https://wodolei.ru/catalog/dushevie_dveri/steklyannye/bez-poddona/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

ГЛАВА 2 Как только индейцы исчезли, Рейчел выбежала из хижины и заключила Лоретту в объятия. Машинально отвечая на ее объятия, Лоретта не отрывала глаз от облака пыли, удалявшегося к реке. Слова команча «Я твоя судьба» все еще звенели в голове. Несмотря на жару, ее бил озноб.— С тобой все в порядке, — твердила Рейчел. — С тобой все в порядке.Сжимая в объятиях тетю, Лоретта закрыла глаза. Она стояла лицом к лицу с воином племени команчей и осталась жива.Из дома донеслись звуки передвигаемой мебели, и минутой позже Эми вырвалась наружу. Ее личико было искажено гримасой страха.— Я думала, они убьют тебя.Лоретта оторвалась от тети и обняла сестру, прижимаясь щекой к ее косам.— Я никогда больше не стану прятаться, — прошептала Эми дрожащим голосом. — Никогда. О Лоретта, теперь я понимаю, что пришлось тебе пережить в тот день, когда они убили твоих папу и маму, как плохо тебе было в твоем укрытии. Я никогда больше не стану спускаться туда, вниз. Клянусь, не стану.Лоретта покачивалась взад и вперед, пытаясь расслабить судорожно сведенные плечи девочки. Одежда Эми пропиталась запахом сырой земли. Это напоминало незабываемый запах плесени ее собственного укрытия. Она одна понимала мучения, через которые прошла Эми, и девушка была права — это вызывало тошноту. Однако, как бы ужасно это ни было для Эми, Лоретта отлично понимала, что снова заставит ее прятаться,, чтобы спасти свою маленькую кузину.Свнезапной ясностью Лоретта наконец поняла, почему родители спрятали ее во время нападения команчей. В то время она была всего лишь на шесть месяцев старше Эми. Даже если бы у нее хватило мужества приоткрыть дверь цистерны, что она могла сделать? Ничего, кроме как умереть. Ребекка Симпсон не хотела, чтобы Лоретта вышла из своего укрытия. Уверенность, что ее ребенок находится в безопасности, возможно, сделала последние минуты ее жизни не такими мучительными. Это понимание уменьшило боль вины, которая жила в сознании Лоретты в течение семи долгих лет. Она глубоко вздохнула, и слезы, которые до этого она не могла пролить, полились по ее щекам. У нее вырвалось хриплое всхлипывание. Эми напряглась и отшатнулась.— Лоретта, ты плачешь! — Ее глаза стали круглыми. — Ма, Лоретта плачет.Рейчел обняла обеих девушек.— Ничего, пусть поплачет. Пройти через такое, это… Эми потрясла головой.— Нет, ма, громко плачет. Я слышала… Рейчел, все еще не пришедшая в себя после пережитого, казалось, не понимала, что говорит ей дочь.— Послушайте, пойдемте в дом. Никогда нельзя знать, что могут выкинуть эти дикари. Они могут вернуться, чтобы застать нас врасплох.Дверь в хижину была открыта, и Лоретта последовала за своими спутницами внутрь. Она повернулась лицом к мужчинам, глядя на них вопросительно. Генри прислонил свою винтовку к стене.— Иногда эти дикари выкидывают непонятные вещи. Но не думаю, чтобы они вернулись.Том, все еще смотревший в окно, нахмурился и покачал головой, глядя на вогнанное в землю копье.— Я в этом не уверен. Команчи не оставляют своих отметок где попало. Проще не могу сказать. Лоретта только что была помолвлена.У Эми вырвалось резкое хихиканье, которое эхом отозвалось в ушах Лоретты.— Вы хотите сказать, что он хочет сделать Лоретту своей сквау? Так это еще хуже, чем выйти за мистера Уив… — Глаза Эми широко раскрылись, и щеки покрылись румянцем. — Я хотела сказать… ну…— Замолчи, Эми! — Теребя передник, Рейчел бросила на Тома вопросительный взгляд. — Почему ты так говоришь?— Мы все слышали, как он сказал, что берет ее и что вернется. — Том избегал взгляда Лоретты. — Команчи слов на ветер не бросают. Я думаю, что он принесет пару одеял или двух лошадей в обмен на Лоретту. Так они делают между собой, когда покупают жену. Это не значит, что он останется таким же вежливым, если вы не примете его и не отдадите ему Лоретту.Рейчел прижала руку к сердцу:— О Боже, нам надо увезти Лоретту отсюда, может быть, вфортБелнап.— Не имеет смысла, Рейчел, — сказал Том негромко. — Они поставят часовых. Попробуешь уехать с ней, и они уничтожат тебя. Никто не может отнять женщину у команча.Упоминание о себе самой, как о женщине команча, вызвало отвращение у Лоретты. Она пятилась до тех пор, пока не уперлась в стол.— Ни один индеец не получит дочь моей сестры, вот и весь сказ, — вскричала Рейчел. — Лучше увидеть ее мертвой.Желая успокоить жену, Генри обнял ее за плечи.— Послушай, женщина, не ярись! Возможно, Том ошибается, и они не вернутся. Для меня все это совершенно непостижимо. Почему какое-то ничтожество из племени команчей будет стараться соблюдать вежливость? Если бы он действительно хотел взять ее, она тряслась бы сейчас позади него на коне.— У тебя есть объяснение получше? — вызывающе спросил Том.Генри отрицательно покачал головой.— Нет, но, как я уже сказал, нельзя заранее угадать, какой номер выкинут эти язычники.Рейчел приникла к мужу, как бы ища у него поддержки.— О Генри, мне кажется, что Том прав. Он вернется и попытается взять ее.У Лоретты подкосились ноги. Она упала на дощатую скамейку и уперлась локтем о стол. Внутри у нее все дрожало. Были ли команчи все еще рядом, скрытые от постороннего взора, но следящие за всем происходящим? Было ли это копье знаком Охотника для его народа?«Я принесусь к тебе, как ветер. Я твоя судьба». Ей представилось, как индеец возвращается с грязным одеялом или двумя, с костлявой клячей, в которой не нуждается, может быть, с треснутым котлом. И дядя Генри, будучи трусом, не замедля отдаст ее, Лоретту Симпсон, продав команчу. Нет, не просто команчу, а самому Охотнику. Об этом с ужасом будут перешептываться по всей Бразос и Навасота. «Женщина Охотника». Она никогда не сможет ходить с гордо поднятой головой. Ни один порядочный мужчина больше не посмотрит на нее. Если она останется в живых…Шумно переводя дух, Лоретта бросилась к двери. Прежде чем кто-либо успел остановить ее, она выскочила на крыльцо и слетела по ступеням. Она покажет этому язычнику. Если это был знак, что она принадлежит ему, она уничтожит его. Схватив копье, она раскачала его и вытащила из земли.— Лоретта, ты глупая девочка! — Том подошел к ней, взял за руку, чтобы повернуть лицом к себе. — Ты только рассердишь его.Рывком высвободив руку, она направилась к воротам. Ей все равно, рассердится он или нет. Отвергнуть притязания команча, значит выразить протест. Может быть, он и вернется за нею, но, если он наблюдал, укрывшись где-то, пусть знает, что его здесь не ждут.Она вышла за забор, окружавший двор, затем повернулась и, размахнувшись, ударила копьем о верх ограды. Упругое древко отскочило. Она размахнулась снова. И еще раз. Копье казалось живым существом, сопротивляясь ей, поддразнивая ее. Она представила себе надменное лицо команча и стала бить как бы по нему, давая волю гневу. За маму, за папу. Она никогда не будет принадлежать грязному краснокожему, никогда. Пот бежал у нее по лицу, заливая глаза и рот, но она продолжала размахивать копьем. Оно должно было сломаться. Может быть, он следит за нею. Если его оружие одержит над ней верх, это будет означать, что победил он. У нее заболели плечи. Чтобы поднимать руки, приходилось прилагать усилия. В своем воображении она видела свою семью, стоявшую вокруг нее и с ужасом наблюдавшую за нею, словно она лишилась рассудка.Может быть, она и действительно лишилась рассудка? Лоретта облокотилась на изгородь, глядя на невредимое копье. Ива, зеленая ива. Не зря отец ругал это дерево за то, что оно не ломается. В гневе она сорвала перья с копья и начала рвать их, приходя в бешенство, когда клочья истерзанных перьев опускались на ее лицо. Затем она бросилась на колени, тяжело дыша. Она настолько обессилела, что желание драться исчезло.Он победил.
Листья ивы раскачивались перед глазами Охотника, но взор его не отрывался от стройной девушки, пытающейся сломать его копье. С каждым взмахом ее рук он крепче стискивал зубы, сердясь все больше. Затем нелепость происходящего дошла до его сознания, и улыбка появилась у него на губах. Она знает, что он здесь. Взрослые мужчины дрожали от страха при одном его имени, но хрупкая девушка осмелилась бросить ему вызов? Он вспомнил, как она выглядела, когда шла навстречу ему: золотая голова высоко поднята, взор больших голубых глаз воплощал вызов. Как посмела она плюнуть в него, причем не один раз, а дважды? Он колебался между гневом, неверием и обожанием. С виду она не представляет собой ничего особенного, но в мужестве ей не откажешь.Его брат, Воин, сидел на корточках рядом с ним и фыркал от смеха, явно наслаждаясь ситуацией. Стараясь перекричать шум реки, он сказал:— Если бы она знала, кто ты, она вела бы себя по-другому.Охотник молчал, не отводя глаз от девушки.— Как только она узнает, кто ты, эта чепуха прекратится. Если я в чем-нибудь разбираюсь, то это в женщинах. Они сопротивляются только в тех случаях, когда думают, что это им сойдет с рук.У Охотника вопросительно поднялась бровь. Если учитывать, что жена брата была самой вздорной женщиной в деревне, этот вывод представлялся несколько удивительным. Он испытующе вгляделся в серьезное лицо Воина.— Это правда?— Поверь мне. Она никогда не сделает такого.— Сколько раз тебе приходилось наказывать Девушку Высокой Травы?— Ни разу. Она знает, у кого тяжелее рука. Охотник попытался скрыть улыбку.— Да, уж она-то знает.Снова переводя взгляд на девушку, Охотник нахмурился. Ему придется научить ее хорошим манерам, или он убьет ее, пытаясь сделать это.Наконец силы девушки иссякли, и она упала на колени, потерпев поражение. Вокруг нее летали перья. Когда белые перья плавно опустились на землю, ее плечи поникли вместе с ними. Сувате, все кончено. Она должна смириться со своей судьбой и научиться принимать ее так же, как должен сделать это он. У судьбы нет врагов.— Еще не поздно! — Двоюродный брат Охотника, Красный Бизон, выехал на маленькую полянку. Он спрыгнул с коня и подбежал к ним, держа в вытянутой руке лук и стрелу. — Это женщина, которую ты искал. Убей ее, Охотник, пока ты еще можешь сделать это. Ты знаешь, как твоя мать носится с пророчеством. Как только она увидит эту девушку, будет слишком поздно.Охотник взглянул на предложенное оружие, затем отрицательно покачал головой.— Нет. Я должен помнить о своей обязанности. Было бы безумием убить ее. Гнев Богов обрушится на нас. Я не могу думать только о себе.— Ты презираешь ее! Если пророчество сбудется, ты должен будешь однажды покинуть Народ. — Лицо Красного Бизона, покрытое шрамами, исказилось гримасой отвращения. — Как ты можешь выносить мысль о том, чтобы взять ее с собой? И это после того, что голубые мундиры сделали с твоей женщиной? А мой маленький сын? Неужели все произошло так давно, что ты забыл об этом?Лицо Охотника стало суровым, а в глазах появился холодный блеск.— Я не забуду этого никогда.За ужином у Лоретты не было аппетита. Она села вместе со всеми за стол, но запах тушеной оленины и кукурузного хлеба с куманикой вызывал у нее тошноту. Эми пыталась поймать ее взгляд. Генри то и дело прикладывался к кружке, а он становился буйным, когда напивался. Бедной Эми в таких случаях доставалось больше всех.Лоретта с нежностью относилась к ней, но этим вечером она была занята своими мыслями. Планы побега проносились у нее в голове, она их обдумывала и отвергала. Она ясно представляла себе равнины, которые их окружали, чувствуя себя затерянной в бесконечном пространстве и в то же время запертой в камере.Стремясь чем-то занять свои руки и хоть немного унять панику, Лоретта разломила кусок хлеба и откусила. Хлеб становился суше по мере того, как она жевала. Том Уивер ерзал на скамейке рядом с ней. Затем она увидела, как он что-то положил на стол перед ней. Бросив взгляд вниз, она обнаружила перед собой ломоть хлеба, намазанного маслом. Она слегка улыбнулась ему, и его губы скривились в ответной застенчивой улыбке.— Я думаю, один из нас должен отправиться в Белнап и организовать эскорт сопровождения для Лоретты, чтобы она могла добраться до форта, — сказал он негромко. — Лучше сделать это мне. На это потребуется время, но пограничный патруль находится там, и я слышал, что несколько семей укрепили там свои дома. Лоретта будет в большей безопасности, если мы сумеем помочь ей добраться туда.— Вопрос в том, сколько человек ты сможешь найти? — Щека Генри выдавалась. Он прожевал и проглотил. — А что будет, если этот индеец вернется? Если он не застанет Лоретты здесь, он прямо-таки взбесится.— Боже мой, Генри! — вскричал Том. — Ты ведь не намерен в самом деле задерживать ее здесь?Шея Генри стала красной.— Конечно нет.Рейчел с тревогой посмотрела на мужа, а потом снова на Тома.— Сколько времени потребуется на то, чтобы собрать людей и вернуться?— Думаю, день быстрой езды, если без задержек. Это даст нам хороший шанс для драки, Генри. — Том пожал плечами. — Ей не придется оставаться там на долгое время. Охотник наверняка увяжется за какой-нибудь хорошенькой маленькой сквау, раньше или позже, и забудет Лоретту. Надо только выждать.— А что, если индейцы вернутся раньше вас? — Губы Рейчел стали совершенно белыми.Генри передвинул хлебную доску на середину стола.— Достань свои четки, женщина, и молись Богу, чтобы этого не случилось. Драться с сотней индейцев в одиночку я никак не смогу.Том ободряюще похлопал Лоретту по плечу.— Не беспокойся. Я вернусь. Ты почти моя невеста. Мужчина всегда заботится о своей девушке, если он чего-либо стоит.— Невеста она тебе или нет — еще не решено, — вмешался Генри. — Я не говорил еще с ней об этом.Если там окажутся индейцы — а я не очень уверен в этом, — не лезь на рожон, чтобы добиться благодарности. Я не настолько против того, чтобы Лоретта оставалась с нами, чтобы выдать ее замуж против ее воли. Это ее дом, она сама вправе решать свою судьбу.Лоретта удивленно смотрела на своего дядю. Несколько недель она жила в страхе, что он заставит ее выйти замуж за Тома. Теперь, когда она узнала, чтоон не собирается делать этого, она почувствовала, чтотеряет душевное равновесие. Она вглядывалась в уродливый профиль Тома.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62


А-П

П-Я