https://wodolei.ru/catalog/unitazy/Villeroy-Boch/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Господи, какой же он огромный! Порядочному человеку нельзя быть таким высоким и бросающимся в глаза.
Она уставилась на засиженную мухами грязно-белую карточку меню.
— Итак, что мы возьмем на обед, Мередит? Резиновых цыплят или обуглившийся бифштекс? — услышала она вкрадчивый голос Харриса Броудера.
Мередит вздрогнула и подняла глаза. Да, это был Броудер, невысокий человечек средних лет, не по росту плотного сложения; личность, во всех отношениях малоприятная.
Мередит никогда не понимала, почему Эван подружился с ним.
— Где Эван? — коротко спросила она.
— Не знаю. — Броудер пожал плечами. — Он постучал в мою дверь с полчаса назад или около того. Он должен был прийти сюда раньше меня.
— И как видите, не пришел.
Броудер сел за стол.
— Наверное, что-то его задержало. Не стоит беспокоиться. Так что вы намерены заказать?
— Я не голодна… — Какое-то движение обратило на себя ее внимание, и Мередит слегка повернула голову.
Купер Мейо и Рена Вольтэн уселись напротив них через проход. Купер кивнул, непринужденно улыбнувшись. Она ни у кого не видела таких прекрасных зубов. В них было что-то оскорбительное.
Мередит снова повернулась к Броудеру, и мысль о том, что ей придется обедать в его обществе, показалась ей омерзительной. Нахмурившись, она сказала:
— Я, пожалуй, схожу посмотрю, что задержало Эвана.
А вы не ждите меня, заказывайте.
Девушка быстро вышла из вагона-ресторана, тщательно избегая взгляда Купера Мейо. В коридоре вагона было пусто, если не считать Хуана, проводника, сидевшего на скамеечке. Мередит постучала в дверь Эвана; ответа не было. Она попыталась открыть дверь, но та была заперта.
— Хуан, — позвала она, — подойдите сюда, пожалуйста.
Хуан встал и направился к ней.
— Да, сеньорита Лонгли? — спросил он; его смуглое лицо индейца было бесстрастно.
— Вы не видели моего брата?
— Не видел после того, как он вошел в купе и закрыл дверь. — Хуан говорил по-английски вполне прилично.
— Вы уверены, что он не выходил?
Хуан покачал головой:
— Нет, сеньорита, он не выходил. Я проследил. После того как сеньор Лонгли вошел в свое купе, в коридоре не было никого, кроме вас, сеньора Мейо и сеньориты Вольтэн.
Мередит, не зная, на что решиться, поджала губы. Потом сказала решительно:
— Пожалуйста, откройте дверь.
Хуан занервничал.
— Может быть, ваш брат не желает, чтобы его беспокоили.
— Но ведь если бы он был в купе, он отозвался бы на мой стук, — нетерпеливо возразила Мередит. — Может быть, он заболел. Я беру на себя всю ответственность, Хуан. Открывайте!
Обреченно пожав плечами, Хуан снял с пояса связку ключей и отпер дверь, потом демонстративным жестом распахнул ее и отступил в сторону.
Мередит вошла в купе и позвала:
— Эван!
И тут же остановилась. В купе не было никого — в этом можно было не сомневаться. Занавеска на грязном окне была поднята. Мередит подошла к окну. При желании из купе незаметно можно было выбраться только через окно, если бы кому-то пришла в голову странная мысль выпрыгнуть из поезда на ходу. Однако окно было закрыто, и на подоконнике лежал нетронутый слой пыли.
Мередит застыла в изумлении. Эван каким-то образом исчез из запертого купе, не оставив никаких следов Пятясь, она вышла из купе, зажав рукой рот, чтобы не закричать от ужаса.
Хуан снова сидел на своей скамеечке в конце коридора. В тусклом свете он казался загадочным, погруженным в раздумья, словно каменный ацтекский идол. Мередит открыла было рот, чтобы окликнуть его, но тут же передумала. Скорее всего он отнесется к ее опасениям насчет Эвана как к игре воображения гринго — белой женщины.
Она быстро вернулась в вагон-ресторан к Харрису Броудеру. Когда она села за стол, он повернул к ней голову.
— Где Эван?
Перегнувшись через столик, она прошептала:
— Он исчез. Исчез бесследно!
— Исчез? Что вы имеете в виду, Мередит? Как это он мог исчезнуть бесследно?
— Но он действительно исчез. Дверь в его купе была заперта. Поскольку на мой стук он не ответил, я позвала проводника. Хуан сказал, что Эван не выходил из купе. Я настояла на том, чтобы Хуан отпер дверь, но Эвана там не оказалось!
— Фу! Этим проклятым мексиканцам доверять нельзя.
Он, наверное, заснул и не заметил, что Эван вышел из купе. Этот пеон ни за что не признается, что дрыхнет на работе, — боится, как бы его не уволили.
— У меня ощущение, что тут дело неладно. — Мередит охватила дрожь, и мурашки побежали по спине.
— Женская интуиция? — снисходительно усмехнулся Броудер.
— Называйте это как вам угодно, — вспыхнув, ответила она, — но я считаю, что нужно срочно что-то предпринять.
— И что же вы предлагаете? — спросил он язвительно. — Обыскать поезд?
— Да! Думаю, это нужно сделать.
— Мередит, поезд большой, в нем полно пассажиров.
Кроме того, Эван может постоять за себя.
Мередит вдруг поняла, что говорят они все громче, и со смущением отметила, что на них стали обращать внимание.
Скользнув взглядом по столу напротив, она увидела, что Купер Мейо подался вперед. Очевидно, он все слышал. Смуглая женщина, сидевшая за его столиком, улыбалась своей улыбкой соблазнительницы.
Купер сказал:
— Я не мог не услышать ваш разговор, мэм. Что-то случилось с вашим братом?
— Вы знаете Эвана?
— Да, я его знаю, — как-то загадочно ответил тот..
Мередит очень тревожилась за брата, и на какое-то время ее антипатия к этому человеку отступила.
— Вы его видели?
— Видел. — Он пожал плечами. — Вскоре после нашей встречи в коридоре он вошел в свое купе и запер дверь.
— Я только что была там. Дверь была заперта, и проводник клялся и божился, что Эван не выходил из купе. Однако когда он отпер дверь, Эвана внутри не оказалось!
— Растворился, как говорится, в воздухе. — Он выгнул бровь дугой.
— Вы изволите шутить, сэр? — спросила девушка напряженным голосом.
— Вовсе нет, маленькая леди. Я отношусь к вам чрезвычайно серьезно. Настолько серьезно, что полагаю необходимым что-то предпринять. Я… — Он отшвырнул салфетку и встал, нависнув над Мередит своим мощным телом. — Предположим, я разбужу кондуктора — или кто там главный в этом дурацком поезде — и заставлю его искать. Потребую обшарить вагон за вагоном. Как вам?
— Я высоко оценю ваш поступок, мистер Мейо! — пылко воскликнула девушка.
— Послушайте-ка, приятель, — вмешался Броудер, — мне кажется, вас все это вовсе не касается!
— Вот как? — Синие глаза Купера стали ледяными. — А кто вы такой, и с какой стати вам вздумалось встревать в разговор?
— Я сотрудник Эвана.
Мередит торопливо представила мужчин друг другу.
Никто из них не протянул руки для рукопожатия. Купер, не обращая внимания на Броудера, посмотрел в глаза Мередит.
— Вам решать, мэм. Это ведь ваш брат пропал. Хотите, чтобы обыскали поезд?
Мередит кивнула:
— Хочу! Да, хочу!
— Мередит, вы считаете это разумным? Мы ведь даже не знаем этого человека, — с сомнением протянул Броудер.
Мередит резко повернулась к чему:
— Харрис, не вмешивайтесь! Что-то нужно делать, а вам, судя по всему, делать ничего не хочется!
— А вам не приходит в голову, что Эван, возможно, чем-то занят и не хочет, чтобы его обнаружили? — угрюмо спросил тот. — Вы же знаете его характер. Предположим, — он бросил на девушку лукавый взгляд, — что ваш брат с дамой.
— Возможно, я знаю брата не столь хорошо, как знаете его вы, но я очень встревожена. Почти уверена — с ним что-то случилось. И коль скоро вы не намерены что-либо предпринимать, то не мешайте мне.
Харрис погрузился в угрюмое молчание, повернувшись к окну.
Мередит взглянула на Купера Мейо:
— Буду вам очень признательна, если вы придумаете, что тут можно сделать. Я хотела поговорить с кондуктором, но по опыту знаю, что женщин здесь не принимают всерьез.
Купер опустил голову и с готовностью проговорил:
— С удовольствием сделаю это, мэм.
Он хотел было отойти, но тут Рена Вольтэн протянула руку и коснулась его рукава.
— Вы намерены бросить меня, одинокую и беспомощную, Куп? — спросила она, надув губы. — А сами побежите выполнять какое-то дурацкое поручение?
— Моя дорогая Рена, вы перестали быть беспомощной в тот день, когда выбрались на свет Божий из материнской утробы. — Он тихонько рассмеялся. — Уверен, что вам стоит только пальцем пошевелить, и тут же любой мужчина предложит вам свои услуги. И это прежде, чем я покину ресторан.
Женщина отдернула руку и, сверкнув темными глазами, бросила зло:
— Будьте осторожны, когда говорите со мной, Купер Мейо!
— Зачем это? — Он беспечно пожал плечами. — Или вы опять наведете на меня свои чары? На этот раз — злые, да, Рена?
— Очень может быть!
— Ну что же, это может оказаться весьма интересным, — протянул он. — И меня это вполне устраивает.
Широким уверенным шагом он двинулся по узкому проходу, ловко балансируя между столиками в такт качающемуся вагону, — поезд набрал скорость. «Этот человек идет так, словно вся земля принадлежит ему», — подумала Мередит. Но почему-то теперь ее это не раздражало.
И тут же поймала на себе мрачный взгляд Рены Вольтэн. Девушка встретила его довольно твердо, хотя в душе ощутила холодок.
Официант остановился у столика, загородив Мередит от взгляда Рены Вольтэн.
— Сеньор, сеньорита, желаете что-либо заказать на обед?
— Я, кажется, полностью потерял аппетит, — пробормотал Харрис Броудер, — Скажите Эвану, когда он появится, что я у себя в купе. — Он встал из-за стола и вышел из вагона-ресторана.
Мередит заказала обед, не испытывая ни малейшего желания есть. Поведение Броудера привело ее в полное смятение. Этот человек ей не нравился; мало того, что у него отвратительный характер, — она слышала, что он бабник, а его романтические истории носили некий странный оттенок. До нее доходили слухи, что он был замешан в нескольких скандальных приключениях, в результате которых какие-то женщины жаловались властям на жестокое обращение с его стороны.
Она завела разговор об этом с Эваном, когда узнала, что Броудер будет участвовать в их экспедиции.
Эван засмеялся:
— Меня не волнуют любовные делишки Броудера, сестричка. Меня не касается, чем он там занимается под одеялом.
— Судя по тому, что я слышала, он занимается этим не очень чистоплотно, — возразила она.
— Да, я знаю, он не особенно щепетилен. Но мы поговорили с ним об этом, и он обещал вести себя хорошо.
— Но я не понимаю, зачем ты вообще с ним связался.
— Затем, что у него есть умение делать деньги. Всякий раз, когда я веду с ним дело, я в конце концов всегда оказываюсь при деньгах.
— А ты уверен, что все эти сделки носят законный характер? — И еще не успев договорить, Мередит поняла, что сказала глупость.
Эван сверкнул глазами и вспыхнул.
— Ты что, обвиняешь меня в нарушениях закона, Мередит? Если это так, то предупреждаю: ты на опасном пути.
— Нет, конечно же, нет, Эван. Я уверена, что сознательно ты не совершил ничего противозаконного. Но откуда ты знаешь, что Харрис Броудер не совершил ничего подобного?
Эван ответил с неудовольствием:
— Харрис не мошенник. А если ты намекаешь на это, то я больше не желаю об этом слышать!
Уверенность брата не успокоила Мередит относительно Харриса Броудера, но поскольку тот был другом Эвана, а не ее, девушка пришла к выводу, что вовсе не обязана любить этого человека. Она так и не поняла, почему он, собственно, едет с ними. Несколько раз она пыталась вызвать Броудера на разговор и убедилась, что в археологии он разбирается еще меньше, чем Эван.
Теперь же поведение этого человека казалось ей и вовсе непостижимым. Может быть, он даже знает, что случилось с Эваном, но не хочет говорить? Действительно ли Эван был с дамой?
Внезапно Мередит поняла, что совершенно не осведомлена о любовных делах своего брата, не знает даже, есть ли у него таковые. Он никогда не говорил с ней о женщинах, и она никогда не видела его в обществе одной и той же женщины дважды. Иногда у нее мелькала мысль: намерен ли он вообще жениться? Впрочем, он был еще молод — во второй половине девятнадцатого века не казалось странным, если мужчина на четвертом десятке остается холостяком. Считалось, что мужчина, прежде чем обзавестись женой, должен добиться устойчивого финансового положения; по крайней мере это было желательно.
Вдруг Мередит вздрогнула — она увидела, что Купер Мейо возвращается откуда-то со стороны головных вагонов. Следом за ним шел пухлый человек средних лет, одетый в форму железнодорожного кондуктора. Кондуктор делал какие-то пометки на листе бумаги, который был у него в руке.
Бросив взгляд по проходу, Мередит отметила про себя, что Рена Вольтэн исчезла. Поравнявшись со столиком Мередит, Купер Мейо подмигнул ей, потом наклонился и потихоньку сообщил:
— Я заставил кондуктора заняться этим делом. У него есть список пассажиров, и теперь он отмечает их по бумаге — одного за другим. Мы осмотрели все закоулки и углы, начиная с первого вагона, и дойдем до конца состава. Но пока что — ничего. Если будут новости, я вернусь к вам сюда. Или если их не будет. — И улыбнувшись своей белозубой улыбкой, он последовал за кондуктором.
Мередит со вздохом отодвинула тарелку с почти не тронутой едой и устремила взгляд в окно. Поезд с трудом взбирался на плато. Завтра они будут в Мехико. Если до того времени Эвана не найдут, что она скажет Рикардо Вильялобосу?
И что будет с их экспедицией?
Прошло больше часа, когда Купер вернулся в вагон-ресторан. Все уже отобедали и ушли, Мередит сидела в одиночестве. Свет притушили, и официанты терпеливо дожидались ухода последней посетительницы.
Купер опустился на стул напротив Мередит; она подняла глаза. Он положил на стол флягу.
— Бренди, — проговорил он, растягивая слова, — я подумал, что вы, может быть, захотите выпить. Я-то уж наверняка выпью.
И, повернувшись, он подозвал официанта.
— Пару чистых стаканов. — И прежде чем официант успел возразить, Купер протянул ему серебряный доллар.
Заулыбавшись, официант сменил гнев на милость:
— Si, сеньор Мейо. Сию минуту!
Мередит с нетерпением ждала, когда же Купер обратится к ней.
— Ну?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39


А-П

П-Я