https://wodolei.ru/brands/Royal-Bath/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Наконец, мужчина последний раз вздрогнул, издав стон, затем медленно и неохотно начал отступать. Она ощутила его поцелуи на своем лице, и затем ей показалось, что она погрузилась в сон, а когда открыла глаза, испытывая приятный озноб, увидела, что Адам уже покинул диван.Женщина села, осознавая свою наготу, свое одиночество. Ей хотелось, чтобы мужчина вернулся и обнял ее. Но он подошел к ней только для того, чтобы протянуть ей халат и свечу.– Ты можешь умыться в соседней комнате, – мягко произнес он. – Я найму тебе экипаж.Это было не отвержением, а всего лишь напоминанием, что мир больше, чем эта полутемная комната.Испытывая неловкость, Каролина собрала свою одежду и прошла в помещение: указанное ей Адамом, где был не только умывальник, но и кровать. «Адам, – думала она, умываясь, – почему ты не возьмешь меня в свою кровать?»Нет, он, конечно, не мог этого сделать. Было поздно, и ей следовало возвращаться домой.Или ей пришлось бы уйти от своего мужа.На какой-то момент Каролина застыла в растерянности, вздрогнув при этой мысли, и задавая себе вопрос, посмеет ли она? Однако представив себе, какая жизнь у нее будет с Адамом, она поняла, что это невозможно. У него нет ни достаточно прочного положения, ни имени, чтобы сопротивляться скандалу. И потом, что будет с Джередом? С ее теперешним мужем, который нуждается в ее помощи, как никогда.Каролина быстро оделась, заколола волосы, проклиная мужа и свой глупый поступок – не теперешний, а совершенный ею четыре года назад.Когда она вернулась в гостиную, Адам стоял перед камином. Заслышав ее шаги, он поднял глаза, полные печали, и женщине снова захотелось очутиться в его объятиях и остаться в них навсегда. Даже теперь, когда страсть была утолена, в Каролине живо отозвалось желание. О Боже, неужели их снова ждет разлука? Какую же ошибку она совершила четыре года назад! Ведь именно этот мужчина должен был стать ее мужем, и никто другой!Но он не стал им. Она связана брачными узами с Джередом и не может покинуть его. Не может стать свидетелем его гибели.Каролина поцеловала Адама и отошла от него, Ей потребовались невероятные усилия, чтобы принять это решение:– Я должна уйти.– Конечно.Адам взял ее плащ и накинул его ей на плечи.Она многое хотела сказать, но о том, что произошло между ними, говорить не могла, а рассуждать о будущем не смела. И в этот момент она вспомнила о своем долге и своей чести.– Надеюсь, теперь Джеред в безопасности, не так ли? Каролина посмотрела ему в глаза и поняла, как некстати задала она этот вопрос. Адам уставился на нее, отказываясь верить ушам своим. Каро, любимая, центр его Вселенной, суть всего его бытия, отдалась ему, как он полагал, по доброй воле и с радостью, и, как он полагал, этот акт искупил всю горечь и сожаление четырех лет. И вот теперь, когда его мысли и чувства полны только ею и тем, что произошло между ними, она сообщает, что все это было только ради спасения ее мужа.Каролина лгала ему, она посмеялась над ним! Эта женщина оказалась красивой ведьмой. Не добившись ничего уговорами, она решила взять свое обманом.Он видел, что она замерла в ожидании его ответа, на лице ее застыли вопрос и сомнение. Она не уверена в силе своих чар или старается прочесть ответ в его глазах?С отчаянием и гневом Адам встретил ее испытующий взгляд.– Я не плачу за услуги интимные другими услугами, мэм. Надеюсь, у вас нет повода для жалоб?– Адам! – Голос ее дрогнул, и она замолчала.– Мы неплохо провели время, Каро. Хочется думать, что ты получила такое же удовольствие, как и я. А что касается твоего мужа, то пусть он сам выкручивается. – Адам отвел глаза и опустил голову, боясь увидеть искаженное злостью лицо женщины. Подойдя к двери, он открыл ее и холодно добавил: – Экипаж ожидает на улице. Я провожу тебя вниз.Каролина вышла из комнаты вслед за Адамом, лишь из гордости ничего ему не возразив.Два лестничных пролета вниз, крыльцо и две ступеньки в ожидавший ее экипаж.Адам сообщил кучеру адрес и ушел, даже не взглянув в ее сторону.Когда экипаж покатил по мостовой, Каролина плотнее закуталась в плащ и забилась в угол. Никогда прежде ее не бил столь сильный озноб. Ничто не согревало ее, кроме горячих слез, стекающих по щекам.Наконец, она вытерла слезы. Гнев, вскипавший в ней согрел ее. Адам обошелся с ней, как с последней шлюхой. Но она сама в том виновата. Она должна была это предвидеть. Она не была для него воплощением мечты. Он овладел ею не из-за любви. Это ей только казалось, что между ними существует связь, соединяющая сильнее любой брачной клятвы. Адам давно выбросил ее из своего сердца, а у нее не хватило ума понять это. Его поступок был лишь петушиным торжеством, подлой местью, что было слишком низко для этого мужчины.Каролина устало закрыла глаза. Слезы ее уже высохли. Что ж, ей преподали тяжелый урок, но она хорошо его запомнит. Она больше никогда не доверится Адаму Дьюарду. ГЛАВА 1 Испания, март 1813 г.
Усмиряя инстинктивную панику, Каролина принялась разглядывать дикий пейзаж, прислушиваясь к звукам возможной опасности. Женщина отошла далеко от ветхой деревушки, поэтому здесь все выглядело слишком тихим и спокойным. Но она знала, что это спокойствие обманчиво. Опасность являлась составной частью жизни Аскуэры.Каролина побежала вперед, ее ноги в изношенных туфлях то и дело спотыкались о комья еще не оттаявшей земли. Подбежав к полуголым соснам, она остановилась и услышала плеск воды, заглушаемый детскими голосами. Женщина вздохнула с облегчением и, пробравшись сквозь кустарник, устремила взгляд вниз, на крутой берег узкой речки.Три маленькие девочки стояли по лодыжки в воде: одна – светловолосая, с покрасневшей от солнца белой кожей; две другие – черноволосые и смуглокожие. Дети были босы и не обращали внимания на ледяной холод совсем недавно начавшего таять снега.Мгновенно чувство облегчения Каролины сменилось гневом:– Эмили! – крикнула она пронзительным голосом. Светловолосая девочка обернулась. У женщины сжалось сердце, когда она увидела, как быстро исчезла радость с детского личика дочери.– Со мной все в порядке, мама! – ответила девочка успокаивающим тоном, свойственным обычно детям более старшего возраста, хотя малышке не исполнилось еще и четырех.– Дело не в этом, – произнесла Каролина уже спокойнее, спускаясь к берегу. Она по привычке говорила Эмили по-испански и переходила на английский, только когда они оставались вдвоем. – Ты знаешь, что нельзя уходить за деревню без взрослых. Никому из вас нельзя, – строго добавила она, взглянув на Хуану и Беатрис.– Наша мама разрешает. – Семилетняя Хуана, самая старшая из девочек, казалась обиженной, но это, возможно, из-за того, что их мама не прибежала за ними, как мама Эмили.– Это неправда, – возразила женщина. Она знала, что Адела Соро беспокоилась о своих детях не меньше Каролины, но у той на руках были еще два малыша, и она не всегда могла усмотреть за всеми сразу. – За вами должна была прийти ваша мама, но вместо нее пришла я. Обувайтесь. Мы уходим в деревню.Хуана и Беатрис послушно вылезли на берег, а Эмили умоляюще посмотрела на мать своими большими глазами.– Можно мне побыть здесь еще пять минут?Хрупкая и нежная, с волосами еще более светлыми, чем у Каролины, девочка была миниатюрной копией своей матери, если не считать глаз, которые порой навевали женщине мучительные воспоминания.– Нет! Сколько раз тебе повторять? Здесь небезопасно.Сказав это, Каролина тут же пожалела о своем резком тоне. Ей совсем не хотелось огорчать малышку, и так имевшую слишком мало развлечений. Но уходить так далеко от деревни действительно было небезопасно, ведь если бы здесь появились бандиты или мародерствующие солдаты, то ее присутствие вряд ли бы послужило детям защитой.– Мне очень жаль, керида, Керида – дорогая (исп.) – Здесь и далее прим. переводчика.

– ласково произнесла женщина.Однако Эмили окончательно поняла, что спорить с матерью было бесполезно и, подойдя к валунам, лежащим на берегу, надела носки и туфли.В деревню дети шли молча. Но приближаясь к хижине Соро, Хуана и Беатрис начали обмениваться беспокойными взглядами.Эмили потянула мать за рукав.– Мама, это я позвала девочек к реке, – прошептала она. – Скажи об этом тете Аделе.Беатрис, шагавшая вслед за сестрой, услышала шепот Эмили и обернулась.– Неправда, – возразила она. – Это я предложила.– Не ссорьтесь, – сказала Хуана, напоминая девочкам, кто среди них старший. – Если понадобится, я сама все объясню маме.Прямо с порога вошедших в хижину встретил аппетитный аромат приготовляемой пищи. Адела стояла над кастрюлей, установленной на огне, разведенном прямо на земляном полу посреди хижины, и помешивала обеденную похлебку. В сторонке стоял ящик, служивший колыбелькой, где спал грудной ребенок, а в дальнем углу двухлетний Рамон играл с камешками и лоскутками.Адела взглянула на пришедших, и лицо ее прояснилось. Не переставая помешивать похлебку, она объявила, что рада всех видеть, но обед еще не готов, и дети могут поиграть пока во дворе.Девочки обрадовались, особенно Хуана. Все трое, а следом за ними и Рамон, побежали туда, где прежде был огород их матери, который после последнего отступления обчистили и вытоптали английские солдаты.– Конечно с Эмили останетесь с нами обедать, – сказала Адела и, когда за детьми захлопнулась дверь, добавила: – Спасибо, что привела их назад. Они были на речке?Каролина кивнула.– Эмили обожает воду. В лиссабонском парке был пруд, и мы часто ходили к нему гулять. – Она села на стул, стоявший возле расшатанного стола, являвшегося главной частью мебели в помещении. Страх за дочь, уходившую за пределы деревни, и сожаление из-за того, что девочка лишилась даже такого незатейливого развлечения, вернули Каролине чувство вины, преследовавшее ее в последнее время. – Мне следовало оставить Эмили в Лиссабоне, – призналась она.– Вряд ли для малышки было бы лучше, если бы за ней присматривали чужие люди, – возразила Адела. – Как бы там ни были плохи дела, а детям лучше оставаться с родителями.Именно так Каролина и сказала себе, когда получила известие о ранениях Джереда. После чего начала искать проводника, который бы согласился отправиться с ней к ее мужу.– Может, я поступила эгоистично, – задумчиво произнесла она, – но я не хотела даже на время разлучаться с дочкой.– Если бы ты оставила Эмили в Лиссабоне, то у нее не было бы возможности попрощаться со своим отцом.Невинное упоминание девочки вызвало у ее матери множество неприятных воспоминаний.– Да, – согласилась она, сохраняя внешнее спокойствие. – Да, именно так.Адела отошла от кастрюли и села за стол напротив подруги.– Ты очень смелая, Каролина. Кроме Джереда в деревне оставили много раненых англичан, но ты была единственной женщиной, приехавшей за своим мужем.– Я не могла поступить иначе. Ведь именно из-за меня Джеред оказался здесь.Подняв глаза, Каролина увидела удивленное лицо Аделы и поняла, что сказала лишнее. Даже такой замечательной подруге, какой была эта милая испанка, она не могла сказать, что Джеред ушел в армию, так как его карьеру разрушил мужчина, желавший отомстить его жене.– Из-за меня Джереду пришлось покинуть Англию, – ушла она от прямого ответа на прямой вопрос Аделы. – Он никогда не подходил для армейской службы. – Каролина посмотрела на свою руку с обручальным кольцом. – Я поехала за ним не потому, что страстно любила его, а потому, что любила его недостаточно сильно.Каролина впервые заговорила о своих чувствах к мужу, но заговорила какими-то загадками. Поэтому Адела ничего не поняла из ее слов и лишь едва заметно кивнула. Она сама не видела своего мужа с самого начала войны, когда тот присоединился к одному из отрядов герильерос, Герильерос – партизаны.

воюющему против французов. Возможно, Адела и изменяла супругу за это время, однако в любви своей к нему не сомневалась.Подойдя к полке с посудой, Каролина начала собирать тарелки для обеда. Накрывая на стол, она спросила себя, очень ли она постарела за последние три месяца. Она старалась теперь как можно реже смотреться в зеркало, разве что для того, чтобы убедиться в чистоте своего лица. Ей не хотелось видеть свое новое исхудавшее лицо с шелушащейся кожей, а фигура ее настолько отощала, что все платья на ней просто болтались.– Когда придет весна, армия снова начнет военные действия, – сказала Адела, вернувшись к огню.– Которая из них? – спросила Каролина, усмехнувшись.– Обе. И тогда какой-нибудь английский офицер отправит тебя в безопасное место.Каролина кивнула, хотя понимала, что вряд ли даже самый отчаянный офицер согласится покинуть свой полк ради того, чтобы вернуть женщину с ребенком в Лиссабон. Скорее всего, ей с Эмили придется путешествовать вместе с армией. Многие женщины так и поступали, правда, они были женами, а не вдовами.Но даже если ей удастся добраться до Лиссабона, что тогда? Деньги у нее кончились, а искать родных Джереда – дело безнадежное. Остается только возвратиться в Англию, где она будет вынуждена положиться на милосердие своего брата – не очень-то приятный исход!Больше всего Каролину беспокоило, что английская армия не подойдет к Аскуэре, минуя ее в нескольких милях. А может случиться так, что войско придет сюда с целью разорения здешних мест, и солдаты будут забирать отсюда все, что сумеют увезти с собой. Вместе со скотом и провизией они могут забрать и женщин.Каролина уже не была той беспечной девочкой, которая пять лет назад бездумно заигрывала с Адамом, намереваясь спасти Джереда. Она отправилась в Лиссабон на север Испании в самый разгар зимы, когда многие уверяли ее, что так поступать – чистое безумие. Приехав к раненому мужу, она ухаживала за ним, присутствовала при его смерти и похоронила его. Непостижимым образом Каролина сумела позаботиться о том, чтобы ни она сама, ни Эмили не голодали.Плач ребенка прервал ее размышления. Пока Адела кормила младенца, Каролина разлила похлебку по тарелкам и позвала с улицы детей. Примчавшись, они тотчас набросились на еду, не замечая, что в похлебке нет мяса и совсем мало овощей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56


А-П

П-Я