установка шторки на ванну цена 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— О, да, — расслабленно проговорил он.
Лианна бросила на него подозрительный взгляд и вернулась к своему занятию.
— Итак, вот наша крепость.
— Не совсем, — он принялся добавлять камешки и листья к ее сооружению. — Ты забыла про хлев, конюшни, жилые постройки во внутреннем дворике.
— Это совершенно необязательно, — возразила Лианна.
— Зачем разрушать крепость, в которой нет людей и животных? — Ранд насмешливо взглянул на нее. — Они даже не подозревают, что твое «увлечение» может убить их в любую минуту.
Лианна нахмурилась.
— Как же ты собираешься пробить стены?
Он легонько ущипнул ее за ухо.
— Я всех околдую.
— Ранд!
— Ну, хорошо, — Ранд отбросил в сторону кусочек коры. — Я сокрушу ворота.
— Ха! Когда в тебя будут целиться пятьдесят лучников? Ты никогда этого не сделаешь.
— Это произойдет гораздо раньше, чем ты думаешь.
— Ладно, у меня есть более быстрый способ. С порохом все возможно, — она стала увлеченно готовить подкоп к замку. — Подземный ход открыт.
— А как же ров с водой?
Лианна вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.
— Они переплывут его. Если поместить порох в кожаный мешочек и залить воском, он останется сухим, — она завернула немного пороха в кусочек пергамента, подложила его под пень и достала пеньку. — Это запальный фитиль. Он вымочен в негашеной извести, поэтому сразу же загорится. Вот так. А теперь попробуй сделать сам.
Ранд удивил ее тем, что повторил все правильно. Она поняла, что несмотря на его неодобрение подобных занятий, он прекрасно разбирался в военном деле и только казался невнимательным, а сам быстро понял, что к чему.
— Я взяла совсем немного пороха, но взрыв все равно будет очень сильным, — сказала Ли-анна, не в силах оторвать взгляд от ловких пальцев Ранда. — Мы ведь не собираемся разрушать крепость, а только хотим получить доступ внутрь ее. Теперь поджигай фитиль.
Ранд снисходительно улыбнулся, взял у нее из рук кремень, огниво, кусок обугленного холста. Затем он умело высек искру и поднес тлеющий холст к запалу, тот воспламенился, и дымящаяся змейка быстро побежала к пню.
Лианна вскочила на ноги и дернула за рукав Ранда.
— Пойдем отсюда. Мы должны уйти как можно дальше: сейчас произойдет взрыв.
Но он продолжал невозмутимо сидеть на корточках, наблюдая за шипящим запалом.
— Боже мой! — нетерпеливо воскликнула Лианна. — Да шевелись же, Ранд!
Когда ей стало ясно, что он не собирается трогаться с места, она изо всех сил толкнула его, рассчитывая своим неожиданным движением сбить Ранда с ног. Не успели они упасть на траву, как раздался взрыв. На спину Лианны посыпались щепки.
— Черт возьми, Ранд, — рассердилась девушка. — Почему ты не ушел?!
Он серьезно посмотрел на нее печальными глазами.
— Разве тому, кто взрывает, удается спастись при взрыве?
— Да.
— Всегда?
— Нет.
Ранд медленно подошел к пню и окинул взглядом место взрыва: камешки, ветки и щепки валялись вокруг в полном беспорядке.
— Итак, — усмехнулся он. — Ты все-таки разрушила замок.
Лианна с удовлетворением посмотрела на то, что раньше было пнем.
— Намного эффективнее, чем осада крепостных стен и прорыв ворот.
Ранд взял девушку за подбородок и повернул к себе лицом.
— Но какой ценой, Лианна?
— Что ты имеешь в виду?
Он отпустил Лианну и принялся задумчиво подбирать обрывки листвы.
— Когда армия штурмует крепость, мужчины убивают друг друга, но когда пушка разрушает стену, смерть приходит не к воинам. Взрыв убивает женщин, детей, животных, — с горечью произнес Ранд.
— Только если он произведен в неподходящем месте и в неподходящее время и если побежденные так глупы, что не покидают крепость, — не сдавалась Лианна.
— В сражении всегда хватает глупости, — тихо сказал Ранд.
Чувствуя себя виноватой, девушка опустила глаза и уставилась на свои руки.
— Все то, о чем ты говоришь, совершенно не волнует сегодняшних полководцев, — она встретилась с ним взглядом. — Рыцарство вымирает, Ранд. Такие как ты — редкость в наше время. Тебе нужно было родиться лет двести тому назад.
— Благородство и гуманность никогда не выйдут из моды, Лианна, — не согласился Ранд.
— Да, но уже нет необходимости сражаться с драконами, спасать беззащитных девушек. И слава Богу! — воскликнула она. — Женщины в наше время в состоянии сами защитить себя, не дожидаясь, когда рядом появится мужчина.
— Ты, действительно, так бесстрашна, как хочешь меня уверить?
— Нет, но здесь я бессильна что-либо изменить.
— Чего же ты боишься, Лианна? Скажи мне.
Господи, девушка могла бы предоставить ему целый список своих страхов. Она боялась потерять власть в замке, боялась, что вернется английский барон и потребует выйти за него замуж. Лианна просто приходила в ужас, предвидя реакцию своего дяди на присутствие в Буа-Лонге Гокура и его людей. Но больше всего она боялась потерять Ранда. Ее страшила мысль о том, что настанет день, когда все откроется, и он узнает правду о ней.
— Я боюсь воды, — просто сказала Лианна.
Ранд хотел было улыбнуться, но остановился, почувствовав, что она презирает себя за эту непреодолимую слабость.
— Да? Но почему?
Лианна нервно сплела пальцы рук и тихо сказала:
— Кое-кто, кого я очень любила, утонул в Сомме. С тех пор я не могу спокойно смотреть на воду, если она не в кувшине или не в бочке.
— Бедная моя, — сочувственно произнес Ранд, ласково гладя ее по волосам.
— Кто это был?
— Моя мать.
— О Боже, — выдохнул он. — И ты видела, как это случилось?
— Я… да. В то время мне было всего четыре года. Я почти ничего не помню, так, отрывочные воспоминания и то, что мне рассказали позднее. Моя мать часто водила меня ловить лягушек вниз по реке. Однажды она… поскользнулась и упала в Сомму. Я страшно кричала, звала на помощь, но мамочкины тяжелые юбки утащили ее под воду, — Лианна вздрогнула, вновь переживая эти события. — Ее волосы колыхались вокруг головы, как листья папоротника… Наконец кто-то подбежал, маму вытащили на берег. Ее глаза и рот были широко открыты… Я, помню, подумала, что мама не может спать, она выглядела такой неподвижной, такой испуганной… — девушка судорожно сглотнула.
Ранд протянул к ней руки, и Лианна бросилась в его объятия. Она горько плакала до тех пор, пока не иссякли слезы отчаяния и утраты.
Спустя некоторое время плечи девушки перестали вздрагивать, и она замерла у него на груди. Ранд боялся пошевелиться, чтобы не нарушить ее покой. Неожиданно рука Лианны начала медленно поглаживать его грудь, спину, бедра.
Страсть и желание любовью заглушить ее боль охватили Ранда. В считанные секунды они сбросили одежду и опять опустились на траву. Их обнаженные тела стремились друг к другу, желая слиться воедино в неописуемом восторге.
Лианна нежно смотрела на любимого; в ее серебристых глазах отражалось небо, придавая им голубой оттенок.
— Я, действительно, боюсь воды, — улыбнулась она. — Но не боюсь парить над землей.
— О, Лианна! — простонал Ранд.
Он осторожно раздвинул ее бедра и замер над ней. Ему хотелось думать, что это блаженство будет продолжаться вечно, что завтра они опять встретятся и станут любить друг друга. Но стрела безнадежности пронзила его сердце: завтра он вступит в брак с мадемуазель де Буа-Лонг, и Лианна узнает о его предательстве…
Ранд медленно вошел в нее, жадным поцелуем перехватив выдох блаженства, сорвавшийся с ее губ.
— Лианна, — произнес он в такт своим движениям. — Всегда помни об одном.
— О чем? — задыхаясь, спросила она, отвечая на его толчки.
— Я люблю тебя и буду любить всегда, что бы ни случилось, — Ранд стал осыпать поцелуями ее шею, лицо, грудь, — Прими мою любовь и сохрани навсегда.
Эти слова шли из самого сердца. Его тело задвигалось в бешеном ритме, и вот он уже содрогался в сладостных конвульсиях страсти, орошая живительной влагой сокровенные глубины женской плоти. Ранд услышал сладостный стон любимой и открыл глаза. Ему хотелось отдать ей все, что у него есть, отдавать до тех пор, пока он не растворится в ней весь, без остатка. Только Лианна и никакая другая женщина должна владеть им.
Ранд с тоской подумал о том, что скоро ему останется одно сожаление и скорбь…
А сейчас она лежала в его объятиях такая доверчивая, беззащитная, по-своему любящая его, хотя и заявила, что не может себе этого позволить.
— Куда ты исчезаешь каждый день? — неожиданно шепотом поинтересовалась Лианна.
Ранд крепче прижал ее к себе.
— Сейчас все так неопределенно, что я даже не хочу рассказывать тебе, чем я занимаюсь. Помни только, что я рядом.
— Надолго ли? — с беспокойством спросила Лианна. — Скоро начнутся военные действия: «арманьяки» и «бургундцы» борются за власть. Ты примешь участие?
— Нет, — сдержанно ответил Ранд. — Меня это не касается.
Прокричал кроншнеп, делая над ними круг. Лианна поежилась и грустно посмотрела на Ранда.
— Как не хочется расставаться, — она вздохнула. — Но мы увидимся завтра?
«Нет, моя милая, — подумал он. — Сегодня я твой возлюбленный, а завтра мне придется стать твоим господином».
Лианна, как всегда, ушла первой. Сидя на примятой траве, где они любили друг друга, Ранд уныло размышлял о своей судьбе. Неожиданно что-то слабо звякнуло у отвлекая его от грустных мыслей: талисман — подарок короля Генриха. Этот амулет он всегда скрывал от Лианны.
Ранд снял его и пристально посмотрел на сверкающий изумруд в изображении леопарда Англии и на девиз под ним, который, казалось, посмеивался над рыцарем: «Для храбрых сердец нет ничего невозможного».
Энгуиранд Незапятнанный… Господи, как же его теперь называть? Законы рыцарства гласили, что он должен защищать даму своего сердца, совершать в ее честь подвиги. Ранд же погубил Лианну, любил без всякого на то права, а теперь еще и был обречен навсегда потерять ее.
Он порывисто встал и, взревев от бессильной ярости, отшвырнул талисман.
Глава 8
— Вы слишком много времени проводите на солнце, — озабоченно заметила Бонни, помогая Лианне снять платье. — Ваша кожа стала коричневой, как грецкий орех.
В камине весело трещали дрова, над чаном с водой поднимался пар. Отбросив в сторону одежду, служанка подвела к нему Лианну, но, повернувшись к ней, ахнула от изумления:
— Клянусь кишками Святого Суизина! Вы же загорели с головы до ног!
— Перестань таращить на меня глаза, — отрезала Лианна и быстро забралась в чан. От горячей воды ее кожа сразу стала ярко-красной.
Бонни с жадным любопытством осматривала свою госпожу.
— Действительно, — удивленно произнесла она. — Ваши груди… живот… Пресвятая дева! Чем вы занимались?
— Работала в саду, — огрызнулась Лианна.
— В обнаженном виде?
— А, может быть, я купалась в реке.
Бонни покачала головой.
— Только не вы, моя леди. Вы скорее станете плясать на раскаленных углях, чем близко подойдете к воде.
Лианна мрачно посмотрела на нее и подтянула колени к груди. Бонни присела на корточки рядом с чаном и погладила свою госпожу по плечу.
— Извините, я сказала, не подумав, — она наклонилась и доверительно прошептала: — Вы что-то скрываете от меня, не так ли?
С одной стороны, Лианне не терпелось поделиться с кем-нибудь своей радостью, но, с другой стороны, она склонялась к тому, чтобы сохранить тайну встреч с Рандом, сберечь ее только для себя.
— Почему ты решила, что я что-то скрываю? — как можно беззаботнее спросила Лианна.
Но Бонни не так-то легко оказалось сбить с толку.
— Потому что вы часто куда-то исчезаете после полудня. И, кажется, вас больше не волнуют заявления Жерве о том, что в один прекрасный день Буа-Лонг будет принадлежать ему. Такое впечатление, что вам известно что-то такое… Вы встретили кого-то, не так ли? Расскажите мне о нем. Кто он?
— «Он» существует только в твоем воспаленном воображении, — по-прежнему не сдавалась Лианна.
Бонни озадаченно посмотрела на нее, затем подпрыгнула и с ликованием захлопала в ладоши.
— Да, да, возлюбленный многое объясняет: ваш довольный вид, ваше неожиданное желание выращивать цветы, то, как вы поете в зале, когда думаете, что никто этого не слышит… Признайтесь, это один из людей Гокура?
— Конечно же, нет! — возмутилась Лианна, выдав тем самым себя с головой.
— Ну, разумеется. Они — мужланы и уже давно бы похвастались об этом, — Бонни искоса взглянула на госпожу. — Вы уже ждете ребенка?
Лианна помедлила с ответом. В действительности, теперь она мало задумывалась о цели, которая толкнула ее в объятия Ранда.
— Я… я не знаю, — растерянно сказала девушка.
— Вы можете довериться мне, — подбодрила ее Бонни. — Несмотря на то, что у меня репутация распущенной женщины, я никогда не распускаю язык.
Лианна попыталась улыбнуться, но не смогла. Тогда она сурово нахмурила брови и серьезно сказала:
— Тебе хорошо известно, какую беду я на себя накликала.
Бонни передернулась.
— Да, Жерве не желает, чтобы что-нибудь помешало ему захватить власть в замке, а ваш дядя, кажется, собирается убрать Лазаря из вашей жизни.
Подавляя в себе внутреннюю дрожь, Лианна осторожно спросила:
— Ты, действительно, думаешь, что я могу быть…
— Беременной? Судя по счастливому выражению ваших глаз, я бы с уверенностью сказала, что ваш возлюбленный справился со своей мужской задачей, — глубокомысленно изрекла Бонни. — А судя по вашему загару, вы встречались с ним довольно часто.
Лианна густо покраснела, опустив голову, и стала торопливо намыливать волосы.
Бонни принялась помогать ей.
— Женщины говорят, что первый признак беременности — это повышенная чувствительностъ и болезненность груди. Уж я разбираюсь в таких вещах, ведь я была старшей из девяти детей. Моя мать всегда жаловалась на всевозможные неудобства из-за беременности.
Лианна затаила дыхание, вспомнив странное ощущение, которое она испытала сегодня, когда Ранд ласкал ее грудь. Тогда Лианна подумала, что эта болезненность вызвана вожделением… Глубоко вздохнув, она судорожно схватилась за край чана.
Бонни весело рассмеялась, окатывая госпожу водой.
— Кроме того, у вас прекратятся месячные, а затем появится ужасный аппетит и приступы тошноты.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57


А-П

П-Я