https://wodolei.ru/catalog/unitazy/s-funkciey-bide/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Скованная ужасом, она увидела, как отвратительное существо обвилось вокруг ее обнаженной руки. Оно было длинное, черное, с противными буграми, словно проглотило что-то слишком крупное, чтобы суметь переварить. Медленно извиваясь, змея проползла вдоль ее кисти, потом по перчатке и скрылась в тени кустарника.
Сара сама не заметила, когда начала кричать. Она знала только, что никак не может остановиться.
Джейк услышал тонкие пронзительные крики, от которых у него кровь застыла в жилах и волосы на затылке встали дыбом.
– Что за черт… – пробормотал он.
Внезапно его словно ударило – он понял, кому они принадлежали. Сара! Ужас охватил Джейка. Что могло заставить уравновешенную, здравомыслящую Сару так кричать? Оставалось предположить, что в эту самую секунду ее убивают там, за домом.
Швырнув на землю тяжелый ставень, Джейк спрыгнул с лестницы и сломя голову обежал вокруг дома, проклиная поврежденную ногу, которая мешала двигаться быстро.
Он нашел Сару сидевшей на корточках в дальнем конце сада. Она все не переставала кричать. Джейк подбежал и опустился рядом с ней на колени, осторожно дотронулся до ее спины, опасаясь, что она ранена, и не желая причинять ей лишнюю боль.
– Что? Что случилось?
Сара повернулась к нему. В ее глазах Джейк увидел такой безумный страх, что даже усомнился, видит ли она его. У него самого пробежал мороз по коже.
Он твердо взял Сару за плечи, приблизил к ней свое лицо.
– Сара, вы ранены?
Ее крики тем временем перешли в истерику. Джейк легонько встряхнул ее.
– Сара, милая, успокойтесь, объясните же, что произошло.
Она уцепилась за него и уткнулась головой ему в грудь.
– З-змея, – выговорила она, заикаясь.
– Она укусила вас?
– Н-нет! – Это слово перешло в жалобное стенание, и Сара неудержимо расплакалась.
Джейк ничего не знал об истериках, но догадался, что именно в этом состоянии сейчас находится Сара. Он решил, что вряд ли поможет делу, если они останутся сидеть на земле.
– Все в порядке, Сара. Я здесь, а змея уползла. Думаю, что дома вы сразу почувствуете себя лучше.
Он решительно поднял ее на руки и понес через газон. Для женщины ее роста Сара оказалась на удивление легкой. Толкнув дверь ногой, он прошел с ней через кухню в гостиную, жалюзи здесь были опущены, и в комнате царили приятный полумрак и прохлада. Джейк бережно опустил все еще плачущую Сару на диван. Она продолжала держаться за его шею, и он сел рядом, неловко гладя ее по спине. Он очень хотел успокоить ее, но толком не знал как.
– Может быть, дать вам что-нибудь выпить? Или намочить полотенце? Вы только скажите, что нужно, и я принесу.
– Обнимите меня, – проговорила она.
Он так и сделал – посадил ее себе на колени, одной рукой обнял за плечи, а другой принялся гладить ее по голове, как обычно делал, утешая Никки.
Постепенно судорожные рыдания Сары перешли в жалобные всхлипывания, а потом и совсем стихли. Она засопела, прерывисто втянула в себя воздух и подняла голову, лежавшую на его плече.
– Извините меня, – прошептала она.
Джейк провел рукой по ее спине. Волнение сжимало ему грудь и мешало говорить.
– Не нужно извиняться… Но все-таки, что произошло с вами?
– Я… я видела змею. – Она вздрогнула, и он машинально обнял ее крепче.
– Она переползла через мою руку и по перчатке. – Сара подняла руки, подавляя подступившие к горлу рыдания. Джейк увидел, что на ней все еще надеты запачканные в земле перчатки. Он осторожно стянул их с ее дрожащих рук.
– Какая она была? – спросил он.
– Большая, черная, вся вздутая…
– Похоже на крысоловку. Они охотятся за мелкими грызунами и очень даже полезны в саду.
Сара зажмурилась, и по ее телу пробежала дрожь. Похоже, ей не на шутку плохо. Джейк помассировал девушке плечи, пытаясь придумать, что делать дальше. Змей пугаются многие, но ужас Сары казался ему каким-то странным.
Может быть, лучше заставить ее говорить?
– Почему вы так их боитесь?
– Однажды… со мной… был неприятный случай.
– Вас укусила змея?
– Н-нет… я только испытала унижение.
Джейк озадаченно нахмурился.
– Как такое возможно?
Сара снова тяжело и протяжно вздохнула.
– Это длинная история…
– А нам спешить некуда.
Она долго молчала, и Джейк уже подумал, что она так и не решится заговорить.
– В то лето мне исполнилось пятнадцать лет, – начала наконец Сара и пересела с его колен на диван. Но Джейк продолжал обнимать ее за плечи, боясь, что, если этот контакт нарушится, она замолчит и снова начнет плакать. – Я в очередной раз приехала в Дубовую Рощу на каникулы. Я переживала тогда, наверное, пик моей застенчивости. Влюбилась в одного старшеклассника по имени Томми. Скорее всего, он вообще не подозревал о моем существовании. Томми был очень популярной личностью и всегда ходил в компании своих друзей, членов школьной лиги. И вдруг, как гром среди ясного неба, он пригласил меня на танцы в праздник Четвертого июля.
Сара громко засопела и перевела дыхание.
– Я не помнила себя от счастья. Я была так польщена, что даже не задумывалась о его мотивах. – Ее голос задрожал, и недоброе предчувствие заставило Джейка крепче сжать ее руку. – Четвертое июля всегда празднуют в Дубовой Роще с большим размахом. Сначала проводят парад, потом открывается ярмарка, и завершается все великолепным фейерверком. Но я пропустила торжества и весь день готовилась к первому в моей жизни свиданию. Я так волновалась, что, когда Томми зашел за мной, не могла вымолвить ни слова и не придала особого значения тому, что и он почти не разговаривал со мной по дороге на танцы. Но когда мы прибыли, мне показалось странным, что все его приятели принялись дружно хохотать. Томми каждый танец танцевал со мной, но то и дело переглядывался с дружками, которые хихикали, привалившись к стенке.
– Что они задумали? – подозрительно спросил Джейк.
Сара опустила глаза и сцепила на коленях пальцы.
– Это выяснилось, когда я отлучилась в дамскую комнату. Я услышала, как одна девочка произнесла мое имя, и остановилась за дверью, чтобы послушать.
Она говорила, как это противно, что лига старшеклассников выбрала меня как жертву для своих гадких шуточек. Очевидно, то, что они заставили Томми привести меня на танцы, входило в ритуал его посвящения. Хуже всего, сказала эта девочка, что я даже не подозреваю, будто он собирается выставить меня на посмешище.
У Джейка в глазах потемнело от гнева, в груди стало тесно. Он опять услышал ее тихий прерывистый вздох. Но самое лучшее было дать ей выговориться.
– Эта девочка ошибалась. Самое страшное – узнать. Я была раздавлена, уничтожена. От такого унижения мне захотелось умереть. Если бы в комнате было окно, я выпрыгнула бы в него. Но единственным способом покинуть помещение было пройти через переполненный танцевальный зал. Я попыталась проскользнуть незамеченной, но Томми вытащил меня на середину зала. Играли медленный танец. Я чувствовала себя ужасно. Мне казалось, что все смотрят только на меня. И тут…
Ее голос прервался, она зажмурилась, и все давние мучительные переживания снова захлестнули ее, грозя затянуть в темный омут. Но Сара чувствовала на своих плечах твердую руку Джейка, его близость придавала сил. То происшествие случилось в далеком прошлом. Теперь оно бессильно причинить ей боль. Сара открыла глаза и встретилась с его взглядом. Глаза Джейка утешали, успокаивали, но слова все не шли с ее языка. Сара проглотила комок, застрявший у нее в горле, и наконец смогла продолжить свое повествование:
– Томми… Томми засунул мне змею за шиворот. У платья была узкая талия, и я не могла избавиться от нее. Змея ползала по кругу – по животу, по спине… – Сара затихла, и Джейк почувствовал, что на щеке у него дрожит мышца и холодная ярость сжимает грудь.
– А этот дрянной сукин сын… – Он оборвал фразу, сообразив, что его гнев не принесет Саре облегчения, а больше всего Джейк хотел сейчас помочь ей. У Сары было такое несчастное лицо, что его сердце дрогнуло и наполнилось жалостью и нежностью. – О Господи, Сара. Как вы вынесли это?
– Не слишком героически, – призналась она тихо. – Со мной случилась истерика. Я не могла объяснить, в чем дело, а просто кричала и кричала, пока наконец мне не сделалось дурно. Кто-то вызвал «неотложку», меня привели в чувство, дали успокоительного и отвезли домой.
Джейк тихо выругался;
– А что было потом с этим мерзавцем и его шайкой?
– Бабушка постаралась, чтобы в Дубовой Роще практика посвящения в лигу прекратилась. А родители Томми посадили его до конца лета под домашний арест.
– Поделом ему, – пробормотал Джейк угрюмо. Надеюсь, перед этим они сделали из него хорошую отбивную?
По Сариным губам скользнула слабая улыбка.
– Бабушка сказала примерно то же самое. Никогда раньше я не видела ее такой рассерженной. Бабушка всегда была спокойной, благожелательной, то, что называют «истинная леди», но тогда мне казалось, она готова была лично высечь всех членов лиги, если бы ей дали волю.
– Вы, наверное, тоже страшно сердились?
Сара вздохнула и отвела глаза.
– Я была слишком подавлена, чтобы сердиться.
И все равно, после драки кулаками не машут. Уже ничто не избавило бы меня от чувства унижения или не отучило бояться змей либо, наоборот, не бояться Четвертого июля.
От ее слов у Джейка сжалось сердце. Все это было слишком жестоко, несправедливо. При мысли о том, что бессердечная шутка, выкинутая безмозглым обормотом, нанесла Саре тяжкую душевную травму, его кровь вскипала. Он постарался спрятать свои эмоции за небрежным замечанием:
– Очевидно, теперь День независимости вряд ли относится к вашим любимым праздникам?
– О, я вовсе не начинаю с утра биться в истерике. – Ее попытка улыбнуться провалилась, и уголки губ предательски задрожали. – Я просто не выхожу в этот день из дома. С тех самых пор я ни разу не приняла участие в торжествах. – Сара посмотрела на него и выдавила еще одну жалкую улыбку. Знаете, после того как я все вам рассказала, мне стало легче. Я никогда ни с кем не говорила об этом. Наверное, страх, стыд и все прочее, что я тогда пережила, похожи на чудовищ в комнате Никки – они растут в темноте. – Словно внезапно смутившись, она снова уставилась на свои руки. – Спасибо, что помогли вытащить их наружу.
– Спасибо, что вы доверились мне.
Джейк не сводил с нее глаз, бушевавшие в нем эмоции так сильно сдавили ему горло, что он едва мог дышать. Теперь Джейку стало многое понятно – и Сарина заниженная самооценка, и ее страх перед змеями, и обручение с тем отвратительным типом. И все из-за бесчеловечной школярской выходки. Снова в нем вспыхнул гнев и непривычная для него жажда мщения.
– А этот Томми… живет здесь, в городе?
– Его семья уехала отсюда на следующий год, – покачала головой Сара. – Не думаю, что и кто-то из его друзей остался в Дубовой Роще. Большинство молодых людей уезжают учиться и уже не возвращаются обратно.
Джейк крепче обхватил ее худенькие плечи. Сердце его до боли переполняла нежность. Ему хотелось защитить ее, утешить, поддержать, а больше всего помочь ей исцелиться, исправить зло, которое тот идиот причинил ее самоуважению. Чувства, охватившие Джейка, были так сильны, что потрясли его самого. Они требовали немедленных действий. Действовать Джейку было привычнее, чем предаваться эмоциям. Вот только бы найти правильный способ помочь ей…
Внезапно его осенило:
– Четвертое июля наступает на следующей неделе. Мы могли бы провести этот день втроем.
– Вы собираетесь показать Никки шествие, ярмарку и фейерверк?
– Мы вместе покажем ей все это. – (Но Сара колебалась.) – Так будет лучше для вас, Сара. Или вы хотите до конца жизни отсиживаться дома в этот день?
Сара подняла глаза и медленно покачала головой.
– Нет… – Она глубоко вздохнула. – Хорошо. Значит, вы назначаете мне свидание?
Сара улыбнулась, и снова у Джейка перехватило дыхание. Как волшебно преобразила ее улыбка! И вся она стала вдруг совсем другой в его объятиях.
Джейк так тревожился за нее, так старался ее утешить, что совсем забыл об ощущениях, которые ему уже пришлось однажды испытать, обнимая ее. И теперь они атаковали Джейка с небывалой силой, так что его бросило в жар. Он внезапно почувствовал и запах ее волос, и тепло ее тела, и прикосновение ее мягкой груди к своему плечу и отчетливо вспомнил во всех подробностях, как выглядела эта грудь при свете лампы в его спальне и как он дотрагивался до нее руками и губами.
Его взгляд упал на ее губы, и в голове молнией сверкнуло воспоминание об их поцелуе. Джейку мучительно захотелось поцеловать ее снова, и он уже приблизил к ней свое лицо, но тут в ушах отчетливо зазвучал набатный колокол. Правда, пожарная сигнализация на сей раз все же не сработала, хотя Джейк так раскалился, что мог вспыхнуть в любой момент, Джейк отодвинулся от нее и с трудом перевел дыхание. Когда совсем недавно он просил Сару вернуться на ферму, то дал ей слово, что ничего подобного не повторится. Сара заслуживает большего, чем все то, что он в состоянии предложить ей, и он не хотел искушать ее. В глазах Сары ясно читалось ответное чувство, и Джейк ощутил укол совести: с нее довольно обид, которые нанесли мужчины. Зачем Саре связываться с перегоревшим ковбоем, который способен разве что причинить ей новые страдания?
Может ли он дать Саре то, в чем она действительно нуждается, о чем мечтает в глубине сердца, – мужа, дом, семью? Он сам не уверен в себе, зачем же Саре еще один неудачный опыт в личной жизни? Он снял руку с ее плеча и встал с дивана.
– Ну, если вам уже лучше, я, пожалуй, пойду снова займусь ставнями. – И, не дождавшись ответа, вышел из комнаты. Чувства его были в смятении, в мыслях царил разброд. Джейк боялся, что если задержится еще на какое-то время, то не устоит, нарушит данное обещание и разобьет ей сердце.
Глава 10
– Вот здорово! – Никки перегнулась через барьер кабинки чертова колеса, которая, медленно преодолев пик высоты, начала опускаться вниз. – Кажется, я выше всех!
«Я чувствую то же самое, но только по другой причине».
Сара поверх головы девочки поймала взгляд Джейка. Он неторопливо улыбнулся ей, и ее сердце закружилось быстрее, чем воздушная карусель, на которой они только что катались. Сара никогда бы не поверила, что сможет наслаждаться праздником Четвертого июля, но сегодняшний день был действительно великолепен. Таким его сделал Джейк.
Он, Никки и Сара встали рано и отправились в город, чтобы занять местечко получше вдоль маршрута праздничного шествия, что в общем-то не было такой уж необходимостью. В шествии участвовало большинство жителей города, а зрители составляли незначительную часть. Никки все приводило в восторг: и оркестр, и платформы на колесиках, и королевы красоты. А Саре больше всего нравилось обмениваться веселыми взглядами с Джейком, пока девочка прыгала на месте и возбужденно вскрикивала при появлении из-за поворота улицы все новых и новых персонажей.
После шествия они отправились смотреть карнавальное представление, которое развернулось на ярмарочной площади. Пробираясь между шатрами, они сначала все втроем держались за руки, но Никки вскоре оторвалась от них и забежала вперед, и Сара не успела опомниться, как поняла, что они с Джейком держатся за руки. Они шли следом за Никки мимо зазывал, лоточников, аттракционов. Их окружали запахи пшеничных оладий, жареной кукурузы, леденцов и копченого мяса, со всех сторон гремела музыка. Удивительно, что такая мелочь, как возможность держать Джейка за руку, могла казаться исполненной огромной важности.
Прохожие, возможно, принимали их за мужа и жену, и Сара все гадала, понимает ли это Джейк и не выпустит ли он ее руку, если вдруг поймет. Но когда они натолкнулись в толпе на Сью Эллен Гаскелл и остановились поздороваться, Джейк лишь крепче сжал ее руку в своей и придвинулся к ней ближе, а шикарной агентше оставалось только бросать на Сару завистливые взгляды. Сейчас Сара уже не испытывала прежнего беспокойства, что Джейк застесняется общества такой некрасивой спутницы. Просто поразительно, как сильно изменились ее мысли с той ночи, когда Джейк обнял ее перед зеркалом. Сара спрятала подальше свои очки и носила теперь только контактные линзы, купила парочку хорошеньких вещиц в местном магазине одежды и даже начала осторожно применять косметику, следуя рекомендациям журнала мод.
Но самая значительная перемена произошла в ее психике. Несмотря на то что Саре приходилось преодолевать застарелые комплексы, она больше не чувствовала себя женщиной второго сорта. Пусть ее внешность и не отвечала общепринятому идеалу красоты, но Сара знала, что она также и не безнадежная уродина. Джейк открыл ей, что она не только мила и привлекательна, но может быть соблазнительной и пикантной.
Сегодня утром, когда Джейк увидел ее в новых бело-красных шортах, его взгляд заставил Сару еще безогляднее поверить в это. А на случай, если бы она не заметила жаркого блеска в его глазах, он выразил свои чувства словами, вернее, всего одним словом: «Здорово!» Но Джейк вложил в него столько мужского одобрения, что у Сары запылали щеки. И сейчас, когда она об этом вспомнила, ей опять стало жарко.
Что-то защекотало ей затылок и вывело из мечтательного состояния. Сара обернулась на Джейка, рука которого лежала на спинке сиденья, и увидела, что он накручивает на палец прядь ее волос. Джейк явно флиртовал с ней, и это привело ее в трепет. Она неуверенно улыбнулась тему, не зная, как реагировать. Сара прекрасно понимала, что вовсе не парад, ярмарка или даже общество Никки сделали сегодняшний день таким изумительным, а то, что Джейк вел себя с ней не как с платной прислугой, учительницей дочери или даже другом, а как с женщиной, к которой чувствовал влечение и которую надеялся поцеловать прежде, чем завершится день.
Сарино сердце то взлетало, то падало, как кабинка чертова колеса. Она не знала, что сулит ей завтра, но сегодня было слишком чудесным. Ей хотелось прожить этот день без оглядки, наслаждаясь каждым мгновением.
– Мы уже останавливаемся, – печально вздохнула Никки.
– Похоже, пока будут всех выпускать, мы успеем сделать еще один круг.
– Ура! Хорошо, если бы это никогда не кончалось.
«Мне тоже этого хочется, Никки», – вторила ей про себя Сара, но мысли ее были очень далеко от чертова колеса.
Потом, купив на лотке три горячие сардельки, два пакетика воздушной кукурузы и леденец на палочке, они неторопливо ходили по ярмарке.
«Мы словно одна семья». Хотя ей, скорее, следует тревожиться, что она сделалась так близка Джейку и его дочке. Разве не испытывала она смертельную тоску, покинув ферму в первый раз?
Но предаваться мечтам было столь упоительно! А Джейк не делал больше попыток найти няню и сегодня вел себя с ней как с возлюбленной, пришедшей на свидание. Сарин пульс участился, надежда вновь засияла впереди. А что, если все-таки…
– Приветствуем вас!
Сара обернулась и увидела Бадди и Хэнка, которые подходили к ним в сопровождении своих жен. После представлений и обмена приветствиями помощники Джейка уже двинулись дальше, но Бадди вдруг приостановился и обернулся к Джейку:
– Чуть не забыл. Вы спрашивали недавно, не знаю ли я женщину добрую и любящую детей? Я действительно кое о ком вспомнил. Моя родная тетя обожает детишек, и они отвечают ей тем же. Она знатная кухарка и ведет свое скромное хозяйство. Она вдова, ее собственные дети давно живут отдельно, и она как раз ищет место наподобие того, что вы описали. Я могу дать вам номер ее телефона, если желаете.
– Спасибо, Бадди, – сказал Джейк.
Бадди нацарапал на листочке имя и номер и передал его Джейку, а у Сары упало сердце. Она отошла в сторону, пытаясь скрыть отчаяние, сдавившее ей грудь. Если Джейк получил телефон какой-то тети, это еще не значит, что он предложит ей незамедлительно собрать вещи. Бадди не упомянул, что его тетя так уж срочно нуждается в месте.
Однако, если постоянная домработница наконец найдена, у Сары нет причин дальше оставаться на ферме. Но как отчаянно она хотела остаться! Только не домработницей, а женой Джейка, мамочкой Никки. Внезапно почувствовав головокружение, Сара схватилась за край скамейки. Господи! Когда же она успела увязнуть так глубоко? От одной только мысли о необходимости покинуть Джейка ей сделалось дурно. Какая она все-таки несчастная глупышка!
– Мисс Сара, вы думаете, папочка купит мне еще один леденец? – спросила Никки. – Он не разрешает мне есть много сладкого, но леденец был такой вкусный, а Четвертое июля все-таки необычный день.
Сара обернулась и посмотрела на Джейка. Он ответил на ее взгляд неторопливой и чувственной улыбкой, от которой Сарины колени подогнулись.
Она ничего не могла с собой поделать, ее сердце переполнила надежда.
– Да, сегодня необычный день, – согласилась она. – В такой день, как сегодня, многое возможно.
И Сара произнесла про себя коротенькую, но жаркую молитву. Она просила небо сделать так, чтобы ее слова оказались правдой.
Небо на западе окрасилось в густой пурпурный цвет, когда Джейк и Сара собрали остатки жареного цыпленка и уложили прочие принадлежности для пикника в плетеную большую корзину.
– Хорошо мы сделали, что принесли еду сюда, – заметил Джейк, откидываясь назад и вытягивая ноги. Его глаза рассеянно скользнули по темной поверхности озера. Вечерний ветерок шелестел дубовыми листьями над их головами и прибивал к берегу волну. Пара лягушек затянула гортанную серенаду. Джейк умиротворенно вздохнул. – А то мне уже захотелось тишины и покоя.
– А кроме вас, кое-кому еще. – Сара посмотрела на Никки, которая крепко спала, свернувшись калачиком на уголке пледа. Джейк проследил за ее взглядом, улыбнулся и принялся наблюдать, как Сара закрывает крышкой корзину.
– А вы все предусмотрели: и тарелки, и вилки, и салфетки – целая столовая.
Сара убрала за ухо непослушную прядь. Этот привычный для нее невинный жест внезапно необъяснимым образом взволновал Джейка.
– Прежде чем я бросила отмечать День независимости, мы с бабушкой каждый год приходили сюда и ждали начала фейерверка. Я взяла из дома бабушкину корзинку на случай, если нам тоже захочется поужинать на природе.
– И очень хорошо сделали. Место просто чудесное.
– Когда-то мой дедушка любил удить здесь рыбу…
– А мы сможем увидеть отсюда фейерверк?
Сара кивнула.
– Его запускают с плота, который находится на середине озера. Нам будет видно так же хорошо, как и людям на том берегу. – Она обхватила руками колени и удовлетворенно вздохнула. – Сегодняшний день был замечательным, но хорошо немного побыть вдали от толпы.
– Я тоже так считаю. – Джейка почти весь день неотвязно преследовала мысль о том, чтобы уединиться с Сарой, остаться с ней только вдвоем и позволить себе разные восхитительные вольности.
Он перевел взгляд на озеро, туда, где темная поверхность воды сливалась с небом, но продолжал остро ощущать присутствие Сары. Весь день Джейк находился в возбужденном состоянии, близком к умопомрачению, и, разумеется, Сара была тому виной. Все началось с благородного желания помочь ей преодолеть тяжелые воспоминания, связанные с этим праздником. Потом он решил, что не будет ничего зазорного, если даст ей понять, что находит ее привлекательной, и, поскольку тот гнусный тип много лет назад в этот день выставил ее на посмешище, немного с ней пофлиртует.
«Ах, немного?» – насмешливо осведомился внутренний голос. Джейк не понял толком, как это произошло, но его благородное намерение незаметно отступило на второй план, и он начал вести себя с Сарой так, как ему с самого начала казалось естественным: как мужчина, который ухаживает за женщиной, преследуя определенную цель.
Он посмотрел на Сару и быстро отвел взгляд. Во всяком случае, его никто не смог бы упрекнуть. В своих кокетливых красных шортах Сара выглядела пикантнее, чем кайенский перец. Трудно было поверить, что когда-то ее внешность сделала ее предметом осмеяния. Или что любой нормальный мужчина мог, общаясь с ней, остаться равнодушным.
Джейк украдкой взглянул на ее профиль, пытаясь представить, какой она была в пятнадцать лет. Он вообразил неловкого, угловатого, болезненно застенчивого подростка, и у него защемило в груди. Как это несправедливо, что принято судить о людях по их наружности! А из всех мест на земле самое несправедливое – это школа. Его собственный опыт ничем не напоминал Сарин, но он тоже был не из приятных. Девочки наперебой добивались его внимания только из-за его внешних данных, им не было дела до того, что он собой представляет. Джейк злорадно напомнил себе, что он и сам не отличался глубокомыслием. Он увлекся Клариссой только потому, что увидел в ней вызов для себя. Эта красавица казалась равнодушной, неприступной, холодной. Ему еще предстояло убедиться, что красота, лишенная внутреннего содержания, теряет свою привлекательность. Стоило Джейку узнать Клариссу поближе, и она перестала казаться ему красивой. С Сарой же все было наоборот. Чем больше он узнавал ее, тем очаровательнее, прелестнее она становилась.
Джейк резко сел, обеспокоенный направлением, которое приняли его мысли.
Ему не хотелось признаваться себе, что отношение к Саре основывалось на глубоком чувстве. Следовало подыскать логическое объяснение ее растущей привлекательности.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
загрузка...


А-П

П-Я