https://wodolei.ru/catalog/vodonagrevateli/nakopitelnye/150l/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ситуация прояснилась - Горицкий сподобился поделиться кое-какими знаниями с подрастающим поколением. Это хорошо - приятно знать, что твой напарник способен надежно прикрыть тылы. Я было отвернулся, чтобы заняться вторым рюкзаком, но тут за спиною грохнуло так, что вздрогнула земля и меня сбило с ног - на месте третьего шара курилась дымом глубокая воронка. Я плюнул, собрал вещи в охапку и отошел подальше от юного дарования - так спокойней.
- Достаточно, - донесся голос командира, - на большее пока замахиваться не стоит.
Горицкий замысловато крутанул кистью, и оставшийся шар начал вращаться, вытягиваясь вверх. Воздух загудел, и песчинки приняли участие в хороводе, образуя маленький смерч. Веретено кружилось быстрее и быстрее, пока не превратилось в сияющую вертикальную линию; звук перешел в режущий уши визг и оборвался. Монстр исчез.
- И куда вы его? - поинтересовался я вежливо.
- В небытие, - ответил командир.
* * *
Часом позже мы шагали по остаткам древнего тракта. Поселок остался за спиной. Улицы изрядно очистились от останков - видать, большая часть трупов участвовала в ночном бою и нашими стараниями домой вернуться не сумела. Мелочь, а приятно. Неплохо бы на обратном пути закончить очистку.
Тракт тянулся на восток, взбираясь на пологие холмы и огибая крутые склоны. Командир неутомимо шагал впереди, ведомый магическим зовом, или как там называется то чутье, которое заставляет Горицкого выбирать направление. Я был доволен уже тем, что не приходилось ломить по бездорожью.
Час за часом, до сумерек «…только пыль, пыль, пыль из-под подкованных сапог…». Поросшие чахлым кустарником холмы медленно уходили назад, сменяясь своими братьями-близнецами. Редкие колодцы, тщательно укрытые массивными крышками, и пересохшие русла речушек, видящие воду только по весне. Казалось, что мы бредем по замкнутому кругу, наколдованному противником, но Горицкий упрямо ломил вперед, и мы тянулись следом, пока не стемнело и не пришло время ночевки.
Ночь прошла незаметно. Даже бесконечные два часа вахты потерялись в черном омуте тяжелого сна, свалившего меня сразу по ее окончании. Следующий день не принес ничего нового. И следующий тоже. Разве что натруженные рюкзаком плечи заставляли с сожалением вспоминать о стремительных выездах на происшествия, характерные для работы с нашей любимой базы. До чего хорошо - с комфортом доехали, разнесли вдребезги и пополам, кого следовало разнести, и снова в уютное гнездышко! А нынче топаешь, топаешь, и конца этому пока не видно. Я начинал злиться: попадись мне сейчас создатель прохода - командиру и вмешиваться не пришлось бы - Олег слегка поджарит, а я слопаю. Живого. Люблю бифштексы с кровью…
Сладкие грезы оборвались, когда из-за придорожных камней поднялись суровые дядьки в измятых от долгой службы латах и с холодным оружием в руках - двое несли толстые копья с широкими листообразными наконечниками, предводитель недвусмысленно покачивал тяжелой двулезвийной секирой, похожей на критский лаброс.
Обладатель секиры сделал пару шагов нам навстречу и что-то спросил хриплым голосом. Слов я не понял, но вопрос прозвучал достаточно грозно, чтобы угадать в дядьках не то пограничный дозор, не то местных разбойничков. В первом случае он интересовался документами, во втором - содержимым наших кошельков. Впрочем, не мое это дело - головы им поотрывать недолго, была бы команда. Я вопросительно посмотрел на командира. Тот, словно в раздумье, плавно повел в воздухе рукой и попросил встречающих на русском:
- А повторить нельзя?
Латник ответно нахмурился, но вопрос повторил, сопроводив недвусмысленным потиранием сложенных щепотью пальцев. Ага! Тут даже мне стало все понятно.
ГИБДД в действии. Наверное, эти ребята вконец оторвались, если их перекинули на такую безлюдную трассу. Правильно, борзеть тоже с умом надо.
Горицкий внезапно просветлел лицом и, обернувшись к нам, негромкой скороговоркой пробормотал заклинание. В голове моей что-то щелкнуло, и слова латника обрели смысл:
- Предъявляйте подорожную, варвары, или платите! Империя халявщиков не любит!
Помощнички с тяжелыми копьями угодливо заржали.
- Может, я ему морду набью, что скажешь, командир? - спросил я с надеждой.
Латники напряглись, и я сообразил, что они тоже поняли сказанное. Черт! Надо было предвидеть. Петрович люто зыркнул в мою сторону, и я отступил за широкую спину Свиридова.
- Не обращайте внимания: молодо-зелено. - Горицкий ссориться с бойцами не спешил. - Мы идем издалека, здешних порядков не знаем…
- Все, отгулялись, голубчики, - злорадно фыркнул предводитель, - теперь пойдете с нами… Сотник разберется, что за птицы здесь лазить повадились. Молодо-зелено, говоришь? Ничего, в каменоломнях ума наберется!
- Да пошел ты, засранец! - Я снова выскочил вперед, не выдержав откровенного издевательства. - Я тебе твой топорик сейчас в пасть запихну, посмотрим, что тогда запоешь!
- Тьфу, придурок, - скривился Петрович, обернувшись ко мне, - они бы нас довели куда надо, а там бы разобрались, кого месить, а с кем за руку здороваться. Теперь этих положим, а затем выяснится, что они и есть наши единственные союзники. Кто тебя за язык тянул, а?
- Бросай железо на землю, мужички, - проникновенно обратился он уже к страже, - для здоровья полезней будет.
Мужички не вняли. Тройка мгновенно выстроилась клином и ощетинилась оружием. Лихо: нарабатываемая только долгими годами тренировок слаженность так и сквозила в их движениях. Я даже залюбовался, однако Кольцов не стал дожидаться продолжения и применил свежевыученное, всадив огненный шар им под ноги. Булыжники разлетелись во все стороны, грохоча по нагрудным панцирям наших оппонентов и заставив пригибаться нас самих. Увесистый кусок зацепил Антоныча, заставив помянуть неласковым словом и самого мага, и его учителей. Что-то наш полковник в последнее время начал забывать о субординации. Командир сделал вид, что не услышал, а Кольцов упрямо выпятил челюсть и изготовился ко второму залпу.
- Маги, значит? - ничуть не удивившись и не выказывая испуга, отметил старший наряда. - Тогда, я полагаю, с нами добровольно пойдете?
- Конечно, - по-прежнему вежливо отозвался Горицкий, - нам и самим интересно с коллегами пообщаться. Мы же не первые, кто пришел?
- Еще как не первые, - облегченно рассмеялся один из копьеносцев и кивнул на старшего, - вон, Кандис соврать не даст - с тех пор как наместник объявил награду, кого только у нас ни перебывало! Только большинство - кто поудачливей - так несолоно хлебавши по своим щелям и расползлись, так что пообщаться вряд ли получится!
- А меньшинство? - поинтересовался я, отметив на будущее поинтересоваться, за что сулят награду, спросить сейчас значило расписаться в подозрительном невежестве.
- Ворон кормит твое меньшинство, - злорадно сообщил его напарник, - не тому хозяину служили.
- Тем хуже для них, - согласился я, не решаясь вызвать напрашивающимся вопросом очередной виток конфронтации.
Кандис сунул в рот сложенные колечком пальцы, надулся и оглушительно свистнул. Из-за валунов появился отряд в дюжину человек. Половина была вооружена пластинчатыми костяными луками чудовищной убойной силы. Лучники не скрываясь оттянулись в тыл, готовые всадить по стреле каждому рискнувшему устроить побег. Дружелюбные и гостеприимные хозяева. Приятно пообщаться. Копьеносцы шли пообочь, небрежно оперев древки поднятых вверх копий на плечи, но чувствовалось - при необходимости, чтобы выпустить кишки противнику, им много времени не потребуется - в пограничной дружине копуши долго не живут.
- Далеко топать-то? - поинтересовался я у соседа слева. Тот покосился на обладателя секиры и, дождавшись почти незаметного кивка, ответил:
- Долго ли, не долго, а заночевать разок придется.
Спасибо за информацию. Я присоединился к Кольцову и принялся рассказывать ему армейские анекдоты. Достаточно громко. Идущий рядом стражник некоторое время крепился, но после самого замшелого анекдота не выдержал и заржал во всю глотку.
- Чего думать - трясти надо, говоришь? - только что не всхлипывая повторил он. - Ну точно, знаю я одного такого во второй когорте!
Взаимопонимание начало налаживаться, и к вечеру количество настороженных взглядов значительно поуменьшилось. Я мог считать себя великим дипломатом, но как выяснилось на стоянке, мой триумф был еще впереди.
Уже в сумерках мы вышли к небольшой крепостце, как две капли воды похожей на покинутую нами тремя днями раньше. Но эта, в отличие от предыдущей, была обжитой: рядом с крытыми помещениями спален под навесом стоял длинный обеденный стол со скамьями по обеим сторонам, стены высились над моей головой, украшенные по окружности узкими прорезями бойниц. Здесь врага ждали с запада, отметил я про себя, но промолчал.
Через полчаса, когда Наталья, краснея под откровенными взглядами явно изголодавшихся по женской ласке мужиков, готовила ужин из общих припасов, ко мне подошел старший, оставив секиру на попечение своих бойцов.
- Может, покажешь, как умеешь морды бить, или только за спиной приятелей-магов смелый? - подбоченясь, спросил он.
Ну прямо вызов на турнир! Я встал и окинул взглядом кряжистую фигуру дружинника. Здоров дядька, ничего не скажешь, посмотрим, однако, насколько ловок. Такие обычно особой шустротой не отличаются.
- Отчего не показать, - согласился я, - если человеку с битой мордой ходить нравится, зачем отказывать?
Кандис скомандовал подчиненным, и те образовали круг вблизи костра, но тут вмешалась Наталья:
- Хотите подраться - ваше дело, - заявила она, взяв наперевес изъятую у наших охранников здоровенную поварешку, - но у костра вам делать нечего: не хватало еще котел с едой перевернуть! Топайте подальше отсюда, пока обоих поварешкой не отходила!
Стражники дружно заржали, но послушно отошли подальше. Старший тем временем успел раздеться до пояса, обнажив волосатую, покрытую многочисленными шрамами грудь. Я последовал его примеру, утешая себя тем, что блондины малошерстны потому, что дальше ушли по лестнице эволюции.
А драка вышла малоинтересная: мужик, конечно, был не слаб и если бы попал мне в лоб, то убил бы на месте, только лоб я подставлять не спешил. Поймав его запястье, я подсел и перебросил мужика через плечо, чуть придержав, чтобы не сломал шею. Кривые ноги прочертили в воздухе высокую дугу, и мужик рухнул мордой в песок. Я отступил, давая ему встать.
- Поднимайся, любезный, - посоветовал я ласково, - рано спать лег, еще не ужинали!
Мужик озверело рыкнул, выгнувшись, бросил себя в вертикальное положение и прыгнул на меня. Я сделал короткий шаг в сторону, оставив одну ногу на его пути, и когда он споткнулся, врезал ему локтем по позвоночнику. Кандис хакнул и снова распластался на песке. Издевка сама просилась на язык, но я смолчал - зачем наживать врага раньше времени?
Вообще с этим фарсом пора было кончать, и я провел серию коротких ударов в плечевые нервные узлы, завершив атаку пинком в бедро и подсечкой. Кандис грузно упал, попытался встать, и у него, как и следовало ожидать, ничего не получилось. Я подошел сзади, подхватил его и вздернул на ноги, доведя до скамьи у обеденного стола.
- Надеюсь, никаких обид? - негромко спросил я его, разминая онемевшие от моих ударов руки.
- Уйди, - просипел мужик, - сам оклемаюсь.
Я пожал плечами и отошел.
- Чего выпучились? - набросился он уже на своих онемевших подчиненных. - Умей хоть один из вас так драться - давно бы в инструкторы выбился, а не со мной по пустыне лазил. Так что сидите и не рыпайтесь, пока и вам не перепало.
Вот так я обрел авторитет у наших конвоиров.
И не только я - Олег успел себя показать еще при первой встрече, Свиридов с Петровичем могли напугать кого угодно, даже не прибегая к особым ухищрениям. Даже на Наталью бойцы косились, ожидая какого-нибудь подвоха. О командире и говорить не стоило - когда предводитель такой команды, как наша, выглядит скромным и вежливым человеком, ежу становится понятно, кто здесь самый опасный. Неудивительно, что среди порубежников отношение к нам сменилось от откровенно враждебного до настороженно-уважительного.
* * *
Дальнейший маршрут мы посвятили осторожным расспросам о реалиах забытой богами и властью пограничной заставы.
Хотя наши спутники уклонялись от вопросов о численности гарнизона, но из вскользь брошенных фраз и проговорок не трудно было понять, что западную границу Империи Великого Урса - именно так, все с заглавной буквы! - охраняло не более двух-трех сотен порубежников, расквартированных в единственном на весь край городке под названием Киаксар. В Киаксаре восседал Наместник Западного Края, Астиаг. Подозреваю, что титул был гораздо громче должности, поскольку до сих пор мы не встретили ни одной живой души. И мертвой, к счастью, тоже. Занесенные песками руины древних поселений не в счет.
Суда по неухоженности наших спутников, в метрополии о западных владениях вспоминали нечасто, и немудрено: какие налоги можно выжать из этого безлюдья? Взоры императора привлекали гораздо более доходные юго-восточные области, граничащие с неким Великим Соленым Морем. А как иначе? Где море, там судоходство, оживленные торговые пути, реки с прилегающими плодородными землями и прочие, необходимые для развития государственного бизнеса атрибуты. Для защиты от нападений кочевых племен с запада вполне хватало небольшого гарнизона, куда традиционно ссылались смутьяны и, на руководящие должности, представители опальной знати. Одно и то же. Везде и во все времена…
* * *
Солнце давно перевалило за полдень, когда на горизонте показались ряды глинобитных домишек городской бедноты. Особо любопытные жители, завидев приближающуюся процессию, влезли на плоские крыши, чтобы без помех насладится даровым развлечением. Чумазая полуголая ребятня выстроилась вдоль обочин, а из-за дувалов робко выглядывали хорошенькие девичьи личики. Под восхищенными взглядами последних наши сопровождающие моментально приняли бравый и неприступный вид - этакие гусары-сердцееды местного розлива.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63


А-П

П-Я