https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/rossijskie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Смотрите! Она прелюбодейка! – завизжал Руперт. Эдвард оттолкнул Ребекку и схватил меч. Внезапный блеск металла за спиной Руперта заставил Ребекку зажмуриться. Когда она открыла глаза, в комнате стояла Мейвис. В руке ее сверкал кинжал. Одним прыжком подскочив к Руперту, она перерезала ему горло. Захлебываясь кровью, он медленно опустился на пол. Все потрясенно замерли.
Мейвис повернулась к королю.
– Справедливость восторжествовала! И не надо никакого суда. – Она упала перед королем на колени и, прежде чем ее смогли остановить, вонзила кинжал себе в сердце.
Ребекка бросилась к ней и быстро зажала рану рукой, чтобы остановить кровь, но Мейвис была мертва. Она лежала на полу, и на лице ее навеки застыла удовлетворенная улыбка. Эдвард бережно поднял ее на руки. Перед глазами Ребекки все поплыло. Мир кружился и уходил в темноту. Она еще успела увидеть, как Эдвард рукавом стер пот и кровь с ее лица, и тьма поглотила ее. Все потрясение застыли. И вдруг в этой звенящей тишине Маккей снял свой тартан и накрыл им Мейвис, оказывая ей воинскую почесть. Лицо его выражало сожаление и грусть.
Последующие дни были наполнены печалью. Ребекка жила как во сне. Эдвард не старался ее утешить, он слишком был потрясен случившимся. Встречаясь, они разговаривали о пустяках и спали каждый в своей комнате.
В последнее время он держался от нее на расстоянии. Неужели она опять что-то натворила? Нагрубила? Или кого-то обидела? Что происходит вокруг нее?
Король Яков остался погостить в замке Кавена. Он предложил детям Мейвис жить у себя при дворе.
Ребекка тщательно оделась к утренней трапезе: присутствие короля обязывало следить за своим внешним видом. Она выбрала любимое платье, сочетающее цвета Макклири и Кавена. Его вычистили, выстирали, и теперь оно благоухало свежестью и розами. Когда Ребекка взяла платье, на пол полетели лепестки роз. Это Сара постаралась, и теперь от платья исходил нежный аромат. Подобрав один лепесток, Ребекка засунула его за вырез платья. На счастье.
Она подпоясала этот наряд своим самым красивым поясом, украшенным золотым кельтским узором. Расчесав волосы, она заплела их в косы и затем, соединив их в одну, перекинула на грудь. Коеа, стянутая лентой, спускалась ниже пояса и заканчивалась кокетливыми кудряшками.
Ребекка торопливо натянула чулки и башмаки, боясь опоздать к трапезе. Она хотела сбежать по лестнице, но сдержалась: ведь это выглядело совсем неженственно! Блаженное ощущение освобождения от Руперта и его посягательств переполняло ее душу. Она мурлыкала под нос любимую песенку. В зал она вошла неторопливо, с гордо поднятой головой.
Увидев ее, все замолчали. Странно. Испытывая неловкость, она направилась к столу. Почему они молчат?
Тут она увидела Эдварда, и у нее перехватило дыхание. На нем была белая рубашка и красивый жилет из черного бархата с золотыми пуговицами и в тон ему облегающие черные бархатные панталоны чуть ниже колен. На чулках красовались цвета Макклири.
Эдвард встал и, запечатлев на ее щеке торжественный поцелуй, вдруг опустился перед ней на колени и взял ее руку в свои. Она оглянулась вокруг. Все с улыбкой смотрели на них. И все надели свои лучшие наряды, словно...
– Леди Ребекка, вы прекраснее этого чудесного утра. Ребекка кивнула, принимая комплимент, и прошептала:
– Эдвард, в чем дело? Лукавая улыбка озарила его лицо.
– Не окажете ли вы мне честь стать моей женой? Сегодня.
– Сегодня? – Ребекка чуть в обморок не упала.
– Церковь благословляет ваш союз, – раздался рядом скрипучий голос.
– Будь моей женой. – Эдвард влюбленно смотрел на нее.
– Да, Эдвард. Да! – Она положила руки ему на плечи, потом, обняв за шею, прижала его голову к груди.
Эдвард встал на ноги и крепко поцеловал ее. Они самозабвенно целовались среди приветственных выкриков двух кланов. Женщины подбежали к ней с поздравлениями.
– Все, все... Не прикасайтесь к миледи. Я женюсь на ней сию же минуту. Не нужно ей никаких украшений. Это платье идеально ей подходит. Отдайте ее мне, она моя!
Эдвард махал руками, отгоняя людей от Ребекки. Когда толпа расступилась, он подхватил ее на руки и во главе длинной процессии отправился в часовню. Вслед ему неслись протестующие крики:
– Лэрд Эдвард, это так не делается!
– Да поставь же невесту на землю...
Но он ни на кого не обращал внимания. Впрочем, и сама невеста помалкивала, наслаждаясь всей этой суетой, радуясь предстоящему венчанию, а главное – тому, что наконец-то они теперь всегда будут вместе. На законном основании!
Эдвард передернул плечами и ответил всем сразу:
– А я делаю это так.
Ребекка смеялась и плакала одновременно, а он осыпал ее лицо поцелуями. У алтаря их ждал священник, улыбавшийся во весь рот. Ребекка взглянула на него, и священник радостно засмеялся.. Для Ребекки этот смех превратился в музыку, когда к нему присоединился Эдвард.
– Я ждал слишком долго. Пожените нас поскорее.
– Эдвард, теперь можешь отпустить меня.
– Нет. – Он прижал ее к себе еще крепче.
– Эдвард, я хочу, стоя на земле, пообещать, что буду любить и почитать тебя всю жизнь, – говорила Ребекка, пытаясь вырваться из его объятий.
– Ну хорошо... – Эдвард бережно поставил ее на пол. Ребекка поправила сбившееся платье и подняла лицо к своему жениху. Он смотрел на нее так, словно перед ним была богиня.
Не сводя с нее глаз, он сурово заявил священнику:
– Начинай, а то познакомишься с моим мечом. Священник забормотал слова венчального обряда, а они продолжали смотреть друг на друга. Ребекка испугалась, что сердце ее сейчас разорвется от счастья. Неожиданно она расплакалась– и с этими слезами навсегда уходили из ее сердца обиды, горечь и недоразумения... Эдвард нежно взял ее лицо в ладони и смахнул пальцами слезы с ее щек.
– Тебе грустно? – нежно спросил он. Его растроганный голос вызвал у нее новый поток слез.
– Нет, любовь моя, – прошептала она в ответ. – Счастье переполняет меня.
Эдвард улыбнулся и наконец повернулся к священнику. Они произнесли свои клятвы громко, так, чтобы слышали все. Когда жених с невестой поцеловались, толпа разразилась аплодисментами. Эпоха вражды и войн закончилась. Началась эпоха любви.
Полуденная трапеза превратилась в свадебный пир. В этот волшебный день даже это казалось волшебством. Эдвард подарил ей фамильные драгоценности и сам надел на нее переливающиеся огнями бриллиантовое ожерелье и браслет, жемчужную диадему и бриллиантовый перстень.
Ребекка терзалась сомнениями: что ему подарить? Подозвав управляющего, он что-то прошептала ему на ухо, он кивнул и поспешил к выходу.
– Очередная проказа, дорогая моя женушка? – ухмыльнулся Эдвард, подмигивая ей.
– Да, теперь тебе придется терпеть их до конца жизни, – рассмеялась она, а он в ответ застонал.
– Иного я и не хочу, – улыбнулся он и посадил Ребекку к себе на колени, вызвав одобрительные крики пирующих.
Поднялся король Яков, и наступила тишина.
– Я хочу поздравить счастливую чету. Я дарую им во владение все земли, что лежат между замками Макклири и Кавена.
Эдвард и Ребекка встали и склонили головы в знак уважения к воле короля. В зале царило веселье, все радовались окончанию войны и поздравляли молодых.
Заиграли музыканты, и самые бойкие пустились 340 в пляс. Сквозь толпу пробрался псарь и протянул Эдварду щенка – свадебный подарок Ребекки. Жених принял подарок с удовольствием, а его молодая жена пообещала помочь с обучением собаки.
Ребекка посмотрела в глаза Эдварда и пожелала, чтобы все присутствующие куда-нибудь сгинули.
– Давай потанцуем, – предложила она и вскочила с места. Глаза ее таинственно поблескивали.
Эдвард положил ей руку на талию, и они вошли в круг танцующих. Когда они оказались напротив двери, Ребекка, танцуя, повела Эдварда к ней. Эдвард сразу все понял и прижал ее к себе. Его желание упиралось ей в живот откровенно и страстно.
– Не будем терять время, любовь моя, – промурлыкала Ребекка и, вырвавшись из его объятий, подвела к стене. Нажав потайную панель, она открыла вход на узкую лестницу и взбежала наверх. – Они не явятся посмотреть, как мы укладываемся в постель, если не заметят, что мы сбежали.
Эдвард от души расхохотался и понес Ребекку в ее спальню. Он уложил ее на кровать и вдруг промямлил:
– Мне кажется, я переутомился... Может, ты подождешь денек-другой? – Он отвернулся от нее, сдерживая смех.
– И не надейся! – Ребекка слетела с постели, прыгнула ему на спину и, ухватив за шею, потянулась к пуговицам жилета. Ощущение мягкого бархата под пальцами было необыкновенно чувственным. Возбуждение нарастало в ней, и, соскользнув на пол, она обошла Эдварда и встала перед ним. Его запах кружил ей голову.
Эдвард развязал шнурки, стягивающие лиф, и стянул с ее плеч платье. Обнаженная грудь Ребекки бурно вздымалась. Она ждала его поцелуев. Он взял в ладони эти налитые груди и стал их целовать. Она наслаждалась их любовной игрой. В нетерпении она начала расстегивать его пояс, томясь желанием увидеть его великолепное обнаженное тело. Прошло так много времени с их последней близости!
Он остановил ее.
– Сядь на постель.
Она подчинилась. Сейчас он мог сказать: «Встань на голову», – и она бы сделала это не задумываясь.
Он медленно раздевался перед ней. Глаза его светились той же страстью, которая кипела в ней. По мере того как взору Ребекки открывалось его безупречное тело, ее руки сами тянулись погладить его, прикоснуться... Он игриво оттолкнул их.
– Не трогай.
Она закусила губку и молча наслаждалась каждым его движением. Вот он освободился от панталон, и на волю во всей красе вырвалось его копье, взметнувшееся для удара. У нее перехватило дыхание. Кончиками пальцев он приподнял ее подбородок, возвращая взгляд Ребекки к своему лицу.
На нем отражалось такое удовлетворение, что сердце ее воспарило от счастья. Как прекрасно его лицо!.. Она коснулась его густых бровей, провела пальчиком по носу, обвела великолепно очерченные губы.
Он, чуть прикусив игривый пальчик, втянул его в рот. Ребекка со смехом отняла у него палец, и его губы прильнули к ней с жаркой страстью. Спрыгнув с постели, она прижалась к нему всем телом и с досадой обнаружила, что сама все еще одета.
Ее пальцы, путаясь в завязках, торопились снять одежду, но Эдвард отвел их и сам медленно распустил шнурки, расстегнул пуговицы, позволяя ее одежде плавно соскользнуть на пол. Она предстала перед ним обнаженная.
Всюду, где его руки касались ее кожи, она начинала гореть, и жар этот проникал до самых глубин ее естества. Его руки гладили ее живот, бедра, ноги. Он ласково сжимал упругие ягодицы, приподняв их к своему набрякшему от желания копью.
– А-ах... Эдвард! – Она взяла в руку его восставшую плоть и начала ее ласкать. Затем опустилась на колени и поцеловала, игриво касаясь языком кончика.
Эдвард поднял Ребекку и усадил на кровать, а сам встал на деревянную прикроватную скамеечку. Он развел ей колени и вошел в нее. Она выгнулась навстречу его страстным ударам. Но этого для нее оказалось мало, и со стоном отчаяния она отпрянула в сторону.
Он, засмеявшись, упал на нее и быстро, глубоко вошел в тугую плоть. Ее восторженное «Ах!» усилило их наслаждение. Она задержала его движения. И он застыл, не выходя из нее, и гладил ее лицо теплыми ладонями. Тогда она вновь медленно задвигалась, приближая обоих к вершине блаженства.
Когда их страсть достигла пика, Ребекка поцеловала его в губы, и он застонал от счастья. Их тела трепетали, содрогаясь в бурном экстазе. Он крепко прижимал ее к себе, пока она не успокоилась.
– Эдвард.
– Мы теперь муж и жена! – Она села на постели. – Спаси нас Бог!
Изумленный ее словами, Эдвард с тревогой посмотрел на нее. Она встретила его взгляд проказливой улыбкой. Он фыркнул и закинул руки за голову.
– Эдвард, я просто хотела узнать, слушаешь ли ты меня...
И тут подушка полетела ей в лицо, оборвав ехидную тираду.
Эдвард вдруг стал серьезным.
– Хватит, сейчас не время для игр. Нам следует вернуться к нашим гостям. – Он встал с постели и погрозил ей пальцем: – И думать не смей.
– Ты мне не доверяешь? – Ребекка перекатилась на край постели и свесила ноги, не выпуская из рук подушки.
– Конечно, нет. Не такой уж я дурак, – засмеялся Эдвард, подбирая с пола одежду и настороженно оглядываясь на жену.
Как только он отвернулся, проверяя, все ли вещи он поднял, она с силой опустила подушку ему на голову.
– Дурак и есть! – покатилась со смеху Ребекка.
В мгновение ока она оказалась у него на коленях вниз животом, тщетно пытаясь сползти на пол.
– Не-ет! Эдвард! Мне нужно одеться...
– Какой позор – прикрывать такую чудесную соблазнительную попку.
– Отпусти меня! – Она забилась в его руках.
– Значит, ты не слушала священника? Разве не долг мужа учить тебя уму-разуму? – По голосу Эдварда было слышно, какое удовольствие доставляют ему эти слова.
Она вцепилась руками в кроватный столбик и попыталась подтянуться. – Не-ет! Он ухватил ее покрепче, смеясь над ее усилиями.
– Хорошо, что в жизни ты не такая слабенькая, особенно когда дело доходит до фехтования.
– Эдвард! – Взлетевшая вверх пятка случайно угодила ему в лицо.
Тут же его ладонь звонко опустилась ей на ягодицы.
– Я не хотела...
– Я тоже! – Звучный смех Эдварда говорил о том, что он лжет.
Но тут он одним движением перевернул ее на спину и зацеловал негодующее личико жены, пока она не улыбнулась ему.
– Я люблю тебя, – прошептал он.
– И я тебя люблю. – Ребекка чмокнула его в нос и спрыгнула на пол.
Они торопливо оделись, хотя она ныла, что совсем этого не хочет, и вернулись в главный зал. За время их отсутствия, как заметила Ребекка, там стало гораздо шумнее. Может, в этом было виновато французское вино, которое ее отец выставил по случаю их свадьбы?
В уголке она заметила новую Мэйделин... Она полулежала в объятиях Малкольма, чуть ли не целуя его... Прилюдно. Ребекка быстро отвернулась, надеясь, что Эдвард не обратит на сестру внимания, но он все видел. Эдвард рванулся к сестре. Ребекка побежала за ним.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я