https://wodolei.ru/catalog/dushevie_paneli/gidromassag/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Как атаковать противника, болтаясь на дереве. Как защищаться и наносить удары. Как вскарабкаться на горящую башню, когда из-за дыма нечем дышать и ничего не видишь.
Брофи кивнул.
– Тебе нужна стратегия, – продолжал керифянин. – У тебя уже есть преимущество как у сына Перемен Года. Ты неплохо подготовлен физически. Но Девять ступеней не только физическое испытание, но и общественная игра.
– Я понимаю стратегию игры.
Косарь поднял брови.
– Неужели? Судя по тому, как от тебя воняет, вряд ли.
– Я понимаю их стратегию, – уточнил Брофи. – Но у меня есть своя.
Керифянин опустился на корточки.
– Ну-ну. Расскажи.
– Цель Девяти ступеней – сломать дух. Ломаются все, кто участвует в игре. Игра учит их тому, что они недостаточно хороши. Что все остальные – враги. Что если ты хочешь сделать шаг вперед, нужно лгать, жульничать, толкать в спину. Делать все, чтобы только опередить ближайшего конкурента. Думаю, Фанки это понял, поэтому он и не очень-то старается.
– Но все равно играет.
– Играют все. У них нет выбора, потому что за каждым его семья. Рано или поздно здесь предают все. – Он посмотрел керифянину в глаза. – Ты ведь тоже это делал?
– Да.
Брофи покачал головой.
– Значит, понимаешь. И с кем ты теперь собираешься подружиться? Кого потом предашь ради победы?
– Никого.
Косарь нахмурился.
– Тогда ты не победишь.
– Я сыграю и выиграю. Но только не по их правилам, а по своим. Девять ступеней взращивают в людях вероломство, жестокость, подлость и страх перед другими. Меня такие правила не устраивают. Физендрия вот-вот нападет на мой город. Я хочу показать им всем, что гражданин Свободного города может победить за счет верности и чести в состязании, где сотня физендрийцев проиграют со своей агрессивностью и жестокостью.
– Ты хочешь победить не игроков, а саму игру.
– Да.
– Игра сильнее тебя.
– Огндариен сильнее Физендрии.
Керифянин вздохнул.
– В тебе так много от тети, – негромко сказал он. – И от отца.
– Ты знал моего отца? – изумился Брофи.
– Встречал однажды в Керифе. Я был тогда… другим.
– Какой он был? Что говорил?
– Сам я с ним не разговаривал. Только наблюдал за ним из тени, как и за другими. Он был хороший человек. Очень спокойный. Из тех, кого великие замечают мгновенно, а глупцы не видят вообще. Хаба относился к нему с большим уважением.
– А я его не знал.
– Понимаю.
– Я бы… – начал Брофи и осекся. – Базовая стратегия у меня есть, но я многого не знаю. Ты мне поможешь?
– Одолеть игру?
– Да.
– Я не думаю, что это можно сделать так, как ты предлагаешь.
– Ты мне поможешь?
Косарь вздохнул, покачал головой и впервые за все время отвел взгляд.
– Я просто глупец, – пробормотал он себе под нос. – Был им и остаюсь. Твоя семья пользуется этим чуть ли не все эти годы.
Брофи уже собирался спросить, что он имеет в виду, но Косарь вдруг продолжил:
– Я научу тебя тому, что знаю сам. Но предупреждаю, учитель я строгий.
– Ничего, я хватаю на лету. Если Бель тебе доверяет… – Впервые за последние десять часов в нем проснулась надежда. За ней последовал очередной приступ рвоты. Он наклонился над ведром, но желудок был пуст.
Брофи застонал.
– Похоже, дело пошло на поправку, – сказал, поднимаясь, керифянин.
– Откуда ты знаешь? – прохрипел юноша.
– Промежутки увеличиваются. Жить будешь.
– Чего мне только не хватало, так это плохих новостей.
Впервые за все время, что Брофи его знал, Косарь засмеялся.
Смех был глубокий, раскатистый и громкий. Даже не смех, а хохот, чего Брофи никак не ждал от этого невзрачного, колючего, бесстрастного человека. Как и удар грома, продолжался он недолго.
– Завтра приступим к работе, – пообещал Косарь.

ГЛАВА 14

Шара очнулась в темноте.
Моргнула. Опухшие щеки отозвались болью. Сжала одеревеневшие пальцы. Руки тоже болели. В животе было пусто и сухо, как будто она не ела по крайней мере неделю. Шара попыталась свернуться в комочек, сжаться, спрятаться. И снова моргнула. Колени не сгибались, малейшее движение причиняло боль.
«Ползти. Я должна ползать. Хозяин рассердится, если увидит, что я лежу».
Преодолевая боль, она села и только тогда увидела отблеск пламени на стенах пещеры. Откуда-то издалека доносились приглушенные голоса. Виктерис?
Шара перекатилась на колени и вскрикнула от боли.
Голоса смолкли. Она проползла вперед. Одеяло свалилось. По обнаженному телу пробежал прохладный ветерок. С шеи свешивалась тонкая цепочка. Шара схватила ее и нащупала маленькую подвеску. Камень испускал тепло, и она сжала его липкими пальцами. Дыхание выровнялось. Боль отступила.
Из тени выступила неясная фигура.
– Проснулась, милая? – спросил мягкий, участливый голос. – Не вставай. Оставайся пока на месте.
На плечо легла теплая ладонь. Шара медленно опустилась на каменный пол.
– Кто вы?
– Беландра, – ответила женщина. – Не бойся. Тебе ничто не угрожает. Ты в зале Сердца.
Шара оттолкнула женщину.
– Где Виктерис? – Дыхание снова сбилось на мелкие, судорожные глоточки, руки затряслись.
«Надо ползти».
– Его здесь нет, – прошептала Беландра. – Успокойся. Все хорошо. Сердце защитит тебя.
Из темноты появился вдруг кто-то еще. Высокий. Стройный. Шара вздрогнула, сжалась и попыталась отползти.
– Не бойся, это Валлия. – Беландра погладила ее по спине. Ощущение было такое, словно по коже пробежал паук на мохнатых, колючих лапках.
Шара дернула плечом.
– Не надо…
– Проснулась? – негромко спросила Валлия, опускаясь на корточки рядом с девушкой.
– Да. Она очень напугана. Он что-то сделал с ней. Нужно снять заклятие.
Шара хотела отодвинуться, уползти, забиться в угол, но сил не хватало.
– Все хорошо, – повторила Беландра. – Мы здесь, чтобы помочь тебе.
Вдвоем они подняли ее с пола и поставили на ноги. Двигаться все еще было больно, от каждого прикосновения по коже разбегались мурашки, но Шара терпела, потому что без них не смогла бы стоять.
– Ты помнишь, что произошло? – спросила Беландра, подводя ее к факелу.
Шара облизала губы.
– Я помню все.
Она ползала на коленях по комнате. Ползала и ползала. Кругами. Не останавливаясь. Ползала, ожидая, когда он вернется.
Она лежала на кровати. Грязной, мерзкой кровати. И он бил ее, щипал и насиловал.
Рука еще глубже провалилась в вонючую жижу. Виктерис стоял за спиной, сжав ладонями ее бедра.
Шара зажмурилась, отгоняя воспоминания. Сползла на пол. В ноги как будто воткнулись раскаленные пики. Бель и Валлия снова подняли ее.
– Все хорошо, – шептала Беландра. – Все позади. Все кончилось.
Ей не хватало воздуха.
– Где он? Где он сейчас?
– Далеко. Сюда он не придет.
– Я слышу… Слышу, как он зовет меня. Хочет, чтобы я вернулась.
– Держи вот это. – Валлия вложила ей в руку подвеску. – Так будет легче.
– Да, да. – Шара изо всей силы сжала камень. Мятущееся сердце мгновенно успокоилось. Голос хозяина отступил и звучал теперь лишь призрачным эхом.
– Мы поможем тебе освободиться от него, – сказала Беландра. Сестры перенесли ее на несколько шагов. – Виктерис вложил в тебя что-то. Это заклятие, оно словно крючок в брюхе рыбы. Поэтому ты его и слышишь. Но мы поможем. Выгоним его из твоей головы.
– Как?
– Не беспокойся. Не тревожься. Ты только что очнулась. Надо подождать, пока вернутся силы, а тогда мы и попробуем.
– Нет. Сейчас. Я не могу…
– Шара, ты…
– Сейчас! Сделайте это сейчас! – крикнула она, и крик эхом запрыгал по туннелю.
Женщины переглянулись, взяли ее под руки и отвели за угол, в другую пещеру. Там было светло, повсюду горели факелы. На расстеленной овчине сидели еще двое: крупная, пышнотелая Хезел и сухонькая Джайден. Беландра и Валлия помогли девушке сесть.
– Ты знаешь сестер Весны и Лета?
Шара кивнула.
«Ползи. Ты должна ползать».
Валлия начала гасить факелы, опуская их в ведро с песком.
– Что это? – спросила Шара, сжимая в кулаке подвеску.
– Осколок Камня, – ответила Джайден. – Такой же, что у нас в груди.
– Камень был создан как щит от людей вроде Виктериса, – объяснила Валлия, окуная в ведро очередной факел. Теперь горел только один. Свет его отбрасывал на лицо женщины глубокие тени. – Кровников он оберегает надежно, но и остальным дает некоторую защиту. Вот почему ты, слыша зов, можешь ему сопротивляться.
Валлия села рядом с сестрами. Шара переводила взгляд с одной на другую, но плохо понимала, что они говорят. Голова все еще болела.
– Я должна пройти испытание? – спросила она. Хезел покачала головой и улыбнулась, отчего пухлые щечки смешно поплыли вверх.
– Нет, дорогая. Все, что нам нужно, это оборвать нить, которую он вплел в твой мозг.
– Какую нить? – Она моргнула, закрыла и снова открыла глаза. Сосредоточиться не удавалось. – Он вплел что-то в мой мозг? Как?
– Точно мы не знаем, – сказала Хезел, – но произошло это, когда ты была очень, очень уязвима. Возможно, в момент интимной близости, когда ты была наедине с ним.
– Выпуск… – прошептала Шара, и сердце тут же заколотилось. – Тогда это было в первый раз…
– Хорошо, оттуда и начнем, – решила Хезел. – Ты не против, если мы прикоснемся к тебе? Так будет легче.
Она нерешительно кивнула. Отрегулировать дыхание не получалось – ей не хватало концентрации, а сосредоточиться, удержаться было не за что.
– Ляг сюда. – Беландра похлопала по овчине.
Четыре женщины сдвинулись в кружок вокруг нее, развязали шнурки и спустили с плеч платья, обнажив вросшие в плоть, мягко мерцающие камни. Красный, зеленый, белый и желтый бриллианты пульсировали в такт биению сердец.
Хезел и Беландра положили ладони ей на плечи, Валлия и Джайден – на бедра. Шара сжалась. По телу пробежала дрожь. Любое прикосновение повергало ее в панику.
– Я хочу провести тебя через то воспоминание, тот интимный момент, – продолжала Валлия. – Понимаешь?
– Нет.
– Я хочу, чтобы ты рассказала мне о выпускном ритуале. Что происходило до того, как ты увидела Виктериса?
Горло перехватило.
– Нет… я… нет.
– Все хорошо. Ты в безопасности. Тебе не нужно туда возвращаться. Если не захочешь.
Руки сестер согревали. Издалека доносилась музыка, где-то пели, но Шара не разбирала слов. Она хотела сказать, что, наверно, уже не сможет вернуться, не сможет посмотреть Виктерису в глаза, но ее постоянно отвлекала музыка.
– Что это? Кто поет?
Хезел и Беландра обменялись взглядами.
– Это Камень.
– Как хорошо, – прошептала Шара.
– Тогда слушай. Слушай его голос и слушай меня.
Шара кивнула. Музыка вплывала в нее и кружилась. Веки тяжелели и опускались.
– Я хочу, чтобы ты рассказала мне, – заговорила после показавшейся ей долгой паузы Хезел, – о женщине по имени Шара. Ты в безопасности. Ты сидишь в уголке и наблюдаешь за женщиной по имени Шара на выпускной церемонии в школе Зелани. Ты можешь рассказать о ней?
– Да, могу, – медленно ответила Шара, стараясь поднять веки. На потолке дрожал и мигал оранжевый свет.
– Хорошо, расскажи, что ты видишь. Что делает Шара?
– Плывет через подземную пещеру.
– Хорошо. Что Шара делает потом?
– Выныривает. Поднимает голову над водой. Справа от нее остров.
– Хорошо. Там мужчина?
– Да. Он там. – Чудный голос стал утихать. Шара не могла его удержать. Она дернулась.
– Все хорошо. Ты в безопасности, в уголке. Кто он?
– Виктерис. Он выбирается из воды. Он смотрит на меня.
– На женщину по имени Шара?
– Да, на Шару. Он хочет ее.
– Хорошо. Что они делают дальше?
– Они идут по кругу… сближаются… Я… нет, не могу.
– Закрой глаза, дорогая. Не смотри на него. Я хочу, чтобы ты закрыла глаза.
– Да.
– Хорошо. Теперь я хочу, чтобы ты вышла из своего уголка и спустилась в воду.
Шара кивнула.
– Ты под водой?
– Да.
– Хорошо. Опускайся под воду. Не беспокойся, ты можешь дышать под водой. Не открывай глаза.
– Да.
– Ты под водой? Дышишь?
– Да.
– Хорошо. А теперь открой глаза и скажи, что ты видишь. Расскажи мне о них. О женщине по имени Шара и мужчине по имени Виктерис. Ты видишь их?
– Да.
– Расскажи мне о Шаре. Какая она?
– Она стоит спиной ко мне. У нее длинные черные волосы. Они мокрые и похожи на широкую полосу на спине. Она обнажена.
– Хорошо. Расскажи, что происходит потом.
– Он трогает ее. Груди…
– Продолжай, милая.
– Он лежит на ней.
– Да, милая. Что еще?
– У нее оргазм. Ее нет. Ее нет в пещере. Она часть всего… всего мира.
– Оставайся в воде, милая. Смотри на него через воду. Что он делает?
Шара стиснула подвеску так, что ногти впились в кожу. Голова разболелась. Она едва шевелила языком.
– Он шепчет что-то ей на ухо.
– Что шепчет, дорогая?
– Не знаю. Не хочу знать.
– Не бойся, ты под водой. Закрой глаза. Слушай, что он говорит. Слушай через воду.
Шара судорожно сглотнула.
– Он говорит: «Я – Виктерис, источник твоей силы».
Она снова задрожала и вскинула руки, закрывая лица. Цепочка с подвеской натянулась.
– Что-нибудь еще? – спросила Хезел.
– Да. – Шара всхлипнула. – «Когда я зову, ты приходишь. Когда я говорю, ты подчиняешься».
Она вцепилась в подвеску, рванула цепочку и забилась, задергалась, вырываясь. Сестры держали Шару за руки и ноги.
– Хватит, – спокойно сказала Хезел. – Возвращайся ко мне. Иди на мой голос.
Она снова забилась, заметалась по полу, но женщины держали надежно.
– Вернись ко мне, – произнесла Хезел. – Вернись к Камню. Ты с сестрами. Ты в безопасности.
Шара открыла глаза. Четыре женщины все еще сидели вокруг нее. Их алмазы сияли в полутьме пещеры. Она моргнула и с усилием, опираясь на руку Беландры, села.
– Не сгибай колени, – сказала сестра Осени. – Они еще не зажили.
Девушка растерянно кивнула.
– Что случилось? Я уснула?
Хезел покачала головой, улыбнулась и посмотрела на ее кулак. Шара разжала пальцы. На ладони лежал камень. Внутри кристалла кружилась чернильно-черная пурга.
– Нет, милая. Ты только что спасла собственную жизнь.

ГЛАВА 15

Брофи вышел из туннеля на арену и, остановившись у стены, стал наблюдать за учениками.
Последние два дня в постели были одной непрекращающейся пыткой. Конечно, ничего подобного той жуткой первой ночи в уборной уже не повторилось, но ставшая временным домом подземная тюрьма могла свести в могилу и здорового.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68


А-П

П-Я