https://wodolei.ru/catalog/dushevie_paneli/s-dushem-i-smesitelem/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Индеец, оказавшийся на торгах со скотом из Килронана, долго не протянет.
Мэри махнула рукой.
– Никакой лошадь в Индепенденс не ходить. Я не позволять моих Гейбриел и Джастис вешать.
Кэтлин тяжело вздохнула.
– А что, если они пойдут не одни? – сказала она, вскинув голову. – Белая женщина может продавать скот?
Гейбриел посмотрел на нее с надеждой:
– Ты?
Кэтлин кивнула.
– Шейн сказал, что я уже неплохо держусь в седле. Мы сумеем, Гейбриел. Я уверена в этом. Ты, я и Джастис. Мы пригоним наш скот в Форт-Индепенденс и сделаем это раньше остальных.
– Ты хоть понимаешь, во что ты впутываешься? – спросил Гейбриел.
– Макенна это не нравиться наверняка, – сказала Мэри.
– А Макенна ничего не узнает. А потом будет уже поздно нас останавливать, – ответила ей Кэтлин.
– Это опасное мероприятие, – предупредил Гейбриел.
– Ты имеешь в виду, что тот, кто пытался убить Макенну, попытается и нас убить? – спросила она. Признаться, сама она об этом не подумала. Последнее время Кэтлин была слишком обеспокоена состоянием Шейна. Но тут ей в голову пришла еще одна мысль. – Как думаешь, могут его убийцы прийти за ним еще раз, пока нас не будет?
– Нет, – сказала Мэри.
Кэтлин удивленно посмотрела на нее:
– Почему нет?
Глаза Мэри сузились в две непроницаемые щелки.
– Гейбриел сказал Рейчел, что Макенна умер. Кэтлин недоверчиво посмотрела на Гейбриела. – Ты соврал Рейчел? Но зачем?
Мэри усмехнулась и ответила вместо Гейбриела:
– Никто, не пойдет убивать мертвого человека.
– А как же мы? – спросила Кэтлин у Гейбриела. – Если мы погоним скот, можем мы стать мишенью для убийцы?
Он пожал плечами.
– С другой стороны, – размышляла вслух Кэтлин, – если мы не продадим скот, нам придется очень туго. Кроме того, где гарантия, что убийцы не придут за нами потом?
Ковбой медленно кивнул.
– Держи скот и лошадей в загонах, – сказала она наконец с уверенностью, которой не чувствовала. – Мы выезжаем завтра на рассвете.
Гейбриел снова кивнул:
– Хорошо. Мы попытаемся. Но если у нас не получится, можно не беспокоиться о банкротстве. Можно даже не беспокоиться о том, что Бо Томпсон может нас подкараулить. Потому что Макенна все равно убьет нас.
В шести часах пути от Килронана и посреди переправы через первую большую реку Кэтлин поняла, что совершила большую глупость. Шесть часов безудержной скачки, когда животные так и норовят врезаться в тебя, были просто адом. С ее стороны было наивно, да просто небезопасно рассчитывать на свои скромные силы. Мало того, что она вот-вот растеряет все стадо Шейна, так она еще и рискует погибнуть и не сберечь для него ребенка.
Джастис уже выбирался на противоположный берег с ведущей кобылой, которую обычно называли «звенящей», так как на шею ей вешали колокольчик. Звенящей была гнедая кобыла с серыми кругами вокруг глаз, черной гривой и таким же хвостом. Звали кобылу Нэнси. Остальные лошади слышали звон колокольчика и шли за кобылой. Звук этот успокаивал их, как утверждал Джастис.
– Лошади, они ведь капризные, – сказал ей Джастис. – Но они слышат звон своей подруги, и это их успокаивает.
Кэтлин видела, как еще две кобылы взобрались на каменистый берег. Основная часть табуна все еще была в воде, переплывая глубокую реку. Гейбриел находился на этом берегу, загоняя животных в воду так, чтобы они не попали на стремнину.
Вода была жутко холодная, течение быстрое, и Кэтлин уже промокла по пояс. Зубы стучали, и она думала только о том, как бы удержаться в седле. И тут Гейбриел окликнул ее и стал оживленно махать руками.
Она оглянулась и увидела, что два мула и серая в яблоках кобыла повернули обратно к южному берегу, где стоял Гейбриел.
– Перехвати их! – крикнул индеец.
– Я? – переспросила Кэтлин, не веря своим ушам. Ответ Гейбриела затерялся в порыве ветра, что было к лучшему, учитывая выражение его лица.
Что с того, если они потеряют этих трех животных? Гейбриел и так решил не брать овец и коров, потому что они слишком медленно идут. С лошадьми было гораздо сложнее управляться, но Гейбриел настоял, чтобы именно их и мулов взять в Форт-Индепенденс, так как они стоили гораздо дороже.
– Мы и так опаздываем, – сказал он в то утро, когда они отправлялись из Килронана. – Стадо Томпсонов отправилось позавчера. Если мы хотим добраться до Форт-Индепенденс вовремя и выручить много денег за наш товар, мы должны оставить рогатый скот здесь.
Кэтлин посмотрела на мулов и упрямую лошадь, затем на Гейбриела. Индейцу, безусловно, было не до своенравной троицы, он едва справлялся с основным табуном. Посему либо она пустится вслед за ними, либо они пропадут.
Она посмотрела на Джастиса. Она не слышала, что он кричал ей, но было очевидно, что он имеет в виду то же, что и Гейбриел. Кэтлин только-только нашла общий язык с сыном Шейна. Она боялась, что Джастис не простит ее, если она не вернет беглецов.
– Чертовы мулы, – проворчала она сквозь зубы и развернула Бесси.
Кэтлин воевала с упрямыми животными не менее получаса. Стоило ей поймать лошадь, как мулы разбредались в разные стороны. И так до бесконечности. Она уже теряла терпение. Гейбриел переправил табун на северный берег, там они сбили животных и были готовы двигаться в путь. Неужели они оставят ее одну?
Гейбриел отправил ее за тремя отбившимися животными, а она не могла справиться с одним-единственным, на котором сидела. Она замерзла до смерти, ее живот и ноги так онемели, что она даже не чувствовала под собой седла.
– Тупые, бесчувственные твари! – закричала она. – Оставайтесь здесь! Пусть вас волки сожрут! Мне на это наплевать!
Она подъехала на Бесси к кобыле и стала хлестать ее поводьями. Лошадь бросилась в воду, и мул, на котором сидела Кэтлин, следом за ней. Вода теплее не стала.
Бесси зашла по грудь в воду и поплыла. До середины реки мул не отставал от лошади, но дальше течение становилось самым опасным.
Кэтлин вцепилась в поводья мертвой хваткой. Она хорошо плавала, но если она свалится с лошади в ледяную воду, то намокшие юбки, поддевки и тяжелые ботинки утянут ее на дно в считанные секунды.
Отчаявшись добраться до другого берега, Кэтлин стала молиться за благополучие Бесси.
Прошло, казалось, несколько часов, прежде чем течение успокоилось, а обогнавшая их кобыла выбралась из воды на берег. До сухого песка оставалось совсем немного, когда Кэтлин заметила труп оленя, плывущий прямо на нее. Бесси прижала уши и забрыкала ногами.
Кэтлин почувствовала, что вываливается из седла. Следующее, чтоона запомнила, это ледяная вода, сомкнувшаяся у нее над головой. Она дотронулась до чего-то твердого, холодного и пушистого, закричала и тут же глотнула воды.
– Помогите!
Бесси снесло ниже по течению, зато мимо Кэтлин, напугав ее до смерти, проплыли два мула, которых она уже считала пропавшими.
– Спасите! – снова закричала она. – Тону!
И тут она достала ногами дно. Когда она встала, оказалось, что вода едва доходит ей до груди. Рыдая и всхлипывая от злости и досады, ругаясь словами, которых приличная леди даже знать не должна, Кэтлин вскарабкалась на берег, обдирая в кровь руки и ломая ногти.
– Гейбриел! – закричала она, дрожа так, что зуб на зуб не попадал. – Гейбриел, дай мне ружье, я пристрелю этого проклятого мула!
Джастис подъехал к ней на своем пони.
– Заправски у тебя получилось. Не думал, что ты и мулов сможешь вернуть.
– А ну слезай с лошади и разводи огонь, – приказала она.
– Но у нас же до темноты еще как минимум часа три, – запротестовал мальчик.
– Я промокла.
Он усмехнулся на удивление похоже на Шейна.
– Да, это уж точно.
– Джастис!
Улыбка пропала с его лица. Джастис не выжил бы в этом жестоком мире, если бы не научился различать настоящую опасность от надуманной.
– Огонь. Я понял. – Он легко соскочил с лошадки. – Как скажешь. Но только мы никогда не доберемся до Форт-Индепенденс, если ты будешь вести себя, как девчонка.
– Ни слова больше. – Она упала в густую траву и стала расшнуровывать ботинки.
– Но ты ведь вернула животных, – воздал Джастис должное справедливости.
К ним подъехал Гейбриел. Он внимательно оглядел ее с ног до головы, но ничего не сказал по поводу ее промокшей одежды.
– Я так понимаю, мы разбиваем здесь лагерь?
– Ты правильно понимаешь, – сказала Кэтлин со всей признательностью, на которую была способна. – И как только я пристрелю Бесси, а Джастис разведет нам костер, ты приготовишь восхитительные отбивные из мула. И мы чудесно поужинаем, пока я сохну.
Глава 22
Весь первый день Мэри держала Шейна на чае с дурманящими травами. Так что он лишь на следующее утро осознал, что Кэтлин погнала табун в Форт-Индепенденс.
– Где она? – зарычал он. – И где Гейбриел? Где Джастис?
– Погнать лошадей в Форт, – ответила Мэри. Она подала ему очередную кружку с пойлом. – Продавать скотину, – добавила она, как будто Шейн сам не мог догадаться.
– Какого черта?!
– Ничего страшного, – сказала Мэри. – Гейбриел сказать женщине Томпсона, что ты умирать.
– Ничего страшного? – закричал Шейн. – Две сотни миль по безлюдной земле. Бандиты, сумасшедшие индейцы, армейские дезертиры, конокрады! И против всех них индеец, ирландская леди и ребенок? И ты считаешь, что нет ничего страшного?
Дерри спряталась за юбку Мэри и уставилась на Шейна большими глазенками.
– Макенна злится на маму? – спросила она.
– Нет, крошка, – выдавил он сквозь сжатые зубы и посмотрел на Мэри стальным холодным взглядом: – Как ты могла это допустить?
Мэри пожала плечами.
– Седлай мне лошадь, – приказал Шейн. – Если они мне хоть одну оставили.
Мэри засунула в рот трубку.
– Макенна слишком слабый скакать, – пробормотала она. – Макенна спать. Есть. Скакать завтра.
Он сел и тут же упал на подушки. Плечо было как будто чужое, словно вместо плеча вставили деревянный протез, и болел этот протез так, будто его подожгли. Голова закружилась, его тошнило.
– Принеси мне одежду, – велел он.
– Ты слишком больной...
– Немедленно, Мэри! – Он снова сел и заставил себя держаться только усилием воли. Комната уходила куда-то направо. Желудок, казалось, хотел вывернуться наизнанку.
– Штаны! – настаивал он. – И убери отсюда ребенка. Я голый.
Мэри дала ему какую-то одежду и выпроводила Дерри из комнаты. На лбу Шейна выступили капельки пота, пока он сосредоточенно одевался. Еще недавно ему казалось, что не может быть ничего больнее удара быка, но сейчас он понял, что те синяки ничто по сравнению с болью, охватившей его тело.
– Упакуй мне еды и приготовь спальник! – крикнул он ей через открытую дверь. – Я еду за ними.
Мэри ничего ему не ответила.
Гейбриел с завидным упорством гнал табун весь следующий день. Еще жестче он работал день спустя. Спина Кэтлин нещадно ныла, а руки и лицо обгорели на солнце. Каждая косточка, каждая мышца болели так, словно по ним прошелся кузнечный молот.
Обедали они, не слезая с лошадей, а ужинали тем, что Гейбриелу или Джастису удавалось подстрелить. Третий день подряд Кэтлин ела обжаренную на открытом огне тушку гремучей змеи, но была слишком голодна, чтобы протестовать.
– Если бы мы взяли с собой фургон, то могли бы варить кофе и жарить блинчики, – рассуждал Джастис. – Но тогда мы пошли бы медленнее. Томпсоны идут с двумя фургонами. Зато мы можем пройти там, где они не пройдут.
Отсутствие фургона означало также отсутствие одеял и сменной пары белья. Обычный спальник и пара седельных сумок – вот и все, что Кэтлин могла взять с собой. Она захватила широкополую шляпу Шейна, на удачу, и сейчас благодарила за это Бога. Широкие поля спасали ее от ожогов и защищали при проливном дожде.
Они пересекали ручьи, речушки и бурные потоки. Шли по каменистым долинам и продирались через непроходимые чащи, росшие здесь уже не первую тысячу лет. Они были в седле еще до восхода солнца, когда туман стелился над землей. Ясным солнечным утром они уже были в пути не первый час. К обеду они проделывали длинный и тяжелый путь. Гейбриел поднимал табун, когда на небе еще горели звезды, а на привал вставал, только когда сумерки опускались на землю.
Кэтлин не раз видела лис, медведей, койотов. В небе нередко парили орланы, выслеживая добычу. Стаи уток и гусей летели с зимовки. Она находилась под впечатлением от новых ощущений. Но когда она закрывала глаза, то видела только крупы лошадей и мулов.
Гейбриел и Джастис знали каждую лошадь по имени, знали ее нрав. Нэнси, ведущая кобыла, была вспыльчива и могла лягнуть, если к ней подойти с левой стороны. Зато она ничего не боялась. Черный мул по имени Трот терпеть не мог воду, и его приходилось тащить за собой на привязи через каждый ручей. А резвый жеребец Малыш любил побродить сам по себе, если не загнать его в середину стада.
Однажды они попали в тупик. Узкая лощина, по которой они гнали свой табун, закончилась крутым каменистым подъемом.
– Придется повернуть назад, – сказала Кэтлин, подъехав к Гейбриелу.
Но Гейбриел покачал головой:
– Нет, мы пойдем туда. – Он указал рукой на крутой подъем.
Видимо, на лице Кэтлин было написано такое недоверие, что Гейбриел не удержался и улыбнулся.
– Мы сэкономим полдня, – сказал он, – и лошади справятся.
Кэтлин боялась, что сорвется с лошади и разобьется о камни. Но когда .речь заходила о лошадях, Гейбриелу она верила безоговорочно.
– Ты ходил уже этим путем? – спросила она у индейца. Гейбриел прокричал ей что-то, но его лошадь уже ушла далеко вперед, и Кэтлин не расслышала ответа.
Гейбриел, как всегда, оказался прав, и, когда через час они спускались по пологому спуску к рощице, Кэтлин триумфально улыбалась.
– Хотела бы я посмотреть, как Томпсоны протащат здесь свои фургоны!
Джастис рассмеялся:
– Ага, и я тоже.
– Я же говорил, что табун справится, – сказал Гейбриел. – Я думаю, мы обгоним Томпсонов завтра.
Вечером Кэтлин разводила костер, Джастис сбивал табун, готовя его к ночи, а Гейбриел ушел с ружьем, в надежде подстрелить какую-нибудь дичь. По этому пути не проходили еще ни одно стадо, ни один табун. Дров вдоль ручья было достаточно.
Кэтлин удивлялась тому, как изменился Гейбриел.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37


А-П

П-Я