https://wodolei.ru/catalog/akrilovye_vanny/150cm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ни уродина, ни красавица, темные волосы… по-моему, темная юбка, белая блузка… наверное, в руках сумка с образцами… не помню я уже. На них давно никто внимания не обращает, кроме тех, кому действительно что-то нужно. А те салфетки пришлись ко времени, жарко было жутко. Никому же в голову не могло прийти, что такое произойдет! — Она передернула плечами, — Хорошо, меня пронесло! — И быстро перекрестилась.
Официантка ушла, а мы продолжали сидеть за столом.
— Ну вот, — мой любимый опять принялся ворчать, — минимум шестьдесят человек видели эту девицу в течение нескольких минут, и никто ее не может описать. На ней не было маски, и она не была невидимкой.
— А то ты этого не знаешь! Ты сам этим пользовался сотню раз! На человека почти не обращают внимания, — продолжала я тоном всезнайки, — если он в униформе. А эти все представители одеваются одинаково.
— Я сейчас приду, — сказал Ниро и направился в сторону подсобных помещений.
Тогда я продолжила возмущаться в одиночку, хорошо, что мороженое было вкусным.
Не прошло и пяти минут, как он вернулся. В руке у него был запечатанный пакетик с ароматической салфеткой и проспект «Милены». Я даже растерялась. Я нашла и разговорила свидетеля (так я считала), а все трофейные улики достались ему. У-у! Хитрющий слон!
— Это та самая? — наконец выдавила я.
— Та ли эта самая или нет, я. не знаю, но это одна из тех, которые та девица оставляла на столах. А вот и проспект. И всего-то надо было пообещать девчонке, что ее имя попадет в газеты как помощницы раскрытия большого преступления, а не стращать за сокрытие вещественных доказательств, как это делала наша благословенная милиция.
— Да, ведь не могли же неиспользованные салфетки просто раствориться. Ты прав. — И я, уже забыв про обиду, рассматривала упаковку салфеток. — Смотри, — я вытащила из сумки образец крема, который мы взяли из представительства, — а ведь они говорили, что салфетки не выпускают.
Пакетик с салфеткой и коробочка с кремом внешне были очень похожи. Такое же оформление, такая же броская надпись «Милена» посредине упаковки. Было совершенно очевидно, что товар выпущен той же самой фирмой. Все на упаковке говорило об этом. Совпадало до мельчайшей подробности. Даже штрих-код на упаковке…
Ниро продолжал вертеть упаковку салфетки в руках:
— Надо ехать в представительство, я думаю, нам там обрадуются.
Что мы и сделали.
Сказать, что немец был удивлен, это не сказать ничего. Его удивление граничило с безумием. По-моему, он точно решил, что сошел с ума.
— Я, конечно, газетал в читаях, — от изумления он стал путать русские слова, — что человеки пострадали от пахучих салфеток. Но я же толком знал, что мы не пакуем салфеток для отмывания…
Глядя на его выпученные глаза, мне хотелось налить ему валерьянки. Ниро молча ходил по комнате:
— Ну, вы же видите, что упаковки салфетки и крема совершенно идентичны. Может быть, вы просто не в курсе?
Немец сглотнул и из багрового стал фиолетово-баклажанным.
— Я четыре года торг веду ваша страна дремучая, знаю, в деталях, производит наша достойная фирма, — выдохнул наконец он, оправившись от возмущения. — Я же не полный идиот. Я позвонить в фирму, конечно, могу…
— Да, будьте добры, — встряла я, — так лучше будет…
— И включите громкую связь, так, чтобы я тоже слышал, — добавил мой любимый.
— Хорошо. — Немец решил не спорить и набрал номер телефона.
Я не понимала, что он говорил, но по возмущенным репликам, маханию руками и по тому, как немец продолжал наливаться краской, мне было понятно, что разговор оказался достаточно неприятным. После особенно громкой тирады немец бросил трубку, так что телефон подпрыгнул и трубка рухнула на пол.
— Отлично, — закричал немец на Ниро, — я есть уволен! — И он захохотал. — Я так и думал! Я есть сошел с Ума!!!
У меня от удивления подкосились ноги, и я плюхнулась на диван. Немец хлопнул дверью и выбежал из комнаты.
— Что они ему сказали? — С испугу я перешла на шепот.
— То, что если он не владеет ситуацией да к тому же не может запомнить наименования производимой фирмой продукции, то он не имеет права представлять их фирму.
— И что?
— И посоветовали обратиться к врачу.
Глава 4
ВОПИЮЩИЕ ФАКТЫ
Я ехала к себе в издательство и размышляла. Я пыталась сопоставить известные мне факты о «Милене» с тем кошмаром, который обрушился на несколько сотен человек.
Конечно, по чьей-то случайности или по небрежности или оплошности в изделия могли попасть посторонние компоненты. Скажем, они могли запросто переложить больше ароматической отдушки или долить больше масла или пересыпать стабилизатора.
То есть изменить соотношение тех компонентов, которые обычно используют. Так хозяйка, когда готовит пирог, может переложить масла, яиц и недоложить сахара, но очень маловероятно, что она добавит в тесто для пирога стиральный порошок. Еще менее вероятно, что туда попадет морилка для тараканов.
Но в случае с «Миленой», пользуясь нашей аналогией, в тесто добавили даже не морилку для тараканов, а крысиную отраву, и в огромных количествах.
Я не знала, что конкретно положили в эти ароматические салфетки, Ниро только собирался сегодня выяснить, но совершенно очевидно, что это что-то сильнодействующее. Получалось, что в косметической фирме в чан с кремом добавили огромное количество крысиной отравы. Сделать такое случайно? Не верю!
Я вылезла из моего верного красного «жигуленка» и отправилась на второй этаж своего издательства, где в трех больших комнатах работали женщины, которые вбивали тексты на компьютер и занимались редактурой. Здесь же работали две художницы.
Я решила провести мини-маркетинговое исследование по поводу крема «Милена». Я стала расспрашивать женщин, пользуются ли они «Миленой». Быстро выяснилось, что из моего коллектива шесть человек употребляли продукцию этой фирмы. Причем четверо очень длительное время. Одной из них, пожилой даме, муж привозил ее из-за границы, пока та не началась продаваться в наших магазинах. Эта дама считала продукцию «Милены» средством от многих бед. Сейчас они были напуганы и растерянны. Никого не оставили равнодушными газетные статьи и телевизионные выступления. Но самое удивительное, что ни одна из них не пострадала от этого крема. Более того, они спокойно продолжают пользоваться им из тех запасов, которые были дома. Другое дело, они боялись покупать новую продукцию. Так-так… Я направила стопы в свой кабинет.
Усевшись в большое кресло «шефини», я откинулась на нем и запустила руки в свою роскошную шевелюру. Надо подумать. У меня создалось впечатление, что все проблемы были связаны с одной недавно возникшей партией этого товара. Мои женщины говорили, что они покупают этот крем постоянно в одних и тех же магазинах. У нас на работе покупали то в ГУМе, то в «Москве».
Так толком ничего и не надумав, что сильно меня рассердило — как-никак я не относила себя к числу бестолковых, — занялась работой, которая в данный момент требовала моего повышенного внимания. Только вечером, по дороге домой к Ниро, я вернулась к размышлениям о «Милене». Я надеялась, что к моему возвращению он уже будет дома. Однако Ниро еще не было. Чтобы не томиться от безделья, я отправилась на кухню, в его вотчину, и решила приготовить что-нибудь особенное.
Поскольку удивить моего любимого гораздо сложнее, чем кого бы то ни было, да и меня в последнее время, впрочем, тоже, я долго листала кулинарные книги, пытаясь выискать что-нибудь особенное и соотнести это с тем запасом продуктов, которые были у Ниро.
Мамашу Крокодайл (для тех, кто не в курсе — она у Ниро что-то вроде домоуправительницы) я уже не застала, поэтому попросить что-нибудь еще было невозможно. Приходилось пользоваться тем, что оказалось под руками. Под руками оказалось; несколько прекрасных свиных отбивных, свежая малина, сливки. И я решила изобразить нечто нетривиальное.
Сначала слегка поджарила свиные отбивные, потом залила их сливками, в которых они потушились минут пять, и обложила все это малиной. После чего дала всему этому вскипеть. Я очень надеялась, что Ниро сейчас появится и надежды мои, что я его поражу своими кулинарными изысками, оправдаются.
Я решила ни о чем не расспрашивать его до того момента, пока он не насытится, потому всем известно, что голодный мужчина и сытый мужчина — две большие разницы.
Ниро едва успел вымыть руки и устремился к накрытому столу. Он очень скептически отнесся к тому, что я приготовила, и сразу сказал, что «Шато д'Обриан» надо заменить на «Шато д'Обреаль», потому что первое убивает вкус малины. Потом долго причмокивал над первым кусочком и сказал, что ему никогда не приходило в голову соединить свинину со сливочно-малиновой подливкой. Но в целом мой повелитель остался доволен необычным блюдом. И сказал, что его можно готовить и впредь. Такая похвала в его устах весьма редкое событие! Блюда, которые я придумала (и которые готовила здесь) и которые заслужили похвалы, можно было пересчитать по пальцам.
Закончив обед, мы стали неторопливо обсуждать события минувшего дня, хотя вопросы так и выскакивали из меня, как чертики из табакерки. Но, зная, что мой любимый предпочитает все рассказывать сам, я старательно ждала конца его повествования.
Когда мы с ним утром расстались, он поехал в представительство. По нескольким причинам. Первое — он хотел взять обещанную ему формулу кремов «Милены». Второе — он хотел получить от Ханса какой-нибудь документ, что он, Ниро, является уполномоченным представителем немецкой фирмы и может от ее имени действовать и задавать вопросы, связанные с их продукцией. Кроме того, ему хотелось убедиться, хотя бы для себя, что сама фирма действительно не имеет отношения к катастрофе.
— И ты знаешь, дорогая, я, кажется, что-то нащупал, вот посмотри, только возьми у меня со стола большую лупу.
Я помчалась за лупой, а когда вернулась, он извлек на стол пакетик, в котором когда-то лежала злосчастная салфетка, только уже пустой, с аккуратно отрезанной верхней гранью, и неподдельный тюбик с кремом от «Милены».
— Вот гляди сюда… сюда… и сюда. — Он показал на заднюю сторону упаковок.
Я вовсю силилась разглядеть загадочное что-то, на что он мне показывал.
— Если ты возьмешь лупу, то увидишь, что цветные точечки, образующие рисунок на коробке крема, гораздо отчетливее и имеют ровные очертания. А на пакете из-под салфетки они расплывчаты и неровны. Теперь, если ты возьмешь линейку или измерительный циркуль, то увидишь, что все элементы на этих обложках совпадают и расстояние между ними совершенно одинаково.
Теперь я видела, что именно он мне хочет показать.
— А вот этот прямоугольник? — Я обрадовалась, что нашла расхождения.
— Правильно! — Он удовлетворенно посмотрел на меня. — Единственное, что исчезло с упаковки салфетки, это список содержимого. И вместо него появился ровный квадратик. А штрих-код остался совершенно одинаковым, что меня и насторожило. Два разных изделия, пускай даже одной фирмы, не могут иметь одинаковый штрих-код. Ведь штрих-код в переводе на наш человеческий язык — это не более чем длинное число, уникальное и присущее только данному товару.
— Вот это да! — воскликнула я. — И как же оно расшифровывается?
— Ну, для того чтобы расшифровать конкретный штрих-код, нужен весьма объемистый справочник, которого у меня нет. Но в общих чертах это звучит так: первая цифра штрих-кода относится к стране, которая производит этот товар, дальше следует группа, относящаяся к категории товара. После этого ряд цифр, закрепленных за конкретной фирмой. Ну, и самая последняя группа — это конкретное изделие.
Тут он оторвался от упаковок и посмотрел на меня:
— Но что самое главное, это то, что на двух разных товарах никогда не может быть одинакового штрих-кода.
— А как их отличать? — изумилась я.
— В случае с «Миленой» последняя группа кода — цифры и ширина и расстояние между полосками кода должна быть различной. То есть штрих-код на салфетке однозначно гласит, что это ночной крем для лица, производимый фирмой «Милена».
— Не поняла! — Я действительно была настолько ошарашена, что не очень поняла, что же хочет сказать этим мой любимый.
— Все просто, — мой человечище поморщился от моей бестолковости, — этот товар вообще не мог быть сертифицирован, выпущен и допущен к продаже. Даже по формальным признакам, не вдаваясь в содержимое этих салфеток. Потому что на лицевой стороне значится, что это ароматические салфетки, а штрих-код уведомляет покупателя, что это ночной крем.
— Получается, что название продукции дублируется?
— Да, — Ниро задумчиво почесал подбородок. — Впрочем, как и на всех товарах со штрихкодированием. Один раз для людей — словами, второй раз для машин — штрих-кодом. Получается, что не «Милена» выпустила этот товар, ей бы просто не дали торговать им. Хотя в нашей стране… сейчас…
— Ну и кто же все это сделал?! — воскликнула я.
— В этом-то вся и загвоздка…
Ниро встал с кресла и отправился за своими любимыми шариками.
— Более того, — его голос донесся из коридора, — именно это надо выяснить нам с тобой.
Он вернулся и уселся в кресло. Точно, из его руки доносилось музыкальное курлыканье.
— А что же было внутри? — Я вспомнила, что он ничего не сказал о начинке. — Отчего же тот кошмар начался? Или ты не успел…
— Ну, это с одной стороны чудовищно, с другой — вообще забавно. Но к косметике это имеет самое отдаленное отношение. Я с утра заехал к Рупперту в химический институт, ты его не знаешь, но я как-то с ним работал.
— И что твой Руппапорт? — Я слушала затаив дыхание.
— Не Раппапорт, а Рупперт! Он аккуратно извлек из этого пакета то, что вызвало такой переполох в кафе. И… — Мой любимый театрально развел руками.
— Да ну тебя!
— Не вдаваясь в подробности, так называемая салфетка представляет из себя кусок специального устойчивого нетканого технического полотна, пропитанного ортофосфорной кислотой с небольшим количеством ароматической отдушки. Эта кислота и съедала кожу на лице и руках.
— Ужас! Но неужели это не было заметно?
— Так ведь ты вытаскиваешь из пакетика салфетку не задумываясь. Пахнет вроде хорошо, влажная на ощупь — спокойно начинаешь вытирать руки и лицо. А щипать и жечь она начинает спустя некоторое время, когда уже поздно…
— То есть к косметологии этот продукт не имеет никакого отношения?
— Ну что ты! Эта так называемая салфетка была специально изготовлена для того, чтобы произвести задуманный эффект.
— Но это же самая натуральная диверсия! Абсолютно бесчеловечная! — От возмущения я не знала — то ли разразиться слезами, то ли бежать куда-то. — Но ты уверен в этом?
— Абсолютно. И вот по каким причинам. Смотри, по дороге к Рупперту я купил несколько салфеток других фирм, они устроены довольно похоже, без серьезных различий между собой. — Он вытащил ворох салфеток. — Пакетик из упрочненной бумаги, ламинированной пленкой, внутри кусочек волокнистой бумаги типа салфетки, чуть прочнее. Пропитан водой с небольшим количеством одеколона или косметического молока.
— Ну так и в этом салфетка такая же. Только эта… осто… кислота с фосфором…
— Ортофосфорная.
— Вот-вот! Может, ее случайно в чан опрокинули, когда состав для салфеток готовили!
— Ничего подобного! — Ниро покачал головой. — Любая бумага, использованная как основа обычных салфеток, распалась бы под воздействием кислоты. Поэтому такое в принципе невозможно.
— Так что получается, кто-то намеренно это сделал?
— Да. — Ниро встал и нервно заходил по комнате. — Совершенно очевидно, что это сделано намеренно. Ни о какой случайности, небрежности, пускай даже и преступной, говорить нельзя. То есть совершенно однозначно, что это выпущено не фирмой «Милена», по крайней мере не на их основных заводах. Это специальная партия, чтобы покалечить людей.
— А упаковка? — Я все еще не могла смириться с мыслью, что кто-то намеренно калечил ни в чем не повинных людей.
— Упаковка переснята, то есть для образца взята упаковка ночного крема, на которую было аккуратно наклеено новое название, а сзади заклеено содержание. После этого полученное новое изображение использовалось для создания новой салфетки.
— Получается, что какая-то новая компания специально изготовила эти салфетки, чтобы калечить, уродовать людей?
— Ну, непонятно, компания или кто-то другой, но не «Милена», это точно. — Ниро задумчиво качал упаковку на ладони.
— А насколько сложно изготовить эти пакеты, это же целое производство?
Ниро стал снова пристально рассматривать упаковку салфетки.
— Это легко выяснить. Если это типографское изображение, то тогда действительно требовалось много оборудования, чтобы изготовить эти упаковки… С другой стороны, посмотри, ют шов перекошен. — Он подал мне лупу с салфеткой. — Вот здесь обрез не такой ровный… Да, надо будет это исследовать всерьез… Я молча рассматривала.
— Как ты думаешь, сможем мы "выяснить, кто произвел этот, с позволения сказать, товар? — Я решила для себя понять, что же мы собираемся делать. — Ведь понимаешь, что получается: я сегодня разговаривала со своими девочками, они давно покупают «Милену» в ГУМе и в «Москве». Никаких вредных последствий для себя не замечают. Представитель тоже говорил, что они работают только с крупными магазинами и не поставляют товар мелкими партиями, а также не используют торговых агентов, которые разносят образцы товара и предлагают его отдельным людям.
— Может, нам попытаться найти, где же продается эта «Милена». — Мой любимый был очень задумчив.
— Ну что ж, отличная мысль, но сегодня уже все магазины закрыты, так что можем продолжить медовый месяц пока. Пока…
Глава 5
РАССЛЕДОВАНИЕ. ЭКСПЕРТИЗА. АНАЛИЗ

Сегодня! Сегодня я должна доказать всем, что я самая-самая! Такая мысль посетила меня утром перед зеркалом в ванной, когда я старательно расчесывала свою замечательную, роскошную рыжую гриву.
Оторвавшись от пристального созерцания своей сногсшибательной красоты, я решила все же заняться и более насущными проблемами. До обеда нужно было управиться со всеми моими делами на работе, а начиная с часу, когда мой человечище закончит свои изыскания, встретиться с ним и предпринять экспедицию по магазинам, которую мы, доедая взбитые сливки с кофе, обсуждали вчера за ужином.
Я заглянула в спальню. Мой ненаглядный, вместо того чтобы любоваться моим неземным утренним нарядом, дрых самым возмутительным образом! И это притом, что вчера он улегся спать пораньше, старательно уверяя меня, что ему просто-таки жизненно необходимо встать с утра с петухами!
Одеяло ритмично поднималось на его груди от могучего дыхания, но голая пятка, выглядывающая из-под него, была так соблазнительна!
Раз этот нахал и еще так возмутительно игнорировал мои утренние усилия по наведению марафета, сейчас я ему устрою! Сейчас…
Пускаю воду похолоднее, мочу полотенце и, подкравшись к нему совершенно бесшумно, накидываю ему мокрое, холодное полотенце (брр!!!) прямо на доверчиво выставленную из-под одеяла ногу!
Аи! У-ух!
Что-то меня подкинуло, перевернуло и засунуло под одеяло!!!
Опять он меня перехитрил… Никак не могу привыкнуть к его хитрющим ловушкам! Ну вот, вся красота насмарку…
Смотрю на часы — кошмар! Уже десять… Это караул какой-то: пока я мечтала в ванной… и после ванной… кто-то самым нахальным образом украл у меня почти два часа, я же так ни черта не успею сегодня сделать!
Бегом на кухню, что-нибудь перехватить, в спальню, переодеться, вниз, к машине и быстрей-быстрей в издательство… Хоть что-нибудь успеть сделать из того, что я так старательно распланировала еще с вечера!!!
…Да, нельзя сказать, что мне, такой самостоятельной и деловой дамочке, удалось много сделать до того, как мы в обед встретились с моим любимым…
Итак, большая экспедиция по поиску злоумышленников стартовала. Чтобы не привлекать излишнего внимания, отправились на моем «жигуленке». Парочка как парочка.
Для начала мы стали заезжать во все магазины подряд, интересуясь наличием вариантов продукции немецкой фирмы «Милена». И в первую очередь столкнулись с так называемым психологическим фактором. Во-первых, косметические отделы в крупных магазинах были пусты. То есть совсем пусты, напрочь, что для нашей страны на сегодняшний, девяносто пятый год просто неслыханно. (Я имею в виду не отсутствие продукции — это как раз было бы не так удивительно, а просто полное, фатальное даже можно сказать, отсутствие покупателей.) Продавщицы были озлобленными, точно у них за спинами не баночки с кремами стояли, а гремучие змеи вились в клубках и шипели.
Так вот, когда мы этакой влюбленной парочкой подходили к прилавку, нам были весьма рады, но, когда мы спрашивали что-нибудь от «Милены», от нас шарахались как от прокаженных. Вместо того чтобы просто купить что-нибудь, нам, чтобы добиться своего, приходилось говорить, что мы из следственной группы или из отдела экспертизы и нам надо сделать анализ. Это чуть-чуть успокаивало продавцов, но мало кто мог нам помочь. Только в двух крупных универмагах — в «Добрынинском» и «Весне» на Народного Ополчения — мы смогли купить крема «Милены», в остальных товары этой фирмы были изъяты из продажи и опечатаны на складах.
А вот с маленькими магазинчиками, отдаленными от центра города, проблем не было. Они по-прежнему торговали «Миленой».,Нас, точнее Ниро (так как я не могла оторваться от мобильного телефона и сидела в машине, решая неотложные рабочие проблемы), не везде встречали с ужасом в глазах и охотно сбывали товар «Милены».
Мы приобретали одинаковый набор — весь ассортимент по одному экземпляру — и складывали в пакет с названием и адресом магазина. К концу вояжа мой «жигуленок» был погребен под ворохом свертков, а мой любимый ворчал, что он скоро утонет в этом море кремиков.
Решив, что нам достаточно, мое ненаглядное чудовище зарычало, что не может больше оставаться без обеда, даже если начнется землетрясение, потоп и пожар одновременно, и мы спешно отправились домой сортировать добычу.
Понятно, что такой адский труд, как разбирать свертки с косметикой, нельзя было делать на голодный желудок, поэтому мы разделились.
Ниро пошел шуровать на кухню. Я же скинула туфли на высоком каблуке — вы бы их видели — точно, лопнули бы от зависти, но ноги болят! — и босиком пошлепала в кабинет, где захватила большой стол, на котором можно было разместить нашу добычу. (Однако и у меня в животе уже булькает!) На столе я разложила большие листы бумаги, написала на каждом название магазина и его адрес, а на сами листы поместила то, что мы набрали в магазинах. Особое внимание уделила образцам, в которых попадались ароматические салфетки. Я достала также образцы продукции, которые мы получили в представительстве.
Стараясь не обращать внимания на вопли моего желудка и не принюхиваться к соблазнительным запахам с кухни, я стала внимательно их сравнивать.
Думая, не мерещится ли мне это с голодухи, я вскоре заметила две особенности. Первая — ассортимент товаров «Милены» из крупных магазинов, которые были перечислены в справке из представительства, полностью соответствовал тому ассортименту, который был и на выставке в самом представительстве. Во всех же остальных ассортимент был гораздо беднее.
Преобладали салфетки и тюбики с кремом. Причем, если приглядеться внимательнее, мне казалось, что упаковка тюбиков немножко отличается от аналогичной упаковки, полученной от представительства.
Прерванная громким воплем голодного тигра, что пора идти обедать, я с радостью оставила свои размышления и целиком погрузилась в мир кулинарного блаженства.
…Конечно, кулинария — это искусство, да еще какое!
А мой бегемотище время от времени превосходит самого себя. (Я так думаю, особенно когда он очень голоден!) Но как же тяжело думать после такого обеда! Ощущение, что все мозги куда-то подевались и остался только желудок.
Для того чтобы хоть немного прийти в рабочее состояние, мы взяли обиженного на нас Ролланда, который считал, что ему давно не уделяют положенного внимания, и отправились с ним в лес. Лес — это чудо, к которому лично я никогда не привыкну. Так и тянет прилечь на лужаечке… и вздремнуть немного…
Нет, он сумасшедший! После такого обеда наклоняться за какими-то грибами! Ну и что, что они белые? Я тоже красивая!
Часа через два, помимо пришедших в порядок мыслей, мы имели дополнительный багаж в виде корзинки отборных белых грибов, из которых Ниро собирался соорудить прекрасный ужин.
Когда мы вернулись, Ниро завернул на кухню, чтобы почистить грибы. Я отчаянно запротестовала:
— Если мы сейчас еще поедим, то мои мозги отключатся окончательно и останется пойти спать. Так что изволь отставить грибы в сторону, они у тебя прикрыты листьями и спокойно подождут пару часов. Посмотри на то, что я уже тут сделала. Зря мы, что ли, полдня таскались по этим магазинам?
И я поволокла его в кабинет, к столу, на котором были разложены образцы. Ниро долго сопел, разглядывая то, что я ему показывала. В конце концов он согласился со мной и нашел еще несколько отличий, которые я не заметила.
Создавалось впечатление, что товар в крупные магазины и в мелкие поставлялся различными фирмами. Хотя и на тех и на других было написано «Милена».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
загрузка...


А-П

П-Я