https://wodolei.ru/catalog/stalnye_vanny/Kaldewei/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Черт возьми, он беспомощней новорожденного кролика. И все же он не хотел ни в чем полагаться на других, тем более на женщин. И особенно на эту, с ангельскими глазами, так приятно пахнущую, которая всколыхнула в нем мысли и чувства, которых он не желал воскрешать.
– Спасибо вам за ваши хлопоты. – Показалось ему или он и впрямь пробормотал эти слова? Язык у него едва ворочался. – Если вы довезете меня до школы, я заберу мою девочку и пойду…
Все перед ним расплывалось, но ему показалось, что в ее глазах промелькнули неуместные искорки.
– Прежде чем беспокоиться о дочери, вам следует позаботиться о себе. Она тронула автомобиль. – Мы едем прямо в больницу.
Ему удалось выговорить еще несколько протестующих слов.
– С Никки все будет в порядке, – мягко уверила она его. Ухватившись за эту мысль, он закрыл глаза и погрузился в спасительное забытье, куда не могла проникнуть боль.
Когда в приемном отделении больницы седовласый доктор приступил к осмотру головы Джейка, Сара незаметно отошла к двери.
– Я подожду снаружи.
Доктор мельком взглянул на нее.
– В этом нет нужды. Я хотел бы задать вам несколько вопросов, после того как закончу осмотр.
– Но…
Доктор с усмешкой взглянул на Сару поверх очков.
– Обещаю вам не разоблачать его дальше, не предупредив.
«Слава Богу». Сара слабо улыбнулась. С тех пор как она сняла с Джейка рубашку, чтобы перевязать его, она была не в силах отвести глаза от крепкого загорелого торса, и всякий раз, как ее взгляд падал на его мускулистую грудь и подтянутый плоский живот, пульс начинал биться беспорядочными скачками.
Конечно, ей приходилось видеть обнаженным по пояс своего бывшего жениха, но тело Дейва, бледное и сухопарое, не заставляло ее испытывать одновременно и озноб, и жар, не вызывало желания прикоснуться к нему. Ей ни разу не пришло на ум, каким теплым и тяжелым должно быть это тело, если оно вдруг окажется так близко, как это только возможно…
С пылающим лицом Сара опустилась на пластмассовый табурет в дальнем конце комнаты, положила руки на колени и туго сцепила пальцы.
– Что с вами произошло? – спросил врач, светя в глаза Джейку офтальмоскопом.
– Глупая случайность, – проговорил тот. – Змея напугала лошадь, и я свалился.
При слове «змея» у Сары зашевелились волосы на затылке. Всегда при одной мысли об этих существах у нее по коже пробегали мурашки. Она не выносила скольких ползающих тварей, они неизменно ассоциировались у нее со стыдом, унижением и… Сару охватила дрожь, страх сжал ей горло… «Не думай об этом», – приказала она себе, с усилием возвращаясь к действительности.
– Она вас ужалила? – продолжал расспрашивать доктор.
– Нет. Кажется, это была безобидная песчанка.
– Придется вас тщательно обследовать.
Сара снова поймала себя на том, что рассматривает грудь Джейка. Она проглотила слюну и отвела глаза, но они почти тут же вернулись к Джейку.
Мускулы на его груди чудесным образом отвлекли Сарины мысли от всяких там пресмыкающихся, ее кровь от этого зрелища побежала по жилам вдвое быстрее.
Сара, словно загипнотизированная, наблюдала, как врач нажимает на твердые мышцы живота Джейка, ища внутренние повреждения.
– Вы сказали, что по дороге в больницу он заснул?
Сара вздрогнула от неожиданности, потому что доктор внезапно отвернулся от Джейка и обратился к ней.
– Д-да.
Доктор поправил очки.
– Ну-с, по-видимому, у него небольшое сотрясение. Чтобы удостовериться, сделаем ему сканирование. На ногу надо наложить швы. Сделаем рентген плечевой кости, но я думаю, что перелома нет. Скорее всего, ему придется провести в больнице несколько дней, а потом еще пару недель полежать дома.
Джейк беспокойно приподнялся на локте.
– Это невозможно. У меня на руках четырехлетняя дочь и хозяйство.
– Боюсь, у вас нет выбора. Травмы слишком серьезные. Голова, возможно, будет в порядке уже через пару дней, но до тех пор вам необходимо оставаться под наблюдением. Потом какое-то время придется щадить ногу, а плечо не позволит вам пользоваться костылями.
Сара подумала сочувственно, что заботиться о ребенке возраста Никки нелегкая задача. Разве он сумеет справиться в таком состоянии?
– У вас есть родственники или друзья, к кому вы могли бы обратиться за помощью? – спросила она.
Джейк тяжело откинулся на кушетку.
– Никого. Есть только бабушка со стороны матери, но она живет в Европе. Я ведь совсем недавно приехал из Амарильо. – Он закрыл глаза, видимо, разговор утомил его. – Я уже дал объявление о домработнице в местную газету, но его напечатают только через неделю.
Доктор хмуро потер подбородок.
– Я мог бы дать вам адреса нескольких агентств в Далласе, чтобы вызвать частную сиделку. Думаю, они способны ухаживать и за детьми. Обойдется это, конечно, недешево, и еще неизвестно, что за особу пришлют. У меня были пациенты, которые чуть не плакали от такого рода помощи. На вашем месте я попытался бы найти кого-нибудь из здешних.
И тут Сара шагнула вперед.
– Я позабочусь о Никки, пока вы будете в больнице.
Джейк в упор взглянул на нее. Он и так уже в долгу у этой женщины, но, с другой стороны, она – профессиональный педагог, вряд ли в агентстве ему предложат кого-либо столь квалифицированного. И Никки уже знает ее. Джейк виновато подумал, что девочка не успела еще приспособиться к новым условиям после переезда, а теперь ей снова придется иметь дело с переменами. Он тяжело вздохнул. Как ни претило ему быть объектом благодеяний, он понимал, что ради Никки следует согласиться на Сарино предложение. Но одолжения Джейк не примет, договоренность между ними будет строго деловой. Он медленно кивнул, и боль с новой силой сдавила ему голову.
– Спасибо. – Собственный голос показался ему чужим, хриплым. – Я хорошо заплачу вам за труды.
– Мы обсудим это позже. А сейчас лечитесь и не сомневайтесь, что Никки в хороших руках.
В ее словах звучало не хвастовство, а простая констатация факта. И Джейка, как ни странно, это убедило.
– А как быть с фермой? – спросила она.
Ферма. Мысли Джейка были словно закутаны в вату – плотную, мягкую, бесформенную. Он ухватился за одну и сумел выудить ее наружу.
– Сегодня утром… я нанял двух работников. Их имена и адреса у меня в кармане. Позвоните им, если возможно, попросите пару дней поработать на свои страх и риск. Они раньше работали у старика Мэрфи, так что хорошо знакомы с хозяйством.
– Позвоню обязательно. – Ее серые глаза стали задумчивыми. – Но знаете, лучше для Никки, если я пока поживу у вас, а не она у меня. Все-таки она будет у себя дома Джейк снова хотел кивнуть, но вовремя удержался.
– Поступайте, как считаете нужным. В доме страшный беспорядок, но в комнате Никки есть все необходимое.
Доктор оценивающе взглянул на Сару.
– Если вы уговорите эту юную леди остаться у вас еще недельки на две после того, как выпишетесь из больницы, то убьете разом двух зайцев, заметил он. – Вам нужен человек, который будет готовить вам и поможет встать на ноги.
Настала очередь Сары заколебаться. Одно дело – заботиться о ребенке, и совсем другое – ухаживать за взрослым мужчиной. Тем более за мужчиной, который так странно действовал на нее – заставлял рисовать в воображении безумные картины, испытывать и жар, и холод, и трепет одновременно. «Но ему не на кого больше рассчитывать», – подумала Сара с острой жалостью. А она понимала, что это означает – не иметь друзей, чувствовать себя одиноким и потерянным. Она сама испытала это, когда училась в колледже и пребывала в состоянии безысходной застенчивости.
Она и сейчас испытывала то же самое, кроме тех часов, когда работала в школе, – с тех самых пор, как умерла бабушка. Разумеется, она поможет этому человеку. Он нуждается в помощи, а Сара не способна оставить человека в беде. И что плохого может случиться? Ведь больной мужчина беспомощен, как ребенок.
Сара посмотрела на него, и во рту у нее внезапно пересохло. Джейк Мастерс вовсе не выглядел беспомощным, напротив, он казался сильным, полным жизненной энергии и… опасным.
«Чепуха, – упрекнула себя Сара. – Вот если бы ты интересовала его, тогда другое дело. Но с таким же успехом ты можешь рассчитывать получить титул Мисс Америки. Мужчины с внешностью Джейка Мастерса интересуются шикарными, изысканными женщинами, это так же естественно, как для Никки тянуться к коробке с конфетами. И довольно глупостей. Ты сама предложила позаботиться о Никки, а самое лучшее, что можно сделать для Никки, – побыстрее поставить на ноги ее отца. Совсем недавно ты искала себе какое-нибудь полезное занятие. А Дебора уговаривает тебя взять отпуск. И ты не делаешь этого только потому, что боишься массы свободного времени, которое неизвестно куда девать. Летом количество детей, посещающих школу, гораздо меньше, легко можно освободиться на две недели, а потом, если Джейк не успеет окончательно поправиться, какое-то время ты станешь заниматься с детьми неполный день».
– Я работаю по свободному графику, – проговорила она. – И рада буду помочь вам, чем только сумею.
И, пытаясь побороть сомнения, шевельнувшиеся где-то под ложечкой, добавила про себя, что это будет достойный поступок. Если бы она оказалась на его месте, она очень хотела бы, чтобы кто-то сделал для нее то же самое.
Главное – она помогает девочке. И ее решение никак не связано с той внутренней дрожью, которая охватывала ее всякий раз, как Джейк Мастерс обращал на нее взгляд своих темно-карих, цвета кофе, глаз…
Глава 2
– Папочка, можно мне прокатиться в твоем кресле?
Джейк нежно посмотрел на дочку, которая подпрыгивала на пружинистом матрасе его больничной койки.
– По мне, котенок, ты можешь ехать в нем одна. Не знаю, зачем вообще приволокли сюда эту дурацкую штуковину.
– Таков порядок, мистер Мастерс, – ответила дородная сиделка, незадолго до этого вкатившая кресло в палату. – Всех выписавшихся пациентов отвозят к выходу на каталке. Кроме того, вам нелегко будет добраться до двери с вашей ногой.
Джейк поднялся с кровати и тут же ухватился за металлическую перекладину.
Икру у него словно сдавило тисками, плечо ныло, голова болела при каждом движении. Каталка, по-видимому, вовсе не будет лишней. Хотя прошло уже три дня, передвигаться самостоятельно Джейку все еще было тяжело Но все равно чертовски здорово наконец встать и одеться. Он скорее согласился бы проскакать на неоседланной лошади в белье из наждачной бумаги, чем еще день провести закутанным в смехотворный лоскут, который они называют больничным халатом.
Он перевел взгляд на Сару, сидевшую на стуле в уголке маленькой палаты.
Очень предусмотрительно было с ее стороны захватить ему из дому одежду. Но за последние три дня она предусмотрела многое – привезла ему бритвенные принадлежности, получила почту, снабдила его свежими газетами.
И все это время она заботилась о Никки. Каждый день она привозила ее с собой в больницу, и Джейка приятно поразила ее спокойная манера общения с девочкой. Ему показалось интересным, как она сумела превратить происшедшее в полезный урок для Никки и терпеливо отвечала на ее многочисленные вопросы, объясняя, как работают врачи. Благодаря Саре Никки считала пребывание отца в больнице увлекательным приключением, а вовсе не трагедией. Этим Сара сняла тяжелый камень с его души. Он волновался, как перенесет дочка разлуку, но, судя по веселому, оживленному настроению, Никки справлялась с ней куда лучше, чем он сам.
Сиделка подвела его к креслу и взглянула на Никки, которая соскочила с постели и приготовилась взобраться на колени отцу, как только он усядется.
– Боюсь, что по правилам вам придется ехать одному, мистер Мастерс.
Девочке лучше пойти сзади вместе с вашей женой.
«С женой»? Это слово поразило Джейка, словно пощечина. Он замер рядом с креслом.
– У меня нет жены.
– О, простите, я подумала… – Сиделка перевела взгляд с Джейка на Сару и обратно. – Простите.
Джейк смиренно опустился в кресло и отважился поднять взгляд на Сару.
Вот черт! На нее его слова подействовали еще хуже – лицо покраснело как помидор, пальцы нервно теребили ремешок сумочки.
– Мисс Сара не моя мама, – выступила вперед Никки. – Мама уже на небе.
Мисс Сара моя учительница, она дружит с папочкой. И она будет жить с нами, да, папочка?
– Да, – откликнулся Джейк, стараясь придать голосу беспечность. Он набрался духу и опять взглянул на Сару – проверить, как она отнеслась к заявлению Никки.
Сара смотрела на Никки, ее пепельные волосы упали ей на лицо, скрывая его выражение. Но Джейк заметил, что шея над белой хлопчатобумажной блузкой стала ярко-алой. И от этого зрелища что-то в груди его словно оттаяло. Он и не помнил, когда в последний раз видел, как краснеют взрослые. Он даже не знал, что взрослые женщины способны краснеть. Большинство из тех, что попадались ему на пути, вообще были начисто лишены стыдливости.
– Я подгоню машину к подъезду, – сказала Сара, когда открылись двери на первом этаже. – Никки, ты пойдешь со мной или подождешь здесь с папой?
– Пойду с вами. – Она схватила Сару за руку, но тут же обернулась на отца, которого сиделка покатила через вестибюль. – Хорошо, папочка?
– Конечно, – откликнулся Джейк хрипло, глядя, как они двинулись к двери.
Никки вприпрыжку бежала рядом с Сарой, крепко сжимая ей руку, и Джейк впервые испытал укол ревности. Но ему тут же стало стыдно. Следовало радоваться, что Никки так хорошо поладила с Сарой, ведь она ее учительница.
Естественно, что девочка к ней привязалась, ведь Сара провела с ней несколько дней. Сару послало само провидение, он не знал, что делал бы без нее. Он только не совсем понимал вкусы дочери: вот няня в Амарильо была очень добросовестной и умелой, но Никки никогда не проявляла к ней особой любви.
Сиделка выкатила кресло на крыльцо, и впервые за три дня Джейк вдохнул свежий воздух. Он оглядел автостоянку и заметил Сару с Никки, которые, все так же держась за руки, пробирались к небольшому белому автомобильчику.
Джейку пришлось признать, что на этот раз он, пожалуй, готов согласиться с Никки: Сара все-таки приятнее, чем та напористая и властная особа, которую они оставили в Западном Техасе.
Было нечто такое в этой женщине, что горячило его кровь и будоражило фантазию. Что именно – он затруднялся определить. Она не обладала классической красотой, но какие-то неуловимые черточки не позволяли Джейку отводить от нее глаза, когда она находилась поблизости, и забывать о ней в ее отсутствие. Может быть, осанка? Осанка у нее была прекрасная. Такая, что лучше держаться от нее подальше. Меньше всего ему сейчас нужно увлечься какой-нибудь женщиной.
Открывая дверцу машины и помогая Никки забраться на сиденье, Сара почувствовала спиной взгляд Джейка и не смогла удержаться, чтобы не обернуться. И точно – Джейк смотрел на нее, мрачно нахмурившись. Сара замерла. Точно такое же недовольное выражение заметила она на его лице, когда сиделка приняла ее за жену. Неужели его покоробило, что кто-то мог думать, будто он женат на такой некрасивой, непривлекательной женщине?
Вздор! Вероятнее всего, Джейк вовсе не обратил на нее внимания. Конечно, он больше, чем нужно, занимает ее мысли, что странно и нехарактерно для нее, однако это вовсе не значит, что и он тоже о ней думает. Скорее всего, бедняга все еще тоскует о жене, и упоминание о ней задело его за живое, вот и все. «Нужно поскорее обуздать разыгравшееся воображение», – строго сказала себе Сара, открывая дверцу и садясь за руль. Она и так слишком много думает об этом человеке.
Но довольно. Джейк до сих пор не сделал и не сказал ничего, что давало бы ей основания считать, будто она интересует его в каком-то другом качестве, кроме как учительница Никки и временная помощница по хозяйству.
Да, раз или два Сара ловила на себе его взгляд, но это совсем ничего не значит. Судя по всему, внимание Джейка полностью поглощено его ребенком, и от нее требуется то же самое. Решив в дальнейшем строго придерживаться этой линии поведения, Сара подъехала к больничному крыльцу и распахнула дверцу со стороны пассажирского сиденья. Джейк уселся рядом, и внезапно салон машины сразу уменьшился, кроме того, в нем почему-то стало очень жарко, и Сара, отъезжая от тротуара, ощутила, что ладони ее стали мокрыми.
Сара была благодарна разговорчивой девочке, без умолку щебетавшей о приготовлениях ко сну, которые завела Сара в эти три дня их совместной жизни на ферме.
– Сначала мисс Сара расчесывает мне волосы и читает книжку, а потом рассказывает очень интересную сказку о двух принцессах, – болтала Никки. Может быть, она и тебе тоже ее сегодня расскажет на ночь, папочка.
Сара почувствовала, как под веселым взглядом, брошенным на нее Джейком, у нее снова краснеют щеки.
– Еще мисс Сара разрешает мне слушать свой плейер. Вот смотри. – Сара увидела в зеркальце, как Никки передает отцу ее маленький кассетный магнитофон. – У него есть и наушники. Я могу слушать сказку, следить по книжке и переворачивать страницы, когда звенит колокольчик. Я взяла с собой «Джек и бобовый росток». Ты можешь включить его, папочка?
Джейк выполнил требуемую операцию и передал магнитофон дочке. Она нацепила на голову наушники и поудобнее устроилась на сиденье с книжкой на коленях.
– Хорошая это мысль, насчет плейера, – заметил Джейк. – Сколько минут покоя он нам гарантирует?
– Около получаса, – усмехнулась Сара. – Как раз успеем доехать до вашего дома. – Она беспокойно взглянула на него. – Как вы себя чувствуете?
– Вполне сносно, – солгал Джейк. Яркое майское солнце резало ему глаза, а от тряски нога снова разболелась. – Так приятно расстаться с больницей. Это, по крайней мере, было правдой.
Джейк откинулся на подголовник и принялся созерцать сквозь ветровое стекло незнакомый пейзаж. Взглянув на Сарин профиль, он отметил, что у нее решительное лицо – лицо человека с характером. Возможно, оно и не соответствует расхожему стандарту красоты, но высокие выступающие скулы и большой, с полными губами рот каким-то образом прекрасно гармонировали с остальными чертами. Кроме того, ее лицо представляло собой не просто набор определенных линий. Когда она смотрела на него в упор, Джейку становилось трудно дышать. Должно быть, все дело в ее глазах. Большие, серо-голубые, выразительные, они придавали лицу необычайную мягкость. И еще они таили в себе обещание. В том, как эти глаза прятались за очками, было нечто почти чувственное – они словно прикрывались прозрачным пеньюаром.
Она внезапно взглянула на него, и Джейк ощутил, как его захлестнула мощная волна желания. Осознав, что уставился на нее во все глаза, он тут же отвел взгляд и откашлялся.
– Спасибо вам за все, что вы сделали для нас, – сумел выговорить он. Если бы не вы, я, возможно, до сих пор валялся бы на том пастбище.
Она искренне рассмеялась.
– Вот уж сомневаюсь. Должно быть, трудно растить ребенка одному? спросила Сара, покосившись на него краешком глаза. – Давно умерла ее мать?
– Никки еще не исполнилось и двух лет.
– Наверное, это было очень тяжело для вас… Ее голос переполняло сочувствие. – Что с ней случилось?
– Погибла в авиакатастрофе. – Джейк беспокойно дернулся на сиденье и повернулся к окну. У него противно сжало желудок – как всегда, когда разговор касался этой темы. И он поспешно постарался сменить ее:
– Вы родились в Дубовой Роще?
Она слабо улыбнулась. Джейк понял, что его маневр не остался незамеченным, и обрадовался, что у нее хватило такта не расспрашивать его дальше.
– Нет. Я здесь только два года.
– А где вы жили раньше?
– О, всюду понемногу. Мой папа работал в нефтяной компании, и когда я подросла, мы часто переезжали с места на место. Я закончила колледж в Оклахоме, прежде чем приехала сюда. – Она оторвала глаза от дороги и бросила взгляд на Джейка. – А вы? Долго жили в Амарильо?
– Я жил то в Амарильо, то в Далласе, – ответил он. – Мои родители развелись, когда мне было восемь лет, и до двенадцати меня передавали из рук в руки.
– А когда вам исполнилось двенадцать?
– Умерла моя мать. – Как ужасно. – Она снова взглянула на него расширенными, полными жалости глазами. Джейку показалось, что он погружается в теплоту этих глаз и медленно идет ко дну. – Значит, и вас отец воспитывал в одиночку, так же как вы – Никки?
– Мне не так повезло. Через год после развода отец женился снова.
Взгляд Сары сделался вопросительным.
– Похоже, вы не слишком ладили с мачехой?
– Достаточно будет сказать, что она заслужила всю ту критику, с которой к мачехам относятся в сказках. Отец не был с ней счастлив.
– Где они теперь?
– Отец умер, когда я учился в колледже. Через год она прислала мне открытку, где сообщала, что выходит замуж за кого-то банкира из Хьюстона.
Джейку хотелось снова перевести разговор на саму Сару и побольше узнать о женщине, которая живет в его доме и заботится о его ребенке. И которая занимала его мысли, пока он лежал, прикованный к больничной койке, гораздо больше, чем он готов признаться.
– А что; вас привело в Дубовую Рощу?
– Моя бабушка. Она прожила здесь всю свою жизнь, последнее время тяжело болела и не могла оставаться одна. Родители настаивали, чтобы она продала дом и переселилась в пансионат во Флориде, поближе к нам, но ей не хотелось покидать родные места. Мы с ней всегда были друзьями, вот я и приехала сюда, чтобы за ней ухаживать. – Сара притормозила у светофора. – А год назад ее не стало.
– Грустно.
– Мне тоже грустно слышать о вашей утрате, – негромко проговорила она.
Джейк неопределенно качнул головой и снова повернулся к окну. Он не хотел говорить о Клариссе, как не хотел, чтобы люди жалели его. Именно из этих соображений он и перебрался сюда: чтобы все начать сначала, скрыться от сочувственных взглядов и не дать Никки наслушаться всяких сплетен.
Загорелся зеленый, и Сара миновала перекресток.
– А вы с Никки почему приехали именно в Дубовую Рощу?
Джейк пожал плечами.
– Подумал, что перемена места пойдет нам на пользу. Когда я увидел в газете объявление о продаже фермы Мэрфи, то приехал, посмотрел, и… вот мы здесь.
Сара кивнула.
– Мне так понятно желание сменить обстановку. Я продолжаю жить в бабушкином доме, но в последнее время подумываю продать его. Он вызывает слишком много воспоминаний. Большинство из них хорошие, но все же… – Она тихонько вздохнула. – Возникает какая-то эмоциональная усталость. Каждый раз, когда открываешь дверь, тебя окружают образы из прошлого. Иногда хочется поселиться в более нейтральном месте, где они оставили бы меня в покое.
Джейк усмехнулся. Она в точности описала его собственные ощущения на старой ферме. Джейк решил, что это забавно. Обычно он плохо сходился с людьми, другое дело – с животными. Но, похоже, они с Сарой вылеплены из одного теста. Он скользнул по ней взглядом и, задержавшись на губах, подумал, что они, должно быть, очень мягкие и податливые. В голове вдруг всплыл вопрос: а было бы им хорошо вместе в постели?..
В постели! Джейк потер подбородок и нахмурился. Да что, черт возьми, с ним такое творится?
– Мы еще не обсудили размер вашего жалованья, – отрывисто произнес он.
Сара удивленно расширила глаза.
– Вам вовсе не обязательно платить. Я рада помочь просто так.
– Ерунда. – Тон его сделался резким, едва ли не грубым. – Вы профессиональный воспитатель, занимаетесь вашим прямым делом. А теперь, когда я вернулся домой, вам еще прибавится хлопот. Разумеется, я заплачу вам.
– В этом нет необходимости.
– Это необходимо мне.
Сара услышала в голосе Джейка непоколебимую решимость и краешком глаза увидела ее и на его лице. Губы Джейка были плотно сжаты, глаза сощурены.
Сара привыкла помогать людям просто по-дружески, не рассчитывая ни на какое вознаграждение. Но если ему неловко принять от нее помощь, что же, она возьмет эти деньги.
– Хорошо. Раз вы настаиваете.
Мускулы его лица тут же расслабились, но голос звучал по-деловому сухо:
– Я настаиваю. Теперь обговорим условия. По мнению доктора, вам придется провести у нас пару недель. Надеюсь, за это время я подыщу постоянную домработницу. – Тут он назвал сумму, которая заставила Сару приоткрыть рот.
– Что вы скажете?
– Это чересчур много… – Она тут же заметила, что его лицо мрачнеет, как грозовая туча. Не желая волновать его, Сара добавила поспешно:
– Очень щедро с вашей стороны. Благодарю вас.
Джейк коротко кивнул. Озадаченная и смущенная, Сара снова переключила внимание на дорогу, размышляя о странной перемене в его поведении. Словно сместился незримый центр тяжести, и из двух равноправных, дружески настроенных людей они превратились в хозяина и наемного работника. Минуту назад он разговаривал свободно и оживленно, даже смеялся и словно бы проявлял к ней искренний интерес, а сейчас насупился и ведет себя с ней как с платной прислугой. Только что Сара видела в нем друга, теперь он сделался холодным, равнодушным, далеким. Сара не могла понять, чем вызвана такая резкая перемена и почему она ее так расстроила.
Минуя городское предместье, Сара напомнила себе, что наивно надеяться на какие-то особенные отношения с мужчиной типа Джейка. Наверное, добрая половина техасских женщин проторила дорожку к его дому. И ясно, что он до сих пор любит свою покойную жену.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
загрузка...


А-П

П-Я