https://wodolei.ru/catalog/kvadratnie_unitazy/ 

новая информация для научных статей по истории: теория гражданских войн,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира,   национальная идея для русского народа  и  ключевые даты в истории Руси-России
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR Денис
«Стюарт Вудс. Мертвые глаза»: Олма-Пресс; Москва; 1997
ISBN 5-87322-527-3
Оригинал: Stuart Woods, “Dead Eyes”
Перевод: О. Волосюк
Аннотация
Благополучную жизнь актрисы Крис Кэллавей омрачает ощущение, что ее преследуют. В результате несчастного случая она слепнет и делается беспомощной перед домогательствами навязчивого поклонника. Хитроумный и опасный план ее друзей обещает вывести их на мучителя.
Стюарт Вудс
Мертвые глаза
Посвящается Пергаму и Энн Хэрисон
Глава 1
Первое письмо пришло в понедельник. Крис Кэллавей была очень недовольна, когда ее секретарь сообщила ей, что она обнаружила его в почтовом ящике. Марки на нем не было.
Тон письма был дружественным, не слишком почтительным, но и не слишком фамильярным.
"Дорогая мисс Кэллавей!
Ваша игра доставляет мне такое удовольствие, что я не смог не написать вам. Как-то получилось так, что я не видел ваши фильмы вплоть до прошлой недели, когда вечером по телевизору показывали «Каменное сердце». Вы произвели на меня такое впечатление, что на следующий день я посмотрел «Доблестные дни» в Вествуде. А потом я взял напрокат видеокассеты с фильмами режиссеров Мейнлайна и Даунера, и ваша игра оставила неизгладимый след в моей душе.
У вас никогда не было чувства, будто вы знакомы всю жизнь с человеком, встретившимся с вами впервые? У меня возникло такое чувство по отношению к вам.
Еще раз спасибо за замечательную игру. Вы еще услышите обо мне. Поклонник".
Когда Крис приобрела этот дом, она приложила много усилий, чтобы сохранить свой адрес в секрете. Все ее счета приходили в офис ее менеджера, а когда возникала необходимость дать кому-либо адрес, она оставляла номер почтового ящика. Даже ее друзья, думала она, посылают ей рождественские поздравления на номер почтового ящика. А тут какой-то поклонник обнаружил ее адрес! Она вручила письмо своему секретарю.
— Ответь как можно сердечней и отошли его к номеру почтового ящика.
— На нем нет обратного адреса, — отозвалась Мелани, поворачивая конверт в руках.
Крис почувствовала непонятное раздражение из-за невозможности ответить на послание. Многие актеры, она знала, вовсе не отвечали на письма своих поклонников или отсылали их в группу обслуживания, но она отвечала на все, что составляло двадцать — тридцать писем в месяц, а после выхода очередного фильма их число возрастало до ста. Писала их Мелани, а Крис только ставила свою подпись.
— Тогда вызови дежурный патруль, пусть они следят за моим почтовым ящиком.
Мелани бросила на нее взгляд, означавший, что она не верит в серьезность ее слов.
— Крис, ты не перебарщиваешь? Это же не бомба — это всего лишь письмо.
Крис рассмеялась.
— Ты права.
«Боже, — подумала она, — какая ерунда может вывести меня из себя!»
Мелани бросила взгляд на часы.
— Через двадцать минут ты должна быть на занятиях у Грэма Хонга, а в час Денни тебя причесывает.
— Да, пора ехать.
Крис схватила свой спортивный костюм, прошла в гараж и через минуту она уже спускалась по Стоун Каньон в своем «Мерседесе 500SL» с откидывающимся верхом, направляясь в сторону отеля Бел-Эйр и бульвара Сансет. Ее забавляло то, что и в Беверли-Хиллз, и в Бел-Эйр было полно маленьких оригинальных машин, так что свои она могла считать почти анонимными.
* * *
Грэм Хонг был достаточно крупным для азиата, более шести футов, мускулистым, но гибким. Он вел занятия у себя в доме, который был похож не столько на тренировочный зал, сколько на чайный домик. Хонг встретил Крис с чашечкой чая и пригласил ее присесть.
— Вам когда-нибудь приходилось изучать боевые искусства? — спросил он. У него было чисто калифорнийское произношение и никакого акцента.
— Никогда, — ответила она.
Он улыбнулся ей.
— Это хорошо.
— Хорошо? Почему?
— А танцем вы не занимались?
— Я начинала как танцовщица, в Нью-Йорке.
— Отлично. Вы занимаетесь с тренером?
— Нет, у меня небольшой спортивный зал в доме. Я в хорошей форме.
— Хорошо, тогда вы не будете быстро уставать.
— Грэм, — сказала она, — если бы я быстро уставала, я не была бы актрисой. А почему занятия танцем лучше, чем боевые искусства?
— Я читал сценарий, — ответил он. — То, что мы хотим сделать в этом фильме, не содержит ничего ритуального — это обычная драка. Ваш танцевальный опыт поможет вам лучше сохранять равновесие и, в конце концов, сделает ваши движения более грациозными.
Он встал.
— Если вы закончили чай, давайте начнем.
Он отодвинул перегородку, за которой открылась комната достаточно больших размеров, всю площадь которой от стены до стены занимал большой мат да тряпичный манекен. Одна стена была зеркальная с балетным станком.
— Сначала несколько основных положений, — сказал Хонг. — Представим себе, что вам надо драться, драться с мужчиной, который выше и тяжелее вас. Куда вы в первую очередь направите удар?
— Я ударю его в пах, — сказала Крис.
— Почему?
— Потому что, я думаю, это выведет его из строя.
— Может быть, если вы застанете его врасплох. Вы добьетесь большего успеха, если ударите его по голени, а еще лучше — по колену.
— Почему туда, а не в пах?
— Потому что ваша задача — вызвать как можно больше боли. Боль — вот что выводит из строя. В яичках нет ничего такого, что отключит его самого по себе, кроме боли, которую вызывает удар по ним. А если у вас на ногах тяжелые ботинки, вы можете вызвать отключающую или, по меньшей мере, очень сильную боль ударом по голени. Но, если вы ударите по колену, вы отключите его, даже если у Вас на ногах будут туфли или мягкие тапочки. Колено — сложная и чувствительная структура.
— Это интересно, — сказала Крис.
— Я бы не стал рекомендовать это для простой уличной драки, потому что это может вызвать повреждения, которые могут привести к суду и большим медицинским издержкам. Но если кто-то нападает на вас с оружием или представляет смертельную опасность, удар по колену будет идеален.
Хонг взял ее за плечи и поставил в центр комнаты.
— Расслабьтесь, упритесь на обе ноги, наклонясь немного вперед, руки на поясе. Из этой позиции начинается любая атака либо защита.
Крис подняла руки и встала в стойку боксера.
— А разве не так?
— Это защитная стойка, — объяснил Хонг, — в случае, если вы участвуете в боксерском поединке. В уличной же драке вы только успеете подумать, что вы хотите из этой позы нанести противнику удар. А если вы, женщина, сражаетесь с мужчиной, вашим первым оружием должны быть неожиданные действия. Смотрите, я буду делать медленно.
Хонг, стоя лицом к ней, поднял свою левую ногу и слегка ударил по внутренней стороне ее коленки. Она подогнулась, и Крис упала.
Хонг помог ей подняться.
— А теперь попробуйте вы, медленно. Только проведите свою левую ступню к внутренней части моего правого колена.
Крис сделала, как он велел, и он упал на колени.
— Итак, — произнес он, не поднимаясь с пола, — что вы сделали. Во-первых, если вы ударили меня действительно сильно, вы могли повредить мне колено и, может, так серьезно, что я не смогу двигаться без хирургического вмешательства. Во-вторых, поскольку вы заставили меня упасть на колени, я не способен повторить атаку. В-третьих, просто из-за падения всего моего веса на колено, я мог еще больше повредить его. Опытные люди, когда получают подобный удар, стараются не упасть на колено, а перевернувшись, встать, перенеся свой вес на другую ногу. Конечно, если вы поработали хорошо, он сможет встать только на одну ногу, и все равно будет неспособен к дальнейшим действиям.
— М-да, — только и смогла произнести Крис.
— Так, а теперь сможете нанести удар выше головы? — спросил Хонг.
Крис повернулась и ударила его.
— Отлично. Это сработает в первой сцене вашей драки. Вам надо будет просто ударить его по лицу.
Он стоял напротив нее и медленно показывал движение.
— Я могу это сделать, — отозвалась Крис.
— Сделайте. Я хочу, чтобы вы ударили меня в лицо так быстро и гак сильно, как вы только можете. Предоставьте мне возможность самому позаботиться о своей защите.
Крис, которая уже находилась в стойке, выбросила ногу и ударила Хонга по подбородку. К своему удивлению, она сделала это так сильно, что он упал назад. Она бросилась к нему.
— Боже, Грэм, я причинила вам боль?
Хонг, подняв голову, отрицательно покачал ею.
— Я и не думал, что у вас такая быстрая реакция, — засмеялся он, вытирая кровь. — Вы безжалостная женщина, и я больше не буду недооценивать вас.
* * *
Когда Крис вернулась домой, в ее почтовом ящике находилось еще одно письмо без марки.
Глава 2
— Взгляни, — сказала Крис, протягивая Денни Девиру оба письма. — Как это понимать?
Денни расчесывал густые темные волосы Крис, укладывая их по плечам. Отложив фен в сторону, он взял в руки письмо.
— М-да, лапочка, — произнес он, нарочито растягивая слова. — Похоже, ты завела себе воздыхателя.
— Совсем нет, — ответила Крис. — Взгляни на другое.
Денни прочитал второе письмо и изрек:
— "Ты очень атлетична. Я бы не хотел встретиться с тобой в темной аллее". Что, черт возьми, это может означать?
— Я недавно вернулась от Грэма Хонга. Он тренирует меня для нового фильма. Мы занимались, и я случайно, ...ну, не совсем случайно... но непреднамеренно опрокинула его.
— Ты опрокинула Грэма Хонга?
— Он дал мне задание ударить его в лицо, и я сделала это. Он просто не успел вовремя среагировать.
Денни со смехом воскликнул:
— Бог мой, я бы много дал, чтобы увидеть это!
— Денни, дело в том, что тот, кто написал, видел это. Сукин сын преследует меня целое утро.
Денни еще раз прочитал письмо.
— Мне кажется, ты торопишься с выводами. Этот парень видел тебя в фильмах. Помнишь, когда ты ударила в каком-то фильме мужчину бутылкой в... Что это был за фильм?
Крис отрицательно покачала головой.
— Нет, он точно наблюдал за нами.
Денни начал потихоньку массировать плечи Крис.
— Расслабься, лапочка. Ты придаешь этому слишком большое значение.
— То же самое Мелани сказала сегодня утром, когда пришло первое письмо. Ни на одном из них не было марки — он просто кладет их в мой почтовый ящик. Как он, черт возьми, обнаружил, где я живу?
— Лапочка, кто-либо всегда может обнаружить адрес кого-либо. Ты разве не знаешь этого?
— Денни, я никогда не давала этот адрес кому-либо. Даже рождественские поздравления я получаю на адрес почтового ящика. Единственное, что я получаю на этот адрес — это каталоги, на которых не указано имя адресата.
— Хорошо. Но, когда ты покупаешь что-то в Саксе или Неймане, ты посылаешь покупки на этот адрес, верно?
— Нет. Я забираю их сама. Или, если что-то надо поменять, это делает Мелани. Я никогда не давала кому-либо этот адрес, кроме тех, кто приходит ко мне ужинать или играть в теннис. И поэтому это пугает меня. Я скажу тебе, как этот парень обнаружил, где я живу: он следовал за мной до самого дома. Вот так!
Денни обхватил ее голову руками и направил в сторону зеркала.
— Послушай, не забивай себе этим голову. В понедельник ты начинаешь работать в новой картине и ты не имеешь права отвлекаться на то, что существует только в твоем воображении.
Крис повернулась на стуле.
— Ты прав, я думаю. Впрочем, как и всегда.
— Если ты вызовешь полицейских, они примут тебя за чокнутую.
— Да, да, — кивнула она. — Известность — это та часть моей работы, которая дается мне нелегко. Я ненавижу, когда меня узнают, когда незнакомые люди подходят ко мне на улице и требуют автографы или просят сфотографироваться рядом.
— Это цена, которую ты должна платить, лапочка.
— Это слишком высокая цена! Когда я закончу строительство нового дома и отложу в банке достаточный капитал, я брошу эту работу.
— Послушай, ты любишь свою работу. Тебе надо только спокойнее относиться к своей славе. У меня есть хороший психиатр.
Она еще раз повернулась на стуле.
— Ты думаешь, моя проблема в этом? Ты полагаешь, это в какой-то степени нормально, что этот идиот преследует меня и оставляет свои записочки в моем почтовом ящике? Это не фантазия, это — реальность, Денни. Что может сделать твой психиатр в данном случае?
— Она сможет помочь тебе разрешить эту проблему, вот и все.
Крис встала и посмотрела в зеркало на свою прическу.
— Достаточно. Через полчаса у меня встреча в новом доме с человеком, отвечающим за установление там системы безопасности. Боюсь, при том движении, какое сейчас на улице, я вряд ли попаду туда вовремя.
— Детка, неужели ты думаешь, этот парень выполнит всю работу сегодня? Не сомневаюсь, ты купишь самую большую систему сигнализации в мире, такую, что она не поместится в твоем доме.
— Заткнись, — бросила Крис, схватив его за руку. — Пошли, я провожу тебя до машины.
Вытащив его из дома, она подвела его к маленькой красной «миате», припаркованной на подъездной аллее к ее дому и чмокнула в щеку.
— Поужинаем в субботу вечером?
— В субботу у меня встреча с новым приятелем. А как насчет воскресенья?
— Отлично! Я отвезу тебя в Малибу и покажу, как идет строительство дома, а затем мы сможем поужинать в Ла Скала. Встречаемся в семь?
— Годится. Думаешь, ты будешь чувствовать себя в большей безопасности, когда переедешь в Малибу?
— До воскресенья, — крикнула она ему через плечо. Сев в свой «мерседес», она выехала на шоссе.
* * *
Она быстро вела машину, только что уложенные волосы развевались на ветру. Крис не обращала на это внимания: у нее были хорошие волосы, она сможет снова уложить их. Какой смысл делать ту или иную укладку, если она не позволяет волосам развеваться на ветру?
В двадцать два года Крис приехала в Нью-Йорк с дипломом бакалавра Университета Джорджии и отличными оценками за танец и драму. Через неделю она получила свою первую работу в одном из мюзиклов на Бродвее и с тех пор без работы практически не оставалась. Иногда ей за работу платили мало или не платили вовсе, но ей никогда не приходилось ждать в списках претендентов или сниматься в рекламе, чтобы материально поддерживать свои артистические увлечения. Занимаясь в актерской студии, она бралась за любую роль в стоящем спектакле и отказывалась от всего, за что по ее понятиям ей было бы стыдно. За те годы она отвергла многое, за что другие актрисы хватались бы двумя руками: фильмы ужасов, телефильмы, даже некоторые роли в сериалах. Она уже сыграла две главные роли в боевиках, когда начала задумываться о том, чтобы покинуть Нью-Йорк. Когда же она окончательно решилась переехать в Лос-Анджелес, у нее в кармане было два предложения из Голливуда, лучший агент, менеджер, а расходы на ее переезд взяла на себя компания «Центурион Пикчерз».
Два года она была замужем за актером Бредом Доннером. Вдвоем они наскребли денег, чтобы оплатить первый взнос за дом в Бел-Эйр. Но брак распался, и Бред, сделав благодарный жест, выехал, оставив дом Крис. Однако, оставаться там ей было очень неуютно, и она подумывала о том, что как только будет завершен ее новый дом, она продаст старый и поделит полученные деньги с Бредом.
Крис не относилась к разряду «кассовых» звезд, по крайней мере, пока. Но она уже успела сыграть главные роли в фильмах с участием Джейна Хейкмана, Дастина Хоффмана, Алека Болдуина и две главные роли с менее известными звездами. Все, что ей было нужно, как считала она и ее менеджер, — одну выигрышную главную роль в фильме, который поднимет ее на вершину успеха, как случилось с Сэлли Филд в «Норме Рей». Эта выигрышная роль и была ее целью.
Это не означало, что она была малооплачиваемой актрисой. Ей платили полмиллиона за роль, а такая роль могла бы поднять ее ставку к миллиону. Ей уже исполнился тридцать один — слишком много, чтобы повторить феномен Джулии Робертс, но у нее не было ролей в неудачных фильмах и она была работягой.
Съехав с трассы, которая вела на Санта-Монику, и попав на шоссе, проходившее по побережью Тихого океана, она подумала, как повезло ей с этим новым домом. Он находился в Биг Рок, не самой фешенебельной части Малибу, но выходил на огромный пляж, да и окрестности были достаточно красивы. Огромные волны и ил постепенно разрушили прежний стоявший там дом. В конце концов он сгорел в результате пожара, и ей удалось значительно снизить цену. Она нашла хорошего архитектора, построившего такой прочный фундамент, который был способен противостоять любым выходкам непредсказуемого калифорнийского климата. «Чтобы ни случилось, — думала она, — мой дом выдержит».
Приближаясь к Биг Рок, она увидела возвышавшиеся над забором опорные балки крыши. Когда дом будет готов, она распорядится поставить высокий забор, который бы отделял ее дом и от шоссе, и от занудных воздыхателей, подобных автору этих писем.
Когда она остановилась, сзади припарковался фургончик, из которого вылез молодой мужчина.
— Мисс Кэллавей, я Мел Паркер, директор фирмы «Кейхоул Секьюрити», занимаюсь установкой сигнализации в вашем доме, — представился он.
— Как дела, Мел? — спросила она, пожимая ему руку. «Он приятной наружности, — подумала она, — блондин, стройный, атлетического телосложения». У него был шрам на верхней губе и прикрытые веками глаза, но это не портило впечатления.
— Я отношусь к числу ваших больших поклонников, — сказал Мел. — Я видел все фильмы, в которых вы играли, и с нетерпением жду следующего.
— Спасибо, Мел, мне приятно это слышать.
Он вспыхнул.
— Давайте обойдем дом, и вы мне скажете, какая и где вам нужна система безопасности.
— Давайте.
Он распахнул фанерные ворота, и перед ними открылся вид ее дома. Он выглядел уже так, как она его себе представляла. Сначала это были всего лишь обгоревшие развалины, затем — огромная дыра в земле, затем — горы железобетона. Но сейчас дом был уже почти завершен, и принял те очертания, о которых она когда-то мечтала. Уже можно было пройтись по комнатам и ощутить их размеры, балансируя между балками, выйти на то, что будет открытой террасой, и полюбоваться голубым Тихим океаном. Но пока ей было страшно даже подходить к бреши, где будет находиться входная дверь.
Когда они с Мелом вошли, другой незнакомый молодой человек подошел к ним. На нем была рабочая одежда, а в руках — ящик для инструментов.
— Крис, я Бад Карсон, подрядчик по монтажным работам.
— Привет, — ответила она, не придав особого значения, что он обратился к ней по имени. Казалось, в эти дни весь мир имел на нее права. Ее генеральный подрядчик, Майк Мошковиц, представил ей большую группу субподрядчиков, но не этого парня, который выглядел слишком молодо для того, чтобы быть шефом строителей. Кроме того, у него было какое-то странное выражение глаз, так что было непонятно, куда он смотрит, когда разговаривает.
— Как вам нравятся формы, которые принимает ваш дом, — спросил он.
— Я восхищена! Он становится похожим на то, о чем я мечтала.
— Монтаж здания, — откликнулся Бад, — это потрясающая вещь. Именно тогда проект становится реальным домом, и происходит это довольно быстро. Через десять дней мы закончим монтаж дома, а еще через неделю положим крышу.
— Здорово! Вы хорошо работаете. А сейчас, если вы извините меня, я побеседую с этим джентльменом об установке сигнализации.
— Кстати, — добавил Карсон, — у меня сейчас нет с собой ни клочка бумаги, но когда вы приедете сюда в другой раз, дадите мне автограф?
— Конечно, Бад, с удовольствием, — она повернулась, чтобы идти.
— А могу я попросить кого-нибудь сфотографировать меня вместе с вами?
Это была часть ее жизни, которая выводила ее из себя: люди считали, что они могли требовать от нее, чего пожелают, только потому, что они видели ее в фильмах. Она старалась сохранить любезный тон.
— Если у меня будет время. А сейчас извините меня.
Повернувшись, она пошла в сторону дома.
— Крис... — раздался его голос.
Она не обратила внимания, продолжая идти вперед. Около получаса они бродили с Мелом по дому, отмечая окна, двери, на которых надо установить сигнализацию, выбирая места, где удобно будет поставить кодовые замки, чтобы она могла войти в дом, нажав код или, в случае необходимости, кнопку тревоги.
— А как насчет видео? — спросил Мел, когда они вернулись к входной двери?
— Видео?
— Можно установить камеру так, что вам будет виден любой, кто звонит в ворота, с экрана любого находящегося в доме телевизора. И вы сможете решать, открывать вам ворота или побеседовать с посетителем по радио.
— Хорошая идея, — отозвалась Крис, думая о полученных сегодня утром двух письмах.
— Мне кажется, это необходимо иметь для человека вашего положения. Уверен, вы не избежите странных, нежеланных посетителей.
— "Странных" — это верно сказано, — ответила Крис. — Установите камеру. А как насчет еще одной, которая бы была направлена на открытую террасу перед океаном?
— Можно, — он сделал какие-то пометки в плане нижнего этажа дома. — Послушайте, — продолжил он. — Я хочу, чтобы вы знали, что я обеспечу вас лучшей системой безопасности. Моя фирма работает всего год, но мы очень ответственно относимся к делу.
— Не сомневаюсь. У вас хорошие рекомендации.
— Знаю, это покажется вам немного странным — давать человеку, которого совершенно не знаешь, номер своего домашнего телефона и ключи от квартиры, но я хочу, чтобы вы знали, что ваша частная жизнь и ваша безопасность для меня — дело чести, и что вы всегда можете полагаться на меня и моих людей.
— Спасибо, Мел, это очень убедительно.
— Что бы ни случилось, вам надо будет нажать только две кнопки на панели управления, и в течение десяти секунд мы позвоним в полицию. Они перезванивают обычно в течение двух минут. Конечно, иногда это может быть позже, в зависимости от ситуации в Малибу.
— Мел, я крайне оберегаю свою частную жизнь и не хочу чтобы даже кто-нибудь в вашей фирме имел мой домашний адрес и номер моего телефона, пока в этом не появится крайняя необходимость.
— Я понимаю вашу точку зрения, — ответил он, — но в моем офисе в Санта-Монике постоянно находятся три оператора, наблюдающие за экранами компьютеров. Когда появится сигнал, если это не сигнал тревоги, оператор немедленно перезвонит вам по вашему телефону. Если же ответа не будет, он позвонит в полицию; если вы ответите, он будет ждать от вас словесного кода, который вы выберете сами. Если вы не произнесете код или назовете ошибочный код, он поймет, что у вас не все в порядке, и вызовет полицию.
— Здорово!
— Я считаю, что все операторы должны иметь в компьютерах номер вашего телефона и ваш адрес. Однако, я хочу сказать, что, прежде чем брать кого-либо на работу, я тщательно изучаю прошлое каждого сотрудника, которого я нанял — у меня нет ни одного человека ни с криминальным, ни с сомнительным прошлым. Некоторые из моих людей — бывшие полицейские, и они знают, что надо делать в экстренной ситуации.
— Хорошо, — кивнула она. — Но мне кажется, что я могу пока позволить себе жить без того, чтобы кто-то постоянно знал, где меня найти.
— Вы правы, но в этом случае вы смогли бы контролировать и тех, кто уже это знает.
«Если бы это было так», — подумала она.
* * *
Вернувшись домой, она обнаружила еще одно письмо в своем почтовом ящике, уже третье за день.
«Не могу перестать думать о вас», — заканчивалось оно.
Глава 3
В пятницу утром Крис собиралась на первую читку сценария первого в ее жизни вестерна под названием «Покинутый». Это не была та самая выигрышная роль, о которой она мечтала, но она играла в паре с Джейсоном Куином, восходящим молодым актером, и говорили, что этот фильм сделает из него большую звезду. В очередной раз она «держалась за фалды» другого, но, хотя роль Куина была основной в фильме, у нее было четыре хороших сцены, включая и сцену драки.
Исполнителей уже ознакомили с черновиком сценария, но в первый раз им предстояло увидеть финал. Все были немного возбуждены, но, когда они уселись вокруг длинного стола, установленного на небольшой сцене, и начали читать свои роли, всем стало совершенно ясно, что сценарий заметно изменен и улучшен. Крис обрадовалась, обнаружив, что сильно увеличена ее роль, в которой появилась новая сцена с Куином, намного эффектнее, чем она могла мечтать.
После обеда Джейсон Куин и директор Брент Уильямс отвели ее в сторону. Крис занервничала. Как и любой актер, она не любила критику и знала, что если этим двоим не понравится, что она делает, ее уберут достаточно быстро.
— Крис, — начал Брент, — должен заметить, что это была лучшая первая читка сценария, на которой я когда-либо присутствовал. Мы с Джейсоном думаем, что ты можешь блеснуть в этом фильме.
— Я не могу представить, чтобы какая-нибудь другая актриса смогла сделать то, что делаешь из роли ты, — вставил Куин. — А Грэм Хонг утверждает, что ты будешь прекрасно смотреться в сцене драки, размазав негодяя по полу.
— О, спасибо вам, Джейсон и Брент, — ответила Крис, пытаясь унять дрожь в голосе от неожиданной похвалы. — Я жду, когда мы начнем снимать.
— Я знаю, это последний вариант сценария, — сказал Брент, — но там была еще одна сцена, которую мы с Джейсоном выкинули, потому что не предполагали, что какая-нибудь актриса сможет ее вытянуть, но сейчас мы хотим вернуть ее.
— Крис, я не преувеличиваю — это материал, достойный претендовать на награду Академии.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
Загрузка...
научные статьи:   закон пассионарности и закон завоевания этносазакон о последствиях любой катастрофы и  идеальная школа


 спальные гарнитуры детские в уфе 
загрузка...

А-П

П-Я