https://wodolei.ru/catalog/mebel/rakoviny_s_tumboy/pod-nakladnuyu-rakovinu/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Уэйд встал и подошел к окну. Ливень смыл часть огорода, пшеничное поле тоже почти все пропало.Ограда загона нуждалась в починке. Интересно, сколько лошадей в хозяйстве, нельзя ли одну одолжить? Лично у него на этом свете только одна собственность: двадцать лошадей, которых он затабунил в горах и присоединил к лошадям Чивиты. Юты были отменными коневодами, и он многому от них научился. За его собственным табуном теперь приглядывал в высокогорной долине брат Чивиты, Манчес.Уэйд должен туда добраться.А потом?Что он будет делать, однорукий? Не сможет заарканить дикую лошадь. Не сможет даже объездить ее.В голове роились мысли. Он отдаст животных Манчесу. Он в долгу перед своим шурином. Наверное, отдаст пару лошадей Мэри Джо Вильямс. И тогда у него не останется никаких долгов. Тогда он исчезнет.Фостер сделал несколько шагов, проверяя ноги. Раненая нога заныла тупой болью, которая усиливалась, чем больше он вышагивал. Как далеко сумеет он пройти? До забора, если повезет. В этой комнате он был таким же узником, как если бы сидел в тюремной камере.Ему нужна лошадь. Согласится ли женщина одолжить ему животное? Хотя, с какой стати? Ведь он сам признался в убийстве.Он мог бы украсть. Уэйд Фостер многое знал о краже лошадей. Но потом он представил себе лицо Джеффа и то, как удручен будет мальчик, если Уэйд украдет лошадь.Черт бы побрал ребенка и его радостные глаза, и улыбку, полную надежды. Фостер совсем не нуждался в таком доверии.Он сделал еще несколько пробных шагов. Рану на ноге задергало. От езды верхом она снова откроется. Сколько крови должен человек потерять, прежде чем умрет?В дверь постучали. Он замер, затем прорычал разрешение войти. Не мог же он запретить женщине войти в собственную комнату.Дверь открылась, на пороге стояла она. Он внимательно ее осмотрел: темно-рыжие волосы, пахнущие цветами, гладкая кожа, широкие скулы, стройная фигура, взгляд, в котором было много решимости и слишком мало страха. Она улыбнулась, увидев, что он на ногах.— Вам лучше!Он смущенно ответил:— Настолько хорошо, что готов вернуть вам вашу комнату. Я поживу в сарае, если вы не против. Всего лишь день или два, пока не смогу передвигаться. Я и так доставил вам слишком много хлопот.Улыбка исчезла с ее лица, а взгляд стал настороженным, словно на глаза опустилась завеса.— Сомневаюсь, что у вас хватит сил далеко уехать, а в сарае сыро, легко можно подхватить простуду. Я бы предпочла, чтобы вы оставались здесь. Нам с Джеффом совсем неплохо вдвоем.— Я не…— Если отряд вернется, вам безопаснее находиться в моей спальне, — сказала она. — Здесь вас искать не будут. А сарай наверняка обыщут.Уэйд стиснул зубы. Она права, черт возьми. Он не мог представить, что кто-нибудь вторгнется в спальню этой женщины против ее желания. Она усмирит наглеца одним взглядом.Пропади все пропадом, она даже его усмиряет.Он вздохнул, сдаваясь. Потом почувствовал, что вот-вот упадет и, не желая делать это вновь у нее на глазах, отошел к кровати. Неловко опустился на одеяло, держась прямо одним усилием воли.— Еще один день, — сказал он, — и я сумею…— Быть может, дойти до ворот, — перебила она. — Большее расстояние вам не преодолеть.— Лошадь. Если бы вы мне одолжили… — Он решил покинуть это место так или иначе, даже если ему придется просить, чего он не делал лет двадцать. — В горах у меня есть несколько лошадей. Если… я доберусь до них, то возмещу…— На лошади вы тоже далеко не уедете, — сказала она мягко, даже с сожалением. — И лишних лошадей у нас нет, только моя и Джеффа, а еще два тяжеловоза, которые возят фургон и работают в поле.Уэйд почувствовал досаду. Досаду от собственной беспомощности и зависимости. Ему захотелось отомстить своей судьбе, только судьбы под рукой не было. А женщина была. Он посмотрел на нее со злостью.— Что сказали бы ваши соседи, если бы узнали, что вы приютили любовника индианки?Она даже бровью не повела.— То же самое они сказали бы, если бы узнали, что я дала кров человеку, который убил того старателя.— Неужели для вас ничего не значит, что я жил среди ютов? Она ответила не сразу, встревоженно посмотрев ему в глаза.— Не знаю. Не могу сказать, что понимаю это.— Я слишком хорош, чтобы жениться на индианке? — насмешливо спросил он. — Так вот, как раз наоборот. Чивита была слишком хороша для меня.— Это меня не касается, — сказала она.— Нет, касается, — возразил он. — Если меня здесь найдут, то скорее всего это затронет и вас, и Джеффа.Искра, сверкнувшая в ее глазах, сказала ему, что она уже думала об этом. И снова он невольно почувствовав восхищение. Интересно, какой у нее все-таки был муж?— Расскажите мне о своем сыне, — неожиданно попросила она.Уэйд помедлил.— Он был просто ребенком, — наконец произнес Фостер, голос его дрогнул. — Обыкновенный мальчик с мечтами и надеждами… и чувствами такими же, как у всех. — Он не хотел говорить о своем сыне с кем бы то ни было, с ней тоже. Но желание сохранить память о Дру заставило его продолжать: — Думаю, он пытался защитить свою мать, когда погиб. Его тело лежало рядом с ней.— А что же вы?— Я был на охоте, — с горечью произнес он. — Мне бы следовало взять его с собой. Он очень просил.— Я не могу вам посоветовать не винить себя, — произнесла Мэри Джо. — Иногда человек неволен в своих чувствах. Я себя тоже виню за смерть Тая.— Кто такой Тай? — Фостер не собирался проявлять любопытства, но не сдержался.— Он хотел жениться на мне. Я все время отказывалась, потому что не желала овдоветь во второй раз. Возможно, согласись я, он не ушел бы на последнее задание.Так вот почему она такая печальная. Людское горе быстро не проходит, а чувство вины заставляет его теплиться дольше.— Он тоже был рейнджером?Она от удивления расширила глаза.— Ваш сын рассказал мне.— Джефф. Его зовут Джефф, — произнесла она очень резко, должно быть, догадалась, что он пытается сделать: держаться от них на расстоянии.— Вам следовало выдать меня отряду, — сказал он.— Если бы я всегда поступала так, как следует, — возразила она, — то меня бы здесь не было. Мне все говорили, что я не смогу управлять ранчо самостоятельно и должна отправиться на Восток.— Почему же вы поступили иначе?— Главным образом из-за Джеффа, наверное. Но из-за себя тоже. Я выросла в Техасе, Во время войны у отца была маленькая ферма. Он был упорный и привил упорство мне. После того как… пропала моя сестра, он позаботился, чтобы я могла сама за себя постоять, Я умею ездить верхом, могу подстрелить кролика с пятисот ярдов. Мне кажется, я не смогла бы вписаться в круг дам, которые живут в восточных штатах. Я уже готова была попробовать ради Джеффа, но он заставил меня понять, что этот переезд разбил бы ему сердце. Он и так страдал, что пришлось уехать из Эль-Пасо и поселка рейнджеров. Переезд на это ранчо явился как бы компромиссом. И тогда все принялись уверять меня, что я не справлюсь. — Вид у нее был огорченный. — У меня лопнуло терпение.— И вы решили, что еще всем им докажете?— И себе тоже.— Вам нужна помощь.— Я знаю, — сказала она, — Но до сих пор не нашла никого стоящего, кто согласился бы подчиняться распоряжениям женщины. Последний из наемных рабочих напился и чуть не сжег сарай. — Ее взгляд внезапно стал задумчивым, — А вы что-нибудь знаете о том, как вести хозяйство на ранчо?Уэйд не поверил своим ушам. Она не должна доверять ему. Кроме того, на ранчо теперь от него столько же толку, сколько от костра в аду.— Даже не думайте, — произнес Уэйд с трудом придавая твердость голосу. — Я уйду, как только смогу переставлять ноги. — Но она не шелохнулась, и он почувствовал необходимость выразиться более решительно: — Вам, как пить дать, не нужен в хозяйстве однорукий убийца.В ее глазах засветился странный огонек, и она переменила тему.— Принесу-ка я свежих бинтов, — сказала Мэри Джо. У него осталось тревожное чувство, что его протест не произвел на нее никакого впечатления. Что она за женщина?
«Что я за идиотка?» — спрашивала себя Мэри Джо, расхаживая в большой комнате своего дома. Тем не менее она не могла вполне отказаться от идеи, что Уэйд Фостер, вероятно, сможет быть решением всех ее проблем.Фостер наконец уснул после болезненной процедуры перевязки ран, которые, по его заявлению, сделали его бесполезным. Но ей вовсе не было нужно его умение держать в руках инструменты. Ей был нужен его ум и авторитет, чтобы привлечь на ранчо рабочих.Он мог бы помочь ей, пока выздоравливал. Она дала бы ему кров и стол, пока он не поправился бы настолько, чтобы уйти. Она даже могла бы пожертвовать лошадью.А как же быть с тем, что он убийца? Мужчина, который взял в жены индианку? А судя по его ночному бреду, дела обстояли даже хуже. Они с Джеффом пока в безопасности, потому что он очень слаб. Но что будет, когда его раны заживут?Положительный момент, однако, заключался в том, что он не скрывал от нее правду. Проявил заботу о Джеффе, Понравился Джейку. Еще одного она не могла отрицать — у нее не было выбора.Ранчо не заложено, но они с Джеффом не могли здесь жить вечно, не получая дохода. Им нужно завести стадо. Им нужен луг под покосы, чтобы кормить скот зимой. Им нужно завести больше лошадей. Им нужны работники. А еще им нужен кто-то, вроде Уэйда Фостера, чтобы найти их. Как только хозяйство будет налажено, она примет на себя бразды правления и Уэйд Фостер сможет уйти.Но как заставить его остаться? Она могла бы, конечно, прибегнуть к шантажу. Пригрозить, что пойдет к шерифу, но она этого не сделает. Скорее потеряет ранчо.А что если предложить ему простой обмен? Лошадь и плату за его трехмесячный труд. К тому времени он как раз окрепнет, чтобы уйти, куда пожелает, спрятаться, где пожелает. Ведь это, как она подозревала, и являлось его целью. В ней жила уверенность, что он отвергнет ее предложение, Но оно было очень разумным, и он не мог в конце концов не понять этого.У Мэри Джо были свои сомнения. Множество сомнений, не последним из которых являлась симпатия Джеффа к незнакомцу. Она боялась, что сын почувствует разочарование, когда Фостер уйдет. Кроме того, каким примером этот человек послужит для Джеффа? Неужели ей действительно хотелось, чтобы тот, кто жил среди индейцев, тот, кто убивал, и тот, кого окружали тайны, имел влияние на ее сына?Еще одним сомнением было то, что он на самом деле мог быть опасен. Хотя, с другой стороны, рука у него не действует, а они с Джеффом знают, как защитить себя.А как же опасность другого рода? Уэйд Фостер пробудил в ней чувства, которые, как она считала, давно успокоились. Когда она входила в его комнату, ее дыхание учащалось, а сердце билось быстрее. Ее завораживала противоречивость этого человека, бурные эмоции, которые бушевали у него внутри. Ее муж и Тай были стоиками, открыто почти не проявляли чувств и с подозрением относились к тем, кто их проявлял. Ради них она научилась обуздывать собственные эмоции, на людях не смела даже взять ни того, ни другого за руку или сказать что-нибудь, что могло смутить их.А слезы? Никогда.Тем не менее она знала, что оба любили ее. По-своему.Мэри Джо судорожно сглотнула. Ей не хотелось вновь переживать, тем более из-за мужчины. Еще одних похорон ей не выдержать, а Уэйд Фостер вел с собой беду на веревочке.Но выбора у Мэри Джо почти не было. Стояла середина лета. Дождем смыло чуть не весь огород. На ее земле паслось несколько голов скота с клеймом бывших владельцев ранчо. Этой зимой животные сдохнут, если за ними некому будет присматривать. Она потеряет все, ради чего так тяжело работала последние девять месяцев.Уэйд Фостер, возможно, служил ответом на ее молитвы.Ей оставалось только надеяться, что он не явится причиной ночных кошмаров.
— Ма, едет всадник.Голос Джеффа разнесся по всему дому, когда он открыл дверь и прокричал свою новость.Мэри Джо закончила вытирать последнюю тарелку и поспешила в спальню. Уэйд Фостер сидел на краю кровати, пытаясь натянуть рубашку, которую она оставила для него на стуле.Было видно, что он раздосадован. Накинув рубашку на плечи, раненый пытался продеть в рукав левую руку. Мэри Джо хотела помочь, но строптивцу это явно бы не понравилось. К тому же рано или поздно ему придется научиться все делать самому, особенно если правая рука будет бездействовать.На лбу раненого вздулись вены, рот был плотно сжат, пока он в четвертый раз пытался справиться с задачей. Это ему удалось, и глаза его торжествующе заблестели.— Вы слышали, — сказала она.— Не нужно меня защищать. Я сам сдамся. Скажете, я вас принудил.— Кто вам поверит? — спросила она. — Вы и двух шагов не пройдете.— Я не могу здесь оставаться, — сказал он.— Вы предпочитаете оказаться на виселице?— Вы не понимаете, миссис Вильямс, — процедил он сквозь зубы. — На моей совести достаточно загубленных людей, мне не нужны новые. Особенно этот мальчик.— Сейчас не время спорить. Мы обсудим это позже. Она вышла из комнаты, закрыв за собой дверь в надежде, что упрямец примет во внимание ее слова. Он был совершенно непредсказуем, но она не думала, что он готов навредить ей, а это наверняка бы произошло, если бы сейчас обнаружилось его присутствие. Всем стало бы ясно, что она приютила его.Она быстро подошла к входной двери. У крыльца спешивался Мэтт Синклер, Джефф неловко переминался с ноги на ногу, загородив собой вход в дом. Мэри Джо стало не по себе: тем, что она скрывала сведения от официального лица, она учила сына лгать. Сознание этого было ей ненавистно. Тем не менее она приняла решение.— Шериф, — сказала Мэри Джо, — вы уже нашли того, кого искали?Он покачал головой.— Нашли лошадь, а больше ничего. Мы полагаем, их было двое, и теперь они скачут на одной лошади. Вероятно, давным-давно покинули наши края. Дождь смыл все следы. Я просто еще раз решил все проверить. Вы так и не встретили в округе чужаков?— Нет, — сказала она. — Не хотите ли кофе?— Был бы вам очень благодарен.— Джефф, напои коня мистера Синклера.Сын хмуро кивнул и взял в руки поводья. Мэри Джо повела шерифа в дом.— У меня от завтрака осталось немного печенья.Шериф хитровато улыбнулся, снимая с головы шляпу.Это был мужчина с приятной внешностью, умными карими глазами, дружелюбный и не столь молчаливый, как рейнджеры, с которыми она общалась прежде.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46


А-П

П-Я