https://wodolei.ru/catalog/accessories/polka/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Победа и поражение одновременно. Она чувствовала тепло его сильных рук, ощущала жар его тела. Ощущала боль и смертельную тоску по нему.«А в его сердце, – подумала она, – нет ничего, кроме ледяного холода». Глава 24 Ночь они провели на заброшенной плантации, не обнаруженной пока разведчиками ни с Севера, ни с Юга. Беглецы сразу поняли – и это не могло не вселить грусти в их сердца, – что хозяева покинули свой старый обжитой дом. В уютной столовой на обеденном столе вишневого дерева стояла чайная чашка. В гардеробах было полно одежды, кладовая ломилась от разнообразных припасов, и даже в коптильне осталось мясо. Слуги, по-видимому, бежали, почти ничего не прихватив с собой. В доме теперь только крысы, пауки и паутина.Райза спала вместе с Джейми в комнате, которая показалась ей наименее запущенной и захламленной. Перед тем как лечь спать, она попыталась немного прибраться. Перестелила постель, использовав простыни, найденные в одном из ящиков. Сметая пыль с каминной доски, она наткнулась на письмо, адресованное миссис Эверет Доленц, в котором сообщалось, что ее муж и сын, ушедшие на войну с кавалерийским полком, сформированным в их округе, погибли в бою при Шарпсберге, штат Мэриленд. Похоже, женщина, получив это письмо, просто ушла из дома, как бы не видя больше смысла в сохранении семейного гнезда.Прежде чем заснуть, уже под утро, Райза помолилась за хозяев дома. Просила простить ее за то, что они с ребенком воспользовались их жильем. Молилась она и о том, чтобы отец не слишком о ней тревожился.И еще она молила Бога о том, чтобы закончилась война. Она знала, что не перенесет потерю мужа и сына.Она лежала без сна, потерянная, несчастная, рядом с Джейми. Джером даже не заглянул к ним. По-видимому, не хочет иметь с ней никакого дела. Она не видела его с того момента, как он помог ей спуститься с лошади, предупредив, однако, перед тем как уйти, что она горько пожалеет, если вздумает сбежать вместе с Джейми.Малыш проснулся. Райза покормила его и занялась пеленками. Порылась в сундуках миссис Доленц в поисках одежды и, к своей радости, обнаружила, что они одного роста и примерно одной комплекции. Нашла нижнее белье и простое платье из хлопка, вполне подходящее для путешествия. Она понятия не имела ни о том, куда они направятся, ни о том, сколько времени пробудут в дороге, поэтому готовилась двинуться дальше в любую минуту и старалась не обращать внимания на восхитительные запахи еды, долетавшие снизу. Аккуратно сложила запасную одежду в ковровую сумку, найденную в шкафу, потом села за письменный стол и написала миссис Доленц письмо, в котором рассказала о том, кто она такая и что взяла из дома. Пообещала заплатить за увезенные вещи, как только сможет разыскать их хозяйку.Заканчивая письмо, она внезапно почувствовала себя неуютно и обернулась. В дверях стоял Джером, с влажными волосами, чисто выбритый, в свежей одежде. По-видимому, он тоже нашел кое-что для себя в этом доме. На нем были темные бриджи, рубашка цвета слоновой кости, черный жилет и темно-синий сюртук. Глаза его казались бездонными. Он смотрел на нее с непроницаемым выражением лица. Взглянул на Джейми. Тот вертелся в кровати, болтая ручками и ножками. Джером подошел к сыну, сел на край кровати. Джейми уцепился ручонками за его палец.Джером заговорил, не оборачиваясь к Райзе:– Что ты делаешь?– Пишу письмо хозяйке дома.– Откуда ты знаешь о хозяйке?– Я нашла письмо, в котором ее извещают о гибели мужа и сына.Джером поднял брови и обернулся к ней:– И что же ты ей написала?– Сообщила, что взяла ее вещи, и пообещала заплатить за них, как только смогу.Он снова отвернулся к Джейми.– В этом нет никакого смысла. Скоро сюда придут либо янки, либо повстанцы и обчистят все.– А если нет? В один прекрасный день она захочет вернуться домой. Ей приятно будет убедиться в том, что не все люди злы и жестоки.– Война – вещь жестокая и безжалостная, вот и вся правда. – Он встал. – Оставь свое письмо, если хочешь. Собери вещи, возьми какую-нибудь еду. Я хочу до ночи уйти как можно дальше, так что дорога будет долгой и трудной.Он вышел из комнаты.Райза оставила письмо на камине под часами и стала собирать вещи. Через некоторое время пришел Энтони Хокинс и предложил помощь. Он очень ловко обращался с ребенком. Взял малыша так, что тот даже не пикнул. Райзу он предупредил, чтобы пошла что-нибудь поесть: путь предстоит долгий.– У вас это хорошо получается. – Райза кивнула на маленького Джейми у Хокинса на руках.Он улыбнулся:– У меня в Коринфе, на Миссисипи, остались жена и двое малышей, миссис Маккензи. Я очень по ним скучаю. Для меня настоящее удовольствие – подержать вашего малыша.Райза кивнула:– Надеюсь, вы скоро увидите жену и детей.– Это будет зависеть от нашего командования. Сначала мы должны отметиться в военном отделе.В его голосе не было ни злобы, ни обиды. С Райзой говорил солдат, который привык выполнять приказы командования. Но он еще и южанин, подумала Райза. Хокинс сделает все ради своего великого дела.Она спустилась вслед за ним в столовую. На столе осталась лишь одна тарелка с беконом и овсянкой. Рядом стояла чашка с дымящимся кофе.– Поторопитесь, – предупредил Хокинс.Райза села за стол. Конечно, надо поесть, ведь она должна кормить Джейми.Энтони с малышом на руках сидел на широком подоконнике и молча ждал, пока она поест. Внезапно Райзе пришла в голову одна мысль. Она с любопытством взглянула на Хокинса:– А скажите… ведь для всех вас безопаснее было бы из тюрьмы двигаться прямо на Юг. Разве не так?– Капитан хотел увидеть своего ребенка, миссис Маккензи. Он ведь его еще ни разу не видел.– Но ведь он сказал моему отцу, что не хочет видеть ни меня, ни сына, – возразила Райза.– Ни один человек не пожелал бы в первый раз увидеться с сыном в тюрьме, мэм.– А как насчет жены?Наверное, все друзья Джерома осудили и прокляли ее…– Идет жестокая война, миссис Маккензи. Человеку приходится следовать велениям своего сердца. Иногда это очень тяжело для мужчины, если его жена выбрала другой путь в жизни.Райза глубоко вздохнула. Сделала глоток кофе. Взглянула прямо на него:– Я стала юнионисткой задолго до того, как познакомилась с капитаном Маккензи.– Никто не обвиняет вас в предательстве, миссис Маккензи.– Ах вот как! Кажется, я понимаю. Значит, по-вашему, способствуя аресту капитана Маккензи, я не совершила предательства, потому что все время принадлежала к юнионистам?Хокинс немного растерялся.– Да, пожалуй, так, мэм.Райзе хотелось кричать. Но в этот миг она снова ощутила то же странное чувство, что раньше в комнате. Словно мороз прошел по комнате. Она обернулась. В дверях, облокотившись о косяк, стоял Джером. По-видимому, он пробыл здесь уже некоторое время, слушая то, что можно было расценить как признание.Она сверкнула на него гневным взглядом. Он ответил ей тем же.– Как я поняла, вы готовы ехать дальше, – сухо произнесла она.– Да, вы правильно поняли.– Тогда пошли.Она встала и быстро прошла мимо него. Он схватил ее за руку.– Мне не нужны неприятности, Райза.– Я и не собираюсь доставлять вам неприятности, капитан Маккензи.– Независимо от того, куда я вас повезу?– Независимо от того, куда вы меня повезете. Мой сын у вас, капитан.Райза вышла. Роберт Грей и Рики Бойл уже держали коней наготове перед домом. Роберт подошел к ней, помог свернуть ковровую сумку и прикрепил ее к седлу черного коня. Джером вскочил в седло, наклонился помочь ей, потом Хокинс подал ей Джейми, и они тронулись в путь. На Юг.Не зная, в чьей власти сейчас эта территория, они старались держаться подальше от оживленных дорог. В какой-то момент Джером попытался расспросить ее о продвижении войск в этой части штата, но Райза мало что смогла рассказать ему. Она знала лишь, что готовится большое конное сражение.Они скакали очень долго, и Райза начала уставать. Проснулся Джейми и стал проявлять признаки беспокойства. Райза стеснялась его кормить. Джером нетерпеливо спросил, в чем дело.– Ребенок хочет есть.– Ну так накорми его. Это ведь основная причина, по которой мы взяли тебя с собой, – раздраженно бросил Джером.Райза смутилась.– Это неудобно. По меньшей мере.– Разве? Я бы не сказал. Остальные едут сзади и ничего не увидят. Что касается меня… обещаю не поддаваться порыву необузданной страсти при виде твоей обнаженной груди, любовь моя. Теперь-то я знаю, какими опасностями это чревато.– Я неповинна в том, что произошло, Маккензи. Больше я этого повторять не буду. Но поскольку ты по-прежнему самонадеянный кретин и стоишь на своем, обещаю, что в будущем доставлю тебе немало неприятностей.Он долго молчал. Райза начала сожалеть о том, что поддалась порыву гнева. Сейчас все карты у него в руках. Если он решит избавиться от нее, оставив на дороге, она ничего не сможет поделать.– Ну что ж, – пробормотал он наконец, – точки над i расставлены.Джейми издал пронзительный крик. Райза поняла, что у нее нет выбора. Надо покормить сынишку. Расстегнула пуговицы, пристроила малыша у груди. Неожиданно Джером снял сюртук и набросил ей на плечи, чтобы хоть как-то скрыть от посторонних глаз.День начал клониться к вечеру. Райза задремала. Проснулась, как от толчка, в панике. Где Джейми? Оказалось, ребенок у Энтони Хокинса, а сама она спит на груди у Джерома. Они уже проехали в глубь Виргинии. Джером нашел дорогу к пикетам генерала Ли. В сопровождении эскорта они въехали в военный лагерь конфедератов.Их встретили радостными возгласами. Обитатели лагеря чувствовали себя в этот час легко и свободно. На кострах готовился ужин. Все выстроились в ряд, аплодисментами приветствуя людей, которым удалось бежать из тюрьмы, и в особенности их предводителя – легендарного морского капитана, много раз прорывавшего линию блокады и снабжавшего их всем необходимым. Вначале их провели в палатку полковника Блаунта, который предложил мужчинам кукурузного виски, а Райзе – кофе из цикория. Потом Джером пошел поговорить с командованием, а Райзу проводили в палатку, освобожденную для нее и Джейми одним из офицеров. В палатке были койка, умывальник, складные стулья и небольшой письменный стол.Она села на койку, держа на руках Джейми. Райза была благодарна южанам за внимание, но ни на минуту не забывала о том, что находится в стане врага. У входа в палатку поставили охранника. Интересно, для чего? Чтобы она не убежала или чтобы какой-нибудь разгневанный конфедерат не ворвался к ней?Примерно через полчаса она услышала чей-то голос:– Райза Маккензи! Можно войти?Она в страхе вскочила и прижала к себе Джейми. Райза и сама не поняла, чего так испугалась. Этот вежливый голос ей, похоже, незнаком. Она с трудом произнесла:– Да, войдите.Полог палатки откинулся. Вошел незнакомый мужчина. Без сомнения, из семейства Маккензи. Зеленоглазый, темноволосый, очень красивый. С тем же намеком на присутствие индейской крови, что у Джерома и Сидни.– Брент? – неуверенно проговорила Райза.Он широко улыбнулся. Протянул руки к ребенку.– Да, я Брент. А это мой племянник?Она кивнула и после некоторого колебания протянула ему ребенка. Брент сел на койку, разглядывая младенца. Так же как и с отцом, Джейми вел себя с дядей идеально – улыбался и ворковал.– Очень красивый мальчик! – объявил Брент.Райза обратила внимание, что его военный китель стал совсем ветхим и ботинки сильно поношены.Он поднял на нее глаза. Окинул всю ее оценивающим взглядом. Улыбнулся.– Итак, потенциальная идеальная невеста моего кузена Йена превратилась в бедствие для всего Юга! – Глаза его озорно сверкнули. – Теперь я вижу, почему. Вы очень красивая женщина. Я могу понять причину той бури, которую вы подняли среди членов моей семьи.Райза почувствовала сильнейшее раздражение.– Я попыталась помочь Элайне Маккензи, и с тех пор моя жизнь превратилась в настоящий ад. – Она старалась держать себя в руках и говорить спокойно. – Что же касается…Он прервал ее:– Вы прекрасно выглядите. Роды прошли без проблем? Он же врач, вспомнила Райза и все-таки залилась румянцем.– Да, все прошло нормально. Он снова посмотрел на ребенка.– Я очень рад это слышать. Представляю, как волновался брат, независимо от того, что вы там натворили. После нашей матери…– Но она уже поправилась?– Да, вполне, как я слышал. Наша сестренка тяжело ей далась. Ну, я очень рад, что представилась возможность увидеть этого парня. Я, конечно, молю Бога о том, чтобы мы все пережили эту войну, но вы ведь знаете моего брата. Он бросает вызов самому дьяволу. Приятно сознавать, что род Маккензи продолжится, что бы ни случилось.– Прошу вас, не надо так мрачно…– Да нет, я настроен не столь уж мрачно. Просто смотрю на вещи как реалист. – Брент улыбнулся. – Честно говоря, я разное про вас слышал, Райза Маккензи.– Меня удивляет, что вы говорите «разное». Южане единодушно обвиняют меня в предательстве.Он снова улыбнулся, отчего на щеке появилась глубокая ямочка.– Солдаты с противоположных фронтов обмениваются друг с другом новостями. Генералы Севера и Юга, которые когда-то учились вместе в школе, продолжают обмениваться подарками на праздники… а потом на поле боя стреляют друг в друга. Я сам поддерживаю связь с докторами-янки. Они все в один голос утверждают, что в операционной вы стоите дюжины мужчин-ассистентов. Всегда исключительно выдержанная, спокойная, умелая и компетентная. А это о многом говорит, если принять во внимание, что миссис Дороти Дикс, в чьем ведении находятся все федеральные госпитали, известна своей строгостью в отборе медсестер. Она позволяет там работать лишь невзрачным толстушкам за тридцать, которые одеваются, как вдовушки-пуританки. Как вам удалось попасть в полевой госпиталь?Райза рассмеялась:– Я из семьи военного. Где только не побывала вместе с отцом! И поверьте, многие женщины обходят Дороти Дикс. Достаточно напрямую обратиться к военному хирургу. А еще многие приходят в госпиталь ухаживать за ранеными родственниками и остаются. Я сама удивляюсь, как много опыта приобрела на полях сражений. Это все благодаря отцу. Но с другой стороны, Элайна ведь тоже работала с хирургами и, как я понимаю, ваша сестра Сидни ассистировала в нескольких госпиталях Ричмонда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46


А-П

П-Я