научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 шторка на ванну раздвижная 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Anita
««Голубой блюз»»: Панорама; Москва; 1996
ISBN 5-7024-0494-7
Аннотация
Дороти Хаммер живет с тремя детьми на маленьком Коралловом острове, занимается разведением цветов на продажу и давно не ждет для себя личного счастья. Но мечтать не запретишь! В воображении вдова создает себе прекрасного принца, который наделен всеми возможными и невозможными достоинствами и, конечно, беззаветно любит ее.
И вот однажды героиня романа встречает человека, который как две капли воды похож на ее принца – во всем, кроме одного: он терпеть не может детей...
Линн
Хэммонн
«Голубой блюз»
I
Миссис Дороти Хаммер, а попросту Долли, склонилась над только что пересаженной жефлерой и старательно уплотняла влажную землю вокруг корней.
– Ничего, дружище, прорвемся! – участливо бормотала она. – Подумать только, что же натворил с тобой этот старый доктор! Совсем тебя заморил!
Укрыв напоследок основание ствола сосновой корой, Долли вытерла руки и отошла на шаг, чтобы полюбоваться своей работой. Вдруг по ее спине побежали мурашки: ей показалось, что за ней наблюдают. Кто бы это мог быть? Не решаясь обернуться, Долли осторожно посмотрела через плечо и едва не вскрикнула от удивления.
На пороге утопающей в зеленом сумраке оранжереи стоял высокий широкоплечий мужчина, загородив собой почти весь освещенный апрельским солнцем дверной проем. Шляпа незнакомца из пальмовой соломки была лихо сдвинута на затылок, на шее висел фотоаппарат. Подбоченившись и широко улыбаясь, он ждал, когда хозяйка заговорит. Живые карие глаза весело смотрели из-под крутых бровей, две ямочки на щеках прекрасно сочетались с ярким чувственным ртом, а бронзовый загар оттенял белизну ровных зубов. Не дождавшись ни слова от изумленной Долли, он снял шляпу галантным жестом уроженца Юга и густым, певучим голосом произнес:
– Доброе утро, мэм. Вы позволите от вас позвонить?
Ослепленная то ли солнцем, то ли улыбкой незнакомца, такой приветливой и открытой, Долли ответила не сразу. Было, наверное, не совсем вежливо вот так, молча, разглядывать его, но женщина вдруг будто лишилась дара речи. Она успела отметить и его ровный бронзовый загар, и густые волосы цвета красного дерева, и красный воротничок голубой спортивной рубашки, и прекрасный покрой желтовато-коричневых брюк, все еще не произнося ни слова. Дело в том, что она мучительно пыталась вспомнить, где видела этого человека, почему он кажется таким знакомым. И вдруг как шаровая молния ее озарила догадка: она видела его в своих снах! Там, в призрачной стране грез, он был ее любовником, героем самых смелых фантазий. Долли пришлось закрыть глаза и немножко потрясти головой – но нет, видение не исчезло. Перед ней стоял мужчина, которого она ждала все эти годы, тот единственный, который может изменить весь привычный уклад ее жизни. Так не бывает, сказала она себе. Но это было, и Долли показалось, что волшебные крылья подняли ее и понесли к небесам в безумном, сказочном полете.
– Меня зовут Дик, – представился незнакомец, – Дик Флеминг. Я снял коттедж по соседству с вами. Мы с посредником договорились, что он подвезет мне ключи к восьми, но его что-то не видно. Поэтому я хотел бы воспользоваться вашим телефоном...
У Долли внезапно подкосились ноги. Она медленно опустилась на высокий табурет у стола и одарила гостя такой улыбкой, словно ей предложили путешествие в рай.
– Телефон... – она наконец смогла говорить, но голос ее напоминал скорее сдавленный шепот, – он здесь, на столе.
И Дик зашагал к ней по усыпанной гравием дорожке оранжереи стараясь нечаянно не задеть за висящие над головой корзины с плющем, папоротниками и всевозможными лианами. По мере того как расстояние между ними сокращалось, волнение Долли росло. А Дик как ни в чем не бывало с интересом рассматривал все это цветущее великолепие: жефлеры, бегонии, пальмы, драцены, кактусы и алоэ разных видов; корзины, сложенные на стеллажах, декоративные горшки, ящики с землей и торфом.
Наконец их глаза встретились. В его взгляде чувствовалась сила, умение добиваться своего и в то же время теплота и мягкость – сочетание, губительное для любой женщины! И Долли вдруг показалось, что до сих пор она жила словно во сне, и лишь присутствие этого мужчины вдохнуло в нее жизнь.
Какая нелепая мысль! – тут же одернула себя Долли. Все дело в том, что у нее просто долго никого не было. Где-то она прочла, что вдовы подсознательно ищут мужчин, напоминающих им погибших мужей – если не внешностью, то характером. Но Дик совершенно не был похож на Тома! Впрочем, она до сих пор не могла воспринимать Тома отдельно от себя: они вместе росли и поженились сразу после школы. Том был надежным и верным. Когда он умер, из ее сердца ушла любовь. Расположения Долли искали разные мужчины, но среди них не нашлось ни одного, кого бы она смогла полюбить. Да Долли и не хотела любви. Чтобы утихла боль утраты по безвременно ушедшему мужу, требовалось время.
Но вот теперь, когда после смерти Тома прошло пять лет, Долли чувствовала, что снова готова любить. И, конечно, в мечтах создала себе принца – героя, навеянного романами, прочитанными долгими зимними вечерами. Дик входил в ее жизнь прямо с книжных страниц. Трепет ожидания охватил молодую женщину.
А он между тем неодобрительно взглянул на рассыпанную на столе землю, вытащил из заднего кармана брюк белоснежный носовой платок и тщательно вытер стол. Непринужденно устроившись прямо на столе, нежданный гость стал набирать номер. Долли с нескрываемым любопытством прислушивалась к разговору, едва ли отдавая себе отчет в том, что поступает не очень красиво.
– Посредник уже выехал, – пояснил Дик, восхищенно разглядывая свою будущую соседку.
С ним происходило что-то непонятное. Он глаз не мог оторвать от этой женщины. Сердце стучало, как метроном, дыхание участилось. У него появилось странное ощущение, будто он долго-долго бежал и наконец достиг цели. Нельзя сказать, что она поразила его своей красотой. Просто она была не похожа ни на одну из женщин, с которыми ему доводилось встречаться. Те или посвящали себя карьере и быстро утрачивали женственность, или относились к разряду «девочек для вечеринок», абсолютно легкомысленных созданий. Эта же очаровательная женщина, как видно, относилась к своей работе всерьез, и в то же время ее улыбка говорила о том, что она умеет расслабиться и любит жизнь. И еще: он не мог освободиться от гипноза сияющих золотисто-карих женских глаз.
Внезапно Долли стало неуютно под его пристальным взглядом. В какой неудачный момент он ее застал! Лицо без следа косметики, кудрявые волосы небрежно стянуты лентой, рубашка навыпуск с закатанными рукавами делает меньше и без того небольшую грудь. И эти шорты давно уже надо было сменить – они слишком плотно облегают бедра. Боже мой, а на ногах – видавшие виды теннисные туфли!.. Но Дик смотрел на нее с восхищением – так, будто перед ним была по меньшей мере «мисс Америка». В растерянности Долли провела ладонью по лицу, оставив на лбу широкую полосу кофейного цвета.
И тут Дик Флеминг снова вытащил свой носовой платок, взял Долли одним пальцем за подбородок и повернул лицом к свету. Губы его оказались в волнующей близости от ее губ, он не отводил от ее глаз пристального, нежного и ищущего взгляда, сводившего Долли с ума. На мгновение женщине показалось, что он сейчас стиснет ее лицо ладонями и начнет жадно целовать... Но мужчина только вытер лоб, поспешно убрал платок в карман и, обхватив себя руками за плечи, непринужденно спросил:
– Вам, как я вижу, нравится возиться с растениями?
Она улыбнулась в ответ.
– Да, я их очень люблю, и они отвечают мне взаимностью. Как могу, стараюсь помочь им расти крепкими и здоровыми. – Она гордо обвела рукой вокруг себя. – И вот результат – целый тропический лес!
А дальше произошло нечто совсем уж неожиданное: Флеминг вдруг запел! Сначала его лицо приняло нежное мечтательное выражение.
– Я знаю одну песню, – произнес он тихо, взял ее руки в свои широкие теплые ладони и запел вполголоса чистым густым баритоном старинную ирландскую балладу:
Увы, любовь моя, меня
Ты ранишь невниманьем.
А я давно тебя люблю,
И лишь с тобой делить смогу
И радость, и страданье.
Голос его постепенно наполнялся страстью.
Зеленая сорочка, одна моя отрада...
Лицо Долли раскраснелось от изумления и удовольствия. Все происходящее казалось таким нереальным, что она испугалась: закончится песня, и гость исчезнет – пропадет, растает как мираж.
Но песня кончилась, а Дик никуда не исчез. Он смотрел на хозяйку все с той же улыбкой. Долли несколько смущенно засмеялась.
– Мистер Флеминг, вы ошиблись: там поется не «зеленая сорочка», а «зеленые росточки». Гость вскинул брови.
– Зеленые росточки? Вы сама как росточек, как зеленая веточка!
– Спасибо, моя отрада как раз и состоит в росточках. Это моя профессия.
– Вы хотите сказать, что этим зарабатываете на жизнь? Здесь, в тропиках? Но это же все равно, что зарабатывать продажей льда в Арктике!
Долли энергично замотала головой.
– Вовсе нет. Я покупаю саженцы у оптового торговца и выращиваю их – для офисов, медицинских кабинетов и других помещений. У меня бывают и частные заказы. Ведь цветы – это так красиво! А то, что радует глаз за окном, должно радовать глаз и дома. Эти слова можно считать моим девизом. Согласитесь, цветы способны украсить и оживить любое помещение. Раз в неделю я посещаю своих клиентов, чтобы полить и подкормить растения. – Она кивнула в сторону только что пересаженного куста. – Этот бедняга совсем плох. Если мне удастся спасти цветок, можно будет использовать его для оформления банкетного зала или продать по сходной цене...
Она замолчала, ожидая, что он скажет, но Дик промолчал. Он продолжал разглядывать ее с таким жадным вниманием, что Долли забеспокоилась.
– Почему вы так на меня смотрите?
Он вздрогнул, будто возвращаясь из какого-то другого, прекрасного мира.
– Дело в том, что я фотограф. Вот, видите? – Он похлопал по висящей на шее камере. – И я как раз думал о том, как вы фотогеничны. – Он протянул руку к ее лицу и, не касаясь пальцами щек, обвел в воздухе их нежные, мягко-округлые очертания. – У вас великолепный овал лица и такой светлый, ясный взгляд, какой сейчас нечасто встретишь. – Он медленно покачал головой, словно не веря своим глазам. – Природная красота – такая редкость. Вы просто чудо!
Щеки Долли заалели. Комплимент был с удовольствием принят. Так и должно было быть! Пока все шло точно по сценарию, который она не раз проигрывала в своих мечтах. Прекрасный принц восхищен и покорен ее ослепительной красотой! Если бы еще все это имело хоть какое-то отношение к реальности. Но раз все происходит как во сне, пусть так и будет: стоит ли разрушать собственную мечту?
– Вы профессиональный фотограф?! – радостно воскликнула Долли.
Услужливое воображение нарисовало ей тысячи снимков, сделанных Диком, достойных украсить обложки самых престижных модных журналов. Дальше – больше: вот она уже знаменитая фотомодель. Розовый шарик ее радужных надежд взвился в воздух. Но Дик покачал головой.
– Признаться, не совсем. Мне приходится много фотографировать по роду моих занятий, но вообще-то я ученый. Морской палеозоолог, слыхали о такой профессии? Специалист по изучению моря.
– Так вы снимаете рыб... – разочарованно протянула Долли. Розовый воздушный шарик с треском лопнул на головокружительной высоте.
– Нет, черепах, – поправил ученый муж с улыбкой. – Сюда, на Коралловый остров, меня пригласили для подготовки программы сохранения местной популяции морских черепах. Это совершенно беззащитные существа, которых нещадно истребляют...
Его речь прервал длинный гудок.
Выглянув из оранжереи, Долли увидела джип посреднической компании. Гудок повторился – агент компании заявлял о своем приезде.
– Похоже, это ко мне, – не двигаясь с места и не отрывая взгляда от хозяйки оранжереи сказал Флеминг.
Ну вот, все и кончилось, подумала Долли. Автомобильный гудок разрушил хрустальный замок мечты, но рано или поздно это должно было произойти. Пусть лучше раньше, чем позже. Однако Дик, кажется, думал иначе. Ему явно не хотелось покидать тот прекрасный мир, в котором они неожиданно оказались. Но для этого надо было произнести или совершить что-нибудь необычное. Дик сделал и то и другое: он положил на плечи Долли свои сильные руки и сказал:
– Ты нужна мне, Зеленая Веточка. – Он запнулся, опасаясь показаться слишком напористым. – Я здесь ничего не знаю, познакомь меня с вашим островом.
Долли поняла его и обрадовалась: ему не хотелось терять ее так скоро. А ей? Сказка сказкой, но ведь на самом деле она вовсе не сказочная принцесса. Может быть, все-таки стоит попытаться вернуть его с небес на землю? И она с сожалением покачала головой.
– Простите, но мне сегодня некогда. Я должна навестить своих зеленых питомцев. Они, наверное, запылились, их мучит жажда, а я не могу позволить им выступать перед публикой в таком непрезентабельном виде.
– Нет проблем! – с жаром воскликнул Дик. – Я поеду с тобой. Не забудь захватить лейку побольше. Вдвоем мы справимся гораздо быстрее, а потом поедем осматривать остров. – Легонько потрепав ее по подбородку, он добавил: – Я вернусь за тобой минут через десять, Зеленая Веточка. Смотри, не уезжай без меня.
Итак, он не хотел прекращать эту странную игру и быстро вышел, не став выслушивать возражений хозяйки.
Широким размашистым шагом Флеминг направился к коттеджу неподалеку от причудливого белого дома Долли. С юга дом огибала автомагистраль, проходящая по берегу океана; севернее, за домом, росли высокие сосны и могучие вечнозеленые дубы с густой серовато-зеленой листвой. Дик с любопытством рассматривал великолепные кусты магнолий, высокие деревья с курчавой кроной, названия которых он не знал, живую изгородь из пахучей жимолости. Кто же она, эта удивительная женщина, которая внезапно обрела над ним такую власть? Вдыхая медовый аромат жимолости, гость улыбнулся. Даже если бы ему не удалось застать Долли за работой, он все равно догадался бы о ее профессии: дом говорил сам за себя. Клумбы азалий, фиалок и других ярких цветов украшали лужайку у входа. Разнообразные цветы выглядывали из окон, лестница на веранду была уставлена декоративными корзинами с цветущими растениями. На веранде поскрипывая раскачивались на ветру деревянные качели.
– Словно знак судьбы, а, может, предложение остаться здесь навсегда? – пробормотал он почти про себя.
Флеминг почувствовал себя моряком, вернувшимся после долгого бурного плавания в родной порт. Когда ему предложили новую работу на Коралловом острове, он с удовольствием принял это предложение. После суровой природы Галапагосов пребывание на маленьком живописном островке близ побережья Джорджии обещало быть приятным. И вот теперь ему посчастливилось встретить женщину, о которой можно только мечтать! Дик сам не мог понять, чем она так привлекла его, но это влечение крепло с каждым шагом, приближающим его к коттеджу.
Долли едва успела заскочить в дом, чтобы натянуть любимые зеленые брюки и яркую тенниску, пару раз провести щеткой по волосам, а Дик уже стоял на пороге. Слава Богу, подумала Долли, Китти, Клод и Кэрол у бабушки с дедушкой, иначе ее любопытные отпрыски непременно были бы тут как тут и первыми встретили бы незнакомца, пришедшего к ним домой. Они кого хочешь отвадят от дома! Хотя этот, скорее всего, не из пугливых. При воспоминании о Дике по ее спине прокатилась волна возбуждения. Как все-таки прекрасно, что он оказался таким решительным и настойчивым! Что же остается слабой женщине? Только покориться и отправиться за ним на край света... Ситуация складывается довольно забавно, подумала Долли, спускаясь по лестнице к ожидавшему ее кавалеру.
Гость снял шляпу и переступил порог, и в тот же миг огромный черный зверь с диким лаем выскочил из холла и кинулся ему под ноги.
От неожиданности Дик выронил шляпу и отпрянул к двери.
– Господи, что это за чудовище?
– Ох, простите! – Долли была напугана не меньше гостя. – Это Ральф, мой пес.
Она с укором взглянула на мощного черного лабрадора, зажавшего в зубах соломенную шляпу гостя. Ральф сел у ног хозяйки и виновато посмотрел на присутствующих. Похоже было, что собака радуется новому соседу и просит прощения за неласковый прием. Долли задумалась.
– Странно. Ральф обычно улыбается только тем, кого любит, а к незнакомым относится недоверчиво.
Дик с усмешкой спросил:
– Значит, мне повезло, что он мной не позавтракал?
– Да нет, он вовсе не такой свирепый, как может показаться на первый взгляд. Во всяком случае, уже успел поесть до вашего прихода. А это он просто демонстрирует, что знает свои обязанности. Правда, Ральф не кусается! В худшем случае он мог вас только немного испугать...
– Ему это вполне удалось!
Дик наклонился, слегка потрепал собаку по холке и осторожно вытащил свою шляпу из ее пасти.
– Мы поняли друг друга, твой страж и я. Видишь ли, меня никогда и нигде не встречают как чужого.
Так значит, его обаяние действует не на нее одну? – подумала Долли, и ей стало грустно. Может, это его обычная манера общения, а она уж Бог знает что себе вообразила... Но в любом случае теперь поздно отказываться от поездки: она ведь обещала показать ему остров.
Усевшись рядом с Долли в ее зеленом мини-фургоне, Дик положил руку на спинку сиденья.
– Итак, с чего начнем, Зеленая Веточка?
Стараясь придать своему голосу строгость, что было совсем непросто рядом с таким мужчиной, как Дик, она резко ответила:
– Меня зовут не Зеленая Веточка, а Дороти Хаммер, для друзей просто Долли.
Он насмешливо посмотрел на нее.
– Я надеюсь стать тебе гораздо ближе, чем друг, Зеленая Веточка.
Ничего не ответив, Долли с силой надавила на педаль газа. Все ее попытки вернуться на реальную почву разбивались о его самоуверенность. Но разве может воплотиться в жизнь сюжет романа? Перестань, сказала она себе, нельзя давать волю воображению!
– Первая остановка – медицинский центр, – произнесла она сухо.
Тот же сухой официальный тон она выдерживала, пока объясняла, какая им предстоит работа.
Миссис Хаммер не ожидала, что ее «ассистент» вызовет такой интерес у клиентов. Мужчины удивленно поднимали брови, женщины бросали в их сторону многозначительные взгляды, однако никто ни о чем не спрашивал, а она сама не спешила удовлетворять досужее любопытство. Дик действовал на редкость ловко, работа у них спорилась, и они управились с делами гораздо быстрее, чем рассчитывала Долли.
Когда они закончили работу в последнем доме и уселись в фургон, Флеминг многозначительно произнес:
– Итак, теперь начнем основной тур?
Во влажном взгляде его темных глаз мелькнуло что-то дикое, необузданное; он смотрел на нее с таким откровенным восторгом, что все благоразумие Долли испарилось без следа. Пусть будет, что будет!
– Вообще-то для осмотра острова туристы обычно нанимают джип-сафари.
– Сафари?! Это ужасно! – Он поморщился. – Я так боюсь всех этих слонов, носорогов и крокодилов, что просто не смогу пуститься в путешествие без тебя!
– Трусишка, – улыбнулась Долли, нисколько не сомневаясь в том, что он никого и ничего не боится.
Дик ничего не ответил, улыбнувшись немного свысока, и принялся насвистывать что-то веселое. Краем глаза он наблюдал за спутницей, и ему нравилось, как она ведет машину: легко и непринужденно. Казалось, что Долли и живет так же: уверенно, просто и естественно. Странно, он никак не мог налюбоваться этой женщиной. Она вся словно излучала сияние. Как звезда, подумал Дик и сам смутился от пышности этого сравнения. Но Долли в самом деле казалась ему путеводной звездой, которую нельзя упускать из виду.
Несколько минут спустя они припарковали фургончик в торговом центре, рядом с агентством, зазывающим туристов в свои ярко размалеванные джипы.
Флеминг повел женщину под руку к последнему джипу. Когда они устроились рядом, он взял ее руки в свои. Этот жест был таким естественным и непринужденным, что Долли почти не смутилась, но всем телом почувствовала волнующую близость этого мужчины. Это полузабытое ощущение было и приятно, и мучительно.
– Так что же из себя представляет местное сафари? – улыбаясь спросил он. – Что-то не видно ни носорогов, ни тигров.
Они сидели так близко друг к другу, что Долли чувствовала, как тепло его тела волной перекатывается к ней. Сознание ее туманилось, но надо было постараться унять дрожь в голосе, сосредоточиться и что-то рассказать.
– Туристам показывают просто последнюю нетронутую часть острова! А совсем недавно он весь был таким. Сейчас понастроили вилл и коттеджей. Правда, строили их из натурального дерева, соблюдая пропорции и выдерживая стиль, так что они неплохо вписались в ландшафт. Впрочем, сейчас сам увидишь.
Дик окинул недовольным взглядом здание ночного клуба, бассейн, теннисные корты, выстроившиеся по обеим сторонам настила для проезда джипов.
– Вот она, земля, отобранная у черепах! – процедил он сквозь зубы. – Впрочем, – он улыбнулся, взглянув на Долли, – если бы у несчастных созданий не отняли их исконных земель, черепах не пришлось бы спасать, меня бы сюда не пригласили и мы бы не встретились. Вот это была бы уже настоящая трагедия!
– Точно! – иронически подтвердила Долли. Ей вдруг тоже стало легко и весело.
Дик пожал ей руку, и это пожатие сказало больше, чем могли сказать любые слова. Впервые за столько лет с Долли был мужчина, который нравился ей, и она нравилась ему. И он не скрывал этого! Дик был таким... таким, каким нужно; таким, какого она могла полюбить! Вот он помахал ребятам на велосипедах и роликовых коньках, проезжавшим по тенистой тропинке через рощу, в которой мирно соседствовали сосны, вечнозеленые дубы, секвойи и пальмы. На тропинку выскочил рыжий олененок. Дик радостно замахал рукой и ему.
Новый знакомый становился женщине все ближе. Неудивительно, что его нигде не принимали как чужака.
Свернув с дороги, джип поехал по песку, вдоль старой плантации. Шофер, который одновременно исполнял обязанности гида, объяснил им, что плантация раньше принадлежала голландским переселенцам. В начале девятнадцатого века она занимала более семисот акров, большая часть была занята хлопчатником. Они подъехали к старому четырехэтажному дому из черного кипариса на кирпичном основании. Наверх вели два лестничных марша, словно две раскинутые руки, приглашающие в дом. Черепичную крышу из местного черного сланца подпирали строгие колонны.
Гид объяснил, что этот дом принадлежал когда-то семье плантатора, и пригласил осмотреть постройку поближе.
Сейчас, без хозяина, дом приходил в упадок. Выйдя из джипа, Дик с горечью взглянул на ветшающее строение.
– Не могу спокойно смотреть, как превращаются в руины старые дома. – Он улыбнулся. – Говоря о старых домах, я не имел в виду твой, Долли. Он в прекрасном состоянии. Должно быть, это нелегко для... одинокой женщины.
– Спасибо, – ответила Долли, улыбнувшись про себя его попытке окольными путями выяснить, замужем она или нет. – В каком-то смысле я действительно одинокая женщина. Мой муж умер пять лет назад от сердечного приступа. Но...
– Прости, – участливо пробормотал Дик.
– Ничего. Все в порядке. А сейчас твоя очередь. Ты женат?
В уголках его глаз собрались морщинки.
– Даже никогда и не пытался! Видимо, я холостяк по натуре. Есть люди, которые не могут не вить гнезд: этого требует их природа, а я – странник, блуждающая звезда... Ну, хватит обо мне. Расскажи лучше о себе.
– Хорошо. – Долли решила начать издалека; ей почему-то не хотелось сразу говорить о детях. – Я наполовину шотландка, наполовину ирландка. Мой предок приобрел здесь землю в начале прошлого века. И начал выращивать хлопок. Когда-то нашей семье принадлежало довольно много земли, она переходила из поколения в поколение. Но постепенно землю стали распродавать новым поселенцам, осталось только несколько акров возле дома. Впрочем, мне вполне хватает и этого. Я люблю океан, люблю песчаные дюны. За домом есть чудесный пляж, а на севере кусочек леса. Так что мне есть где укрыться от обитателей новомодных коттеджей, которые как грибы вырастают на юге.
Помолчав, она заговорила снова, при этом лицо ее приняло упрямое выражение.
– После смерти мужа родители советовали переехать к ним в Саванну, но мне не хотелось ни от кого зависеть. Кроме того, я не знала, как долго смогу прожить на одном месте. Дело в том, что мой муж был военным, мы жили и в Штатах, и в Европе, и в Африке... Мы сменили двадцать два места!
Итак, настало время сообщить ему о Китти, Клоде и Кэрол. Долли взглянула на Дика. Он сиял! Наконец-то рядом оказалась женщина, способная понять его страсть к кочевой жизни.
Она вздохнула и решила умолчать пока о детях.
– Короче говоря, я выбрала это место и ничуть не жалею. Наш старый дом дает мне ощущение постоянства, которого мне так не хватало. А главное – я решила завести свое дело, чтобы доказать всем, и в первую очередь себе самой, что я чего-нибудь стою.
– Ты чудесно справляешься. Ты и сама – чудо!
Глаза Дика говорили больше, чем слова. Волнение сдавило горло Долли. Она быстро отвернулась, переведя взгляд на гида.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13
 австрийское вино цвайгельт 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я