https://wodolei.ru/catalog/unitazy/cvetnie/golubye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Элана едва с ума не сошла.
– Как она?
– Примерно как всегда. Ты когда-нибудь добьешься того, чтобы она хоть чуточку повзрослела? Мне надоело принадлежать ребенку.
С точки зрения Миртаи, она была рабыней, собственностью королевы Эланы. Это ни в коей мере не мешало ей железной рукой править королевским семейством Элении, бесстрастно решая, что для них хорошо, а что нет. Она резко отмела все попытки Эланы освободить ее, утверждая, что она принадлежит к тамульским атанам и что ее раса по своему темпераменту не приспособлена быть свободной. Спархок был с ней от души согласен, уверенный, что если Миртаи отпустить на волю ее инстинктов, она скоро обезлюдит пару-тройку больших городов.
Она выпрямилась, поднявшись на ноги с исключительной грацией. Миртаи была на добрых четыре дюйма выше Спархока, и он в который раз непривычно почувствовал себя коротышкой, глядя на нее снизу вверх.
– Что тебя так задержало? – осведомилась она.
– Мне пришлось отправиться в Ламорканд.
– Это была твоя идея или чья-то еще?
– Меня послал Долмант.
– Постарайся, чтобы Элана уяснила это с самого начала. Если она решит, что ты задержался по собственной воле, вы еще месяц будете ссориться, а семейные свары действуют мне на нервы. – Миртаи вынула ключ от королевских покоев и прямо, жестко глянула на Спархока. – Будь с ней очень внимателен, Спархок. Она по тебе скучала, и теперь ей нужны весьма осязаемые доказательства твоих нежных чувств. И не забудь запереть на засов дверь спальни. Твоя дочь еще чересчур молода, чтобы просвещать ее в некоторых вещах. – С этими словами Миртаи отперла дверь.
– Миртаи, неужели обязательно запирать нас на всю ночь?
– Разумеется. Я не смогу заснуть, если буду знать, что кто-то из вас бродит по дворцу без присмотра. Спархок вздохнул.
– Ах да, кстати, – небрежно добавил он, – Кринг тоже был в Чиреллосе. Полагаю, через несколько дней он появится здесь, чтобы снова сделать тебе предложение.
– Давно пора, – усмехнулась она. – Прошло три месяца, и я уже начала думать, что он меня больше не любит.
– Ты когда-нибудь примешь его предложение?
– Посмотрим. Ступай, Спархок, разбуди свою жену. Я выпущу вас утром. – Миртаи легонько подтолкнула его в покои и заперла за ним дверь.
Дочь Спархока, принцесса Даная, свернулась калачиком в кресле у камина. Данае сравнялось шесть, у нее были черные волосы, молочно-белая кожа, большие темные глаза и розовые, лукаво изогнутые губы. Она была настоящей маленькой дамой с серьезными и очень взрослыми манерами, и тем не менее ее постоянным спутником был потрепанный набивной медвежонок по кличке Ролло. Принцесса Даная унаследовала Ролло от матери. И, как обычно, маленькие ножки принцессы Данаи были в зеленых пятнах травяного сока.
– Ты припозднился, Спархок, – строго заметила она, обращаясь к отцу.
– Даная, – сказал он, – ты же знаешь, что не должна называть меня так. Если твоя мама услышит это, она начнет задавать вопросы.
– Она спит, – пожала плечами Даная.
– Ты в этом уверена?
Малышка одарила его страдальческим взглядом.
– Ну конечно же, уверена. Я не собираюсь допускать никаких промахов. Ты же знаешь, я и прежде много раз это проделывала. Где ты был?
– Мне пришлось отправиться в Ламорканд.
– А тебе не пришло в голову известить об этом маму? В последнее время она стала совершенно невыносимой.
– Знаю. Мне об этом сообщили уже все, кому не лень. Я не думал, что задержусь так надолго. Хорошо, что ты не спишь. Может быть, ты сумеешь мне помочь.
– Я подумаю над этим, если ты будешь со мной поласковее.
– Перестань. Что ты знаешь о Дрегнате?
– Он был варваром, но поскольку он был и эленийцем, это вполне естественно.
– Ты склонна к предрассудкам.
– Никто не совершенен. Откуда вдруг такой интерес к древней истории?
– По Ламорканду ходят дикие россказни, что якобы Дрегнат вернулся. Ламорки все, как один, точат свои мечи с возвышенным выражением лица. Что все это может означать?
– Дрегнат был королем ламорков несколько тысячелетий назад. Вскоре после того, как вы, эленийцы, научились добывать огонь и вылезли из пещер.
– Не вредничай.
– Хорошо, отец. Так вот, Дрегнат сколотил из ламорков относительно единое войско и отправился завоевывать мир. Ламорки были от него просто в восторге. Однако он поклонялся старым Ламоркским богам, и вашей эленийской церкви пришлась не по вкусу мысль, что на троне всего мира будет восседать язычник, так что Дрегната прикончили.
– Церковь не могла так поступить! – резко возразил Спархок.
– Ты хотел выслушать мой рассказ или вести теологические споры? После смерти Дрегната жрецы ламорков выпотрошили парочку кур и копались в их внутренностях, чтобы прочесть грядущее. Это отвратительный способ, Спархок. Столько грязи! – она содрогнулась.
– Не вини меня. Не я это выдумал.
– «Авгуры», как они себя называли, объявили, что в один прекрасный день Дрегнат вернется, чтобы продолжить начатое, и поведет ламорков к мировому господству.
– Ты хочешь сказать, что они в это верят?
– Раньше верили.
– Ходят еще слухи об отпадении от веры и возвращении к старым языческим богам.
– Этого следовало ожидать. Когда ламорк вспоминает Дрегната, он волей-неволей вытаскивает на свет старых богов. Это так глупо. Неужели им недостаточно настоящих богов?
– Значит, старые боги ламорков – ненастоящие?
– Конечно, нет. Где твоя голова, Спархок?
– Тролли-Боги – настоящие. В чем же тут разница?
– Разница большая, как мир, отец. Это ясно и ребенку.
– Почему бы мне просто не поверить тебе на слово? И почему бы тебе не отправиться в постель?
– Потому что ты еще не поцеловал меня.
– Ох, извини. Я задумался о другом.
– Нельзя забывать о самом важном, Спархок. Ты же не хочешь, чтобы я захирела?
– Нет, конечно.
– Тогда поцелуй меня.
Спархок так и сделал. Как всегда, от нее пахло травой и деревьями.
– Вымой ноги, – сказал он.
– Ну вот еще! – отозвалась она.
– Хочешь целую неделю объяснять маме, откуда у тебя на ногах эти пятна?
– И это все, что я получу? – возмутилась принцесса. – Один жалкий поцелуйчик и умывальные наставления?
Спархок рассмеялся, подхватил ее на руки и поцеловал снова – уже не один раз. Затем опустил на пол.
– А теперь беги.
Принцесса слегка надула губы, вздохнула и направилась к дверям своей спальни, небрежно волоча Ролло за заднюю лапу.
– Дай маме хотя бы глаза сомкнуть до утра, – бросила она через плечо, – и, пожалуйста, постарайтесь не шуметь. И почему это от вас двоих всегда столько шума? – Даная лукаво глянула на него. – Почему ты краснеешь, отец? – осведомилась она с невинным видом. Затем рассмеялась и ушла в спальню, закрыв за собой дверь.
Спархок никогда не был уверен, понимает ли его дочь истинный смысл подобных реплик, хотя чувствовал, что по крайней мере одна часть ее загадочной личности отлично все понимает. Он запер дверь спальни Данаи на засов и вошел в опочивальню, которую делил со своей женой. Прикрыв за собой дверь, Спархок заложил засов.
Огонь в камине догорел до углей, но света было достаточно, чтобы разглядеть молодую женщину, которая была смыслом всей жизни Спархока. Ее густые светлые волосы разметались по подушке, и во сне она выглядела весьма юной и привлекательной. Спархок остановился у изножья кровати, не сводя глаз с Эланы. В ее лице все еще можно было разглядеть черты той маленькой девочки, которую он воспитывал. Он вздохнул. Подобные мысли неизменно вызывали у него грусть, потому что напоминали, что он чересчур стар для Эланы. Ей бы нужен был молодой муж – не такой потрепанный и некрасивый. Спархок тщетно гадал, где же он совершил ошибку, настолько привязавшую к нему Элану, что она и думать не захотела об ином возможном выборе. Наверняка это было что-то мелкое и незначительное. Кто может знать, как подействует на другого мельчайший жест или слово?..
– Я знаю, что ты здесь, Спархок, – сказала Элана, даже не открыв глаза. В голосе ее чувствовалось легкое раздражение.
– Я просто увлекся неким весьма привлекательным зрелищем. – Легкомысленный тон мог избавить его от предстоящих неприятностей, хотя он мало на это надеялся. Серые глаза Эланы открылись.
– Поди сюда, – велела она, протягивая к нему руки.
– Всегда покорнейший слуга вашего величества, – ухмыльнулся Спархок, подойдя к краю кровати.
– В самом деле? – отозвалась она и, обвив руками его шею, поцеловала его. Спархок ответил на поцелуй, и некоторое время ничто другое их не занимало.
– Как ты думаешь, любовь моя, можем мы отложить все упреки до утра? – спросил он. – Я немного устал. Почему бы нам не продолжить поцелуи и все прочее, а уж позже ты поругаешь меня всласть?
– И растеряю всю свою злость? Глупости, Спархок. Я приберегла для тебя самые разнообразные ругательства.
– Могу вообразить. Долмант послал меня в Ламорканд, чтобы кое-что там выяснить. Это заняло у меня больше времени, чем я рассчитывал.
– Это нечестно, Спархок! – возмутилась она.
– Что-то не понимаю.
– Ты не должен был говорить это сразу. Нужно было подождать, пока я потребую объяснений, а не давать их сразу и непрошеными. Ты мне все испортил.
– Сможешь ли ты простить меня? – осведомился он притворно-сокрушенным тоном, целуя ее в шею. Он давно уже обнаружил, что его юная жена обожает подобные игры. Элана рассмеялась.
– Я подумаю, – сказала она, вновь целуя его. Женщины из его семьи решительно, отличались крайней несдержанностью в чувствах. – Ну, хорошо. Все равно ты уже все испортил, так что расскажи мне, чем это ты занимался и почему не послал мне весточку, что задержишься.
– Политика, любовь моя. Ты же знаешь Долманта. Ламорканд на грани мятежа. Сарати нужно было профессиональное заключение, но он не хотел, чтобы разошлись слухи о моей поездке, и запретил мне упоминать об этом в письмах.
– Думаю, пора мне потолковать по душам с нашим почтенным архипрелатом, – зловеще проговорила Элана. – Он, кажется, забыл, кто я такая.
– Я бы не советовал этого делать, Элана.
– Но, любимый, я ведь не собираюсь воевать с ним. Я просто хочу указать ему, что он забывает о самых обыкновенных правилах приличия. Прежде чем посылать куда-то моего мужа, он должен был спросить меня. Я слегка устала от имперских замашек его архипрелатства, а потому собираюсь поучить его хорошим манерам.
. – Можно мне быть при этом? Разговор должен выйти прелюбопытнейший.
– Спархок, – Элана одарила его уничтожающим взглядом, – если ты хочешь избегнуть официального выговора, ты должен немедленно предпринять кое-какие весомые шаги для смягчения моего неудовольствия.
– Я как раз собирался приступить к этому, – ответил он, заключая ее в объятья.
– Отчего тебя так долго не было? – вздохнула королева.
Немного позже неудовольствие ее величества королевы Элении заметно смягчилось.
– Что же ты узнал в Ламорканде, Спархок? – спросила она, лениво вытягиваясь на ложе. Интерес к политике никогда полностью не покидал мыслей Эланы.
– Западный Ламорканд кипит. Там есть один граф по имени Геррих. Мы встречались с ним, когда искали Беллиом. Он был в сговоре с Мартэлом в одном хитроумном замысле, имевшем своей целью держать воинствующие ордена подальше от Чиреллоса на время выборов.
– Это весьма много говорит о характере господина графа.
– Возможно и так, но Мартэл всегда был искусен в манипулировании людьми. Он завязал небольшую войну между Геррихом и братом патриарха Ортзела. Как бы то ни было, та кампания слегка расширила горизонты нашего графа. Он подумывает о ламоркандском троне.
– Бедненький Фредди, – вздохнула Элана. Фридаль Ламоркандский приходился ей дальним родственником. – Но какое дело до этого церкви? У Фредди большая армия, он как-нибудь управится с одним честолюбивым графом.
– Все не так просто, любовь моя. Геррих заключил союзы с другими дворянами западного Ламорканда. Он собрал армию никак не меньше королевской и ведет переговоры с пелосийскими баронами из окрестностей озера Вэнн.
– Эти бандиты, – с откровенным пренебрежением проговорила королева. – Их может купить кто угодно.
– Ты хорошо осведомлена в тамошней политике, Элана.
– Приходится, Спархок. Пелосия на северо-востоке граничит с Эленией. Нынешние беспорядки могут как-то повредить нам?
– Пока что – никак. Геррих обратил свои взоры на восток – то есть к столице.
– Может быть, мне стоит предложить Фредди союз, – пробормотала королева. – Если в тех местах разразится война, я смогу под шумок оттяпать кусочек юго-западной Пелосии.
– У нас появились территориальные амбиции, ваше величество?
– Не сегодня, Спархок, – усмехнулась она. – Нынешней ночью у меня на уме кое-что другое. – И снова потянулась к нему.
Миновало время, был близок рассвет. Размеренное дыхание Эланы говорило Спархоку, что она заснула. Он выскользнул из постели и подошел к окну. Годы военной службы приучили его почти бессознательно проверять погоду перед наступлением дня.
Дождь прекратился, зато ветер усилился. Была ранняя весна, и еще несколько недель не стоило даже надеяться на приличную погоду. Спархок рад был, что вовремя добрался домой – наступающий день выглядел очень уж неприглядно. Он посмотрел на факелы, горевшие во внутреннем дворе, – их пламя металось и билось, вспыхивая на ветру.
Как случалось всегда в непогоду, мысли Спархока вернулись к годам, которые он прожил в выжженном солнцем Джирохе, где женщины с закрытыми лицами, с головы до пят закутанные в черное, шли к источнику в сером сиянии рассвета и где женщина по имени Лильяс заполняла его ночи тем, что она именовала любовью. Спархок, однако, не вспоминал ту ночь в Кипприа, когда наемные убийцы Мартэла едва не выпустили из него всю кровь вместе с жизнью. Этот счет он уладил с Мартэлом в Земохе, в храме Азеша, так что не стоило вспоминать ни старый скотный двор в окрестностях Кипприа, ни звон монастырских колоколов, взывавший к нему из тьмы.
Минутное ощущение, что за ним следят, ощущение, испытанное им на узкой улочке по дороге ко дворцу, все еще беспокоило Спархока.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69


А-П

П-Я