https://wodolei.ru/catalog/kuhonnie_moyki/Granfest/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я чувствовал себя в положении человека, который неожиданно проснулся и заметил, что не может больше ходить.
Торнхилл вздохнул.
– Ну ладно, – сказал он ехидно. – Если вам нравится играть в игры, то мы найдем для этого время.
Он ухмыльнулся – примерно так же приветливо, как удав, который только что обнаружил жирного кролика, сел передо мной на край письменного стола и подпер кулаком свой двойной подбородок. Торнхилл был самым жирным человеком, которого я когда-либо видел. Он перемещался очень медленно, и казалось, что он перетекает из одного места в другое, а не идет. Но в отличие от большинства толстяков он не был ни приветливым, ни добродушным.
– Мне и так известно ваше имя, – сказал он.
Ну, тогда он знал больше, чем я. Разумеется, я знал свое имя. Оно звучит…
– Мне очень жаль, мистер Торнхилл, – пробормотал я. – Я…
– Инспектор Торнхилл, – холодно поправил он меня. – Инспектор Торнхилл из Скотланд-Ярда. Отдел по расследованию убийств, чтобы быть уж совсем точным.
Отдел по расследованию убийств? На мгновение панический ужас пронзил черную дыру, в которую превратилась моя память. Но истинный смысл сказанного так и не дошел до моего сознания.
– Итак, мистер Андара, – продолжал Торнхилл с торжествующим блеском в глазах. – Ваше имя мы знаем, как я уже сказал.
– Андара? – Я поднял голову. Андара было точно не моим именем. – Почему вы так решили?
Торнхилл холодно улыбнулся.
– Потому что ваш портрет висит внизу в зале, мой дорогой, – объяснил он.
Что-то в моем сознании щелкнуло, и ко мне частично вернулась память. Я ясно увидел перед собой портрет, маленькую латунную табличку с именем под ним и лицо на портрете.
– Это не я, – возразил я. – Человек на портрете – это мой отец. Меня зовут… Крейвен. Роберт Крейвен.
– Крейвен? – Торнхилл нахмурился и внимательно посмотрел на меня. Но возражать не стал. Насколько я помню, под портретом стояла дата, а то, что мне не пятьдесят пять лет, он, думаю, понял.
– Значит, ваш отец, – сказал он, немного помолчав. – В этом случае вы действительно очень похожи.
Мне не понравился тон, которым он произнес эти слова. Когда я поднял на него глаза, то увидел, что его взгляд прикован к моей белой пряди. Большинство людей, видевших меня в первый раз, не могли удержаться от замечания относительно этой белой пряди в моих волосах, имеющей форму изломанной молнии. Многие считали это данью глупой моде, а меня принимали, следовательно, за легкомысленного щеголя; некоторые предполагали, что с этой прядью связано что-то особенное, и лишь очень немногие инстинктивно чувствовали, что за этой белоснежной прядью скрывалась какая-то страшная тайна. Я был уверен, что Торнхилл относился к последней группе.
Если бы я мог только все вспомнить! Все было здесь, совсем рядом, но между мной и моей памятью, казалось, находилась невидимая, но совершенно не преодолимая стена.
– В таком случае этот дом принадлежит вам, – продолжил после долгой паузы Торнхилл.
Я кивнул. Невидимая рука снова скользнула по моему мозгу, ощупывая, зондируя, ища что-то. Кто-то играл с моими воспоминаниями в игру, но, видимо, этот кто-то был неграмотным.
– Что… случилось? – спросил я.
Левая бровь Торнхилла приподнялась немного вверх, как волосатый червяк, ползущий к его лысине.
– Вы действительно не знаете этого? – спросил он.
Его голос все еще звучал холодно, но уже заметно приветливее, чем до сих пор. Один из его ассистентов – только в библиотеке их было трое, а судя по шуму, в доме находилась целая армия полицейских – подошел поближе и что-то прошептал ему на ухо. Торнхилл недовольно отмахнулся от него и проворчал: – Потом! Что случилось? – повторил он, снова обращаясь ко мне. – По правде говоря, я надеялся получить ответ на этот вопрос от вас. Нам позвонили, так как в доме раздавались крики и выстрелы. – Он скорчил гримасу. – Якобы горящий человек выпал из окна.
…Шатаясь, фигура двигалась ко мне, как живой факел. Я стрелял снова и снова и видел, как пули взрывались в огненной статуе, в которую превратилась жуткая фигура, как маленькие, раскаленные добела шары. Но она подходила все ближе и ближе, выставив вперед пылающие руки.
Я застонал. Эта картина пронзила мой мозг как взрыв. В первый момент она показалась мне слишком страшной, чтобы быть правдой, показалась картиной из кошмарного сна. Но я знал, что это случилось на самом деле.
– Что с вами? – спросил Торнхилл.
– Ничего. – Я поспешно покачал головой и немного выпрямился в кресле, в которое меня посадили Торнхилл и его ассистент.
Бровь Торнхилла поднялась еще выше вверх и почти достигла пробора. Но он невозмутимо продолжал:
– Это, собственно говоря, и все. За исключением восьми убитых и двоих все еще лежащих без сознания.
– Убитых? – Снова перед моим внутренним взором возникла картина. Лицо Рольфа, искаженное от боли и сплошь залитое кровью, отчаянный крик Говарда. Чудовище…
– Ваши слуги, мистер… Крейвен, – ответил Торнхилл. – И человек, в кармане которого был фальшивый паспорт, выданный на имя… – Он запнулся, сунул руку во внутренний карман маленькой палатки, которую он носил вместо сюртука, и вытащил потрепанный паспорт.
– Вот он. Доктор, доктор, доктор Мортимер Грей, – прочел он и вопросительно посмотрел на меня. – Он что, заикался?
– Доктор юриспруденции, доктор философии и доктор медицины, – пояснил я. Торнхилл прекрасно знал, что означают три “д-р”. – Прекратите прикидываться дурачком, Торнхилл. Его глаза весело сверкнули.
– Кем же он был в действительности? – спросил он.
– А почему вы считаете, что этот человек не был доктором Греем? – возразил я лишь для того, чтобы выиграть время.
В моей голове снова возникли отдельные картины. И постепенно они начали складываться в единое целое.
– Я лично знаю доктора Грея, – ответил Торнхилл. – Он известный адвокат и врач. Вы должны это знать, Крейвен. Я достаточно часто имел с ним дела. А этот убитый вовсе не доктор Грей. И чтобы в этом убедиться, мне не нужно было заглядывать в его фальшивый паспорт.
Внезапно он резко встал, швырнул паспорт на стол и сверкнул на меня глазами. От его спокойствия не осталось и следа.
– Черт побери, мистер Крейвен, – рявкнул он. – Меня вызывают в дом, в котором произошла бойня, и все, что я слышу от вас, это вопросы! А как насчет нескольких ответов?
Он подошел ко мне и наклонился вперед.
– Где были вы? – рявкнул он прямо мне в ухо. – Мои люди перевернули эту комнату вверх дном в течение двух с половиной часов, и нигде не обнаружили и малейшего следа вашего присутствия!
Я выдержал его взгляд и показал на часы.
– Там… внутри, – сказал я. – Вы же меня сами там…
– Да прекратите же, Крейвен, – перебил меня Торнхилл, весь шипя от ярости. – Вы не могли все время находиться там внутри. Вы бы задохнулись в этом ящике.
Невидимая рука снова освободила часть моих воспоминаний.
– Это… не часы, – медленно произнес я. – Позади них есть еще одно помещение. Там… библиотека. Задняя стенка отодвигается.
Торнхилл с сомнением посмотрел на меня, повернулся и двинулся к открытым часам. При его полноте это казалось просто чудом, но он действительно смог протиснуться в часы и нажал своей пухлой рукой на заднюю стенку.
Раздался скрип и задняя стенка отошла в сторону, открыв нашим взорам тайную библиотеку, которая скрывалась за ней.
Мои мысли путались. Информация внезапно появлялась сама собой – еще один фрагмент среди хаоса, царившего у меня в голове. В этом была своя система. Это не являлось обычной потерей памяти, которая иногда встречается у людей, потерявших сознание. Что-то держало под контролем мои воспоминания и мою память. И это что-то всякий раз выдавало мне именно такое количество информации, которое было мне необходимо. Но ни грамма больше.
– Это библиотека?
Торнхилл протиснулся сквозь корпус часов и исчез в соседнем помещении. Его голос создавал странное, звучное эхо.
Я встал, приблизился к часам, и остановился как вкопанный, когда мой взгляд упал в лежавшую за часами библиотеку.
Помещение существовало – шириной около пяти шагов и длиной в три раза больше. Вдоль стен стояли полки, на которых кое-где еще можно было увидеть полусгнившие остатки книг, зеленоватые кучки плесени и слизистой гнили.
Торнхилл остановился. Когда он услышал мои шаги, он обернулся и укоризненно посмотрел на меня своими маленькими поросячьими глазками.
– Я знаю, что это ваше дело, Крейвен, – сказал он. – Но если вы хотите услышать от меня совет, – вам надо уволить свою уборщицу.
Мне было нечего ему возразить. На полу – или там, где, собственного говоря, должен был находиться пол, – лежал тридцатисантиметровый слой черной, маслянистой слизи, в которую он погрузился по самые икры.

* * *

Казалось, что фигура явилась прямо из ночного кошмара. Это был человек, но об этом можно было догадаться только по его пропорциям; но даже и они были смещены, словно все тело усохло и страшным образом деформировалось. Его кожа во многих местах почернела и обуглилась или была разорвана и покрыта кроваво-бурыми струпьями, а сквозь его разорванную одежду просвечивались голые кости. Голос Некрона звучал так, словно он шел из раздробленной гортани.
– О мой Бог! – вырвалось у Говарда. – Что…
Некрон яростно взмахнул рукой.
– Он вам больше не поможет, Лавкрафт, – прохрипел он. Его слова дышали ненавистью. – Посмотрите на меня. Видите, что со мной сделали этот пес Крейвен и ваш пособник? Они за это заплатят, я вам клянусь!
– Но я… – голос Говарда прервался. Только сейчас, преодолев первый шок, который вызвало у него появление старика, он начал понимать.
– Так это были… вы? – пробормотал он удивленно. – Это вы были человеком, который пытался убить Роберта?
– Убить? – Некрон резко рассмеялся. – Не возражаю, называйте это так. Я же называю это казнью.
Ван дер Гроот начал пронзительно скулить.
– Кто это, Лавкрафт? – задыхаясь, спросил он. – Что все это значит?
Говард недовольно отмахнулся левой рукой, чтобы заставить голландца замолчать, и одновременно сделал шаг в сторону искалеченного колдуна. Фигура воина рядом с Некроном сразу же напряглась. Говард остановился.
– Зачем все это, Некрон? – спросил он. Недобрая улыбка заиграла на его губах. – Или мне лучше вас…
– Замолчите! – Слова Некрона звучали, как удар бичом. – Не произносите это имя вслух, Лавкрафт. Никогда!
– Как хотите, Некрон. Но это не ответ на мой вопрос. Зачем все это? Почему вы не приказали своим палачам убить меня?
– Если вам это мешает, мы можем наверстать упущенное, – злорадно возразил Некрон. – Но я отвечу на ваш вопрос. Вы мне нужны.
– Лавкрафт, что… что собирается делать этот черт? – заскулил Ван дер Гроот. – Пожалуйста, что?..
Рука Некрона сделала молниеносное, едва уловимое движение. Черная фигура воина из крепости Дракона как тень двинулась к Ван дер Грооту. Его кулак попал голландцу в подбородок. Тот вскрикнул, опрокинулся назад и скрючился на полу.
– Предполагаю, это было за черта, – сказал Говард, не отрывая взгляда от искалеченной фигуры старика. Он все еще никак не мог поверить в реальность происходящего. Логика говорила ему, что перед ним одна из самых таинственных фигур из когда-либо существовавших, но другая скрытая часть его разума просто отказывалась признать этот факт. Некрон! Колдун из крепости Дракона! Живая легенда. Легенда, которая была написана кровью и слезами и которая повествовала о бесконечных страданиях и страхе.
– Что вы хотите от меня? – спросил он, снова обращаясь к старику.
– От вас ничего, абсолютно, – грубо ответил Некрон. – Я хочу кое-что с вами. Может быть, вы никогда не сможете понять это, но вам опять повезло, Лавкрафт. Если бы все зависело от меня, я бы вас убил, вас и этих двух жалких дураков. Но дело не в моем желании. Задание куда важнее.
– Какое задание? – пролепетал Ван дер Гроот. Одетый в черное воин снова поднял руку, чтобы ударить его, но на этот раз Некрон резким движением остановил его.
– Вы и ваши братья не единственные, кто гоняется за известной книгой, Ван дер Гроот, – тихо сказал Говард. – А вот это перед вами в некоторой степени конкурирующая фирма. – Он тихо рассмеялся и твердо посмотрел Некрону в лицо. – Так?
Колдун кивнул. Движение получилось резким, как у куклы, которой управлял неумелый актер.
– А теперь позвольте мне закончить, – продолжал Говард. – Вы явились сюда, чтобы убить Роберта, так как в нем вы увидели наследника Родерика Андары. Но потом случилось что-то такое, что заставило вас изменить свои планы. Что это было? Некрон не ответил. Его правая невредимая рука сжалась в кулак.
– Стульху!
Говард удивленно повернул голову, а затем и полностью повернулся. Ван дер Гроот уже снова сидел и бросал испуганные взгляды на него, на старика и на грозную фигуру воина. Но голос его был тверд, когда он продолжил.
– Это Стульху, Лавкрафт, – сказал он. – Мы… орден… получили информацию. У главы нашего ордена было… видение. Он видел… Стульху. Он возродился во всей своей мощи. Су… существо, которое выступало в образе девушки и убило Крейвена, было Шогготом, созданным Стульху по своему образу и подобию.
– Это правда? – спросил Говард. Разумеется, Некрон ничего не ответил, но этого и не требовалось.
Все обрело свой смысл.
– Вот как все обстоит, – задумчиво сказал Говард. – Они возвращаются, Некрон. Силы, которым вы продали свою душу, ожили. И сейчас они требуют свое. – Он задумчиво посмотрел в опустошенное лицо древнего колдуна. – Но вы не готовы заплатить эту цену. Через орден вы узнали, что у Роберта есть “Necronomicon”, и вы хотите получить эту книгу. Неужели вы действительно думаете, что сможете противостоять ВЕЛИКИМ ДРЕВНИМ?
– Я это знаю, – гневно возразил Некрон. – Возможно, вы много знаете, Лавкрафт, но несмотря на это, вы глупец. Никто, кроме меня, не подозревает, какую силу сможет дать книга тому, кто действительно умеет ее читать. Она содержит тайны, разгадать которые не под силу даже самим ДРЕВНИМ. С этой книгой даже я смогу противостоять им.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46


А-П

П-Я