Акции, цены ниже конкурентов 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Верно, дорогая. – И Беатриса сморщилась от боли. – У твоей матери были компрометирующие, но, как я понимаю, не супружеские отношения с джентльменом, который отказался жениться на ней. Такого общество не прощает. Но в конце концов все оказалось совсем не так плохо. И я знаю, будь твой отец жив, он хотел бы, чтобы ты помогла мне в трудную минуту.
Миллисент посмотрела на беспомощную леди, лежащую перед ней. Тетя Беатриса все-таки отыскала ее слабое место. Миллисент всегда обожала отца. Будет ли с ее стороны проявлением уважения к нему, если она сделает то, о чем просит ее тетя Беатриса? Миллисент небыла ни робкой, ни застенчивой. Она знала, что справится, просто ей не нравилось обманывать людей.
– А теперь, пока я еще не уснула после этого снадобья, давай-ка повторим еще раз, кого ты скорее всего увидишь и услышишь сегодня вечером. Начни с самого начала.
Покорившись своей участи, Миллисент сказала:
– Лорд и леди Хиткоут будут сопровождать меня и представлять гостям. Я должна медленно ходить по комнате, слушая разговоры, и делать мысленно заметки обо всем, что услышу. Если какой-либо джентльмен пригласит меня танцевать, я соглашусь, но не должна поощрять его пригласить меня еще раз или нанести мне визит на следующий день.
– Хорошо. Теперь назови мне имена тех, кто представляет особый интерес.
– Примечательные молодые леди – мисс Бардуэлл, мисс Доналдсон и мисс Пеннингтон. Вдовы – леди Хатфилд и графиня Фокленд.
Тетя Беатриса опять попробовала улыбнуться, но не смогла из-за распухшего подбородка и разбитых губ.
– Великолепно. У тебя хорошая память. Я знала, что поступаю правильно, посылая за тобой. Правда, нужно было сделать это еще два дня назад. А теперь, что это за «скандальная троица»?
– Чандлер Прествик, граф Данрейвен; Эндрю Тервиллгер, граф Дагдейл; и Джон Уикнем-Тикнем-Файнз, граф Чатуин. Они неразлучные друзья со времен Оксфорда.
– Замечательно. Свет просто жаждет слышать сплетни об этих трех холостяках. Конечно, есть еще много других, но никто не пользуется в обществе такой популярностью. Да и столь необычных людей тоже больше нет.
Эти трое джентльменов потеряли отцов и стали носить графский титул в раннем возрасте. Возможно, именно поэтому они такие восхитительные повесы и легкие мишени для сплетен. – Веки Беатрисы опустились. – Я очень надеюсь, что Эмери поторопится. Я уже засыпаю от этого лекарства, а мне еще нужно тебя представить.
– Хотите, я взобью вам подушки? – Миллисент протянула было руку к подушке, но Гамлет резко вскинул голову с угрожающим видом, и она остановилась.
– Нет, милочка. Я считаю, что самое лучшее – вообще не двигаться. И запомни: все, что ты услышишь о светском воре, заслуживает внимания. Свет и весь Лондон не могут дождаться новостей и сведений об этом преступнике. Этот вор два дня назад совершил кражу в доме лорда Данрейвена. – Беатриса снова попыталась улыбнуться. – Я уверена, что это повергло его светлость в смятение. Ты должна попытаться что-нибудь узнать, чтобы об этом можно было снова упомянуть в нашем разделе. Я очень надеюсь, что Эмери скоро вернется... Ах, вот и они.
Гамлет поднялся на свои короткие мохнатые лапы и залаял. Миллисент увидела вошедших в комнату виконта и виконтессу.
– Не нужно так шуметь, Гамлет, – укоризненно проворковала тетка, обращаясь к песику. – Это невежливо. Ты ведешь себя так, будто никогда раньше не видел виконта и его жену.
Гамлет пристыженно протрусил к здоровому боку Беатрисы. Она нежно погладила его по голове, и он свернулся рядом с ней.
Лорд и леди Хиткоут подошли к изножью кровати, однако не вплотную, и дружески поздоровались с больной. Они явно знали о том, что Гамлет будет защищать хозяйку.
Виконт был высок, худощав и великолепно одет. Его седеющие редкие волосы росли пучками и были подстрижены по моде, а галстук был повязан так высоко, что Миллисент не сомневалась, что спина у него постоянно напряжена.
Она с удивлением обнаружила, что жена виконта была такого же высокого роста, как и он сам. Мало кто из женщин мог бы похвастаться таким ростом и такими объемами. Виконтесса была, мягко говоря, довольно полной. Ее круглое лицо, красиво обрамленное рядом тугих темных локонов, было плоским, но приятным. На ней было зеленое платье с высокой талией, скрадывавшее ее формы и шедшее к ее крупной фигуре.
– Я хочу представить тебя виконту Хиткоуту, – сказала Беатриса.
Виконт повернулся к Миллисент, и она присела в реверансе.
– Я польщена, лорд Хиткоут.
– Весьма рад познакомиться. – Говорил он так же чопорно, как и держался.
– И леди Хиткоут, которая в эти последние месяцы стала мне дорогим другом.
Миллисент снова присела.
– Как поживаете, миледи?
– Великолепно, дорогая. Просто великолепно. – Голос у виконтессы был громкий и гортанный. Ее широко расставленные карие глаза внимательно осмотрели Миллисент. – Пожалуй, платье, которое вы выбрали для сегодняшнего вечера, очень подходит; легкая вышивка по подолу придает вам должный оттенок элегантности. Не настолько изысканна, чтобы привлечь всеобщее внимание, но, без сомнения, вполне отвечающая всем требованиям, так что вы достойно впишетесь в общество. – Она оглянулась на леди Беатрису. – Она идеально подходит.
– Я рада, что вы одобряете мой выбор, но я в долгу перед вами, поскольку вам придется присматривать за Миллисент.
Леди Хиткоут посмотрела на мужа и сказала:
– Мы будем очень хорошо за ней присматривать, не так ли, милорд?
– Разумеется, будем. – И виконт опустил свои узкие светло-зеленые глаза, чтобы посмотреть на Беатрису, но голова его осталась поднятой. Даже когда он улыбался, его лицо не покидало какое-то стесненное выражение. – От вас требуется только отдыхать и получать удовольствие от вечера.
– Я знаю, вы поладите. У Миллисент очень хороший характер, она вас не утомит. – Беатриса перевела усталый взгляд на Миллисент. – Виконт и виконтесса познакомят тебя со всеми нужными людьми. Ничего не бойся, они будут рядом и при необходимости помогут тебе.
– Благодарю вас, тетя Беатриса. Со мной все будет хорошо. – Миллисент была рада, что ее голос звучит сильно и уверенно, хотя чувствовала она совершенно обратное.
– Превосходно. И помни, милочка, молодые леди любят поболтать в дамской комнате, когда им кажется, что рядом никого нет, и во время ужина. И ты не должна поощрять джентльменов, которые станут восхищаться тобой. Надеюсь, тебе все понятно?
– Да, тетя Беатриса.
– Хорошо. А теперь поезжай на бал, а я пока посплю, и когда ты вернешься, помогу тебе написать нашу колонку.
Миллисент вышла вслед за Хиткоутами из комнаты тетки и спустилась по лестнице. В ней нарастало непонятное волнение. Она попыталась заглушить его, но не смогла. Миллисент всегда хотелось побывать на светском приеме в Лондоне, но она никогда не думала, что окажется там в качестве светского хроникера.
Миллисент решила, что не станет рассматривать данное ей поручение как слежку за людьми, касающуюся их личной жизни. И она не станет думать о том, что сказала бы ее мать, узнай она об участии Миллисент в таком деле.
Она отнесется к этому так, будто ей надо написать общий раздел новостей для «Дейли ридер», и постарается, чтобы эта колонка поднимала у читателей настроение и ни в коем случае не вызывала отрицательных эмоций.
Когда Миллисент вышла из парадной двери, в голове у нее вдруг мелькнула мысль, показавшаяся ей просто замечательной. В колонку лорда Труфитта она будет вставлять фразы из Шекспира. Все любят этого великолепного рассказчика. Это придаст новый оттенок разделу «Ежедневная светская хроника».
Глава 2
«Умеренное сомнение называют путеводной звездой мудреца» – это вам скажет любой полицейский с Боу-стрит. Никто не избежит их расспросов, когда они ищут светского вора. В неистовом стремлении поймать неуловимого вора герцогов, графов и маркизов допрашивают словно обычных разбойников.
Лорд Труфитт
Из светской хроники
Был уже поздний вечер; в большом переполненном зале было жарко и душно. Гости разговаривали здесь, разбившись на группы, громко смеялись и тайком перешептывались. Миллисент побывала на многих приемах в Ноттингемшире, но ей никогда не приходилось оказываться среди такого великолепия. Богатое убранство лондонского особняка с его хрустальными люстрами, позолоченной резьбой и лепными потолками поражало своей роскошью. Многочисленные канделябры бросали золотистые потоки света на элегантную лестницу.
У Миллисент дух захватило при виде изысканных туалетов самых разнообразных цветов и дорогих украшений. Она никогда в жизни не видела такого количества кружев, перьев и столь крупных драгоценных камней. Стол был накрыт для банкета а-ля фуршет. На красиво расставленных серебряных блюдах лежали горы рыбы, баранины, дичи, всевозможных овощей и фруктов – даров всех времен года. Пунш и шампанское лились рекой.
«Вот, значит, как живут в высшем лондонском обществе!»
Миллисент преисполнилась благоговейного восторга.
Первые два часа прошли незаметно. Хиткоуты всячески старались, чтобы она была представлена нужным людям. Кое-кто из дам, с которыми познакомили Миллисент, отнесся к ней сдержанно, другие же приняли ее очень тепло и дружелюбно. Миллисент познакомили и с пятью молодыми людьми, и все пятеро тут же попросили ее записать их в свою бальную карточку. Она уже протанцевала с тремя из этих молодых людей.
Верная своему слову, леди Хиткоут не выпускала Миллисент из поля зрения. Даже танцуя, Миллисент чувствовала, что эта дама наблюдает за ней. Весь вечер виконтесса держалась с Миллисент очень мило, и девушка даже подумала, уж не ошиблась ли тетя Беатриса, решив, что леди Хиткоут хочет взять на себя ведение светской хроники. Миллисент не заметила в ней и намека на зависть.
Количество людей, с которыми она познакомилась или просто увидела, ошеломило Миллисент. Вряд ли она сумеет удержать в голове все их имена и титулы до возвращения домой. Придется кое-что записать. Для этого ей нужно было немного побыть одной. Она вспомнила, что видела узкий коридор, который вроде бы оставался не замеченным гостями, которые из бального зала направлялись ужинать. Этот коридор может послужить прекрасным укрытием. Здесь она спокойно уединится на несколько минут.
Миллисент быстро нашла нужный поворот и поспешила по коридору, тускло освещенному единственной горящей настенной лампой. У стен стояли какие-то шкафы, стулья и столы, так что пробираться по коридору было довольно трудно. Удушающий запах пыли, воска и подгоревшего масла щипал ноздри. Мебель, видимо, была вынесена сюда из комнат, чтобы освободить пространство для гостей.
Дойдя до середины коридора, Миллисент увидела большую фаянсовую вазу, стоящую рядом с высоким бронзовым светильником, и поспешила втиснуться между ними. К счастью, она оказалась почти под падающим сверху лучом света.
Миллисент быстро развязала ленточку своей бальной карточки и сняла ее с запястья. Потом, стараясь по возможности прибегать к сокращениям, начала писать на оборотной стороне карточки маленьким карандашиком, прикрепленным к ленточке:
Леди X . положила глаз на лорда Гринфилда. Лорд Даг-дейл в этом сезоне ищет невесту. Мисс Б-велл выходит за одного из «скандальной троицы», не важно за кого. Мисс Чиппинг недовольна женихом, которого нашел ей отец, и скорее сбежит, чем выйдет за пожилого графа.
На записи Миллисент легла чья-то тень. Поглощенная своим занятием, она не придала этому значения и передвинула карточку под слабый желтый свет. Спустя мгновение-другое тень снова помешала ей. Слишком занятая своим делом, чтобы посмотреть, что ей затеняет свет, Миллисент снова передвинулась туда, где светлее. Только когда все повторилось еще раз, она обратила на это внимание и подняла глаза с раздраженной гримасой.
Сначала ее взгляд уперся в широкую грудь, облаченную в белую крахмальную рубашку, которую прикрывали парчовый жилет кремового цвета и черный вечерний фрак, и все это дополнял превосходно завязанный шейный платок. Дорогая ткань и прекрасный покрой одежды свидетельствовали о том, что перед Миллисент не просто какой-то заурядный джентльмен.
«А я-то думала, что смогу спрятаться за мебелью».
Ее взгляд медленно поднялся вверх к сильному, чисто выбритому подбородку, скользнул по гладкой, почти квадратной челюсти к губам, которые были такими явно мужскими и так близко от ее собственных губ, что сердце у Миллисент замерло, а потом сильно забилось. На мгновение затаив дыхание, она продолжила свое странствие по узкой переносице и четким очертаниям скул и наконец заглянула в глаза – такие синие, что ей захотелось в них раствориться.
Густые темные волосы были коротко острижены на висках и оставлены более длинными на затылке. Хорошо сложенный и безупречно одетый джентльмен позволил Миллисент рассмотреть себя. И она рассмотрела, без всякого чувства вины или стыда. Это был мужчина с великолепной внешностью, которая без слов говорила о силе, привилегированном положении и богатстве.
Отточенный кончик карандаша сломался, потому что Миллисент слишком сильно нажала на него.
Понимающая усмешка медленно проступила на губах незнакомца, так заинтриговав ее, что она не могла отвести от них глаз. В глубине ее лона что-то затрепетало, и трепет этот, проложив дорогу к ее груди, задержался там, а затем добрался до горла и сжал его. Миллисент была совершенно уверена, что ничего подобного не испытывала никогда в жизни.
Мужчина смотрел на нее, и хотя ни единого слова не было сказано между ними, Миллисент почувствовала, что он понял: она не только испугана его появлением, но ее влечет к нему.
Она смотрела, как он, изогнув свои чудесные губы в плутоватой улыбке, скользнул взглядом по ее лицу, оглядел грудь и стан, а потом снова посмотрел ей в глаза. Этот отнюдь не робкий джентльмен стоял так близко от нее, что Миллисент могла его коснуться, если бы подняла руку.
Внезапно в узком коридоре стало жарко.
Миллисент глубоко вздохнула.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33


А-П

П-Я