Упаковали на совесть, удобная доставка 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Есть люди, которых скорость возбуждает.– Будем надеяться! – Джетта толкнула Александру локтем в бок. – Могу поспорить, сегодня на тусовке будут очень опасные экземпляры! Мы, конечно же, получили приглашение?– Да, конечно, – ответила Александра, хотя Джанкарло не говорил ничего конкретного. – Обязательно пойдем все вместе.– Что надеть, вот вопрос, – начала Джетта. – У меня есть открытый сарафан, который... – Она не договорила. Гонщик на желтой машине оказался в опасной близости от Джанкарло, пытаясь обойти его на повороте.Александру слепило палящее флоридское солнце. Но ей показалось, что Джанкарло намеренно рванул руль.Желтую машину в мгновение ока отбросило в сторону. Она врезалась в борт, перевернулась и вспыхнула.Красный «феррари» умчался вперед.Девушки в ужасе вскрикнули. К горящей машине уже бежали фотографы, болельщики, механики и врачи. Но их остановили неистовые языки пламени и клубы черного дыма.– Боже! – кричала Джетта в ухо Александре. – Боже мой! Он же сгорит! Сгорит заживо!Вдруг Мэри-Ли кто-то оттолкнул с такой силой, что она не удержалась на ногах. Это был какой-то мужчина с включенной видеокамерой. Мэри-Ли охнула от боли.– Я растянула лодыжку!– Ты уверена?– Ужасная боль. – У нее на лбу выступили мелкие капли пота.– Сейчас приведем врача, – пообещала Александра.– Как же, найдешь ты кого-нибудь, когда там человек заживо горит! – Мэри-Ли расплакалась.Прошло минут пять, но найти врача не удалось. Зато к ним вразвалочку подошел Джанкарло, неся в руке шлем. Его лицо и волосы были мокрыми от пота.– Мое время – 189,201, – гордо сказал он. Александра подняла на него глаза. Джанкарло недобро улыбался.– Джанкарло...– Что поделаешь, авария. – Он опередил ее, пожимая плечами. – Такое случается. Но только не со мной.Девушки в упор смотрели на него.– Ну? Почему ты так смотришь на меня, bella? Этот немец знал, на что идет. Он захотел рисковать, но он не побеждал. Самое главное – это побеждать.– Я тебе не верю! – гневно воскликнула Александра. – Ты это сделал нарочно , Джанкарло. Я все видела. Ты его толкнул. Ты специально направил машину ему в бок, из-за тебя он потерял управление.Джанкарло дерзко ухмыльнулся:– Я прошел трассу очень удачно.– Очень удачно! Ты посмотри туда – они до сих пор не могут сбить пламя. А ты тут разглагольствуешь о победе и удаче! – По щекам Александры текли слезы, она дрожала и едва сдерживала тошноту.– Ты сама не знаешь, что несешь, – отрезал он. – Смазливая дура. Думаешь, если у тебя полно денег, то можно себя ублажать, да? Тебе только это и нужно, Александра Уинтроп. Чтобы за твои деньги тебя трахали, вот и все.–Убирайся прочь! – Александра была вне себя. – Чтобы я больше тебя не видела! Прочь! – Она повернулась к Мэри-Ли и присела, чтобы взять ее за руку. – Не плачь, Мэри-Ли. Сейчас мы найдем доктора, вот увидишь. * * * Мэри-Ли сломала лодыжку. Ей требовалась операция.Доктор Ричард Фелдман два часа пытался разыскать по телефону Мариетту. Она в это время сидела за деловым обедом в ресторане «Времена года» и беседовала со своим агентом Элом Цукерманом. Мариетта пришла в бешенство, когда ее оторвали от важных переговоров, и грубо обругала врача.Подруги слышали конец разговора.– Поймите, – увещевал доктор, – сейчас проходят гонки. Больница переполнена. Неужели вы хотите, чтобы я обращался к судье за ордером? Ладно, так я и сделаю. Что?! Сами туда катитесь. Всего наилучшего.Он в сердцах бросил трубку и повернулся к Мэри-Ли.– Вы уж извините, но ваша мать отказывается приехать и не желает оплачивать лечение. Стало быть, мне придется звонить знакомому судье, чтобы получить ордер, по которому мы сможем взыскать с нее деньги через суд. Думаю, на это уйдет часа полтора-два... если, конечно, судья у себя. Но когда проходят гонки, ни в чем нельзя быть уверенным.– Ох... – Мэри-Ли уже не плакала, но в глазах стояли слезы. – Вот это я понимаю. Мама не дает согласия на операцию. Она даже не захотела со мной поговорить. У нее есть дела поважнее. Как я поеду в колледж с загипсованной ногой? Или на костылях?– Я тебе помогу, – сказала Александра. – Буду тебя провожать на все лекции.– Не нужны мне никакие лекции. Мне нужна мама. Я ее все равно люблю... – Мэри-Ли горько разрыдалась, не в силах более сдерживаться.– Мариетта Уайлд – просто стерва! – воскликнула Джетта, когда они с Александрой пошли в туалет. – Даже моя мать выкроила бы время.– Ну, Мариетта такая знаменитость, у нее свои странности...– И что из этого? Ты слишком уж добренькая, Александра. Если родная дочь попала в беду, Мариетта должна была все бросить и прилететь, будь она хоть трижды знаменита. Мэри-Ли для нее – как игрушка на веревочке. Знаешь, что я подумала? – с горечью добавила Джетта. – Когда вы вернетесь в колледж, Мариетта ее засыплет подарками. Может быть, даже на машину раскошелится. Помяни мое слово. А потом опять о ней забудет на полгода.Александра кивнула. У нее сжалось сердце. Поездка в Дейтону принесла сплошные несчастья. Она бы никогда не поверила, что Джанкарло так бесчеловечен. Ей хотелось как-нибудь загладить свою вину перед Мэри-Ли.Что же касается мужчин... Эта трагедия отбила у Александры всякую охоту о них думать. * * * После завершения гонок, как обычно, была устроена вечеринка. Пришли гонщики с подругами и бесчисленные прихлебатели. Но даже пульсирующий ритм поп-музыки не прибавил им веселья.Джанкарло слонялся от одной группы к другой. Все разговоры смолкали при его приближении. Его осуждали. Он знал, что его считают рисковым и опасным безумцем.Он взял тарелку и подошел к столу с закусками. Перед стартом Джанкарло никогда не ел и теперь нестерпимо проголодался. Утолив первый голод, он стал подумывать, как бы снять девчонку. С Александрой Уинтроп все кончено – до поры до времени. Надо же, выставила его убийцей. Вздор. Когда гонщик садится в машину, он знает, на что идет. Такое с каждым может случиться.Когда горишь в машине, можно вдохнуть только один раз, это известно каждому гонщику. Надо крепко зажмурить глаза и задержать дыхание, иначе смерть.Джанкарло почувствовал, как чьи-то руки обхватили его сзади и скользнули от талии вниз. Прямо у его уха раздалось хихиканье.Он обернулся. Это была Ингрид Хиллстром, фанатка-болельщица, с которой ему пару раз случилось переспать. Соблазнительная брюнетка, она когда-то пела в рок-группе.– Ингрид, – обрадовался он.– Сколько лет, сколько зим! Познакомься, это Битси. Она со мной. Только что вылетела из университета Майами за купание голышом в бассейне. Неплохо, верно? Дала жару этим книжным червям.Вторая девушка стояла рядом с Ингрид, и Джанкарло узнал в ней аппетитную блондинку с «конским хвостом», которую утром видел на автодроме. Битси была одета в обтягивающую трикотажную блузку-топ, которая бесстыдно обрисовывала ее крепкие груди. У нее был курносый нос и ярко-синие смышленые глаза, которые будто бы смеялись над ним.– Выпьете чего-нибудь? – спросил он, обращаясь к одной Битси. – Здесь есть пиво, коктейли. Есть тоже травка или что-нибудь покруче. Что принести?– Неси все, – спокойно сказала Битси.– Как это «все»?– Вот так. Я собираюсь сегодня оттянуться, а уж завтра буду думать, что делать дальше. Может быть, поживу у Ингрид. Она снимает квартиру около Вашингтона, в Джорджтауне.К Джанкарло мало-помалу возвращалась обычная уверенность. Девочки вдвоем, отметил он. Тем лучше. Александра с подругами укатила. Деньги лопатой гребут, сучки. А человек тут крутится из последних сил.– Пошли, Битси, – сказала Ингрид, словно читая его мысли. – Поедим креветок, а потом прогуляемся с Джанни по пляжу. Может, искупаемся. Обожаю плавать голышом, а уж ты у нас в этом деле собаку съела.– Идет, – согласилась Битси.У Битси оказался с собой кокаин. Они втроем втиснулись в кабинку женского туалета, свернули в трубочку двадцатидолларовую банкноту и по очереди вставляли ее в ноздри.– Супер-дупер! – сказала Ингрид, втягивая белый порошок.Битси молчала. Она не сводила глаз с Джанкарло. Он почувствовал сверхъестественный прилив сил и желания. Какая-то женщина колотила в дверь, но они только хохотали в полный голос. Наконец кокаин побежал по жилам, и они, все также хохоча, гуськом вышли из уборной.Через полчаса они уже бежали по воде, сняв с себя все до нитки. Джанкарло притянул обеих к себе и стал по очереди целовать их податливые мокрые груди.Ингрид почувствовала, как под водой в нее уперлось что-то твердое.– Ого! Что это у нас такое?– Что-то очень большое, – подхватила Битси, опускаясь под воду, чтобы несколько мгновений подразнить его губами и языком. Джанкарло весь напружинился.– Потерпи, бэби, – хрипло сказал он, поднимая ее за пучок светлых волос.– Да, действительно, – со смешком поддержала его Ингрид. – Пойдем в гостиницу. Какая радость, если песок набьется между ног.– Ты не хочешь песок между ног? – спросил Джанкарло. – А что ты хочешь?– Ну, что-нибудь более приятное...И Битси тоже не возражала бы.Им стоило больших трудов разыскать брошенные на песке вещи. Девушки остановились в пляжной гостинице, и вскоре они уже ворвались в номер, на ходу срывая одежду.– Поторапливайтесь! – ворковала Битси. – Чего мы ждем? Разве мы не готовы?Все были готовы. В ход пошли и губы, и руки, и пенис Джанкарло. К его удовольствию, Битси в экстазе громко кричала, и Джанкарло постарался, чтобы эти крики раздавались не один раз. Он сбился со счета. У него вырывались такие же крики наслаждения.Они проглотили «колеса», которыми Джанкарло запасся заранее, потом добавили еще «снежку», и Ингрид отключилась.Они остались вдвоем с Битси, но возможности Джанкарло были небезграничны. Он отвалился в сторону и лег с краю. Через пару минут и он забылся глубоким сном. * * * Джанкарло открыл воспаленные глаза и с ужасом огляделся. В окна лился яркий утренний свет. Его партнерши даже не потрудились задернуть как следует шторы.Ингрид лежала на животе, широко раскинув ноги и выставив ягодицы. Битси свернулась калачиком под боком у Джанкарло.Он с трудом выбрался из постели и поплелся в ванную. Fungari! Сегодня же соревнования... Надо торопиться, иначе можно опоздать на старт.Он включил холодный душ на полную мощность, потом схватил с полочки бритву и под ледяной струей поскоблил щеки. Изо рта воняло как из помойки, глаза покраснели, словно два стоп-сигнала. Он торопливо натянул одежду и опрометью побежал прочь.На старте Джанкарло пристегнулся ремнями и ожидал своей очереди. Он несколько раз глубоко вдохнул горячий воздух и попытался проникнуться мыслью, что чувствует себя просто fantastico. Он победит. Ничто его не остановит. * * * «Феррари» с воем летел по трассе, как ракета.Джанкарло был весь в поту. Жар, поднимавшийся от раскаленного песка, окутал все узлы двигателя.Рев моторов других машин казался ему оглушительным. Выхлопные газы не давали дышать. Руки до боли сжимали руль. Глаза слезились от прямого солнца, которое каждые пятьдесят секунд ударяло ему в глаза.Он был рожден, чтобы стать гонщиком. Немногие могли соперничать с ним. Сегодняшняя победа еще на шаг приблизит его к заветной цели – стать недосягаемым.После нескольких кругов он газанул еще сильнее. Он существовал в своем собственном мире, в полном согласии со вселенной. Когда стартер развернул у него перед капотом белый флажок, показывая, что остается последний круг, Джанкарло догнал шедший впереди желтый «форд» и толкнул его в задний бампер. Раздался удар и скрежет металла.Джанкарло бросил машину вперед и, как выражались гонщики, сделал рогатку. Если бы водитель «форда» попытался помешать ему, оба врезались бы в борт. Джанкарло смеялся. Но когда он обходил соперника, задок «феррари» предательски вильнул. В ту же секунду его швырнуло в сторону.«Феррари» капотом врезался в бетонную стенку, отскочил и, подпрыгивая, понесся задним ходом в сторону ремонтной ямы. Зрители вскочили со своих мест и заорали. Это было внезапное, жуткое и трагическое зрелище. Ради таких мгновений многие и ходили смотреть гонки.Но Джанкарло ничего этого не знал.Грохот, который ударил ему в уши, казался грохотом крушения надежд. Боль обожгла голову каленым железом. Вспыхнули мириады искр. VIIДЖЕТТА, 1979-1980 – Миис Джетта, когда вы будете приходить обратно, три часа? – спросила Розария, горничная Клаудии Мишо.– Да, в три. А может, в четыре или в пять. Запомни, Розария, кто бы ни позвонил, спрашивай, что передать, и обязательно все запиши. – Джетта жестом изобразила запись, чтобы мексиканке было понятнее.– Si, si. – Ничего не перепутай, Розария. Я жду звонка. Это очень важно. – Si. Джетта собиралась пройтись по магазинам на Родео-Драйв. Она надела длинную джинсовую юбку, трикотажную футболку, а сверху безрукавку, новые бусы в несколько рядов и модные высокие сапожки. Она не спеша зашла в гараж, рассчитанный на пять автомобилей, и села в «BMW» своей матери. Клаудия сейчас была в Монтеррее. Вместе с Бертом Рейнолдсом она улетела в Мексику на съемки очередного комедийного вестерна. Перед этим она отдыхала с Бертом в Акапулько, а еще раньше ездила в Финикс, где за пять тысяч долларов в неделю прошла курс похудания и омолаживания в салоне-пансионате Элизабет Арден. Изредка она появлялась дома, чтобы проследить за успехами дочери на актерском поприще.Пока успехи были далеко не блестящими.– Ты – Мишо. Одного этого достаточно, чтобы тебя приняли в любую актерскую студию. Тебе не придется работать локтями, – сказала Клаудия два месяца назад, встречая Джетту в международном аэропорту Лос-Анджелеса на своем «BMW».Клаудия Мишо была ветераном Голливуда. Она снялась почти в тридцати картинах и по-прежнему оставалась звездой первой величины, несмотря на провал двух последних фильмов с ее участием. Белый джинсовый костюм с серебряными заклепками обтягивал ее, как перчатка. Чтобы спрятаться от любопытных взглядов поклонников, она покрыла платиновые волосы легким белым шарфом.Конечно, это не помогло. Пока она шла с дочерью получать багаж, шесть человек попросили у нее автограф.Стоя у круглой ленты багажного транспортера, Клаудия изложила Джетте свои планы относительно ее ближайшего будущего.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61


А-П

П-Я