https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/stoleshnitsy/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Ц Но ведь в Дикие земли соваться опасно… Ц я постарался подпустить в во
прос побольше сомнительных ноток-интонаций.
Ц Поэтому я и посылаю тебя, а не тетушку Фили!
Что ж, резонно.
Ц Мне понадобится оружие.
Ц Дам. И оружие дам, и коня дам… Даже спутницу тебе дам. Верную
Ц вернее не сыскать.
Тут я нахмурился, потому что спутница мне была совершенно не нужна. К чему
оборотню лишний свидетель его ненормальности? До сих пор девчонки в Плиг
лексе, Торнсхольме и Риве, должно быть, вспоминают странного парня, котор
ый любил их только в свете Меара, и никогда Ц в багровых отблесках Четтан
а, хотя издревле повелось отводить для утех время красного солнца.
Ц Не хмурься, Моран, это не человек. Всего лишь ручная карса.
Тут я, вероятно, выразил слишком много скепсиса, потому что Лю недовольно
грохнул по столу бокалом.
Ц Карса. Ручная. Мне вовсе не нужно, чтобы во время твоей красной охоты ка
кой-нибудь олух увел коня. Или стащил поклажу.
Ц Карсу невозможно приручить, Ц возразил я.
Ц Кажется, Ц старик был ехиден, дальше некуда, Ц некоторое время назад
мы договорились, что там, где замешана магия, случается еще и не такое.
Ц Ладно, Ц сдался я. Ц Понял. Что еще?
Ц Еще? Еще Ц вот.
Старик вытащил откуда-то из складок одежды (темно-синего чародейского б
алахона) толстый ошейник, украшенный металлическими бляшками.
Ц Ты наденешь его сейчас и не станешь снимать до самого Каменного леса. Э
то железное условие.
Я стерпел. Тьма с ним, стерплю еще и не это. Ради памяти Ц стерплю.
Ц Л-ладно…
Не то чтобы я сразу поверил Лю-чародею. Но даже если бы надежда, что это пра
вда, была в тысячу раз призрачнее, все равно стерпел бы. Потому что обладаю
щего памятью оборотня поймать не удастся никому.
Ц Все переправы через Юбен ты, конечно, знаешь. Ту, что неподалеку от Айет
ота, конечно, тоже. Чуть выше переправы по течению Юбена есть старая забро
шенная мельница, ты должен знать. Туда и иди. Коня, оружие, припасы и одежду
найдешь там. И киску тоже, хотя она вполне может бродить где-нибудь невдал
еке. Пока на тебе Ц и на ней Ц ошейники, вы останетесь друзьями. Она пойде
т за тобой даже в пламя лесного пожара и перегрызет глотки даже дюжине ви
льтов-воинов, если заподозрит в них врагов. Так что…
Ц Ладно, Ц повторил я. Ц Меня интересуют две вещи. Какие гарантии, что т
ы меня не надуешь?
Лю развел руками.
Ц Чародеи не врут. Помощь, за которую не заплачено, повредит мне сильнее,
чем тебе мой обман. Весы есть Весы, их не вывести из равновесия… Тьфу, заго
ворил ты меня, лопочу, словно пьяный менестрель.
Ц И второе, Ц продолжил я. Ц Что я должен буду сделать в У-Наринне?
Ц Смутные дни! Ты куда-то торопишься, Одинец?
Я пожал плечами.
Ц Должен же я знать, зачем туда иду?
Ц Сначала Ц дойди. Там и узнаешь, Ц отрезал старик.
Лю жадно отхлебнул пива и тоном монарха, отдающего приказы царедворцам,
велел:
Ц К мельнице поспей сегодня же к вечеру Ц времени тебе хватит. И выезжай
немедленно в Дикие земли. Двенадцать синих дней Ц и ты будешь в У-Наринн
е. Гляди, не опоздай.
Ц Что, Ц хмыкнул я, Ц неужели до Смутных дней осталось всего двенадцат
ь суток?
Лю изумленно уставился на меня. У него даже сыр изо рта вывалился, смачно ш
лепнув по столешнице.
Ц Ты знаешь что-нибудь о Смутных днях?
Теперь настала очередь изумиться мне. Я ничего не знал о Смутных днях, кро
ме того, что это расхожее ругательство. И, кажется, старик решил, что я вкла
дываю в эти потерявшие смысл слова нечто важное Ц понятное ему и недост
упное мне. Как бы не показать, что я случайно набрел на исчезнувший след? И
вообще Ц стоит ли это делать?
Ц Ну… Ц протянул я. Ц Наступят же они когда-нибудь, если люди не забыли
эти два слова! А, Лю? Я неправ?
Ц Хватит! Ц оборвал меня Лю. Жестко, я даже вздрогнул. Ц Не болтай о том, ч
его не знаешь. И вообще Ц поменьше болтай.
Я пожал плечами Ц мне не привыкать. Болтать я не люблю. Сегодня только поч
ему-то разобрало.
Ц Хорошо, чародей. Хочу верить, что ты не врешь, и я получу то, о чем мечтал д
олгие круги.
Ц Кстати, Ц сказал старик. Ц Ты начнешь помнить время зверя еще в пути к
У-Наринне. Так что будешь поспокойнее там, в Каменном лесу.
Я взглянул на него Ц пристально и недоверчиво.
Ц Рад, если так. Теперь об оружии…
Не знаю, уж откуда Лю узнал обо мне столько, но рта мне раскрыть он так и не д
ал. Просто перечислил, что я найду у старой мельницы, и все. Честно говоря, я
намеревался потребовать вполовину меньше. И каждая описанная им вещь мн
е понравилась Ц от хадасского кинжала до варварских метательных шарик
ов. Конечно, все это еще нужно было повертеть в руках, но слова старика убе
дили меня, что в оружии он разбирается не хуже моего. К удивлению, я не обна
ружил среди оружия меча. Но старик сказал, что это не должно меня волноват
ь.
Можно подумать, что с мечом я волновался бы меньше!
Ц Конь?
Ц Ривский жеребец-три круга. Заклят от хищников.
Ц Даже от карсы?
Ц В карсу он влюблен. И вообще Ц чего ты такой беспокойный? Ты же полмира
исходил, а, Одинец?
Ц Не от хорошей жизни, чародей.
Тут Лю понимающе кивнул. Хотя Ц что он мог понимать? Для того, чтобы понят
ь оборотня, нужно быть оборотнем. А так…
В общем, я допил свое пиво и побрел домой Ц готовиться. Несмотря на то, что
мне часто приходилось уходить из более-менее насиженного места в полную
неизвестность и начинать все практически с нуля, каждый раз я покидаю св
ое временное пристанище с сожалением. Наверное, не будь я оборотнем и жив
и постоянно в одном и том же месте, я бы очень любил свой дом. А так, обзаводя
сь жильем в очередном городе, я подспудно сознаю, что спустя круг-два поки
ну его. И это мешает по-настоящему полюбить. Но уходить все равно жаль. Я пр
ошелся по комнатам, провел ладонями по дверцам приземистых шкафов мурху
тского дуба, посидел за обширным столом, где пыль быстро оседала на письм
енных принадлежностях… Я ведь редко сидел за этим столом и еще реже мне п
риходилось писать.
Сами сборы много времени не заняли. Тем более, что все необходимое ждало м
еня на заброшенной мельнице чуть не доходя до Айетотской переправы.
Итак. Увесистый кошель с монетами. Пакетики с пряностями. Плоская шкатул
ка с горстью пещерных самоцветов, они в наших краях диковина. Несколько к
ниг. Стопка чистых листов бумаги, перехваченная атласной ленточкой, зате
йливая чернильница, сработанная из лесного ореха и мое любимое перо, кот
орое я не отдам никогда и никому. Пара метательных ножей, с которыми я не х
отел расставаться вот уже десять кругов. Вот и все. Лекарства мне не нужны
Ц я оборотень. Оружие… Оружие на этот раз будет. Хотя обычно я выгляжу без
оружным Ц ножи мои никто из живых в этом мире не видел. А кому приходилось
увидеть, тот быстро переставал быть живым.
Сумку я опустил в углу, у самой двери. И взглянул на громадные песочные час
ы, реликвию времен Хадасской войны. Неумолимо близился восход Четтана. Е
ще несколько часов, и синий по-вечернему Меар скроется за силуэтом Неспя
щей башни.
Я вздохнул и на минутку повалился на низкое ложе, как всегда поступал пер
ед дальней дорогой. Но прежде запер окна. Запоры эти сработал я сам и поста
вил в первый же синий день жизни в этом доме, и на окна, и на двери. Потому чт
о зверю, что живет во мне, совершенно нечего делать красным днем на улицах
Дренгерта. Но сейчас дверь запирать незачем Ц я скоро уйду.
Вечером, когда я доберусь до мельницы, мгла, медленно заволакивающая пам
ять, не заставит себя ждать. Моран умрет, а вместо него родится взрослый Ву
лх. Хищник. Зверь. Чужак.
Я очнусь на пересвете. Голова будет ясной и свежей Ц к счастью, я не знаю, ч
то такое похмелье. Пива-то я сегодня выпил изрядно… Даже не скажу Ц оттог
о ли, что я оборотень, или просто организм у меня такой. Не знаю, и все тут.
Вскоре я вскочил Ц разлеживаться времени не было. И я пошел к соседу. Надо
же объяснить, что я нанялся на работу, попросить присмотреть за домом… Ка
кая разница, что я никогда в этот дом не вернусь? Сосед должен верить, что в
ернусь. Вот пусть и присматривает, тем более, что в конце концов он прибере
т мое нынешнее жилище к рукам. Не заплатив ни гроша, заметьте.
С соседом я говорил минут двадцать; потом вернулся за сумкой, еще раз заме
р в знакомой и привычной комнате… Тьма, за что мне была уготована судьба б
родяги, которому не суждено отыскать под двумя светилами-Близнецами сво
й истинный дом? Я вздохнул.
В общем, к переправе я отправился куда позже, чем рассчитывал. В Дренгерте
, как в любом нормальном городе, многие придерживались красного цикла, и с
ейчас по их понятиям было время глубокого сна. Но не меньше было и тех, кто
предпочитал жизнь при свете Меара. Гудели, как шмелиные гнезда, кабаки и т
аверны, а толстая тетушка Фили зазывала шатающихся по улицам бездельник
ов в свой полулегальный бордель. Девочки тетушки Фили строили тем же без
дельникам глазки из окон второго этажа. Бездельники пускали слюни и маши
нально шарили в карманах и на поясе, там, где полагалось висеть кошелькам.
Надо сказать, местные щипачи часто повергали бездельников в изумление
Ц кошелек в половине случаев находился вовсе не там, где ему полагалось.
На рыночной площади, как обычно, было не протолкнуться. Заглушая многого
лосый гам, прозвонил колокол на Неспящей башне Ц я оглянулся. Наверное, я
долго больше не услышу боя дренгертского колокола. Если вообще еще когда
-нибудь услышу.
Я уворачивался от чересчур назойливых продавцов и отпихивал рыночную ш
пану, не испытывая при этом обычной злости. Шпану я не любил. Попрошайнича
ют, а могут и стянуть чего при случае. Вроде ж не калеки, что мешает работат
ь? Рук в городе, как обычно, не хватает, мастеровые работников берут без ра
зговоров. Нет Ц попрошайничают.
Я направлялся на юг, к переправе через Юбен, соединяющей дорогу, что вытек
ала из западных земель, с наезженным трактом на Запредельные восточные к
няжества. Дорогу эту проложили еще хоринги Ц в незапамятные времена, ко
торых теперь никто толком не помнит. Она так и не заросла лесом, потому что
хоринги понимали лес куда лучше людей. По ней ходить отваживались тольк
о смельчаки-одиночки, да горские караваны, вооруженные до зубов. Караван
ы проходили только самое начало дороги, а потом отклонялись на юг, к Плигл
ексу. Мне, похоже, предстояло идти этим негостеприимным путем гораздо да
льше, к местам последних хорингских поселений. В компании вороного жереб
ца и дикой карсы, которая, по словам Лю-чародея, предана мне, словно пес хоз
яину. В последнее я, понятно, верил не больше, чем в милосердие людей, обнар
уживших оборотня.
Протолкавшись сквозь рыночную толпу, я миновал оружейный квартал, кварт
ал Синих Светильников, нуртские трущобы, где приходилось все время держа
ть левую руку на рукояти ножа. Левую, ибо заподозри местные головорезы, чт
о правая рука прохожего шарит под плащом, прохожему точно несдобровать.
Я же правой рукой беззаботно помахивал, и меня не тронули. Как всегда. Впро
чем, если бы стало туго, а подраться желания не возникло бы, стоило мне упо
мянуть имя старого Вара Гремячей Глотки, и дорогу тут же очистили бы без л
ишних разговоров. Обитатели нуртских трущоб прекрасно знали, благодаря
кому они еще не передохли с голоду.
У Южной стены скучали четверо стражей, а из караулки перед самыми ворота
ми доносился раскатистый храп. Четтанская смена, поди, отсыпалась. Ворот
а были заперты, так же, как и северные. На востоке не было ни стены, ни ворот,
там протекал Юбен. А западная стена была глухая Ц кому придет в голову от
правиться в Дикие земли? Только психу или нелюди, вроде меня. Но нужно было
сохранять важный и таинственный вид, ведь я не нелюдь Ц для остальных.
Одного из стражей я даже знал Ц Гудда Три Лапы. Он тоже меня узнал, привет
ливо кивнул и оперся на ритуальную пику.
Ц Привет, Одинец!
Ц Привет, Три Лапы. Как служба? Ц отозвался я с готовностью. Гудд был смыш
леным парнем и добыл мне немало сведений о перемещениях караванов по южн
ым дорогам. В свою очередь у него не было оснований жаловаться на мою скуп
ость Ц платил я всегда исправно и щедро, потому что сведения были действ
ительно ценные, а в моем деле это много значит.
Ц Идет служба… помалу. Ц Три Лапы многозначительно подмигнул. Ц А ты т
еперь с Лю работаешь?
Старик обещал утрясти вопрос со стражей, и, несомненно, утряс.
Ц Тише, Три Лапы! Ц я притворно всплеснул руками. Ц Это ведь страшная та
йна!
Гудд и остальные стражники довольно заржали, и я вместе с ними. Некоторая
фамильярность льстила им, простым солдатам, а мне была весьма на руку их в
ера в некие совместные дела с Лю-чародеем.
Ц В Айетоте новости, Ц сообщил Три Лапы. Ц Беша Душегуба хлопнули. И с н
им еще двоих Ц костолома из Ранимировых и Бешева деньговара, не местног
о, приехал как раз на свою задницу.
Ц Стража? Или Чистые братья? Ц спросил я равнодушно. Судьба Беша меня со
вершенно не волновала.
Три Лапы нахмурился.
Ц Тьма его знает! Болтают, что у Беша последние круги жила взрослая карса
. Наверное, это она постаралась, потому что от всех троих мало что осталось
.
Самого Беша я не знал и никогда не видел, но с одним из его людей, а именно со
старым пьянчугой по прозвищу Унди Мышатник, я встречался регулярно. Унд
и мертв, упокой Тьма его нетрезвую душу, а теперь пришел черед и его хозяин
а, Беша Душегуба… Что же, я всегда считал, что дела вести нужно иначе, нежел
и вел Душегуб. Может быть, поэтому я еще и жив, а он уже нет?
Ц Карса, Ц сказал я с отвращением. Ц Всегда ненавидел этих проклятых к
ошек. Помнишь, когда две карсы сбежали из бродячего зверинца? Полкруга на
зад? Кровь тогда неделю не могли отмыть от мостовой у Неспящей башни…
Три Лапы вздохнул:
Ц Помню… Лучше б не помнить. До сих пор мутит, стыдно сказать. Железом так
не суметь, как эти шельмы когтями или клыками…
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75


А-П

П-Я