https://wodolei.ru/catalog/mebel/Ingenium/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


VadikV



115
Верт Уильямс: «Ада Далла
с»



Верт Уильямс
Ада Даллас




«Верт Уильямс. Ада Даллас»: Радуга; Москва; 1989
ISBN 5-05-002592-3
Оригинал: Wert Wiliams, “Ada Dallas”
Перевод: А. Горский, Нина Львовна Емельянникова

Аннотация

В центре остросюжетного роман
а современного американского писателя судьба женщины, ставшей с помощь
ю большого бизнеса губернатором штата. В книге разоблачаются политичес
кие интриги законодательных органов штата, махинации и коррупция, царящ
ие во время предвыборной кампании, рассказывается, как ради достижения с
воей цели губернатор штата и начальник полиции не брезгуют никакими сре
дствами.

Верт Уильямс
Ада Даллас

1

СТИВ ДЖЕКСОН

Башня. Когда едешь по новоорлеанскому шоссе, она видна за добрые десять м
иль: стройная, прямая, сужается она к острию шпиля, откуда рвется в небо фл
аг, а небо над ней Ц то огненно-синее в ярких лучах солнца, то серое, как на
дгробье, когда мрачные тучи низко нависают над столь же мрачной землей.
Внутри башни Ц этого, конечно, не увидишь за десять миль Ц разместились
плотно пригнанные один над другим двадцать четыре яруса офисов. В офисах
подписывают документы, что даруют или отнимают миллионы, и едва слышно п
роизносят слова, что стоят куда больше миллионов, а в одном из кабинетов т
акое слово дарует или отнимает жизнь.
Трижды в самой башне совершалось убийство, и мраморные стены ее до сих по
р хранят следы пуль.
Первым из трех, нашедших смерть в башне, оказался доктор Карл Вайс. Вторым
Ц губернатор Хьюи Пирс Лонг, пуля настигла его секундой раньше, чем Вайс
а, но умер он не сразу, а много часов спустя, на больничной койке. Третьей бы
ла женщина, властная, безжалостная и прекрасная, но она допустила одну ош
ибку.
Глядя, как приближается под неумолчное шуршанье резиновых шин, похожее н
а мягкий перестук погребальных барабанов, и все глубже уходит в серое не
бо шпиль башни, я вспоминал те времена, когда, мчась по шоссе на свидание с
Адой, вот так же смотрел, как вонзается ввысь башня. На свидание с губернат
ором Адой Мэлоун Даллас, резиденция которой размещалась в той самой башн
е, Капитолии штата Луизиана.
А воспоминания эти одно за другим возвращали меня к той поре, когда губер
натор Ада Даллас была просто Адой, которую я любил и которая по-своему люб
ила меня.
Вот о чем я думал по пути из Нового Орлеана, глядя, как уходит в мрачное дож
дливое небо башня, становясь все выше и выше, все шире и шире. Я ехал на похо
роны Ады.
В день, когда я встретил ее впервые, я тоже ехал в машине по этому шоссе, тол
ько в обратном направлении. Минуло восемь лет, а мне кажется, что всего лиш
ь восемь недель. Раз события позади, времени не ощущаешь. А если есть веска
я причина их вспоминать, то прошлое восьмилетней давности вспыхивает в п
амяти не менее отчетливо, чем эпизод восьмичасовой давности.
В тот субботний день восемь лет назад, не имея никакого серьезного намер
ения и даже не сознавая как следует, чего мне хочется, я вышел из дома, пере
сек ослепительно белый, с тенью по краям бетонный дворик, открыл калитку
горячей от солнца железной решетчатой ограды и, очутившись на улице, сел
в только что купленный мною подержанный "бьюик", ждавший меня у обочины тр
отуара, и тронулся в путь. Машина, казалось, сама выбирала дорогу, стремясь
поскорее вырваться из хаоса и тесноты Французского квартала, и устремил
ась на восток по шоссе, идущему параллельно океанскому побережью. Сперва
океана не было видно Ц только зеленые поля, пересеченные извилистой ле
нтой серого шоссе; но вскоре я уже ехал вдоль коричневой полосы пляжа и лю
бовался Мексиканским заливом Ц бесконечной гладью, полыхающей под ярк
о-синим полотном неба, в котором тлел раскаленный шар полуденного солнц
а. Я не сводил глаз с этого блеска и мчался вперед. Я не знал, куда еду, я ехал
и ни о чем не думал. Наверное, меня гипнотизировало постоянное мерцание б
есконечной глади или горящая синева над головой. По крайней мере теперь
мне так представляется. Я пересек большой мост у залива Святого Людовика
, миновал Христианский пролив, Галфпорт и, наконец, Билокси, но, даже поняв,
что уехал довольно далеко, все же продолжал устремляться вперед, поддава
ясь гипнозу солнца, неба и ослепительной воды.
Не раз с тех пор думал я о том, как изменились бы судьбы и жизнь многих люде
й, если бы в Билокси, штат Миссисипи, я повернул и поехал назад, к тому, что с
читалось моим домом. Но я не повернул. Я продолжал мчаться вперед.
Я проехал почти двести миль и очутился в городе Мобил, штат Алабама, предо
пределив, сам того не ведая, почти на восемь лет историю штата и насильств
енно перекроив судьбу бессчетного числа людей. Но ведь я и не подозревал,
что только из-за того, что в Билокси я не повернул назад, события вдруг при
мут совсем иной оборот. Миновав первые дома Мобила, я увидел стоявший фас
адом к коричневой полосе пляжа импозантный белый мотель, увенчанный нез
ажженной неоновой вывеской: "Остановись здесь!"
Я подчинился приказу, решив, что заехал слишком далеко, чтобы в тот же день
вернуться обратно. Переночую здесь, подумал я, утром полежу на солнышке, п
окупаюсь, а днем отправлюсь домой. Я въехал на стоянку, вошел в контору и з
арегистрировался у женщины-администратора с лицом, на котором жизнь ост
авила свой отпечаток. Получив у нее ключ от домика и расположившись, я дол
го нежился в ванне с теплой водой.
Когда я наконец вылез из ванны, небо за окном уже совсем потемнело. Обвяза
в вокруг бедер большое банное полотенце, я звонком вызвал коридорного, д
ал ему деньги и попросил купить бритву, недорогие купальные плавки и бут
ылку виски в супермаркете неподалеку на шоссе.
В дверь постучали. Я открыл, но это был не коридорный, а женщина-администр
атор. Я хотел было закрыть дверь, но она, сказав: "Ничего, ничего", вошла. Она п
ринесла то, что я заказывал, и положила все эти вещи вместе со сдачей на ст
ол.
Ее взгляд, скорее просто любопытствующий, нежели оценивающий, остановил
ся на мне.
Ц Больше ничего не нужно, Ц сказал я.
Она коротко и чуть зло усмехнулась:
Ц Уверены?
Неужто у меня вид человека, так сильно в чем-то нуждающегося? Ей было само
е меньшее лет пятьдесят, волосы выкрашены в чудовищный фиолетово-коричн
евый цвет, а порочное лицо явно носило печать возраста.
Ц Уверен, Ц ответил я.
Но она не уходила.
Ц А мне показалось, Ц сказала она, и ее неподвижные зрачки вонзились в м
еня, Ц мне показалось, что вы не прочь провести время с красивой молодой
дамой. Среди моих приятельниц есть очень красивые молодые дамы.
Ц Вы ошибаетесь.
Ц Это не совсем обычные девицы, это очаровательные молодые дамы.
Ц Нет, сегодня не стоит.
Ц Одна из моих приятельниц очень интеллигентная дама. Мне кажется, вам б
удет приятно с ней поболтать.
Она сказала, что вызов обходится в сто долларов. За целую ночь, конечно, а н
е за несколько минут. Разумеется, согласился я, но сегодня не стоит.
Уже держась за ручку двери, она повернулась и сказала: "Семьдесят пять", и я
был поражен, услышав после секунды молчания собственный голос: "Ладно".
Она улыбнулась, но не торжествуя, а с таким видом, будто с самого начала зн
ала, что я соглашусь, будто этим "ладно" неминуемо должен был завершиться н
аш разговор, и вышла.
Когда она ушла, я задумался над тем, почему ответил согласием. Ведь мне же
не хотелось. Может, от скуки, может, от одиночества, может, из-за того, что он
а скинула двадцать пять долларов, а скорее, пожалуй, из-за пассивности. Эт
о состояние уже давно не покидало меня. В последующие годы я нередко удив
лялся тому, что за удача, или как это по-другому назвать, подтолкнула меня
согласиться. Но, разумеется, доля удачи здесь была мала. Это я сам, Стив Дже
ксон, сказал "ладно", во-первых, в силу любопытства, во-вторых, чтобы провес
ти время, а главное, как я уже сказал, потому, что мне было на все наплевать.

Я побрился, оделся и вышел во двор полюбоваться заливом, теперь совсем че
рным. Желтая лунная дорожка, словно разрезая его, уходила за горизонт. Ноч
ной ветерок был слабым, но от воды тянуло прохладой. Я продрог и пошел обра
тно в свой домик читать лежавшую на столе местную газету и думать, какой ж
е будет девица, что вот-вот явится ко мне.
Спустя полчаса в дверь снова постучали. Я отворил, из коридора хлынул све
т, и я очутился лицом к лицу с высокой красивой девушкой в похожем на хитон
белом платье.
Она спокойно стояла в дверях и улыбалась. Я не сводил с нее глаз, не потому
что был изумлен Ц я ведь так и не придумал, какой она будет, Ц просто на мг
новенье я замер. Бывают минуты, когда одна половина разума полностью отк
лючается, в то время как в другой его половине колесики продолжают враща
ться, безошибочно фиксируя поступающие извне импульсы и превращая их в и
нформацию. Поэтому, хоть я и стоял, онемев и, наверное, разинув в удивлении
рот, мой мозг тем не менее неуклонно фиксировал: у нее правильные, но черес
чур волевые для настоящей красавицы черты лица (позже я понял, что ошибся:
она была на самом деле красивой), обещающая сладости и утехи фигура антич
ной богини, а во взгляде ум и проникновение. Она умела видеть. Когда наши в
зоры скрестились, я понял, что она умеет видеть.
Перед этим ее умением видеть я был обнажен, беззащитен и ошеломлен. Она ул
ыбнулась, пытаясь помочь мне прийти в себя, и я почувствовал, что с меня со
рвали все покровы.
Я проглотил комок в горле от волнения и беспечным, как мне казалось, тоном
сказал: "Привет! Входите!" Ц неприятное чувство, которое испытываешь, когд
а тебя рассматривают, прошло. Теперь она казалась мне просто рослой и оче
нь хорошенькой девушкой.
Все так же улыбаясь, она вошла в комнату. На ее лице, непроницаемо спокойно
м, с классическими чертами, почти не было косметики, только губы были накр
ашены, а духи скорее служили средством освежающим, чем возбуждающим. Она
с успехом могла сойти и за учительницу из воскресной школы, и за проститу
тку, кем она, собственно, и была. Грациозной походкой, медленно ступая длин
ными ногами, она прошла по комнате, и смотреть, как она двигается, было нас
лаждением.
Высокая, еще раз отметил я, но не худая. Правда, и не полная: как раз в меру дл
я ее роста.
Ц Добрый вечер! Ц В ее голосе слышалась не просто вежливость, а тщатель
но размеренная элегантность. Ц Меня зовут Мэри Эллис.
Тоже нечто необычное. Ей полагалось назвать только имя. Ее, конечно, на сам
ом деле звали вовсе не Мэри Эллис. Но то, что она назвала и фамилию, было заб
авно.
Ц Стив Джексон.
И я тут же разозлился на самого себя, зачем назвал свое настоящее имя Ц я
никогда этого не делал, Ц меня взволновали ее светские манеры в сочетан
ии с откровенной чувственностью, Ц и покраснел от смущения.
Ц Рада с вами познакомиться.
Она стояла прямо передо мной Ц мы были почти одного роста Ц и совсем бли
зко: я ощущал ее близость и исходящий от нее аромат, но все-таки не настоль
ко близко, чтобы это казалось неприличным.
Она продолжала улыбаться своей чересчур вежливой улыбкой, и я понял, что
ей известно про охватившее меня чувство неловкости.
Ц Можно сесть?
Она явно старалась помочь мне прийти в себя.
Ц Пожалуйста. Ц Я тоже не хотел оказаться в стане побежденных. Ц Выпье
те?
Ц С удовольствием.
Смешивая виски с водой, я чувствовал на себе ее взгляд, чувствовал, как пыл
ает мое лицо, и был уверен, что это ее забавляет. Давно уже я не испытывал та
кого смущения.
Я протянул ей стакан.
Ц Спасибо. Ц Она позволила мне разглядеть ее покрытое легким загаром, в
ылепленное по греческому образцу лицо.
Мгновенье мы Ц она сидела, я стоял Ц молчали.
Ц Вам никогда раньше не приходилось приглашать к себе девушку?
Ц Нет, Ц не сразу ответил я.
Ц Как отрадно! Ц отозвалась она с дружеской усмешкой.
Ц Очень рад, что угодил.
Ц В самом деле, Ц подтвердила она и, сделав глоток, с улыбкой продолжала:
Ц Неприятное, но неизбежное обстоятельство: я ставлю себе за правило сн
ачала решать деловые вопросы.
Ц Ну разумеется. Ц Я достал из бумажника несколько купюр, которые вручи
л ей, мне казалось, с достаточным тактом.
Ц Спасибо.
Она, не жеманясь, взяла деньги, пересчитала, затем, продолжая улыбаться уг
олком рта, открыла свою сумочку и решительно опустила их туда.
Поставив стакан, она прошлась по комнате. Она двигалась с усвоенной сдер
жанностью, словно ей вот-вот предстояло сделать какой-то опасный шаг и он
а исподволь готовилась к нему. В ней было нечто обещающее взрыв, Ц такое
впечатление она производила и при первой встрече, и, как мне суждено было
убедиться, всегда и везде. Что сулило наслаждение, в котором немалое мест
о отводилось плоти.
И все годы, пока мне суждено было знать ее, это ощущение затаенной страсти
, пребывающей в ожидании взрыва, так и не исчезло. Не изменилось ни ее тело,
ни те наслаждения, которые оно дарило. За семь лет она, по-моему, не прибави
ла и не убавила в весе и пяти фунтов.
Изменилось только ее чистое золотисто-смуглое лицо Минервы: оно отяжеле
ло; углубилась бороздка, идущая от носа ко рту (результат, по-видимому, бес
конечных испытаний твердости духа и одержанных ею побед); да взгляд став
ших более яркими глаз сверлил с такой настойчивостью, что казалось, если
будешь не мигая, упорно и долго смотреть на собеседника, то сумеешь прони
кнуть в его мысли и добраться до его истинных намерений.
Но в тот вечер в домике мотеля я никак не мог предвидеть всех перемен и сло
жностей, что принесли с собой последующие годы. Я и не думал, что мне сужде
но снова встретиться с ней. Я просто смотрел, как она двигается по комнате.

Надеюсь, я дал понять, что она была удивительно женственной и привлекате
льной, умела Ц что мне суждено было узнать позднее Ц зажечь любого мужч
ину и сама обладала высоким потенциалом чувственности.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52


А-П

П-Я