https://wodolei.ru/catalog/mebel/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— О нет! Многие дорого бы заплатили за то, чтобы узнать, где ты. Но я надежно тебя спрятала и долго ждала. Ни одна душа не ведает, где ты скрываешься. Тем более ошеломляющим будет твое появление.— Прошу вас, скажите же мне, кто я, — пробормотала Джилли, боясь поверить, что ее тайна вот-вот будет открыта ей, и одновременно страшась этой тайны.— Всему свое время, дитя мое. Всему свое время.Элинор, видимо, опять погрузилась в размышления о собственной жизни и, как ни хотелось Джилли поскорее обо всем узнать, все же приходилось терпеливо ждать, когда королева сочтет нужным ее просветить.— Когда-то я мечтала выдать тебя за Ричарда, но потом поняла, что Генриху это может оказаться только на руку, и вовремя переменила решение. — Она взглянула на девушку, и морщинки от ее губ тонкими лучиками разбежались по щекам. — Когда Генрих узнает, кого я выбрала тебе в мужья, он лопнет от злости.— Но кто же я такая, что вы сочли меня подходящей женой даже для принца Ричарда? — воскликнула потрясенная Джилли.Элинор досадливо отмахнулась от нее, словно приказывая не перебивать.— Знатностью ты не уступаешь ни одному из нынешних королей, а иных и превосходишь. Ты из очень древнего рода.Все это никак не укладывалось у Джилли в голове. Неужели в ее жилах течет королевская кровь?— Так вот, — продолжала королева, — я поклялась, что тебе не придется пережить испытаний, выпавших на мою долю. Именно поэтому я настояла на том, чтобы у тебя были самые лучшие и самые сведущие учителя. Я не случайно отдала тебя под попечительство матушки Магдалины она женщина мудрая и прозорливая. Сейчас я жалею лишь о том, что мои сыновья не получили такого образования, как ты.— Я стольким вам обязана, — растроганно проговорила Джилли.Элинор окинула ее довольным взглядом.— Твоя мать могла бы теперь гордиться тобой. Ты женщина, но во многих вопросах сумеешь взять верх над любым мужчиной.— Вы впервые заговорили о моей семье. — Джилли обеспокоенно вглядывалась в лицо королевы. — Наверное, дело в том, что мои родители не состояли в браке, и я не имею законных прав носить отцовскую фамилию?— Уверяю тебя, проблемы такого рода здесь абсолютно ни при чем. — В глазах Элинор запрыгали веселые искорки. — Твой отец был абсолютно неотразим и многим женщинам — включая и меня — внушал самые нежные чувства, но он был совершенно равнодушен к нашим чарам. Он любил только твою мать и, к несчастью, умер еще до твоего рождения.Значит, отца, о котором она только что впервые узнала, уже нет в живых? Джилли горько было об этом слышать, но все равно хотелось знать о своих родителях побольше.— Умоляю, Ваше Величество, расскажите мне еще что-нибудь о нем и о моей матери!— Твоя мать была редкая, удивительная женщина и всегда ставила долг и честь превыше всего, включая собственную жизнь. Она столько сделала для меня, что я до конца жизни буду чувствовать себя ее должницей. Она одна оставалась со мною рядом тогда, когда все отвернулись от меня, потому что дружить с опальной королевой стало опасно — она не раз вступалась за меня перед Генрихом, а однажды даже остановила его руку, занесенную надо мною в смертоносном ударе. Из-за этого на нее потом и обрушился гнев короля Англии, из-за этого она в конце концов и погибла.Джилли невольно вскрикнула.— Боже! И она мертва! Значит, никого из моих родителей нет в живых.Королева взяла ее за руку.— Мне больно говорить тебе об этом, тем более что твоя мать погибла по вине моего алчного супруга. Пусть не его рукой был нанесен смертельный удар, но все же ее смерть на его совести.На миг в глазах у Джилли потемнело, и она покачнулась. Удар был слишком тяжел и неожидан для столь юного существа.— Я всегда молилась… я надеялась, что они живы… где-нибудь. — В ее глазах блеснули сдерживаемые слезы. — У меня нет родных.— Да, милая, родных у тебя нет. Но есть нечто другое, что поддержит тебя в жизни, быть может, надежнее большой и любящей семьи.Джилли удивленно посмотрела на нее.— Что же это, Ваше Величество?Элинор встала и, подойдя к огню, протянула вперед руки: в последние годы она почему-то все время мерзла. Наконец закоченевшие пальцы немного согрелись, и она обернулась.— Кроме меня, всего три человека знают, кто ты такая, Джилли те два рыцаря, что тайно увезли тебя из замка в ночь смерти твоей матери, и Его Святейшество Папа Римский.— Не понимаю… Мне приходится скрываться от всех — и, однако же, обо мне знает сам Папа. Кто же я наконец?— Прежде чем ответить, я должна сообщить тебе, что Джилли — это не настоящее твое имя. С этого момента тебя будут называть только по имени, которое было дано тебе при рождении. Это имя — Джиллиана.— Я… — Мысль о том, что до сих пор она жила под чужим именем, показалась девушке столь странной и непривычной, что она не смогла больше произнести ни слова.— Повтори свое имя, — потребовала Элинор.— Я… Джиллиана, — неуверенно произнесла девушка.— Забудь, что до сих пор тебя называли иначе. Так вот, Джиллиана, — продолжала Элинор, — сделаешь ли ты то, о чем я тебя попрошу?— Без колебаний, Ваше Величество.— Прежде всего скажи мне: ты знаешь что-нибудь о королевстве Талшамар?Вопрос немного смутил Джиллиану своей неожиданностью.— Конечно! Наверное, все, что вообще о нем можно знать. Ведь вы сами руководили моим обучением, я изучала Талшамар подробнее всех других стран.— Да, это так. А что тебе известно о королевской семье, которая правит Талшамаром?Джиллиана решила, что ослышалась.— Но королевской семьи в Талшамаре нет. Супруг королевы умер еще до рождения их… дочери. — Сердце Джиллианы вдруг заколотилось сильнее. Она замолчала, в смятении поглядев на королеву Элинор.— Продолжай, Джиллиана. Рассказывай все, что знаешь.И в сознании Джиллианы все вдруг стало проясняться, все, чего прежде ей не удавалось понять, становилось на свои места.— Я знаю, что никого из королевского семейства уже нет в живых, за исключением, возможно… принцессы Джиллианы! — Теперь она говорила торопливо и взволнованно. — В ту ночь, когда англичане ворвались в замок, она таинственно исчезла, и с тех пор никто ничего о ней не слышал. Многие считают, что тогда в суматохе она погибла, другие утверждают, что друзья ее матери в последний момент спасли девочку.Бледная и потрясенная, Джиллиана смотрела королеве Элинор прямо в глаза.— Я принцесса Джиллиана!Глаза Элинор наполнились слезами, она наклонилась вперед и ласково сжала дрожащие пальцы девушки.— Да, дитя мое, ты единственная полноправная наследница талшамарского престола и нежно любимая дочь моей лучшей подруги королевы Фелисианы.Джиллиана встряхнула головой, пытаясь прийти в себя.— Я так долго мучилась вопросом, кто я такая, представляла себе все что угодно — но разве я могла даже в мыслях допустить что-нибудь подобное?Элинор с весьма довольным видом добавила:— И никто не мог. Вот уже семнадцать лет Генрих Английский, с одной стороны, и Людовик, а вслед за ним Филипп Французский — с другой, бросают свои алчные взоры на Талшамар — и только хитроумный план твоей матери, которая сумела заранее все предусмотреть, мешает им завладеть твоим королевством.Джиллиана высвободила руку, которую Элинор все еще держала в своей, и встала.— Я узнала сейчас так много, что просто не способна сразу все уразуметь. Но я хорошо помню из своих уроков, что Талшамар — государство, которое подчиняется Риму. Если наследница… если я не заявлю о себе до того дня, когда мне исполнится двадцать один год, то страна перейдет во владение Франции.— Да, и это всегда удручало моего супруга. Для того чтобы Талшамар достался ему, а не французскому королю, он должен прежде всего отыскать тебя — и он ищет. Даже сейчас, после стольких лет, он все еще не потерял надежды.— Я ненавижу его за страдания, причиненные моей матери… — От гнева на ее глазах выступили слезы. — И моей стране.— Никогда не забывай о том, что Генрих твой злейший враг, он очень коварен и не отступит без борьбы, — тихо сказала Элинор. — И учти еще вот что: твоим подданным было сказано, что ты жива, и твердо обещано, что ты непременно вернешься к ним. Они ждут твоего возвращения, Джиллиана.Джиллиана вдруг явственно ощутила навалившуюся на нее ответственность.— Моим подданным?.. — Ей сделалось как-то не по себе.Элинор бережно взяла в руки старый пергамент, лежавший на столике рядом.— Это последняя весть от твоей матери — она пишет, что вверяет тебя моим заботам. С этим письмом и с Большой печатью Талшамара ты по праву сможешь занять свое законное место на престоле.Джиллиана слегка прищурилась, размышляя. Теперь ей стало понятно, для чего нужно было так досконально изучать историю, политику и обычаи Талшамара. Она так искренне восхищалась мужеством покойной королевы, даже не подозревая, что это ее мать.— А теперь, дитя мое, я должна спросить тебя вот о чем. Слышала ли ты когда-нибудь о Фалькон-Бруине?Само слово «фалькон» означает «сокол», — тотчас отвечала Джиллиана. — А Фалькон-Бруин — это, кажется, остров севернее Талшамара, так?— Именно так. — Элинор удовлетворенно кивнула. — Правят на этом острове Рондаши — старинный королевский род. Недавно король и его сын Райен выступили на стороне Ричарда против Генриха — за это сам король Фалькон-Бруина поплатился жизнью, а принц и его сестра теперь заперты в Тауэре.— Думаете, их… казнят?— Скоро Генрих объявит им свой приговор. Он наверняка предаст их в руки палача — если только никто этому не помешает. Ведь тогда он наложит руку на их владения. Так вот, Джиллиана, в твоей власти спасти их обоих.— Спасти — но как? Ведь я их даже не знаю.— Скажи, Джиллиана, согласна ли ты и дальше во всем следовать моим указаниям? Будешь ли делать то, о чем я попрошу, как бы трудно или странно это тебе ни показалось?— Согласна, Ваше Величество.Элинор пребывала в прекрасном настроении.— В таком случае, слушай и запоминай. Я помогу тебе взойти на престол Талшамара и тем самым верну — хотя бы отчасти — свой старинный долг Фелисиане. Но ты должна твердо следовать моим указаниям, не допуская ошибок, в противном случае Генрих найдет способ тебя погубить.В глазах Джиллианы зажегся упрямый огонь.— Я не совершу ни одной ошибки. Я не в силах вспомнить лицо своей матери, но голос ее взывает ко мне из могилы, и, видит Бог, я откликнусь на этот зов.— Значит, я не ошиблась в тебе! — не скрывая своего ликования, провозгласила Элинор. — Послушавшись голоса своей матери, ты спасешь тех, кому так нужна сейчас твоя помощь.— Но что может помешать Генриху сделать меня своей пленницей так же, как несчастных наследников короля Рондаша, и захватить Талшамар?— Резонный вопрос. Этому помешают Франция и Рим.— Ваше Величество, если моя мать назначила французского короля своим преемником в случае моего исчезновения — значит, она ему доверяла?— Не более чем Генриху. Но мудрость ее проявилась в том, что она поставила противников друг против друга. Французский король предпочел бы, чтобы ты была мертва или хотя бы не объявлялась до двадцати одного года. Тогда у него есть надежда предъявить законные права на Талшамар. Генрих же, напротив, заинтересован в том, чтобы ты была жива и здорова и произвела на свет наследника или наследницу. Папа Луций на твоей стороне, это очень важно. Ни Генрих, ни Филипп не посмеют действовать против тебя открыто, так как они навлекут на себя гнев Рима и будут наказаны отлучением от церкви. Это, знаешь ли, действенная мера. Твоя мать все предусмотрела.— Значит, пока у меня нет наследника, моя жизнь находится в опасности?— В Англии ты можешь чувствовать себя совершенно спокойно, особенно если тебе удастся вырвать Золотого Сокола из лап смерти. Однако для этого тебе прежде всего надо взойти на талшамарский престол. Церемонию коронации мы совершим тайно и в самое ближайшее время.Слушая Элинор, Джиллиана снова почувствовала прилив благодарности к ней.— Я начинаю понимать, почему моя мать вверила меня именно вашим заботам, Ваше Величество. Смогу ли я когда-нибудь отблагодарить вас?Элинор вздохнула, усталые складки у ее рта смягчились, глаза потеплели.— Наградой мне будет тот час, когда ты, коронованная королева Талшамара, предстанешь перед Генрихом. Если все произойдет, как я задумала, ты нанесешь ему двойной удар: он потеряет и Талшамар, и Фалькон-Бруин. Этого часа я жду уже много лет.— Но как мне спасти принца Райена и его сестру? — неуверенно спросила Джиллиана.— Я научу тебя, как этого добиться, что делать и что говорить. Но ты должна держаться очень уверенно и ни в чем не отступать от моих указаний. Будь при этом очень осторожна. Не доверяй никому, и в первую очередь Генриху.— Когда мне надо ехать?Элинор окинула Джиллиану туманным взором, словно смотрела откуда-то издалека, возможно, из темных глубин собственной души.— Скоро… Теперь уже скоро. Собравшись уходить, она неожиданно рассмеялась.— Наконец-то я отомщу, Генрих! О близкий, сладкий миг победы!.. 4 С приготовлениями в дорогу, которые при обычных обстоятельствах заняли бы несколько месяцев, королева Элинор справилась всего за три недели. Уже готовы были платья для Джиллианы из сицилийских шелков и из фламандской шерсти, которую особенно ценила английская знать, а искусные мастерицы, трудившиеся день и ночь, несли ей все новые и новые творения. Тут был и просторный теплый плащ вишневого бархата, подбитый богатыми мехами, и головное покрывало из тончайшего бельгийского полотна — сверху оно охватывалось тонким золотым обручем, потом оборачивалось вокруг шеи и изящными складками ниспадало с плеча.Драгоценности, преподнесенные английской королевой, поразили Джиллиану своим великолепием и навеяли мысли о существовании таинственного клада. Все, что с ней произошло, было загадкой, так почему бы этим роскошествам не появиться по волшебству из земных недр.Джиллиану немного озадачило, что почти все платья — по настоянию Элинор — были белые, однако когда она пыталась задавать вопросы, то неизменно слышала в ответ: в свое время все разъяснится.Теперь Элинор сама давала ей уроки. Часами она объясняла, как должна проходить коронация, которую предстояло совершить на пути в Лондон.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я