https://wodolei.ru/catalog/podvesnye_unitazy_s_installyaciey/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ваша милость, меня тревожит известие, которое Невин только что сообщил.
Ловиан увидела, что вооруженные люди начали заполнять зал: двадцать, тридцать, около сорока человек, - почти весь отряд Слигина.
- Даниан, пойди скажи слуге, пусть он принесет пива для этих людей, - велела Ловиан. - Невин, выпей с нами немного меда. Я думаю, ты это заслужил.
Как только они сели за стол, Слигин начал свой рассказ. Не прошло и двадцати минут с тех пор, как Невин сообщил ему свои новости, как прибыл гонец от лорда Эдара - северного соседа Корбина. Он сообщил о том, что Корбин и его единомышленники устроили перекличку, собирая армию. Эдар отослал своих жену и детей укрыться у ее брата на востоке, а сам отправился вместе с отрядом в Каннобайн.
- Он прибудет через пару дней, - сказал Слигин. - Я хотел снарядить посыльного, но потом решил, что лучше сам сообщу эту весть. Я позволил себе отправить гонцов за остальными преданными вам людьми. Думаю, нам нельзя тратить время даром.
- Благодарю вас, - ответила Ловиан. - У меня нет людей, чтобы разослать во все концы.
- Мне Невин так и сказал, и я подумал, ваша милость, вдруг у ваших ворот появится армия, как же вы с одними только слугами будете защищать Каннобайн?
- Мы сможем защитить крепость, если вы поддержите нас, но я буду очень рада, если ничего не случится.
- И то верно. - Слигин отпил мед большим глотком. - Остальные ваши сторонники будут завтра. Я передал, чтобы они приезжали прямо ночью, если смогут. Перед тем как выступить, мы оставим здесь хорошую охрану.
- Вы собираетесь поехать на север - за Корбином?
- На запад, госпожа. С кем Родри выехал в степь? Человек пятьдесят в отряде и сколько-то еще в охране каравана. Против двухсот человек Корбина... И я держу пари, что сейчас он едет прямо на запад.
Ловиан крепко сжала губы, чтобы не закричать.
- Не расстраивайтесь раньше времени, ваша милость, - вставил Невин. - Позже я расскажу вам кое-что интересное.
- Мой господин, - сказал Адерин. - Я знаю, у вас нет причин доверять мне, но я клянусь вам, что говорю правду.
Родри захотелось схватить этого человека за плечи и начинает трясти его. Целый час он только и слышал, что разговоры о двеомере, и сейчас было такое ощущение, будто эти странные слова и рассказы физически затопили его. Он повернулся к Каллину, который сидел рядом с ним у костра во дворе крепости.
В пляшущем свете костра бесстрастное лицо серебряного кинжала казалось непроницаемым.
- Я верю ему, господин, - проговорил Каллин. - Разве он не предупреждал нас о засаде? К тому же разве он не сообщил о том, что вы следовали к нам на помощь?
- Да, вы правы, - сказал Родри, тяжело вздохнув. - У ладно, Адерин. Если Слигин едет сюда со своей армией, тогда мы останемся здесь и будем ждать его.
- Спасибо, господин, - ответил Адерин. - Если вы позволите, хочу дать вам совет: надо, чтобы завтра ваши люди срубили несколько деревьев и забаррикадировали проемы в стенах. У Дрегиса осталось несколько топоров.
- Хорошая мысль, - ответил Родри. - Прах и пепел, я начинаю чувствовать себя дураком. Неужто я потерял разум?
- Ничего подобного, ваша милость, - ответил Адерин. - Западня была устроена очень хитро, и вы никак не могли знать о том, что Лослейн воспользовался колдовством, чтобы направлять ваши действия. И все обошлось только потому, что Лослейн ничего не знал о Невине. - Родри задрожал при этих словах. - Но мне неясно только одно - почему Корбин не взял сюда всю свою армию?
- Это просто объяснить, - вмешался Каллин. - Если бы он выступил в поход на запад со всеми своими силами, то любой лорд, обнаружив это, стал бы преследовать его. Но Корбин и его сторонники могли бы спрятать часть людей, и поехать с остальными. Если бы его проклятый план осуществился, он опередил бы сторонников Родри на один дневной переход. Тогда они догнали бы нас, уж это точно.
- Они могут догнать нас и сейчас, - заметил Родри. - Адерин, а ты можешь узнать, где находится Корбин?
- Если его милость разрешит, то я могу найти их. Некоторое время Каллин и Родри сидели молча и смотрели на прыгающие языки пламени. Вокруг них везде спали люди, закутавшись в свои одеяла. Несмотря на то что Каллин был серебряным кинжалом и когда-то опозорил себя, Родри находил его общество приятным. В конце концов, это был один из немногих людей, с кем они понимали друг друга.
- Очень странно, - сказал Родри. - До меня, конечно, доходили слухи о твоей славе, и я хотел познакомиться с тобой, но не думал, что это случится при таких обстоятельствах.
- Кто знает, господин, - ответил Каллин. - Я не думаю, что вы могли бы встретиться со мной при более благоприятных обстоятельствах.
Родри усмехнулся.
- Да, пожалуй. Если бы караван не послал за мной гонца, я думаю, тогда Лослейн пригнал бы человека под видом вашего посланца, или что-нибудь в этом роде. Хорошо, что он не сумел опередить вас, и вы первыми послали своего парня.
- Парня? - улыбнулся Каллин. - Господин, Джилл - моя дочь.
- Как дочь? Прах и пепел! Я ехал с ней целый день, и у меня даже мысли не возникло, что это девушка.
Немного погодя Джилл подошла и села рядом с отцом. Она искупалась в ручье, смыв грязь с лица, которое оказалось не только женским, но ко всему прочему еще и красивым. По крайней мере, оно было бы красивым, если бы не синяк на щеке.
- Откуда у тебя такой синяк? - встревожился Каллин.
- Ты сам поставил мне его сегодня утром, - спокойно ответила Джилл.
- Проклятье! Прости меня, моя дорогая девочка. Я совсем потерял разум, когда представил, что тебя могут убить.
Джилл улыбнулась ему, что сделало ее еще более привлекательной, она выглядела не хуже некоторых придворных знатных дам.
Родри подумал о том, что это было несправедливо со стороны богов - дать такой девушке отца, который хоть считался лучшим фехтовальщиком во всем огромном королевстве Дэверри, все-таки был простолюдином.
Все утро сторонники верховного лорда съезжались в крепость Каннобайн на перекличку. Они оставили продовольственные обозы следовать обычным ходом, а сами спешили в крепость.
Обозы охраняли копьеносцы, которых все города были обязаны выделять на случай войны. Невин сидел в конце большого зала и наблюдал за Ловиан. Сначала она встречала лорда Олеса, затем Прайдира, затем - Даумира, и наконец Маниса - капитана отряда, находившегося в крепости Гвербин.
Уже около двухсот человек собралось в большом зале. Ловиан прилагала большие усилия, чтобы встретить каждого прибывающего спокойно. Единственное, что она позволила себе, была случайная вспышка гнева при упоминании о повстанце Корбине - гнева, вполне подобавшего тирину. Примерно за час до полудня Слигин поднялся со стула и объявил, что набралось уже достаточно людей и можно выезжать.
- Остальные - те, что движутся издалека, подъедут завтра, но мы не будем ждать их, верно ведь?
Невин заметил, что выражение лиц лордов, закивавших в знак согласия, было очень напряженным. Кто из оставшихся действительно доедет до Каннобайна, а кто по дороге переметнется к повстанцам? Только окончательный пересчет ответит на этот вопрос. Ловиан объявила, что назначает Слигина исполнять обязанности командующего, до тех пор, пока армия не встретится с отрядом Родри. В суматохе торопливых разговоров и звоне кольчуг лорды и их отряды поднимались и покидали зал. Невин поспешил в сторону Ловиан. Она отошла назад к камину, чтобы переброситься с ним несколькими фразами.
- Родри еще жив? - спросила Ловиан.
- Да. Адерин сообщил мне об этом около часа назад. И сегодня нет повода слишком волноваться об этом. С приходом армии Корбину придется отвести свои войска более безопасное место. Не сомневаюсь, что Лослейн уговорит своего лорда сделать это.
После столь продолжительного общения с Невином как со знающим двеомер, Ловиан доверяла его мнению. Сам же Невин был всерьез обеспокоен тем, как глубоко Лослейн погряз во зле.
- Как вы думаете, мне лучше остаться с вами или поехать с армией? - спросил Невин.
- Ехать, конечно. И не только потому, что я так хочу. Я хорошо помню, что ты мне сказал при нашей первой встрече, когда Родри лежал при смерти: судьба Родри - судьба Элдиса. - Ловиан остановилась, наблюдая за тем, как вооруженные люди с важным видом выходили из двери. - Я люблю Элдис даже больше, чем сына. Сохрани же Родри для нашего края.
Хотя армия выехала налегке, в арьергарде все же были груженые подводы с запасом провизии на несколько дней, которой должно хватить до тех пор, когда подъедет обоз. Все знали Невина как травника. Он ехал позади всех, ведя за собой мула, нагруженного мешками с травами. В голове колонны Слигин задавал скорость движения, чередуя шаг с галопом. Хотя они выехали слишком поздно и не смогут добраться до Родри раньше наступления ночи, Слигин наметил назавтра догнать его как можно скорее. Невин был рад такой спешке. У него были на то свои причины. Адерин, конечно, сообщил ему, кого он встретит в разрушенной крепости. Скоро, если все будет идти хорошо, он наконец снова увидит Бранвен.
- Я хотел бы, чтобы мы его сожгли, - проговорил Дженантар безжизненным голосом, - но здесь нет ни дров, ни священного масла.
- Мы его похороним, - предложил Калондериэль. - Он мертв, мой друг, и ему совершенно все равно, что мы сделаем с его телом.
Дженантар кивнул в знак согласия и отправился копать могилу для Албарала.
Джилл наблюдала за тем, как двое жителей западных земель работали, вспотев под жгучим солнцем. Узкая яма становилась все глубже и глубже. До самой ночи Дженантар был в таком трансе от горя, что Адерину пришлось дать ему сильную дозу успокоительного. Теперь он чувствовал просто легкое головокружение и небольшую тошноту, как человек, выпивший слишком много меда на ночь.
Наконец все было сделано.
Они сложил лопаты, подняли тело Албарала, завернули в одеяло и опустили его в яму. Мгновение все трое стояли в тишине, отдавая дань уважения умершему. Вдруг Дженантар вскинул голову, лицо его исказила ярость.
Он выхватил нож и нанес глубокую рану на своем предплечье, прежде чем Джилл и Калондериэль смогли остановить его.
- Месть! - выкрикнул он. - Эта кровь соединит меня с ним.
Дженантар держал свою руку над могилой и кровь, стекая по ней, капала и впитывалась в одеяло.
- Я скрепляю твою клятву, - тихо проговорил Калондериэль. Дженантар кивнул и продолжал держать руку над могилой.
Вдруг Джилл увидела, или ей это только показалось, тень Албарала - бледно-голубую и мерцающую... что-то едва заметное в солнечном сиянии. Она испугалась самой себя.
Испугалась, что сходит с ума. Дженантар завыл, не произнося ни слова, затем, обезумев, побежал прочь, в рощу возле ручья. Тень, если она даже и была на самом деле, исчезла.
- Давай оставим его наедине с его горем, - сказал Калондериэль, - а я пока засыплю могилу.
- Я помогу, - Джилл взяла лопату. Может быть, за работой ей удастся забыть то, что она видела минуту назад.
Они закончили работу и вернулись в крепость. Позади башни они нашли пролом в стене, где Калондериэль мог выпрямлять стрелы, которые он принес с поля боя. V жителей западных земель был специальный инструмент для этого - лопатка оленя с просверленным отверстием величиной с древко стрелы.
- Мы не носим с собой много стрел, - заметил он. - Да я и не думал, что мы окажемся в самом центре военных действий. Здесь есть где-нибудь хорошие наконечники для стрел?
- Не знаю. Сама я никогда не стреляла из лука.
Калондериэль хмуро разглядывал искривленный наконечник на стреле, которую он держал в руке. Его глаза были темно-фиолетовыми - глубокими и темными, словно бархат.
- Его проще срезать, - сказал он. - Проклятье, я забыл нож.
- На, возьми вот этот, - Джилл подала ему свой серебряный кинжал. - Он очень острый.
Калондериэль тихонько присвистнул, взяв у Джилл клинок.
Он провел пальцем по лезвию, держа его плашмя, и оно заиграло так, что это было видно даже при дневном свете.
- Гномье серебро! - воскликнул он. - Здесь не часто такое встретишь.
- Как ты назвал его?
- Гномье серебро. Разве не так? Откуда он у тебя?
- Его сделал кузнец по имени Отто с Дэверрийской границы.
- И этот Отто - коротышка? - Он хитро улыбнулся. - Ему недостает роста, но это - его единственный недостаток.
- Ты хочешь сказать, что знаком с ним?
- Не с ним, но с его народом.
Джилл была обеспокоена тем, что от ее кинжала разговор перекинулся на Отто.
Она взяла клинок в руку и стала разглядывать слабое свечение, исходившее от его поверхности. В ее руках оно было более тусклым.
- Я никогда раньше не видела, чтобы он так светился, - заметила она.
- Это из-за того, что я его держу в руке. Народ Отто не любит таких, как я. Они всегда знают, когда рядом кто-нибудь из жителей западных земель. Они почему-то считают нас шайкой воров.
Джилл внимательно посмотрела, на него.
- Эльсион Лакар... Эльфы, - прошептала она.
- Называй нас, как угодно, - сказал он, смеясь, - но это верно, раньше нас именовали так.
По одному, так же тихо, как дождевые капли падают в спокойный пруд, вокруг него появлялся дикий народец - голубой призрак, два бородавчатых гнома, густое мерцание воздуха, означавшее сильфу, - все, словно верные псы, пришли и легли у ног своего господина.
- А каково же настоящее название вашего народа? - спросила Джилл.
- О, я тебе не могу сказать этого, ты должна заслужить право услышать это название. Из всего вашего народа только у Адерина есть такое право.
Калондериэль улыбнулся, желая смягчить свои слова - чтобы в них не было и тени оскорбления.
- Мне довелось слышать некоторые сказки, которые твой народ рассказывает про нас. Мы не воры и не посланцы ада, и мы не ближе к богам, чем остальные. Мы просто из плоти и крови, как и вы. Старый Адерин говорил мне, что наши боги сделали нас из дикого народца - так же как ваши боги сделали вас из животных. И теперь мы здесь все вместе на земле, к добру или к худу.
- А наши жрецы говорят, что боги сделали нас из земли и воды.
- Двеомеру известно намного больше, чем жрецам, запомни это хорошенько. Могу я одолжить у тебя кинжал? У меня еще очень много работы.
Джилл отдала клинок. И потом еще долго размышляла о тех странных вещах, про которые услышала сегодня, наблюдая за тем, как клинок сверкал, будто отблеск пламени, в руках Калондериэля.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60


А-П

П-Я