https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/s-dvojnym-izlivom/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ты понимаешь?? Если бы нашелся… А-а-а! — Я отчаянно махнула рукой. — Никто не умеет давать! Всем только взять хочется…
— Не всем… — вдруг тихо прозвучала Кирка. Я, усмехаясь, посмотрела на нее:
— Ну да! себя имеешь в виду, ка-анешно?
— Да.
— Не смеши, а?
— Я не смешу… — Кирка опустила взгляд и вновь подняла его на меня. — Если бы ты захотела… Я бы могла быть таким человеком!
— Ой! Кир… слышали уже…
— Почему ты не веришь?
Хех… Я выстроила задумчивый взор в своих нетрезвых глазах и устремила его на Кирку.
— А как же Ядвига?
Кирка помолчала. Я с любопытством ждала.
— Я хочу быть с тобой. — Заявила она, набравшись решимости.
— Ты уверена?
— Да!
Теперь паузу установила я. Как бы размышляя. Кирка напряженно ждала. А я не верила ей… Но, почему бы не подыграть?
— Хорошо… — я провела ладонями по лицу, вытирая с себя вековечную усталость. — Давай так. Я дам тебе подумать. До завтра. Завтра ты придешь и скажешь это еще раз. Или не скажешь. Я — согласна. Я делаю ставку на тебя. Да?
Кирка кивнула. Я улыбнулась:
— Спасибо тебе.
— За что?
— Ты меня любишь? — Да.
Я снова долго-печально посмотрела на нее. Улыбнулась.
— Хорошо. — Я поднялась и, подойдя к ней, на клонилась, скромно поцеловав возле губ. Кирка рванулась поймать мои губы своими, но я уже отстранилась. — Ладно, Кир, пойдем, уже поздно. Завтра, значит, увидимся.
Кирка снова кивнула и тоже поднялась. Я молча-торжественно собралась, и мы вышли.
— До завтра?
— Да.
И пошли каждый на свою остановку. Я с любопытством ждала следующего вечера. Кирка пришла, когда у меня в комнате зависали Тошка с его другом. Мы вчетвером убили пару часов, а потом разошлись парами.
Мы топтали мокрый снег и молчали. Я поняла, что мне придется помочь.
— Ну, что ты решила?
Кирка еще протопала несколько шагов и вздохнула:
— Я не могу бросить Ядвигу.
— Понятно.
Больше не было смысла говорить. Я вытащила сигарету и закурила на ходу, словно сигаретным дымом пытаясь вытолкнуть Кирку из моего пространства. Но она не ушла:
— Может, мы будем с тобой встречаться… так?
— Зачем?
— Ну… я не могу без тебя.
— Что?? — Я рассталась с сигаретой. — Так, я не понял, ты мне что предлагаешь?
— Встречаться…
— В смысле, трахаться??
— Ага. — Она кивнула.
— Весело, однако, — это было настолько неожиданно, что удивление опередило гнев. — Интересно, а Ядвига об этом будет знать?
— Нет, нельзя… Она не переживет.
— Как мило! — Скорее всего, я должна была оби деться, но тут из недр сознания попер гнев. — Ты соображаешь, что ты говоришь? Ты понимаешь, что оскорбляешь меня?!
— Нет…
— Что — нет??
— Не оскорбляю.
Я резко остановилась. Кирка по инерции сделала пару шагов и тоже притормозила неуверенно. Она не смотрела на меня.
— Так, дорогая, ты видишь эту дорожку? — Я пафосно протянула руку, сжигая Кирку гневным взглядом.
— Вижу, а что?
— Так и топай по ней!
Кирка несмело взглянула на меня и снова спрятала глаза.
— Давай, любимая, не тормози! — И я, развернувшись, пошла в другую сторону, дрожащими пальцами пытаясь вытащить сигарету из пачки. Теперь стало обидно. До слез.
На следующий день снова позвонила Зулька. О, господи, точно — зануда! Что ей от меня надо???
— Ты не приедешь? — Голос ее был глухой, без оттенков. Как в затишье перед бурей.
— Зуля, я не могу пока.
— А ты хочешь приехать? Я приеду сама! Ирка, давай я приеду!
— Не надо… я не знаю. Зуля, ты прости… но я не уверена, что у нас с тобой может быть… продолжение. Извини.
Там зависла пауза.
— Зуля, ты пойми…
И меня оборвал резкий всхлип в трубку:
— Я тебя бросаю! — Она стала захлебываться рыданиями. — Я решила тебя бросить, слышишь?!
— Зуля, послушай… Зуля…
— Я тебя бросила!!! — И послышались гудки.
— Зуля!
…Я осталась сидеть на корточках с пустой трубой в руке. Хех, не было сил подняться. Да и за чем?..
Мы с Тошкой напились.
У Тошки тоже случился разрыв в любовных отношениях, так что мы с ним совпали. В реале нас никто не ждал, и я утянула Тошку за собой в Сеть.
В нет-кафе привычно не удивились нашему состоянию, и мы уселись за машины. Было две свободных рядом, и мы расположились спиной друг к другу, нырнув каждый в свой сайт.
Я зашла в чат, параллельно загрузив почтовый ящик.
Увидев в чате Чуду, я кинулась к ней. И с досадой заметила, что она более увлечена разговором в руме с Сантой. Блин! Это был, показавшийся мне пустым, треп о меню на ужин. Домашний ужин. Семейный. Бредятина… Обиженно затормозив свои мессаги к Чуде, я вернулась к ящику и увидела там письмо от Брызги. Стукнув мышью по адресу, я стала ждать его проявление на экране. Тут меня окликнул Тошка:
— Ира! Ир, прочитай!
Я обернулась, на Тошкином мониторе висело письмо от его ушедшей накануне «любви». Прощальное. Прочитав, я похлопала Тошку по плечу:
— Ничего, Тошка, не переживай. Пошли они все! — И вернулась к своему экрану.
А там уже раскрылось письмо от Брызги. Всего несколько строк. Н-да…
— Тошка! Прочти…
«Я так не могу. Мне больно, понимаешь? Желаю тебе счастья!»
Это всё.
В чате продолжалось семейное воркование Чуды и Санты. Я не могла на это смотреть. И вышла.
Мы с Тошкой уныло тащились по опустевшим улицам. От сырого воздуха было зябко и не спасало никакое количество одежды.
— Ну и слава Богу! — выдохнула я. — Ну и хорошо! Одной лучше, Тошка! Одной лучше…
— Точно!
— Теперь свобода!
Мы вышли на автобусную остановку и замолчали.
— Тошка, иди, не жди моего автобуса.
— Да я уж провожу…
— Ну, как хочешь.
А мне хотелось почему-то избавиться от Тошкиного общества. Я обрадовалась, увидев свой маршрут, и натянуто-приветливо отмахнув Тошке рукой, быстро спряталась в салоне автобуса.
Я впала в нервную спячку, откуда время от времени меня выдергивало виртуальное общение с Чудой. Больше ни с кем общаться мне не хотелось. Я бросила флиртовать в чатах, не отвечала на письма, и их поток стал иссякать. В обмелевших ящиках я вдруг обнаружила оставшееся без ответа письмо моей подруги. Если сказать точнее, друга. На протяжении двадцати лет ближе друг друга у нас с ней никого не было. Даже, после того как она вышла замуж и нарожала детей. А потом уехала в совсем уж дальнее зарубежье. Она прощала мне такие свинские вещи, за которые мне стыдно по сей день. Она меня понимала.
Наша переписка была постоянной, хотя и прерывалась периодами, когда меня уносило вихрями жизни, а ее одолевали житейские проблемы на новом месте обитания.
Я открыла ее письмо, перечитав. А потом накатала свое. Огромное. Все, как всегда, рассказывая ей. Мне стало легче.
К католическому рождеству я получила от нее открытку.
«Ирка, привет!
С Рождеством тебя и твоих близких.
Желаю тебе в Новом году начать жить!
А не бежать, кричать и мучиться…
Я тебя люблю.
Целую, твоя Ирка.»
БЕЛЫЙ ЦВЕТ
Я и зима. Зима. Такое холодное слово, оказывается… И чистое… Нет, белое. Белый, белый цвет зимы. И тишина… Я и тишина.
Я возвращаюсь со службы поздним вечером, уже погасли уличные фонари, но — светло. Свет разливается в холодном воздухе от белого-белого, чудно чистого снега, которым укрыто все вокруг.
Я смотрю в бездну над головой, в бездну ультрамарина, от которого еще чище и белее — мир зимы, в котором я. И больше никого. Я, зима и холодно-яркий диск луны. Она движется в ритме моих шагов и на мгновение зависает под абажуром потухшего уличного фонаря. Как большая лампочка. Я улыбаюсь ее забавной выходке, а она, продолжая шалить, ныряет за белые шапки крыш и тут же выскакивает в просветах уснувших домов.
И эта шутница-луна, и царское красивое небо, и чистый нежный ковер снега под ногами, и хрустальные деревья, превращенные зимой в торжественные скульптуры, и сама зима, все это — одно целое. Одно волшебное королевство, куда я, как избранная, допущена. Спасибо.
Спасибо. Неужели я вписалась? Я вдруг почувствовала себя неловко в коричневой тяжелой дубленке — мне показалось, она, своим темным цветом, может нарушить эту гармонию белого. Белого цвета. Мне тоже захотелось стать белой… Белой, как зима, белой, как лист бумаги, белой, как начало всех цветов, белой, как сама чистота…
Я подошла к своему подъезду. И не хочется заходить. Расставаться с тишиной, спокойствием, красотой… А мир зимы смотрел на меня, смотрел внимательно. И тихо говорили мне деревья, шептал снег, ласково улыбалась луна, и с царским достоинством подтверждало небо:» Успокойся. Ты теперь с нами. А мы с тобой».
Я вошла в квартиру и поняла, что принесла туда с собой мою подругу-зиму. Внесла в тепло-сонный запах свежесть и чистоту.
Родители и кот уже спали. Раздевшись, я вошла в свою комнату, зажгла настольную лампу.
На столе лежало несколько чистых листов. Они были заготовлены с неделю или даже больше — я все не могла собраться ответить на письмо Риты.
Я смотрела на эти белые листки и думала, вот они — лежат и молчат. И, кажется, ничего в них нет. Пустота. Но это не так. За покрывалом их белого цвета — миры и миры. И если коснуться их первозданной чистоты, только коснуться, — они заговорят… Что они скажут? Как это важно — начать. Верно начать. Начало…
Я взяла ручку и замерла над белой бездной. А потом — коснулась. Чернила оставили след на бу маге, и я поняла, что начала.
Я смотрела на это одно слово и видела, и слышала, как рождается мир.
Обновление…
ВЕТЕР
Пришло письмо от ЧУДы.
От: «anima» ***@mail. ru
Кому: «Ирина к ***» k — ira@mail.ru
приветы)) н-да…. весело я смотрю, ты там живешь…. ну что тебе сказать конечно хотелось бы сказать остановись… но ты же сама понимаешь, что очень трудно избавиться от собственного мазохизма…. не придумали лекарства от такой болезни…. а не истязать себя и других ты не можешь… не маленькая ведь, и не дурь этт у тебя…. а образ жизни к которому ты привыкла… и видимо уже очень давно просто постарайся найти в этом приятные)))моменты и не забивай себе голову , что ты морочишь головы другим, что ж, если ты такая , то пусть и люди воспринимают тебя такой…. просто ограничь по мере возможности круг «жертв»)))) и живи — ))а про «утапиться» — этт не серьезно совсем по-детски даже)))нЭ сАлЫдна. панимашь)) ну ланненько — у меня работы тут куча(( посему поки)) и нос выше))
Я.
Февральские ветры гнали зиму прочь и уносили с ней вместе прошлое… Но Чуда продолжала мне сниться, и по-прежнему изводила тоска по далекому и недоступному. Мне казалось, что утрата ее лишит мою жизнь всякого смысла, и я отчаянно держалась за связь с ней, как за соломинку, словно это могло меня вытащить из безжалостных водоворотов на благословенный берег. Берег, где я обрету покой… и счастье.
Мне стало интересно, как они живут с Никой. Почему они вместе. И что это — быть с кем-то… Мои назойливые вопросы о них вызывали в Чуде то живой отклик, и она говорила, и говорила о Нике, провоцируя во мне какое-то подлое чувство боли, то вдруг резко просила не лезть в их жизнь: «Ты многого не знаешь про нас…»
ЧАМИ: оки, я не лезу!. , сорь а тебя немного все же знаю)))
ЧУДО: ню-ню
ЧАМИ: ты мне представляешься той лягушкой, по павшей в крынку с молоком и самоотверженно сбивающей его в масло!))
ЧУДО: гыгыгы — от лягухи слышу
Я снова звонила. Чудо вежливо отвечала и первая обрывала разговор.
ЧАМИ: как я люблю твой голос слушать!))) ччерт, все выходные на вашей линии перегрузка! ((( и чего все ринулись звонить?? ?
ЧУДО: что ж НГ так плохо? в гордом одиночестве в смысле?
ЧАМИ: ну про свой н. г. я тебе рассказывать уже не буду — дело прошлое. и ваще не хочу про себя сейчас…
ЧУДО: ой… у мине даже подозрения есть — чего ты там делала… хе)) ну я не буду грить, что ты там обложилась фотами — уселась поудобнее в своих фантазиях, напилась-курилась… то не правда бы было… или ?.. хех))) а мы тиха-скромно — по-домашнему))))
ЧАМИ: значицца, не вовремя я тогда позвонила?)) я чтот в таком роде и почувствовала) ты знаешь, я и не ревную даже… почти совсем….)) ланнн)))
ЧУДО: хех — у нас полный баланс в эмоциях — не даем друг другу расслабиться ни в чем ни в любви ни во всем остальном… мрррр обажаю ее))) сорь канечна — /как это ты любишь говорить/))…. ну ланн — работа притопала — пошла я))
А ветрами вновь сносило крышу, и я обрушивала на Чуду свое любовное томление.
ЧАМИ:)))) я тебя люблю!! правда… сорь, .. вот сколько персонажей прошло за это время, что тебя знаю… а ты осталась)) сорьки. Сорьки
На том краю Сети хмурились. Иногда очень сильно, и я пугалась.
ЧАМИ: а то, что общение с тобой для меня оччч важно — этт тебе не понять?? ? и наплевать??? .. ну все, хватит…. господи! тебя потерять… это…. да ну… не пропаду я!! люблю я тебя, и это мое, а не твое, так что — не отдам!
ЧУДО: ну ладно)) чего орать то?)) не надо нервничать только хех — все точки над Е тока реал расставить и может)))… боишься?.. .)) ведь как бы то нибыло — я так и так всего лишь иллюзия твоя)) а вдруг?.. .))
Это было правдой. Виртуал уже коробил своей ущербностью, нужен был реал, но я трусила… И, втайне от себя же, я считала свои финансы, грезя апрелем и нашим совместным днем рождения. В реале.
ЧАМИ:) и хорошо, что у тебя Ника есть, и хорошо, что между нами какой-то вакуум, крый не дает сблизиться) или это однозарядность наша удерживает на расстоянии)) пусть так будет, и все на энтом.
Я в очередной раз делала попытки выскользнуть из Сети, но это был самообман.
ЧУДО: говорят ты на диаспору больше не ходишь? неужели успокоилась?
ЧАМИ: хотела бы успокоиться. Аня, на самом деле я свободна — ну, понимаешь, внутренне — я всегда свободна — и могу сама в любой момент оборвать наше общение) — ну мне ж не 14 — я уже могу как-никак контролировать свои бзики — хотя, конечно, приятнее идти на поводу своих чувств и желаний, вот. не знаю, понимаешь ли ты муть, крую я тут несу…
А не находя привычного ника и, впадая в панику от пустоты в почтовых ящиках, я бросалась хватать ускользающую ниточку Сети.
ЧАМИ: привет))) доброе утро))) ты где? все в порядке? Я вчера тебе мысленно письмо сочиняла когда спать легла… вот… может вышлю тебе его)) не исчезай… обнимаю, ир
ЧУДО: да у нас свет вырубали сенни весь день((( …. ты знаешь, накатала вчера огромное письмо… а адрес неправильно указала они и вернулось, без текста соответственно… хех — не судьба значит…
Но письма дошли.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25


А-П

П-Я