь, а за ними, пошатываясь, побрела сотрясаемая безумным хохотом Труди. Питер быстро осмотрел дверь. Задвижка, естественно, была установлена на стороне, обращенной в кухню, значит, они никак не могли запереться изнутри. Если бандиты появятся в кухне, стрелять в них будет невозможно, если только полностью не выйти из-под прикрытия двери.
Да, это была ловушка. Немного успокаивало лишь то, что за последние минут двадцать соотношение сил кардинально изменилось. Теперь пленники могли надеяться, что смогут продержаться до тех пор, пока не подоспеет помощь, вызванная звуками перестрелки.
Питер вкатил кресло в комнату. Дверь открывалась в кухню, что было тоже вполне оправданно с точки зрения строителей здания. Он мог оставить ее открытой и стоять на страже, но при этом представлял бы собой отличную мишень для выстрела сквозь дальнее окно кухни. Если же он ее закроет, тогда они не услышат, как незаметно подкрадутся Кремер с Телиски. Питер ощутил прилив беспомощности, который не давал ему принять решение относительно двери, которое могло оказаться таким важным.
Линда и Эмили пытались справиться с жуткой задачей убрать с кровати тело Джорджа, чтобы на его место устроить Тэсдея, который продолжал глухо стонать. Старик вряд ли осознавал, что с ним происходит.
— Подтащите его как можно ближе к кровати, — скомандовал Питер. — Я сяду на край и подниму его голову и плечи, а вы вдвоем приподнимете ему ноги.
Казалось, растерянные женщины только и ждали его приказаний, чтобы с новой силой взяться за дело. Они протащили старика по полу к кровати, и здесь Питер, который вылез из кресла, подхватил его под мышки. Напрягая все силы, все трое оторвали грузное тело Тэсдея от пола и осторожно опустили на кровать. Эмили тут же расстегнула ему рубашку, чтобы осмотреть темное, залитое кровью отверстие в его груди. Она подняла взгляд на Питера, который стоял на одной ноге, опираясь на спинку кровати в головах. Губы старой женщины дрожали.
— Мне нужно вернуться в кухню, — сказала она. — Рану необходимо промыть, и я должна взять там полотенце, чтобы остановить кровь.
— Это опасно, — сказал Питер. — У них было полно времени, чтобы взять новые ружья. Они вполне могут поджидать нас там, чтобы перебить одного за другим.
— Почему они сбежали? — спросила Эмили.
— Думаю, у Кремера произошла осечка, — сказал Питер. — А был момент, когда мы могли всех их убить. Если бы Тэсдею удалось хоть на несколько секунд раньше схватить ружье… — Он замолчал. — А может, подойдет моя рубашка? Вы сможете ею остановить кровь?
Эмили неуверенно кивнула, она как будто плохо соображала. Питер снял пиджак, затем рубашку и передал ее женщине. Она начала рвать ткань на полоски, промокая кровь, сочившуюся из раны. Питер снова надел пиджак и запрыгал к своему креслу, где начал заряжать ружья. Линда растерянно следила за ним огромными серыми глазами, в которых застыло ошеломление.
— Эти выстрелы, наверное, услышали и скоро придут к нам на помощь, правда? — спросила она.
— Будем надеяться, — сказал он, примериваясь к винчестеру Дюка.
— Не слишком на это рассчитывайте, — не оборачиваясь, сказала им Эмили. — Мы здесь находимся ниже уровня земли. В замке это единственное место, откуда звуки не очень далеко разносятся вокруг.
— Но Кремер предупреждал, чтобы они не стреляли, потому что это может привлечь внимание людей! — сказала Линда.
— Мы просто не стали переубеждать его в этом, — сказала Эмили.
И только теперь Питер понял, почему окна в этой комнатке и на кухне были на уровне глаз. Кухня размещалась в подвале, пол которого действительно был на добрых пять футов ниже уровня земли.
— Кажется, я убила этого парня, Мартина, — сказала Линда ровным, невыразительным голосом.
— Вы были великолепны, — ободрил ее Питер.
— Не знаю, как это случилось, — сказала она. — Я увидела на столе ружье и подумала, что смогу достать его для вас или Тэсдея. А потом он пошел на меня, и я просто стала нажимать на спусковой крючок, пока… пока не увидела, что он упал. Питер, я никогда в жизни не стреляла из ружья! О Боже…
— Если бы вы это не сделали, нас уже не было бы в живых, — сказал Питер, прицеливаясь из винчестера.
— И что они теперь станут делать? — спросила Линда.
— Могу только догадываться, — сказал Питер, взглянув в ее бледное, испуганное лицо. — Сейчас они наверху, где определенно добыли себе новое оружие. Думаю, они могли подняться на верхний этаж или крышу, чтобы посмотреть, не приближается ли кто-нибудь к дому. Если из лесу покажется поисковая партия, им ничего не останется, как открыть по ней огонь. Если же нет…
— Да?
— Тогда они возвратятся сюда, — сказал Питер.
— Зачем? Мы им больше не нужны. Тэсдей уже не сможет поехать за продуктами для них, даже если бы и хотел. Даже если бы он захотел, он не сможет забрать это письмо из банка.
— А никакого письма и нет, — сказал Питер. — Это все чистая выдумка Эмили.
— Эмили?! — не веря своим ушам, воскликнула девушка.
— Я только хотела заронить в них страх, — объяснила Эмили, склонившаяся над Тэсдеем. — Нам оставалось единственное — сделать так, чтобы они не были в себе уверены!
— А вы не допускаете, что они просто сбегут? — спросила Линда.
— Нет, — отозвался Питер. — Если через несколько минут из лесу никто не появится, они поймут, что отсюда выстрелы не слышны. И тогда им останется единственный шанс — улизнуть отсюда ночью. А они знают, что теперь у нас есть оружие. Если кто-нибудь из нас заберется повыше и выстрелит из окна, это привлечет внимание полицейских. Естественно, они должны этому помешать. Они сейчас так же ломают себе голову, что делать дальше, как и мы. Но они точно вернутся, Кремер — потому что очень хитрый и умный, а Телиски — из-за своей ненависти к нам.
— А мы… а мы как-нибудь можем задержать их?
Питер пожал плечами:
— На эти два ружья у нас ровно восемь патронов, это все боеприпасы, которыми мы располагаем.
— Но если вы не будете стрелять… если вы дадите им приблизиться к двери, чтобы напасть на нас…
— Вам нужно было стать генералом, — улыбнувшись девушке, сказал Питер.
Он подкатил кресло к правой стороне двери, чтобы его не было видно из кухни.
— Вы с Труди оставайтесь у боковой стены, — сказал он Линде. — Попробуйте как-нибудь остановить ее истерику, а то из-за нее мы ничего не слышим.
Линда подошла к Труди, которая, скорчившись у стены, то визгливо смеялась, то принималась истерически рыдать.
— Перестань, Труди! — твердо приказала она девушке.
Но эти слова только вызвали новый приступ истерики.
Линда резко ударила ее по щеке, так что голова Труди откинулась назад.
— Тихо! Нам нужно слышать, что там происходит!
Труди бессмысленно смотрела на нее, тихо плача.
— Вот так-то лучше! — сказала Линда и подошла к Эмили. — Я могу чем-нибудь помочь?
Эмили горестно покачала головой.
— Пуля засела очень глубоко, — сказала она. — Если помощь не подоспеет… если мы не приведем к нему доктора…
— Тихо! Слушайте! — быстро проговорил Питер.
Кроме тяжелого дыхания Тэсдея, ничего слышно не было. Каменные полы замка отлично поглощали все звуки. Время от времени снаружи доносились птичьи трели. Питер пытался ободрить себя, что, если поисковая партия приближается, она не станет себя заранее обнаруживать. Кремер с Телиски могут затаиться прямо за дверью, ведущей в кухню, ловя каждый звук.
У Эмили вырвался долгий судорожный вздох.
— Не идет к нам помощь, — сокрушенно сказала она и нежно погладила Тэсдея по бородатой щеке. — Милый! — прошептала она. — Милый мой!
Обычные спокойствие и самообладание окончательно покидали ее.
Питер взглянул на наручные часы. До темноты оставалось добрых восемь часов. Ночь может помочь им, но она будет на руку и бандитам. В темноте у них равные шансы победить в этой игре в прятки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
 вино вердуццо 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я