https://wodolei.ru/catalog/mebel/zerkala/nedorogie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Разгоряченный изнуряющей борьбой с неуправляемым морем обезумевших поклонников, полицейский вымещал свое бешенство на Кейт, свирепо волоча ее в сторону, – так, что она упала на тротуар у его ног.
– Назад! – орал он ей и остальным. – Назад!
В следующее мгновение сильные руки подхватили Кейт и помогли ей подняться на ноги. Их прикосновение было энергичным, но бережным. Она подумала, что это, должно быть, другой полицейский, более человечный, чем другие.
Но когда она обернулась, чтобы поблагодарить своего заступника, она увидела красивого мужчину в смокинге, – очевидно, одного из участников церемонии. Он смотрел на нее карими глазами, полными сострадания.
– С вами все в порядке? – спросил он.
Прежде чем она могла ответить, он бросил гневный и осуждающий взгляд на полицейского, который тащил Кейт по тротуару.
– Будьте осторожней, офицер! – сказал он низким голосом, от которого полицейский застыл на месте. – Они ведь тоже люди!
Полицейский в смущении ушел прочь. Кейт опять взглянула на мужчину. Он казался знакомым, но Кейт никак не могла сосредоточиться. Она видела, как силен он был, как мужествен. Он все еще смотрел на нее, его глаза были полны гнева на полицейского и сочувствия ее страданию.
– Со мной… со мной все в порядке, – сказала Кейт. – Благодарю вас. Спасибо. Извините…
Она говорила с трудом, потому что руки, поддерживавшие ее, излучали сильную мужскую энергию, от которой у нее перехватило дыхание.
– Вот и хорошо, – он отпустил Кейт. Уже уходя, он вдруг обернулся и посмотрел на нее – в его глазах зажглось что-то, словно он хотел запечатлеть ее образ в памяти, прежде чем уйти окончательно. Она гадала, знает ли он ее или это было характерной его чертой – быстрое и пристальное изучение человека, который оказывался перед ним.
Кейт не поняла, потому что в следующее мгновение он уже исчез. Ее снова затянуло в толпу, где она безуспешно искала Мелани, все время ощущая прикосновение руки незнакомца и странную сладкую дрожь, не похожую ни на одно из чувств, которые она до сих пор испытывала.
После долгого поиска она нашла Мелани, и они стали потихоньку выбираться из толпы. Оказалось, Мелани избежала неприятностей, произошедших с Кейт, – она по-прежнему была полна детского восхищения всеми звездами, которых видела.
– Девять наград Академии! – восклицала она. – Какой мужчина! Смотри, смотри, Кейт, вот он!
Кейт посмотрела в направлении, указанном ей Мелани, и увидела своего спасителя, садившегося в лимузин. Он был окружен кольцом полицейских.
– Это он?.. – сказала Кейт, ее глаза блестели. Мелани схватила ее за руку.
– Это он! – кричала Мелани. – Это Джозеф Найт! Разве он – не чудо?
Кейт ничего не ответила. Минуту спустя обе девушки уже шли домой. Когда они добрались туда, Мелани хотелось болтать всю ночь о том, что она видела в «Амбассадоре», но Кейт нужно было завтра на работу. Зевнув, она посоветовала Мелани ложиться спать.
Сколько Кейт себя помнила, ей требовалось не больше тридцати секунд, чтобы заснуть. Но сегодня она лежала без сна, как ей показалось, в течение долгого времени, думая о странной и незабываемой сцене, которую она наблюдала в туалетной комнате отеля. Ив Синклер, ее детский кумир, сидела совсем недалеко от нее и, ни о чем не подозревая, выплескивала то, что было у нее на душе, глядя на свое отражение в зеркале.
Но вот что-то всплыло в памяти Кейт, отвлекло ее от мысли об Ив. Это было лицо Джозефа Найта, красивого незнакомца, который помог ей подняться на ноги. Мечты носились в ее голове легкой стаей, медленно подводя ее ко сну, но все они, казалось, кружились вокруг Джозефа Найта, сквозь их магический кристалл Кейт видела взгляд его карих глаз.
Когда сон наконец принял ее в свои объятия, это были объятия Джозефа Найта, бережно поддерживавшего ее, в то время как земля уходила у нее из-под ног, – так, что душа ее покидала тело и стремилась к нему.
Для Кейт это был просто сон, только более приятный, чем все остальные. Ей потребовалось много времени для того, чтобы понять, что в этот день она переступила невидимую черту, отделявшую ее от прошлого, которое она воспринимала как данность. Кейт оказалась лицом к лицу с судьбой, которая ждала ее всю жизнь.
11
Неделю спустя после церемонии в «Амбассадоре» Кейт отправилась на поиски театрального агента.
Она никому не сказала о том, что собиралась делать. Меньше всего ей хотелось сообщать об этом Мелани. Она стеснялась своей затеи и даже чувствовала себя почему-то виноватой. И ей было неуютно вдвойне, потому что она не могла понять, почему она делает это. А в привычки Кейт не входило предпринимать какие-либо действия, не зная, что побуждает ее к ним.
Что-то изменилось в Кейт. До того вечера она была совершенно равнодушна к лицедейству и презирала Голливуд. Но теперь в ее душе завелся какой-то очаг беспокойства, как песчинка в раковине, из которой вырастает жемчужина. Это было желание попробовать себя в качестве актрисы перед тем, как выбросить эту идею из головы окончательно.
Почему она внутренне изменилась, Кейт не знала. Она не была склонна к рефлексии и самоанализу, чтобы задавать себе вопросы – связано ли это с эпизодом, подсмотренным в туалетной комнате, или же церемония награждения так затронула ее. Она только знала, что переменилась.
Конечно, она никогда не сможет изгнать из памяти трагический образ Ив Синклер, прекрасные черты которого были искажены мучительным чувством, когда Ив думала об «Оскаре», который был отдан Ребекке Шервуд, новой звезде, засиявшей в великолепном фильме Джозефа Найта.
И она никогда не забудет самообладания Ив, когда она в мгновение собрала свое лицо из обломков перед тем же зеркалом, спрятав свою муку одним усилием воли.
Для Кейт вечер церемонии присуждения «Оскара» был особенным моментом, вырванным из окружающей ее жизни, – это была колдовская сказка, как ночь Золушки на балу у принца. Ей не хватало реальности, но именно благодаря этому она до сих пор очаровывала Кейт и напоминала ей о ее детских грезах, об Ив Синклер и волшебном мире, в котором она жила.
Но эти мысли не вели Кейт к ответу на загадку ее нового поведения. Она не задавала себе никаких вопросов. Наоборот, она двинулась вперед решительно, так же как она поступила бы, ища работу официантки. Она разослала копии своих фотографий, сделала ряд телефонных звонков и получила долгожданный ответ.
Ее первое интервью было с агентом по имени Барнетт Ливингстон. Кейт как-то слышала от Мелани, что он дает молодым исполнителям шанс – дальше все зависит от них. И кроме того, что-то в этом имени возбуждало любопытство Кейт. У нее было детское желание быть принятой человеком с таким элегантным именем и фамилией.
Она была удивлена и даже немного разочарована, когда пришла в офис в деловой части Голливуда, который оказался маленьким, захламленным, с промерзшей стеклянной дверью. Там был стол секретаря, но сам секретарь отсутствовал. Плешивый человек в рубашке с короткими рукавами, с толстым животом и сигарой приветствовал ее.
– Барни Ливингстон, – представился он, не обратив никакого внимания на ее изумленное лицо. – А вы…
– Кэтрин Гамильтон, – сказала Кейт, заставив себя улыбнуться.
– Присядьте, – предложил он. – Я говорю по телефону. И сейчас приду.
Он вышел в соседнюю комнату, не прикрыв дверь. Он взял трубку и продолжил прерванный разговор, пуская клубы дыма.
– О'кей, порядок, – говорил он невидимому собеседнику. – Я знаю, что она может сделать. Но будет ли она это делать, вот в чем вопрос, Фрэнки. Ты не можешь рассчитывать на нее сегодня так же, как год или два назад. Она теперь совсем не та актриса, как прежде. И все это знают. Вот почему я тебе говорю – дай шанс другой девушке. Просто сделай пробу. Необязательно, чтобы кто-нибудь об этом знал. Господи, да это займет десять минут. Ну, тогда сделай это для меня. Большие звезды отыскиваются именно таким путем. И ты это знаешь.
Наступило долгое молчание. Спина агента была повернута к Кейт. Она могла видеть, как он кивал во время разговора. Он откинулся в кресле, его ноги были на столе.
Наконец, разговор был окончен.
– О'кей, – сказал он. – Звучит неплохо. Я знал, что ты мне друг, Фрэнки.
Он повесил трубку и встал. Затем он подошел к двери.
– Заходи, золотко, – сказал он Кейт. – Твое фото у меня с собой.
Она зашла в кабинет. Он оставался в соседней комнате какое-то время, ища что-то на столе секретаря, затем вошел в кабинет, прикрыв за собой дверь.
– Извини, что заставил тебя ждать, – сказал он. – Это – один из наших лучших продюсеров. Мне удалось уговорить его избавиться от одного из наших клиентов. Веришь ли, это было – словно зуб вырвать.
Он сел и закурил сигару. Он переводил взгляд с Кейт на фотографию, лежавшую на столе. Его глаза сузились, когда он рассматривал ее.
– Ты очень привлекательна, – заключил он. – Я имею в виду – не похожа на других. Я видел тебя где-нибудь?
Кейт покачала головой.
– Я снималась только в массовке и роли прохожих, – ответила она. – Но мне кажется, они это вырезали.
Он кивнул, оценивающе смотря на нее.
– Очень своеобразна, – проговорил он. – Да, твоя внешность должна озадачивать тех, кто монтирует фильм. Они любят, когда девушки все одинаковые. Надеюсь, ты не струсила от этих неудач. В тебе есть что-то необычное.
Он посмотрел на ее фото и покачал головой.
– Фотограф попытался скрыть это качество, – сказал агент. – Мы не можем его винить за это – он думает, что именно за это ему платят. Его работа – сделать так, чтобы ты и все остальные выглядели как Марлен Дитрих. Тогда как в тебе есть что-то своеобразное, индивидуальное…
Он опять посмотрел на нее.
– Ты не могла бы встать? – спросил он.
Кейт встала, опустив сумку на пол рядом со стулом.
– Отлично, – сказал он. – Теперь пройдись взад-вперед по комнате. Та-ак… Отлично. Теперь положи руки на бедра. Улыбнись. Улыбнись! Прекрасно… О'кей! Теперь сядь.
Кейт села и посмотрела на него.
– Хорошо, это кое-что… – сказал он со вздохом. – Я не знаю, как это назвать, но что-то специфическое. Скажи, ты умеешь произносить слова роли? Ты брала уроки актерского мастерства?
Кейт покачала головой.
– Пару раз сходила на какие-то занятия, – сказала она. – По правде говоря, я не относилась к этому серьезно до тех пор, пока… До недавнего времени. Я надеюсь, что смогу научиться.
Он улыбнулся. Ее искренность произвела на него впечатление.
– Держи, – сказал он, протягивая Кейт листок печатного текста. – Прочти мне первую строчку.
Кейт прочла.
– Половина одиннадцатого, мэм. Ваша мать уже здесь.
Агент улыбнулся.
– Золотко, мы же не в морге, – сказал он. – Побольше живости. Пусть это звучит естественно.
Кейт прочла строчку снова. Он смотрел на нее без какого-то либо выражения на лице.
– Теперь попробуй восемнадцатую, – проговорил он. Она скользнула взглядом по странице и нашла нужную строчку.
– Я не собираюсь принимать это от тебя, – прочитала она.
– Теперь – гнев, – сказал он. – Вложи сюда побольше чувства. Думай о ком-нибудь, кого ты ненавидишь больше всего в жизни. Представь себе его лицо и мысленно обращайся к нему, когда читаешь эту строчку. Давай!
Кейт стала думать о Рее – своем отчиме.
– Я не собираюсь принимать это от тебя, – проговорила она.
Долгое мгновение агент внимательно смотрел на Кейт. Потом улыбнулся.
– Отлично, – сказал он, вставая. – Ты будешь сниматься. Подожди минутку.
Он вышел в соседнюю комнату и вернулся с голубой папкой, внутри которой были какие-то бумаги.
– Распишись три раза на десятой странице и один – на одиннадцатой, – велел он, давая Кейт ручку. – Это стандартный контракт. Пять лет, пятнадцать процентов.
Кейт посмотрела на него, глаза ее сияли. Он согласен!
– Вы действительно?.. – спросила она.
– Я не могу давать никаких обещаний, ты ведь понимаешь, – сказал он. – Ты кажешься умной девочкой. Ты знаешь, какой у нас жесткий бизнес. Но я постараюсь сделать для тебя все от меня зависящее. Это я тебе обещаю.
Кейт быстро подписала контракт. Текст его ничего не значил для Кейт. Она поставила свою подпись там, где ей сказали, и положила бумагу на стол.
– Умница, – сказал он. – А теперь встань. Кейт встала.
– Снимай их, – сказал агент. Его слова застали Кейт врасплох.
– Что вы сказали? – спросила она.
– Я сказал – снимай их, – ответил он. – Снимай свои трусы. Иди сюда, детка. У меня не так много времени. А дел невпроворот.
Кейт нахмурилась.
– Я не понимаю, что вы имеете в виду, – сказала она.
Он встал, обошел стол и дотронулся до ее груди пожелтевшим от табака пальцем. От него пахло сигарами и дешевым алкоголем.
Его взгляд был одновременно похотливым и заискивающим.
– Ты можешь далеко пойти, – проговорил он. – Ты и впрямь красивая, по-своему.
Его рука скользнула от груди к бедрам. Он стал притягивать Кейт к себе.
– Если ты будешь… – начал он.
Прежде чем он смог докончить, Кейт оттолкнула его обеими руками.
Он взглянул удивленно и злобно.
– Золотко, в чем дело? – спросил он. – С какой планеты ты свалилась? Это же Голливуд, США. Тебе понятно? Очнись!
Кейт ничего не ответила. Она взглянула на него – в ее глазах было что-то опасное, в чем она не отдавала себе отчета. Но он не заметил этот взгляд. Он был слишком поглощен очертаниями ее груди под блузкой.
Он был по-настоящему возбужден теперь. Он видел, что Кейт и впрямь нечто необыкновенное.
– Не будь тупицей, золотко, – проговорил он. – У меня мало времени. Снимай трусы и раздвигай их, иначе ты не получишь ничего! Ты хочешь получить работу или нет?!
Он схватил ее за плечи и попытался поцеловать.
Мгновенно колено Кейт вынырнуло из пустоты и сильно ударило его между ног. Его глаза широко раскрылись. Он задыхался.
Прежде чем он смог разразиться бранью, Кейт ударила его в нос. Кровь хлынула мгновенно. От сильного удара агент отлетел назад.
– Бешеная сука! – сказал он. – Поганая дрянь! Внезапно боль между ног заставила его согнуться. Он упал на пол, хрипя.
С хладнокровием, которое удивило ее саму, Кейт наступила высоким каблуком ему на грудь, прижав его к полу, и потянулась к столу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75


А-П

П-Я