https://wodolei.ru/catalog/vanny/sidyachie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Что здесь происходит? – спросил Дэвид, не сводя глаз с соперника. – Похоже, меня не желают пускать в деревню!– Он даже не взял на себя труд выучить наш язык, а я должен принимать его вежливо! – с презрением бросил Кавика. – Я бы с большим удовольствием спихнул его в море и подгонял копьем до самого корабля! Переведи ему это, если хочешь.– Кавика, будь же благоразумен, – взмолилась Лилиа. – Никогда еще в Хана не проявляли враждебности к гостям. В конце концов, я – алии нуи! Приказываю тебе относиться к гостям с должным уважением!– Ты обещала не вмешиваться в мои дела и не оспаривать моих решений.– Это касается только твоих обязанностей военачальника. Здесь не поле битвы, Кавика, поэтому командую я. Если ты рассержен, обрати свой гнев против Лопаки. Смотри, воины уже заметили, что мы затеяли спор, и кое-кто из них покинул свой пост. А если бы Лопака вздумал штурмовать деревню именно сейчас?С минуту Кавика переводил взгляд с нее на Дэвида, потом повернулся, велел воинам вернуться на свои места и сам ушел следом за ними. Как только соперник удалился, Дэвид отошел к шлюпке.– Возвращайтесь на корабль, – сказал он матросам на веслах, – и передайте капитану Раунтри, что я еще нуждаюсь в его услугах. С этого момента его время будет оплачено особо. Но пусть ни при каких обстоятельствах не покидает бухту.Он забрал из шлюпки саквояж Дика, свою рубашку, обувь и два пистолета. Один он отдал другу, второй сунул себе за пояс.Одевшись и обувшись, Дэвид снова подошел к Лилиа.– Этот воин вызывает у меня невольное восхищение. Я был бы рад подружиться с ним, но вряд ли это удастся. Он ненавидит меня.– Ты здесь посторонний, Дэвид, и Дик тоже, – сказала Лилиа. – Хана переживает трудные времена, а ваше появление отвлекает воинов. Кавике это не нравится.– Чем же мы их отвлекаем?– Когда начнется очередная атака, придется не только обороняться, но и защищать вас.– Неужели я похож на беззащитного ребенка?– Долг гостеприимства вынуждает заботиться о вас. Я вообще не понимаю, зачем вы здесь. Вас эта война не касается.– Меня касается все, что касается тебя, милая. – Дэвид попытался взять Лилиа за руку.– Только не заговаривай о любви! Сейчас не время!– Если хочешь лишить меня слова, прикажи своему Кавике прирезать меня. Тогда сам он сможет сколько угодно говорить тебе о любви...– То, что происходит между мной и Кавикой, тебя тоже не касается! – перебила его девушка.– Я буду отвлекать воина своим присутствием, и вам предстоит постоянно ссориться из-за меня...– Тогда поскорее покинь деревню! Поверь, я всей душой благодарна за то, что ты для меня сделал, но что не суждено, то не суждено, Дэвид!– И ты думаешь, что после этих слов я соберу свои вещи и двинусь в обратный путь? – Дэвид рассмеялся. – Нет, будь это так, я не держал бы тебя в объятиях в Калаупапа!– Если не хочешь уплыть отсюда, оставайся. Но сейчас мне не до тебя, я должна поговорить с воинами.Лилиа быстро пошла прочь. Дэвид и Дик, переглянувшись, последовали за ней, ведя в поводу лошадей. На лужайке, когда-то принадлежавшей семье девушки, они оставили лошадей, а сами поспешили за Лилиа.Девушка заметила, что на всем в деревне лежит печать запустения. Прежде в Хана постоянно звенел детский смех, добродушные возгласы женщин, занятых домашним хозяйством. Сейчас вокруг не было ни души, так как мужчины не покидали укреплений.Встретив Лилиа, Кавика повел ее вдоль стены укреплений, не обращая внимания на Дэвида и Дика. Воины радостно приветствовали девушку. Ее присутствие явно вдохновляло их и поднимало боевой дух. Это признал даже Кавика.– Твое появление в Хана внушает надежду. Что-то скоро случится, непременно случится!Лилиа тоже считала, что события не заставят себя долго ждать. До Лопаки наверняка дошла весть о ее возвращении, и он уже планирует штурм. Девушка всей душой желала развязки.– Я горжусь тобой, Кавика! – Она одобрительно улыбнулась воину. – И рада, что поручила защиту Хана именно тебе.Воин просиял, но тут же нахмурился.– Ты должна знать, алии нуи , что за время осады нам почти не удавалось рыбачить, так как военные лодки Лопаки все время подстерегали нас. Охотиться мы тем более не могли. Рассчитывать приходилось только на запасы, но они на исходе. Мы на грани голода.Лилиа так встревожилась, что Дэвид сразу это заметил.– Что случилось?– Воины голодают... или вот-вот начнут голодать.– Ну, это поправимо! – Дэвид обрадовался возможности внести свой вклад в защиту деревни. – Я отправлю в Лааину за провизией капитана Раунтри на его «Надежде». Скажите только, что нужно.– Прекрасно! – воскликнула Лилиа, но тут же с сомнением добавила: – Для покупки провизии нужны деньги... и немало денег. У нас их нет. Боже мой, ведь поверенный леди Анны предлагал мне взять с собой сумму побольше, а я растратила и то, что имела!– Не беспокойся, Лилиа. Деньги у меня найдутся. Я рад, что могу помочь, и дело не только в тебе. Не нравится мне этот ваш Лопака. Он уже и так натворил много бед, пора его остановить. Словом, я немедленно отправлюсь на «Надежду» отдать распоряжение капитану Раунтри. Дик, ты со мной?– Конечно, дружище! Друзья поспешили к берегу.– Куда это они? – с надеждой спросил Кавика. – Неужели решили покинуть Хана?Лилиа объяснила, в чем дело.– Мне это не по душе, – сказал воин. – Я не желаю быть в долгу у какого-то заезжего англичанина!– А меня интересует только одно – пойдет ли это на пользу моему народу. – Лилиа пошла прочь.– Постой, я отправлю с тобой воина для охраны.– Что? Во имя Пеле, Кавика, не нужно мне почетного эскорта, тем более что я хочу побыть одна! Мне нужно обдумать положение... да и вообще многое обдумать!Удалившись от линии обороны, девушка увидела Грозу и поспешила к своей любимице. Как хотелось Лилиа понестись вскачь, но она знала, что это рискованно. Из деревни теперь был выход только через маленькую бухту, так как все ворота забаррикадировали. Впрочем, для лошади прибрежные воды не преграда.Оглядевшись, девушка вывела лошадь из временного загона, направилась к берегу и там вскочила на нее. Гроза вынесла Лилиа на песчаный берег в стороне от деревни. Из-за стен послышался встревоженный оклик, означавший, что дозорные заметили всадницу. Девушка ударила лошадь пятками в бока и скомандовала:– Вперед, вперед!Гроза птицей понеслась по полосе мокрого песка. Волосы Лилиа черной шалью развевались за спиной. Девушка счастливо улыбалась, впервые за долгое время чувствуя себя свободной.Она не боялась наткнуться на засаду. Здесь, вдали от деревни, Лилиа легко ускакала бы от пеших воинов. В одном месте в океан далеко выдавался узкий мыс. Повернув к нему, девушка отпустила поводья, и Гроза устремилась туда. На самой оконечности мыса лошадь остановилась.Солнце уже опускалось, и сумерки мягким покрывалом укутывали остров. Морская глубь потемнела, но тем белее казались пенные гребни волн. Прибой с вкрадчивым шипением накатывал на песок, к самым ногам лошади. Лилиа долго смотрела вдаль.До последнего времени Исаак Джэггар выносил непочтительное обращение Лопаки, но удар кулаком переполнил чашу терпения, и миссионер решил покинуть лагерь. Ускользнув оттуда под покровом ночи, он направился куда глаза глядят, раздумывая о будущем.Как проповедник, Джэггар считал себя обязанным нести безбожникам свет истинной веры, повсеместно насаждать учение Господне. Ради этого он прибыл на Мауи, ради этого принял сторону Лопаки. Поначалу Джэггар искренне верил, что таким образом добьется желаемого, но впоследствии разочаровался в своем свирепом и беспринципном союзнике. Все чаще он вспоминал слова Лилиа о том, что Лопака манипулирует им.Постепенно миссионер понял, что нести свет веры островитянам ему придется самостоятельно.Всю ночь и большую часть дня Джэггар шел вперед, спускаясь в долины и поднимаясь на холмы. И вдруг он увидел необычно высокую деревенскую стену. Такая окружала только Хана. Притаившись в густом кустарнике, миссионер огляделся и заметил людей Лопаки. Они тоже притаились, очевидно, готовясь к решающему штурму. Джэггар и раньше подумывал попроситься назад в деревню, теперь же смекнул, что его простят, если он выдаст защитникам Хана план Лопаки. Но в ту же секунду проповедник осознал, что хочет вернуться в деревню только из-за Лилиа.– Боже милосердный, ты читаешь в глубине наших душ! – возопил Джэггар в отчаянии. – Не покидай меня в час испытания! Помоги мне противиться этому дьявольскому искушению! Ты знаешь, как слаба моя плоть, так дай же мне силы ее обуздать во имя великой миссии спасения заблудших душ!Он каялся и просил бы еще долго, если бы не услышал странный звук, совершенно необычный на Мауи. Это был стук лошадиных копыт. Решив, что он бредит, проповедник со страхом зажал уши. Звук прекратился, но стоило отнять руки, и он послышался вновь, быстро нарастая. Джэггар посмотрел в сторону деревни, но не заметил ничего необычного.Тогда, так и не встав с колен, он повернулся к морю – и вскрикнул от восторга. Там на фоне сияющей дорожки, тянувшейся от берега к самому горизонту, летело, не прикасаясь к земле копытами, сказочное животное.Глаза миссионера заволокло слезами, а когда он отер их, рыдая от невыразимого счастья, видение уже исчезло. Но Джэггар не сомневался, что это знак, посланный ему Господом., – О Боже, я так немощен, так скуден умом! – прошептал он, прислонившись к стволу пальмы. – Я не понимаю смысла Твоего знамения! Смилуйся, дай мне еще раз увидеть его, чтобы я мог постичь, что оно означает.И тут мир снизошел на его измученную душу. Голова Джэггара упала на грудь, и он крепко уснул.Проснулся он от рокота барабанов, близкого и настойчивого. Миссионер открыл глаза и увидел, что давно наступила ночь. Лишь отсвет луны на поверхности моря позволял видеть окружающее.Джэггар огляделся и вздрогнул. Вдоль берега к нему скакало животное из его недавнего видения. Однако теперь лошадь имела вполне реальный вид.Так это был не рокот барабанов, а стук копыт! Господь не покинул его! Миссионер поднялся на ноги, заковылял к берегу, там рухнул на колени прямо на пути лошади и простер к ней руки в безмолвной мольбе.Лишь когда лошадь приблизилась, Джэггар заметил всадницу. Это была Лилиа, еще более прекрасная и обольстительная, чем прежде. Вожделение захлестнуло священника. Он забыл о том, что лошадь идет галопом. Лишь в самый последний момент инстинкт самосохранения заставил Джэггара отпрянуть в сторону, и все же копыто ударило его в плечо. Всадница на полном скаку осадила лошадь, и Джэггар, приподнявшись на локте, увидел лицо в ореоле темных волос.– Не прикасайся ко мне! – пронзительно закричал миссионер, заслоняясь руками. – Уходи прочь, прокаженная! Я не хочу, не хочу тебя!Он вскочил, уже не чувствуя ни боли, ни усталости, ни вожделения, и прыжками скрылся в зарослях.Лилиа не сразу поняла странное поведение миссионера. Джэггар, конечно, решил, будто она явилась отомстить за то, что он сделал с ней, то есть заразить его проказой.Глядя на черную стену зарослей, за которой скрылся миссионер, девушка не находила в себе ненависти к нему. Он причинил ей много зла, но этот безумец страдал гораздо сильнее, чем сама Лилиа. Она вздохнула и с жалостью покачала головой.И тут раздался ритмичный и громкий, с детства знакомый звук. Рокот барабанов! Лилиа тотчас поняла, о чем они говорят.Массированная атака на Хана началась! Глава 19 Лопака занялся подготовкой к штурму в тот самый день, когда впервые узнал о предстоящем возвращении Лилиа на Мауи. С тех пор как решение было принято, он не терял ни минуты, расставляя воинов вокруг деревни так тихо, что жители не догадывались о происходящем. Через три дня окрестности Хана кишели его людьми, готовыми по первому же сигналу пойти в атаку.Лагерь в отдаленной долине, еще недавно полный жизни, обезлюдел. Лопака устроил новый командный пункт возле небольшой бухты рядом с деревней. Никому не доверяя, он решил нести дозор сам, чтобы не пропустить возвращения Лилиа, и тут же начать штурм.Выяснив, что девушка вернулась на парусном судне, Лопака приуныл. Это означало, что ей удалось заручиться поддержкой белых, и теперь у жителей деревни появится большой перевес в воинской мощи. Островитяне не знали иного оружия, кроме копий и боевых дубинок, тогда как белые располагали даже пушками. Впрочем, будь на судне хоть десяток пистолетов, этого уже хватило бы, чтобы обратить всю армию Лопаки в бегство.Судно бросило якорь, с него спустили шлюпку. Лопака жадно следил за всем, каждую минуту ожидая, что в шлюпку спустится дюжина до зубов вооруженных матросов. Однако, к его величайшему облегчению, Лилиа отправилась на берег в сопровождении одного туземца и одного белого. Гребцы на веслах вообще не были вооружены. Еще один белый покинул судно вплавь, с двумя лошадьми в поводу. Лопака наблюдал за ним с любопытством, так как впервые видел этих животных, хотя слышал о подарке, сделанном королю Камехамехе.Когда высадка закончилась, Лилиа завела с Кавикой какой-то спор, потом к ним присоединился хозяин лошадей. Лопака жаждал начать штурм немедленно, хотя и приказал воинам ждать темноты. Эта женщина причинила ему столько хлопот, что заслуживала только смерти! Лишь врожденная осторожность не позволила ему совершить необдуманный поступок.Некоторое время спустя светловолосый белый отправился на корабль, но не задержался там, а почти сразу вернулся.Шлюпка, доставившая его, тотчас отплыла. Корабль поднял паруса и взял курс на Лааину. Настроение Лопаки заметно улучшилось: корабль в непосредственной близости от деревни представлял серьезную угрозу, теперь же угроза исчезла.День тянулся бесконечно, но наконец солнце скрылось за горизонтом, и начало быстро смеркаться. Настал момент, которого Лопака ждал с нетерпением. Покинув свой наблюдательный пункт, он поспешил к деревне.Когда Гроза вынесла девушку на берег возле стен Хана, битва уже кипела. В колеблющемся свете факелов происходящее казалось еще более тревожным и зловещим. Через стену – видимо, с деревьев – дождем летели копья. Одно из них поразило цель, когда Лилиа остановила лошадь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51


А-П

П-Я