мебель рока 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Внезапно дальняя стена конюшни рухнула. Кэтрин вырвалась от Джейка и побежала к горящему зданию.
Пламя перекинулось с задней части на переднюю стену. Услышав истошное ржание оставшегося коня, Кэтрин бросилась ко входу. На полпути ее остановила рука Джейка.
— Я сам приведу.
Голос у него был хриплым от дыма и жара.
— Нет, это решила я. Мне и действовать. Он стиснул ее еще крепче и потянул назад:
— Я сказал, что сам. А ну, стой тут!
Не успела она хоть что-то еще возразить, как Джейк снова вбежал в здание. Предыдущие заходы в конюшню, казалось, длились вечность, но тогда она, по крайней мере, была там сама. Ждать оказалось еще тяжелее.
Резкий треск привлек взгляд Кэтрин к крыше конюшни, которая стала проваливаться внутрь. Кэтрин закричала и побежала вперед, всматриваясь в затянутую дымом пропасть ворот. Там не было никакого движения, кроме беспорядочно клубящегося дыма и мятущихся языков пламени. Быстро обвязав себе рот, Кэтрин уже была готова войти в конюшню, как оттуда показался Джейк, ведущий остававшегося там коня. Кэтрин быстро попятилась, пропуская их и срывая с лица повязку.
После спасения последнего животного Джейк тоже стянул с себя повязку и, прежде чем смог заговорить, несколько раз глубоко, прерывисто вдохнул в себя воздух.
— Я же сказал тебе оставаться тут. Ты что, плохо понимаешь, что тебе говорят, а?
Пропустив вопрос Джейка мимо ушей, Кэтрин чуть притронулась к его руке.
— Когда крыша рухнула, а тебя все не было, я испугалась.
— Да, смерть гуляла близко, но когда это случилось, мы были уже почти у ворот. Рядом с нами рухнули какие-то бревна, и, наверное, искры обожгли коня: он хотел встать на дыбы. Пришлось применить некоторые убедительные действия, чтобы вытащить его,
Джейк посмотрел в лицо Кэтрин, помолчал и добавил:
— Обо мне беспокоиться не надо. Дьявол сам о себе побеспокоится.
Некоторое время спустя Джейк и Кэтрин прикидывали убытки.
Конюшня сгорела дотла. С окрестных ферм на помощь никто не пришел, а вдвоем справиться с пожаром было невозможно.
— По крайней мере, мы вывели лошадей, — сказал Джейк.
— Да, по крайней мере…
Колени Кэтрин дрожали от усталости. Ночная рубашка была перепачкана в саже и порвана в нескольких местах. Волосы ее, расплетенные ветром, свободно развевались, а глаза слезились от дыма и пепла.
Джейк попытался вывести Кэтрин из оцепенения.
— До зимы с лошадьми ничего не случится. А к тому времени нам, может быть, удастся тут построить конюшню.
Кэтрин посмотрела на него и начала хохотать. Ее хохот становился все громче, и она не могла остановиться. Наверное, у нее истерика. Она словно смотрела на все это со стороны, почти так, как если бы пожар приключился у кого-то другого. Вдохнув пропитанный дымом воздух, она поперхнулась, закашлялась, затем заставила себя сосредоточиться на озабоченном лице Джейка.
— Прости, — сказала она. — Просто при мысли о том, что в Секонд-Чэнсе кто-нибудь станет строить мне конюшню…
Джейк кивнул и внимательно посмотрел на нее.
— Шла бы ты в дом да отдохнула. Завтра придется долго убираться, и надо будет тебе поговорить с шерифом, — сказал Джейк.
— С шерифом? Да он-то при чем?
— Он обязан выяснить, кто поджег твое имущество. В следующий раз могут уничтожить и дом.
В голове у Кэтрин все пошло кругом. Она как-то не задумывалась над тем, отчего возник пожар. С момента, когда она увидела языки пламени, вся ее энергия была направлена на то, чтобы спасти лошадей.
— С чего ты взял, что это поджог?
Джейк посмотрел на нее так, будто зной и дым подействовали на ее голову.
— Кэтрин, единственный фонарь в конюшне находился в моей комнате, а пожар начался с сена. Я уверен, что в той части конюшни никогда и никакой огонь не разводится. Это было бы безумием. Не говоря уж о том, что ворота были заблокированы. Кто-то устроил этот пожар и рассчитывал в нем меня поджарить.
Кэтрин подняла взгляд на Джейка. Сияние уходящей луны осветило его лицо, и она увидела написанные на его лице гнев и нечто такое, от чего она поежилась. В эти последние несколько дней она начала чувствовать себя с ним раскованно, полагаться на него… желать его. То, что Кэтрин увидела на его лице в ночной тени, испугало ее. Никогда нельзя забывать, что Джейк — уголовник, убийца и грабитель. Те чувства, которые уже жили в глубинах ее сознания и сердца, должны быть спрятаны там навечно. Он был опасен и для нее, как и для других.
Джейк резко отвернулся под пристальным взглядом Кэтрин, и она вздрогнула:
— Что такое?
— Не надо на меня так смотреть.
Голос у него был хриплым, но она не понимала, было ли это вызвано дымом или чем-то другим. Кэтрин опустила глаза.
— Как? — спросила она, перейдя на шепот.
— Так, словно тебе хочется, чтобы я тебя поцеловал, но ты этого боишься.
Джейк отвернулся от нее.
Кэтрин не ответила. Ей нечего было сказать, поскольку так оно и было.
— Пойдем в дом, — вздохнула она. — Ты снова можешь лечь в свободной комнате.
Он лишь кивнул, не поворачиваясь. Она некоторое время смотрела в его застывшую спину, потом поспешно вошла в дом и поднялась в свою комнату.
Она остановилась в дверях, и ее поразило, что все выглядит, как прежде, надежно и обычно, как будто не было того, что только что она пережила. Жизнь коротка, а у тех, кому не посчастливилось, еще короче. Она как будто вновь видела пламя и слышала дикое ржание лошадей. В мозгу ее звучало эхо криков Джейка, доносившихся из-за запертых ворот.
Кэтрин решительно стащила с себя грязную от гари ночную рубашку и как можно чище помылась. Вода в тазу стала черной задолго до того, как она завершила свое омовение и переоделась в свежее белье. Чистый, хрустящий хлопок дарил чудную прохладу воспаленной коже. Она ощупала свои спутанные волосы и вздохнула. У нее не было сил расчесывать длинные, густые локоны. Скоро уже наступит утро.
Пройдя по комнате, она тяжело опустилась на краешек кровати. Через несколько секунд нервное напряжение дало о себе знать. У нее застучали зубы, и все тело охватила невероятная слабость. Подтянув с края кровати стеганое одеяло, Кэтрин запахнула им плечи. Одеяло не помогло подавить дрожь, которая сотрясала все ее тело.
Движение в дверном проеме заставило Кэтрин поднять взгляд. В утреннем сумеречном свете она угадала силуэт Джейка.
— Прежде чем ложиться спать, я хотел убедиться, что с тобой все в порядке.
— У меня… кажется… не проходит… д-дрожь, хотя мне и… н-не холодно, — выговорила Кэтрин между спазмами.
— Шок, — констатировал Джейк. — Тебе надо побыть в тепле, пока это не пройдет. Может быть, чего-нибудь тебе принести?
Кэтрин потрясла головой и сдвинула плечи, чтобы прижать одеяло крепче. Почувствовав какое-то движение, она подняла взгляд и увидела, что Джейк стоит перед ней.
— Может, я помогу, — как-то неуверенно сказал он, затем опустился рядом с ней на кровать и посадил ее к себе на колени.
— Что… что ты… делаешь?
Одеяло заглушило голос Кэтрин, когда Джейк снова прижал ее к своей груди.
— Грею тебя.
Некоторое время Кэтрин сидела в оцепенении. Потом она успокоилась и позволила Джейку обнять себя. Джейк начал растирать ей спину через одеяло, и она вздохнула. Наконец, дрожь прекратилась, и Кэтрин задремала. Но стоило Джейку уложить ее на кровать, как она тут же очнулась.
— Что такое?
— Кому-то из нас становится слишком жарко, — улыбнулся Джейк, глядя на нее сверху вниз.
— Мне хорошо.
— Я не о тебе.
Он повернулся, чтобы уйти.
— Ты куда?
— Мне надо уйти из твоей спальни, пока не произошло то, о чем мы оба потом будем сожалеть.
Кэтрин посмотрела в глаза Джейку и увидела в нем то же . пламя, которое разгоралось в ее душе с тех пор, как она впервые увидела его, — пламя, которое она больше не могла скрывать ни от себя, ни от него.
— Не уходи…
Эти слова сорвались с ее языка, прежде чем она успела его прикусить. Джейк поднял брови:
— Думаю, вам необходимо немного отдохнуть, миссис. Увидимся утром.
— Нет! Погоди…
Кэтрин спустилась с кровати. Она прошла по комнате и встала перед ним, пораженная, насколько он был высок и широк в плечах, насколько она мала в сравнении с ним. Эта разница возбуждала ее.
Джейк положил руки на плечи Кэтрин, удерживая ее на расстоянии.
— Напрасно ты это.
— Мне все равно. До прошлого года я постоянно жила, как положено, и от этого мне было лишь больно. После смерти Сэма я живу, как хочу, и никогда не была так счастлива. Когда я с тобой, то ощущаю то, чего никогда не ощущала раньше. Я не смогу прожить свою жизнь с мыслью о том, как бы это все у нас получилось. Сегодня ночью ты мог погибнуть. Мы могли погибнуть. Не оставляй меня, Джейк. Я хочу жить как все люди, хочу любить… хочу тебя…
Кэтрин приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его губам. Джейк не снял рук с ее плечей, но и не оттолкнул ее. Какое-то мгновение он не отвечал ей, но когда она чуть отодвинулась, издал какой-то звук и крепко прижал ее к себе.
Ошеломляющее ощущение поцелуя напомнило ей о том, как она впервые почувствовала его губы на своих после разгона толпы. В ту ночь их близость напугала Кэтрин, и она бежала от него. Этот поцелуй закрепил обет прошлого и воплотил его в прекрасное настоящее.
Она задохнулась от переполнявших ее чувств, когда он пробежал языком по ее губам. Открыв рот, она повторила это движение своим язычком. Джейк поднял руку и, слегка проведя по спутанным волосам Кэтрин, поддержал ее голову, целуя ее еще чувственнее.
Когда он отстранился, переводя дыхание, Кэтрин застонала от нетерпения. Он наклонился и поймал губами ее сосок, скрытый тканью рубашки. Втянув напрягшийся бутон в рот, он стал сосать его с нарастающим ритмом. Вскоре колени ее подогнулись. Джейк подхватил ее и пронес по комнате. Положив ее на кровать, он опустился рядом. Пока он смотрел ей в глаза, она протянула руку и прикоснулась к его лицу, скользнула ладонью по затылку и притянула его голову для нового поцелуя.
Вдруг он освободился от ее рук и встал.
— Я сделала что-то не так? — прошептала Кэтрин, и ее, как молния, пронзило воспоминание о том, как Сэм ругал ее, что она ведет себя неправильно.
Джейк нахмурился:
— Не так? Нет, просто мне надо снять штаны. Насколько я припоминаю, такие вещи делаются без штанов.
Кэтрин облегченно вздохнула и рассмеялась. Он быстро снял сапоги и швырнул их небрежно в угол. Она зачарованно смотрела, как он расстегивает свои джинсы и стягивает их с бедер. Скинув грубый материал, он предстал обнаженным и жаждущим любви.
У Кэтрин перехватило дыхание. Она никогда не видела голого мужчину. Сэм всегда тушил лампу, прежде чем раздеться и взобраться на нее.
Тело Джейка было мускулистым и загорелым, оно так отличалось от ее тела. Даже светлого оттенка кожа под джинсами оказалась намного темнее ее снежной белизны. Внимание Кэтрин устремилось к той части тела Джейка, которая делала его мужчиной, и щеки ее загорелись. Взор ее поднялся к его лицу, и она увидела, что он жадно смотрит на нее сверкающими в отблесках лампы глазами. Никто никогда еще так на нее не смотрел.
Она встала, чтобы снять рубашку, но руки Джейка остановили ее.
— Я сам.
Его большие пальцы неуклюже расстегивали маленькие кнопочки. От нетерпеливого желания почувствовать его прикосновение к своему телу Кэтрин непроизвольно подняла руки, чтобы помочь ему. Он отвел их ласково, но непререкаемо, и скоро рубашка была расстегнута до талии. Джейк провел руками по ее обнажившимся ключицам. Кэтрин вздрогнула от прикосновения этих мужественных, загрубевших в работе пальцев. Джейк отпустил ее рубашку, и та упала на пол к ее стопам, и они стояли обнаженные, не прикасаясь друг к другу, оттягивая сладкий миг соединения. Она осторожно подняла руку и погладила жесткие волосы у него на груди. Ей хотелось прикоснуться к нему так с тех пор, когда она впервые увидела его сверкающую на солнце кожу во время работы с лошадьми. От его кожи ее ледяным рукам стало тепло, но они все еще слегка дрожали — она не знала, то ли от произошедшей катастрофы, то ли от теперешнего возбуждения. Она с каким-то первобытным удивлением ощущала его плечи, затем спустила руки на ягодицы, восхищаясь крепкими мускулами и линиями, которые так отличались от ее собственных. Джейк стоял очень тихо, словно боялся вспугнуть ее движения, но когда ее пальцы легко прошлись по его бедрам, он, не в силах больше сдерживать себя, тихо выругался и толкнул ее на кровать.
Целуя ее, он провел своей большой рукой по ее бедру вверх к маленьким, крепким грудям. При этом прикосновении Кэтрин стиснула зубы, и ее вновь охватило невольное ощущение, которое всегда преследовало ее, — что она слишком крошечная и худенькая, слишком костлявая, чтобы вызывать интерес мужчин. Она боролась с ним, ибо оно угрожало захлестнуть всю ее вновь обретенную радость давящей застенчивостью. Собрав всю свою отвагу, Кэтрин завершила поцелуй и внимательно посмотрела Джейку в лицо, ища в нем признаки отвращения, которые она столь часто наблюдала на лице Сэма. Ясные зеленые глаза Джейка встретились с ее глазами, и он улыбнулся. Она с удивлением смотрела на эту улыбку, и страхи медленно оставляли ее, уступая место ничем не сдерживаемому более счастью.
— Кэти, ты так прекрасна.
Она отвернулась, это ласковое обращение вызвало в ней незнакомое чувство, которое комом встало в ее горле.
— Я не прекрасна, Джейк. Не надо так говорить.
Он взял ее пальцем за подбородок и вновь обратил на себя ее взгляд.
— Знаю, что не надо, но не могу сдержаться.
Он медленно осмотрел все ее тело, и она покраснела.
— Мне кажется, что ты — само совершенство.
Она покачала головой и принялась было возражать, однако он заставил замолчать ее, снова поцеловав еще крепче, чем прежде. Их возбуждение изливалось в схватке языков, в учащенном дыхании и в бешеном движении рук по влажной плоти. Джейк уже не был ласков, однако Кэтрин упивалась ощущениями, которые будили в ней его сильные руки, гуляющие по ее телу. Она чувствовала, что он не в силах обойтись без этого, и это совпадало с тем, что нужно было ей.
Они изучали друг друга — языки и кончики пальцев скользили по возбужденной коже.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38


А-П

П-Я