На этом сайте Wodolei.ru 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Лорен образованная и воспитанная девушка, и женитьба на ней будет последним штрихом, необходимым для твоего нового имиджа.
Джеред прислонился к стене, скрестив ноги и сложив руки на груди. В голосе его звучала насмешка, когда он процедил сквозь зубы:
– Вчера вечером мы не произвели впечатления любящей пары. И неужели ты, черт возьми, рассчитываешь, что Вандайверы попадутся на эту удочку? Такие хитрецы, как они, вряд ли поверят этому фарсу.
– Мы скажем, что Лорен посчитала неприличным устраивать свадьбу сразу после смерти Бена и что вы из-за этого поссорились. – И, как бы отметая все дальнейшие возражения, констатировала:
– Вы поженитесь немедленно. Достаточно ли ясно я выразилась?
Несколько минут Джеред спокойно смотрел на мать. Когда он заговорил, в его тоне не осталось и намека на веселье, голос был тихим и угрожающим:
– Почему, черт побери, ты все решаешь за меня?! Я уже готов согласиться с твоим планом строительства железной дороги, но тебе этого мало, ты еще хочешь навязать, мне жену. Отрезаешь мне все пути. Черта с два!
Оливия улыбнулась довольной улыбкой:
– Думаю, в этом есть смысл, Джеред. Случилось так, что я слышала вашу ссору с Беном в ночь перед его смертью. Не хочешь ли сказать мисс Холбрук, почему Бен заманил ее сюда?
Джеред побледнел, в глазах его появилась боль. Он стоял прямо, опустив сжатые в кулаки руки.
– Нет?
Оливия повернулась к Лорен:
– Ну, Лорен, похоже, Бен предназначал вас для Джереда. Он притащил вас сюда в надежде, что ему посчастливится увидеть сына женатым, устроить его жизнь.
Она снова посмотрела на Джереда.
– Не кажется ли тебе, что есть в этом некая ирония судьбы? Наконец-то наши с отцом интересы совпали. А, Джеред? Ведь именно твой категорический отказ подчиниться его воле, твое обещание сделать пребывание здесь Лорен максимально невыносимым и вызвали у Бена сердечный приступ. Думаю, ты обязан выполнить последнюю волю отца, не так ли? – Она откинулась на спинку кресла и улыбнулась.
Джеред так сжал челюсти, что они казались каменными. Отвернувшись к окну, он пытался справиться с душившей его бессильной яростью.
Лорен никак не могла выйти из шока. Что здесь происходит? Почему эти люди говорят о ней как о неодушевленном предмете, который не может ни слышать, ни видеть, ни говорить? Бен пригласил ее сюда, чтобы женить этого бездельника?! Как он мог быть таким бессердечным?
И Оливия, и Джеред знали о его планах, возможно, и Карсон тоже знал. Все они были в сговоре и пытались обмануть ее. А как они унизили ее, высказывая притворное сомнение в ее добродетели.
Оливия обратила к ней жесткий взгляд своих холодных зеленых глаз:
– Лорен, мы еще не слышали, что вы думаете обо всем этом.
Было ясно, что этот вопрос она считала пустой формальностью. Оливия не терпела, когда ей возражали.
Видя, что Лорен не в состоянии говорить, Карсон неуверенно предостерег:
– Оливия, возможно, мы далеки от того, чтобы правильно увидеть и оценить ситуацию. Дайте им время…
– Нет, – возразила Оливия, – чем скорее, тем лучше, Карсон. Я не сомневаюсь, что, когда Лорен услышит, в чем состоит суть нашего предложения, она тотчас же согласится.
Лорен встретилась глазами с Оливией и почувствовала, как в ней поднимается страстное желание противостоять этой женщине. Она никогда не сможет заставить ее вступить в этот брак. Никогда.
Прежде чем Лорен успела открыть рот, чтобы высказать все, что она думает об этой семейке, Оливия снова заговорила:
– Лорен, не подумайте, что мы не предложим вам никакой компенсации. Вот наши условия. Вы не станете расторгать брак до тех пор, пока будет идти строительство железной дороги. Как только строительство закончится и мы отпразднуем это событие, вы вольны ехать куда пожелаете. За потраченное вами время и за все связанные с этим трудности мы заплатим вам двадцать тысяч долларов наличными.
– Я не возьму от вас ни цента, Оливия! – воскликнула Лорен, даже не поняв, что впервые назвала миссис Локетт по имени. Это последнее оскорбление переполнило чашу ее терпения. Оливия осмелилась купить ее согласие на брак с Джередом!
Она не обратила внимания на презрительный смешок, прозвучавший с того места, где стоял Джеред. Не спуская глаз с Оливии, Лорен хрипло прошептала:
– Это невозможно. Вы, конечно же, шутите! Оливия смотрела на нее молча. Лорен перевела взгляд на Карсона, вытиравшего платком влажные руки. Человек у окна оставался неподвижным и, казалось, был погружен в раздумье. Он предоставил ей сражаться одной, в то время как им следовало бы объединиться, стать союзниками. Гнев придал ей храбрости, – Я ни за кого не выйду замуж. Я вообще не хочу выходить замуж, – объявила она, вызывающе вздернув подбородок.
Оливия снисходительно рассмеялась:
– Моя дорогая Лорен, я вовсе не настаиваю на том, чтобы вы и Джеред сочетались браком в библейском смысле слова. Этот союз не обязательно должен увенчаться плодами. – И снова Лорен услышала презрительный смешок со стороны окна, где стоял Джеред.
– Я полагала, что наше предложение имеет некоторую привлекательность. Вам не придется возвращаться в этот мрачный пасторский дом, ведь верно? А когда вы покинете этот дом, то будете независимой женщиной со средствами.
– Я буду к тому же замужней женщиной, – произнесла Лорен.
Оливия уже не скрывала раздражения:
– Фиктивный брак можно легко аннулировать. Но сейчас речь не об этом. Думать надо о том, что в качестве жены Джереда вы будете вести совсем неплохую жизнь.
Оливия глядела прямо в лицо Лорен прищуренными зелеными глазами.
– Может быть, в Северной Каролине вас кто-нибудь ждет? И в этом причина вашего упорства.
– Нет, – прошептала Лорен. Она содрогнулась, вспомнив, как смотрел на нее Уильям. – Нет, – повторила она решительно и, почувствовав себя увереннее, бросилась в бой:
– Если вы все время знали, зачем Бен вызвал меня сюда, почему не сказали об этом мне?
– Вот вам урок на будущее, Лорен. Собери всю возможную информацию, а потом храни ее до подходящего момента. Если бы обстоятельства сложились иначе, вы уехали бы через два месяца, так ничего и не узнав. – Она натянуто улыбнулась. – Конечно, Бен был романтиком и надеялся, что вы с Джередом понравитесь друг другу. В таких вопросах мой муж всегда был дурак дураком.
Лорен была потрясена ненавистью в голосе Оливий и не нашлась что ответить.
Оливия резко встала и заходила по кабинету.
– Если обсуждение этого вопроса закончено, я должна заняться необходимыми приготовлениями.
Она посмотрела на Джереда, потом на Лорен. Оба промолчали, и Оливия сделала Карсону знак следовать за собой. Прежде чем выйти из комнаты, Карсон похлопал Лорен по плечу и двинулся вслед за жесткими шелестящими юбками Оливии.
Лорен была в смятении. Почему она продолжает сидеть здесь?
Ей уже давно пора быть наверху и собирать свои вещи. Ей следовало немедленно бежать из этого дома. Она смотрела перед собой пустым, ничего не выражающим взглядом, а в мыслях у нее царил сумбур.
Из чего ей было выбирать? Она не могла вернуться назад, в Северную Каролину, встретиться с Уильямом и своими бывшими опекунами. Эта глава ее жизни была прочитана и закрыта. По крайней мере для нее.
Ей предстоит брак без любви, с совершенно чужим человеком. Но не навечно же. Зато у нее будет с чего начать, когда она расстанется с Локеттами. И уж как-нибудь она переживет позор развода. Возможно, ей даже удастся выдавать себя за вдову, если уехать достаточно далеко от Техаса. А тем временем она могла бы жить вполне прилично.
Что еще ей остается? Мелькнула мысль об Эде Треверсе и его любезном предложении оказать ей помощь. Может быть, он мог бы достать ей место официантки в заведении Харви? Но Лорен тотчас признала эту идею никуда не годной. Ее умение развлекать гостей в приличном доме совершенно не годилось для работы официанткой в ресторане. Да и вряд ли она была способна бегать с тяжелыми подносами и спать в одной комнате с другими девушками, считая минуты уединения, если на таковые вообще можно рассчитывать.
«За» и «против» боролись в ее сознании, сменяя друг друга, но в конце концов она приняла положительное решение, и главным доводом было то, что сказала Джереду Оливия: «Бен хотел этого. Бен выбрал ее для своего сына». Почему? Ее мучила мысль, что ответ на этот вопрос она так и не узнает.
Лорен настолько погрузилась в свои мысли, что почти забыла о присутствии Джереда. Он так и стоял у окна спиной к ней. Почему он молчит?
Она посмотрела на Джереда, пытаясь угадать, о чем он думает, и таким образом хоть ненамного приподнять завесу будущего. Оливия дала понять достаточно ясно, что его жена для него будет чисто символической фигурой. Она навсегда останется невестой и никогда не будет женой. Потому что это фиктивный брак. Сердце Лорен мучительно сжалось, потом забилось с удвоенной силой. Она толком ничего не знала о физических отношениях между мужчиной и женщиной, но понимала, что имела в виду Оливия.
Они должны поговорить. Прежде чей дать свое согласие на этот нелепый брак, она должна узнать, что чувствует он. Лорен решительно, но все же с оттенком робости поднялась со стула и подошла к нему:
– Мистер Локетт?
Она заметила, что при звуке ее голоса он мгновенно напрягся и медленно повернулся на каблуках лицом к ней.
Он ничего не сказал, только посмотрел на нее этим своим холодным, насмешливым взглядом, крепко сжав губы, которые превратились в жесткую, узкую линию.
– Я… я хочу знать… – заикаясь, пробормотала Лорен, но он перебил ее:
– Вы проглотили наживку, крючок и даже удочку, верно? Вы и надеяться не смели на такую удачу. Получить уйму денег! И мужа в придачу! Старая дева, священникова дочка, и вдруг такой скачок по социальной лестнице.
Он ронял жестокие, грубые слова с явным намерением оскорбить ее. Неужели он действительно так думает? Неужели считает, что она знала о планах Бена, касавшихся ее будущего? От гнева и стыда на глазах у Лорен появились слезы, и она с мольбой посмотрела на него:
– Мистер Локетт, вы должны…
Он резко схватил ее за плечи и встряхнул своими сильными руками. Ее голова откинулась назад, волосы распустились и рассыпались по спине.
Сквозь сжатые зубы, но притворно ласковым голосом он прошептал:
– При сложившихся обстоятельствах мы могли бы обойтись и без официальности: никаких «мистер» и «мисс», меня зовут Джеред. Ну-ка назовите меня так! – скомандовал он.
Его руки еще крепче сжали ее плечи, у Лорен застучали зубы, она начала дрожать и все же ухитрилась, задыхаясь произнести:
– Джеред.
Крупная слеза, как сверкающий драгоценный камень, скатилась по ее щеке. Эта одинокая слезинка привела Джереда в еще большую ярость.
– Не могу понять, как вы смогли одурачить такого умного и проницательного человека, как мой отец, но не воображайте, что вам удастся и меня провести. Я равнодушен к женским слезам, и ваши бездонные серые глаза на меня не действуют, ясно?
Он еще раз встряхнул ее.
– Мы оба вляпались в историю. Держитесь от меня подальше, и, возможно, нам удастся пережить это. Старик Бен славился своими шуточками, и, кажется, последнюю из них он сыграл со мной. Не сомневаюсь, что в вас он нашел весьма сговорчивого партнера.
– Нет! – воскликнула Лорен. – Я ничего не знала о его планах. Бен только раз мимоходом упомянул о вас. Я не…
– В таком случае вы еще глупее, чем я думал. Вы вообразили, что Бен имел на вас виды? Тогда получается, что он и над вами подшутил. Вы погнались за славным, богатым и старым мужем, который в ближайшем будущем должен сделать вас богатой вдовой. Я прав?
Последние слова он буквально прокричал ей в лицо, изо всех сил сжимая ее плечи. Подняв голову, Лорен встретила взгляд его янтарных глаз, вспыхнувших вдруг каким-то странным огнем.
Джеред смотрел сверху вниз на ее умоляющее лицо, и невольно охвативший его гнев сменился удивлением. Их тела были тесно прижаты друг к другу – нежность и твердость, слабость и сила, женственность и мужественность. Этот контраст был слишком заметен, чтобы можно было не обратить на него внимания.
Возможно, за секунду до этого Джеред и не подозревал о том, что сделает, но не смог удержаться и прижался губами к ее губам с такой силой, что причинил ей боль. Он хотел оскорбить Лорен, унизить еще больше, вывести ее из себя, но ее тело было таким податливым, губы нежными, теплыми, невинными, что грубость превратилась в нежность, в этом поцелуе как бы заключался вопрос, на который он ждал от нее ответа.
Его руки медленно обвились вокруг ее талии, стараясь притянуть ее еще ближе. Джеред не обращал внимания на слабое сопротивление девушки, и, положив одну руку ей на затылок, он не давал ей возможности повернуть голову. Так они и стояли, прижавшись друг к другу, пока губы Лорен не раскрылись, уступая его нажиму. Пальцы Джереда бессознательно сжали густые пряди ее волос.
Его язык начал обшаривать ее рот, сладостный и не похожий ни на один из тех, которые он когда-либо целовал. Он чувствовал, как напряглись ее соски под тонкой тканью блузки, и от этого Джеред совсем потерял голову, его рот стал еще более настойчивым и жадным.
Сознание Лорен впитывало новые ощущения – жесткость его щетины, вкус кофе у него во рту, слабый запах табака, прикосновение его губ и языка… Послышался глухой стон. Что это?
Джеред так резко оттолкнул ее, что она чуть не упала, потеряв равновесие. Лорен еще не пришла в себя и, прижав обе руки ко рту, вопросительно смотрела на Джереда, который, кажется, утратил все свое спокойствие.
Он тяжело дышал, опустив руки и не спуская с нее глаз. Постепенно он успокоился, лицо приняло уже знакомое ей равнодушно-презрительное выражение.
– Очень мило, Лорен, – сказал он с усмешкой, – но я вам говорил, что со мной этот номер не пройдет. Вам захотелось сравнить отца и сына? – Джеред рассмеялся коротким лающим смехом. – Да будь я проклят, если когда-нибудь позарюсь на объедки моего отца!
Словно красная пелена поглотила сознание Лорен, превратив все ее существо в сгусток невыносимой, слепой ярости.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47


А-П

П-Я