https://wodolei.ru/catalog/ekrany-dlya-vann/Alavann/ 

 

А это доказывает, что Ельцин и после отставки группы Коржакова, давал разрешение на привлечение Собчака к уголовной ответственности. Вероятно, что он делал это под влиянием других. Но ведь все же делал. Став, позже, вторым крёстным отцом Путина, Ельцин в своё время допускать возможность привлечения первого отца (Собчака ) к уголовной ответственности. Такие вот дела были в недавней российской истории.
«В сентябре 1998 года Генеральная прокуратура РФ объявила о возбуждении против Собчака уголовного дела по обвинению в получении взяток и злоупотреблении служебным положением. Выступая по этому поводу перед журналистами, Ю. Скуратов заявил, что следствие располагает в отношении Собчака материалами, „которые способны вызвать шок и смятение у любого нормального человека. Однако он, Скуратов, не может огласить эти материалы „в интересах следствия“…“.
Как видим, Генеральный прокурор был полон решимости получить политические дивиденды на крови первого крёстного отца Путина.«Собчак навсегда запомнил номер уголовного дела, который рукой следователя вывела на серенькой папка: 144128.
Уголовное дело…Уголовник! Перед глазами, словно наяву, встало бледное ленинградское небо в крупную клетку».
Ельцин вспоминал: «После выборов ко мне зачастил генеральный прокурор Скуратов по поводу „питерского дела“.
«Есть необходимость в следственных действиях, — говорил он. — Собчак подозревается в крупных хищениях». Я всегда отвечал одинаково: «Действуйте строго по закону».
У меня был один простой принцип — перед правосудием все равны. В этом вопросе нет «своих» и «чужих». Если подходить к этому иначе, нельзя считаться политиком. Да и просто называться честным человеком тоже.
…Но мои помощники имели из Петербурга свою информацию о «деле Собчака».
«, там создано несколько следственных бригад. Найти ничего не могут. Пытаются подкопаться к его квартире, к банковским кредитам. И опять ноль. Сколько может это продолжаться?» Тем, кто заступался за —,,, — я повторял одно и то же: «Если подозрение есть, нужно расследовать и доказывать, виновен человек или нет».
А тем временем следственная бригада МВД и прокуратуры продолжала работать в Петербурге. Очень надеялись получить на большой компромат. Чтобы потянуло на серьёзное дело о коррупции».
Надо полагать, копали они при содействии победившего в Санкт-Петербурге сопернике Собчака. Часть информации о расследовании должны бы попадать на стол нового губернатора Санкт-Петербурга. Это обычное дело и вряд ли на тот раз было по-другому.
Копали, вероятно, и на заместителей экс-мэра. Копали и, вероятно, находили нелицеприятные или хотя бы казавшимися таковыми факты их деятельности.
Кстати, перед своими выборами в президенты РФ в 2002 году деликатно намекнул, что не понимал, за что его бывшего шефа преследовали: «Ему инкриминировали какую-то мутную историю с квартирой. Завели дело, оно в конце концов развалилось. Но самого …крючили четыре года». Не понимал и все тут. Правда, в одной хвалебной книгу о втором президенте РФ её автор напишет: « внимательно следил и за положением дел в С.-Петербурге, где против …было начато следствие».
Наверное, тот автор той книги ошибался, не так внимательно следил за уголовным делом о его бывшем шефе. Но тогда получается, что и ошибался, когда писал: « лучше чем кто бы то ни было понимал всю несправедливость происходящего в отношении своего бывшего шефа и политического учителя». А двое ошибающихся уже многовато. Может быть, ошибался совсем другой?
Дело ведь в том, что но не выгодно было перед самыми выборами 2000 года быть осведомлённым в чужих уголовных делах, которые вела прокуратура, возглавляемая ым. Собчак был не самым популярным политическим деятелем, проигравшим выборы и замешанным в сомнительных деяниях. В народе особой популярностью он уже не пользовался. Прошли те времена.
Однако — то! Он ведь так кичился своим юридическим образованием в Верховном Совете СССР! Как он публично издевался по этому поводу над другими и как же он сам вляпался? Зачем ему эти проблемы с законом?
Можно, конечно, отреагировать словами, а у кого их не было или не могло быть в те времена? И это тоже правильно. Однако, формально эти слова не оправдание в юридическом смысле, а так просто аргумент в политическом споре.
Защитники у экс-мэра были и было их не мало. 8 октября 1997 года в Москве в помещении РИА «Новости» прошла пресс-конференция председателя Российского движения демократических реформ на тему «О ситуации вокруг бывшего мэра Санкт-Петербурга». Отвечая на вопрос корреспондента о том, считает ли виновным в каких-либо правонарушениях, экс-мэр Москвы сказал, что «всякая административная работа в России неизбежно связана с гигантским количеством проступков и правонарушений, но в том, что не мог участвовать ни в каких криминальных вещах, я глубоко убеждён».
Тогдашние генеральный прокурор ( ) и министр внутренних дел ( ) считали по-другому, — так писал в своём «Президентском марафоне» Ельцин, но, уже после победы Путина, опроверг слова первого российского президента.
3.3. Нет, Собчак не Дантон
Может, Собчак и не мог участвовать в криминальных делах, но на всякий случай покинул «любимый город». Против было возбуждено уголовное дело по обвинению во взятках и злоупотреблении должностными полномочиями. Обычное дело в ельцинской России — взятки и злоупотребления. «Криминологические исследования выявили страшную цифру — семьдесят процентов российских чиновников коррумпированы…». Неужели Собчак был исключением?
Рой Медведев писал: « стали вызывать в прокуратуру города, сначала как свидетеля, а затем как подозреваемого…, метался, лишённый поддержки; опытный юрист, блестящий оратор, честолюбивый политик с очень большими амбициями, он просто не знал, что делать. После одного из вызовов в прокуратуру попал в больницу с тяжёлым сердечным приступом. Продолжать борьбу он был уже не в силах». Слабенький он наш!
«Профессору хватило интеллектуального потенциала лишь на то, чтобы прикинуться больным», — констатировал бывший руководитель советской разведки. Чтобы управлять огромным городом здоровья хватало. Чтобы отвечать за это «управление» — уже нет. Обычная практика, кому хочется отвечать? Тут сразу вспоминают о плохом здоровье.
Свобода дороже и бывший борец с коммунистической номенклатурой бежит за рубеж. Не очень красиво, но зато безопасно.
Некоторые придавали бегству знаковый характер. «В 97-98-м годах ни одна из жертв информационных войн за границей спасаться не стала, хотя перспектива очутиться за решёткой для некоторых из них (особенно для ) выглядела вполне реальной. Вероятно, сказалась командная спайка. Но техника дискредитации была опробована и отработана. Нервы людей, находящихся вне команды, начали сдавать уже тогда, и планы побегов рождались сами собой. Одной из первых ласточек стал, в конце 97-го отбывший в Париж. Характерно, что профилактическая кампания по разоблачению отставного мэра стала затем частью петербургской городской идеологии и в последнее время ведётся даже интенсивнее, чем раньше», — писали в 1999 году
Интересно, узнать, на чьи деньги жил за рубежом? На заработанные в должности мэра города сделать это было не возможно. На зарплату это было нереально.
Если ранее не воровал, то ему бы не до парижей было. Но если не воровал, наверное, добрые люди помогали. Вот только за что помогали? Этот злосчастный вопрос о том, кто платит, портит столько красивых историй. Оставим его пока в стороне. О нем стоит поговорить отдельно и не здесь.
«Гоняли несчастного по всей Европе», — скажет собчаковский друг и ученик. Ну, уж прямо и гоняли, уехал-то сам добровольно. Да ещё на персональном самолёте.
Кстати,, прочитав ельцинский «Президентский марафон», написал: «Так называемое „дело“ в интерпретации, как говорится, меня не красит: я выгляжу участником группы людей, фабрикующих уголовное дело на видного демократа и „политического учителя“ нынешнего президента России. С такой рекомендацией впору самому улететь куда-нибудь чартерным рейсом… Но твёрдо знаю: в наше прагматичное время уж точно никто не поможет мнимому „гонителю“ …».
Да, плохо, что нет у Вас таких учеников как у. Но это так лирическое отступление.
В одной небольшой статье в либеральном журнале упоминалось ещё об одном подобном эмигранте, было написано с намёком на и персонажей Великой Французской революции: «Странно, что кандидат исторических наук и профессор права не знали или не помнили, чем закончилась робеспьеровская любовь к другу Дантону и другу Эберу для последних. никогда не защищал и не поддерживал людей, выпавших из его обоймы».
А вот тут прервёмся (надо же иногда отвлекаться) и вспомним историю, да ещё не нашу, а французскую.
Время Великой французской революции. «Дантон во всем оставался противоположностью Робеспьера, его прельщала не столько будущность человечества, сколько наслаждения сегодняшнего дня» Это был человек, живший жизнью напряжённой, бурной и по возможности более лёгкой. Он любил материальные блага этого мира и не лицемерил, не пытался предстать в роли героя, прокладывающего пути будущим поколениям. Весьма возможно, что некоторые из конкретных обвинений, предъявленных Дантону сто пятьдесят лет спустя после его смерти Матьезом, имели под собой реальную почву. Дантон действительно последний год жил на широкую ногу. Откуда брались деньги для этой лёгкой, беспечной жизни — это остаётся и до сих пор недостаточно ясным. Но вместе с тем нельзя забывать и той большой роли, которую Дантон сыграл в критическое для Республики время, в сентябре 1992 года, когда он стал человеком, наиболее полно воплотившим все национальные силы Республики. Его с должным основанием и Маркс и Ленин называли великим мастером революционной тактики. Дантон остался французским патриотом и в последние дни своей жизни. Теперь вполне доказано, что у Дантона, осведомлённого о подготавливаемом против него ударе, были реальные возможности бежать из Франции. Знамениты вошедшие в историю слова Дантона: «Разве можно унести отечество на подошвах башмаков!». Это не было красивой фразой, эти слова выражали сущность Дантона. Дантон отказался от предоставленной ему возможности бежать. Он шёл навстречу опасности с высоко поднятой головой».
А ведь в 1989-1990 казалось, что между тем знаменитым французом и питерцем есть сходство, так уж красиво публично крыл партноменклатуру. Но нет, оказался совсем не похож на Дантона. Главный экзамен на смелость он не сдал. Не тот калибр, помельчали люди. Впрочем, не будем судить строго, просто он был продуктом своего времени. Тогда много красиво говорили и мало красиво делали. Ни он один.
Кстати, о бегстве за рубеж. перед выборами его президентом РФ упорно доставали журналисты с вопросами как он помог сбежать из России. А будущий второй президент РФ признавал своё присутствие тогда в Петербурге, хотя работал в Москве. Признал, что навещал в больнице, но отнекивался от факта помощи в бегстве за границу, говоря: «…7 ноября его друзья, по-моему, из Финляндии прислали санитарный самолёт, и он на нем улетел во Францию, в госпиталь… Поскольку было это 7 ноября, когда страна начала праздновать, то его отсутствие в Санкт-Петербурге обнаружилось только 10…
В газетах писали, что его провезли без досмотра. Ничего подобного, он прошёл и таможенный, и пограничный контроль. Все как положено. Штампы поставили. Положили в самолёт. Все».
Не принимал участие, но все знал, потому, что читал газеты. Странно это? Может быть, оговорился? Нет, такого быть не должно уж слишком настойчиво журналисты несколько раз спрашивали (намекая, что все это выглядело как хорошо организованная спецоперация), а он все не знаю и не знаю. Я не я, и хата не моя.
Напомним, что все это будущий президент РФ говорил для того, чтобы о нем перед выборами создали хвалебную книгу, выпущенную тиражом в 50 тысяч экземпляров.
Перед президентскими выборами явно не выгодно было выступать в роли человека, который помог своему другу и учителю сбежать от следствия. Тем более, когда некогда популярный в годы перестройки, к середине 90-х годов в глазах среднего обывателя стал личностью все же более негативной, чем позитивной.
Но вот тут неувязочка одна потом получилась. Первый президент РФ, написал чуть позже книгу «Президентский марафон», в которой рассказал о: «Он немедленно выехал в Петербург. Встретился с бригадой врачей, в частности с теперешним министром здравоохранения Шевченко, сказал о том, что попытается вывезти больного за границу. Благодаря ноябрьским праздникам обстановка в городе была спокойная. Используя свои связи в Петербурге, договорился с частной авиакомпанией и на самолёте вывез в Финляндию. И уж оттуда перебрался в Париж. За следили, выполняя инструкцию не выпускать его из города. Но следили не очень бдительно, думали, вряд ли кто-то будет помогать без пяти минут арестанту „Крестов“ — в наше — то прагматичное время. Но один такой человек нашёлся. Позже, узнав о поступке, я испытал чувство глубокого уважения и благодарности к этому человеку».
Прямая противоположность в словах первого и второго российского президентов! Может что попутал? Мало ли что ненароком написать можно. Книга большая, все и не упомнишь, что в ней написал. Но в той же самой книге к теме о помощи первый российский президент возвращается ещё раз и придаёт этому факту важное значение, а, следовательно, описка маловероятна, точнее она практически исключается.
Черт побери! Но ведь по законам логики из двух противоположных суждений — одно должно быть ложным, если не все два. А ведь эти суждения говорили два российских президента, кто же из них.… Нет, даже язык не поворачивается такое произнести вслух.
Впрочем, внимательно читая очередные ельцинские мемуары, невольно приходит мысль о том, что то же не все договаривает. Во-первых, слабо вериться, что послушный помогал без какого-то согласования (пусть молчаливого) с президентом или другим влиятельным лицом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55


А-П

П-Я