Скидки, аккуратно доставили 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Личфилды – 1

OCR Roland
«По велению сердца»: АСТ; Москва; 1998
ISBN 5-237-01940-4
Аннотация
Казалось, судьба не сулит красавице Велвет Моран ничего хорошего… кроме брака по расчету с жестоким герцогом Карлайлом. Но незадолго до роковой свадьбы девушку похищает таинственный Джейсон Синклер. Все, чего желает Джейсон, – отомстить герцогу, погубившему его жизнь. Все, чего желает Велвет, – вырваться из рук загадочного похитителя. Но ни мститель, ни его прекрасная пленница не подозревают, что соединить их угодно самому небу…
Кэт Мартин
По велению сердца
Глава 1
Англия, 1752 год
– Я запрещаю! Ты слышишь?
Лицо герцога Карлайла под гривой снежно-белых волос стало пурпурным.
– Ты Синклер, – сказал герцог, глядя в вызывающие глаза сына. – Ты граф, ты пэр королевства и наследник титула герцогов Карлайлов. Я требую, чтобы ты порвал с этой грязной потаскушкой!
Джейсона захлестнула волна гнева. Он упрямо сжал губы и надменно вздернул подбородок.
– Ради Бога, отец! Не забывай, ты говоришь о графине Брукхерст!
Джейсон был в ярости. Отец разговаривает с ним как с каким-то несмышленышем!
– Она на восемь лет старше тебя, эта вдовушка, и переспала с половиной Лондона. Поверь мне: ей нужен не ты, а титул Карлайлов и наши деньги.
Пальцы Джейсона сжались в кулаки.
– Не стоит говорить так о Силии. И еще. Мне не нужны ничьи советы, когда я выбираю любовниц и друзей.
Герцог в бессильном гневе ударил кулаком по столу, но Джейсон уже не слышал этого. Он резко повернулся и вышел из кабинета.
Во дворе его ждал грум, держа под уздцы лошадь и потупив взгляд в молчаливом сочувствии. Рассеянно кивнув ему, Джейсон вскочил в седло и посмотрел на окно кабинета отца. Большая тень несколько раз закрыла свет масляной лампы – отец мерил шагами залу.
По спине Джейсона пробежал тревожный холодок. Но ведь не последует отец за ним в гостиницу? Нет, точно не последует. Даже такой упрямый человек, как герцог Карлайл, не способен на это.
Джейсон подождал еще несколько минут, затем облегченно вздохнул и тронул лошадь. Лошадь шла легким галопом, и Джейсон расслабился, мерно покачиваясь в седле. Свет луны освещал его путь, легкий ветерок шевелил темно-русые волосы, охлаждал кожу.
По мере того, как расстояние между ним и домом увеличивалось, его мысли от горьких слов отца устремлялись к теплой и гибкой женщине, ждущей его в гостинице. Силия Роллинс, леди Брукхерст. Очаровательная головка, прекрасно очерченные груди, узкая талия и стройные ноги…
Их роман длился уже три месяца. Они часто встречались в «Соколином гнезде», укромной и уютной гостинице на полпути между Карлайл-Холлом, поместьем герцога, и Брукхерст-Парком, загородным имением графини. Вот и сегодня она ждала его там, и Джейсон уже предвкушал предстоящее ему наслаждение.
Не прошло и часа, как впереди замаячила обвитая плющом арка – въезд во двор гостиницы. В жилах Джейсона кровь побежала быстрее. Въехав во двор, он спрыгнул с лошади, потрепал гнедого по крутой шее и, бросив поводья мальчишке-конюху, направился к гостинице.
В жилые номера можно было попасть и из бара, расположенного на первом этаже, и через отдельный вход. Заворачивая за угол, Джейсон ускорил шаги, но тут его внимание привлекло какое-то существо.
– Подайте, сэр! Подайте слепому, и Господь благословит вас!
Перед ним сидел, сгорбившись, прямо на земле, одетый в жуткие лохмотья человек и тянул к нему старую оловянную чашку для подаяний. Даже в темноте Джейсон разглядел страшные язвы на его лице и руках. Бросив в чашку монету, он взбежал по лестнице на второй этаж. Короткий стук в дверь, и вот уже Силия впускает его в комнату.
– Милорд, – прошептала она и, улыбаясь, бросилась ему на грудь. Стройная и чувственная, при слабом свете пламени камина она показалась ему сегодня особенно прекрасной. – Джейсон, дорогой, я так рада, что вы пришли.
Она страстно прижалась к нему, и тело Джейсона мгновенно откликнулось: он почувствовал, что волна желания захлестывает его. Он вытащил заколки из ее прически, и волна шелковистых длинных волос, иссиня-черных при свете ночника, рассыпалась по ее плечам.
– Силия… Боже мой, мы виделись на прошлой неделе, а мне кажется, я не видел тебя целый год.
Поцеловав нежную кожу у нее за ухом, он покрыл поцелуями ее полуобнаженные плечи и нетерпеливо принялся расстегивать пуговицы ее платья, синего, почти в цвет глаз.
На секунду Силия заколебалась:
– Я… я так боялась… я же знаю, как ко всему этому относится твой отец… мне казалось, ты не придешь.
– Мнение отца не имеет значения для меня.
И, подтверждая свои слова, он страстно поцеловал ее в губы. В этот момент раздался стук в дверь. Джейсон замер.
«Он не посмеет», – подумал Джейсон, и перед его мысленным взором всплыло разгневанное лицо отца.
То, чего он так боялся, свершилось. На пороге стоял герцог Карлайл.
– Я пришел сюда, чтобы сказать вам несколько слов. Вам обоим.
Взоры двух пар голубых глаз скрестились. Быстро оглядев комнату, герцог заметил смущение графини.
Джейсон стиснул зубы. Гнев в его душе смешивался с унижением.
– Скажи то, для чего пришел, и оставь нас.
Он отступил на шаг назад, впуская отца в комнату, и закрыл за ним дверь. Мысленно Джейсон обругал отца за вторжение и возблагодарил Бога за то, что они по крайней мере были еще одеты.
Герцог Карлайл смерил их ледяным взором и начал было говорить, но заметил какое-то движение у окна. Раздался выстрел, и комната наполнилась пороховым дымом.
Джейсон вскрикнул от ужаса: на серебристом жилете отца расплывалось кровавое пятно. Старик схватился рукой за грудь, ноги его подкосились, и он рухнул на пол.
– Отец!
Джейсон узнал убийцу отца. Это был его сводный брат Эвери. Он поднялся по приставной лестнице и выстрелил через открытое окно. Джейсон почувствовал, как голова его наливается невыносимой болью, комната закружилась перед глазами.
– Отец… – прошептал он, пытаясь отогнать подступающую тьму, и упал без сознания всего в нескольких футах от безжизненного тела герцога.
Графиня перешагнула через осколки бокала, усеявшие пол, открыла дверь, и в комнату вошел роскошно одетый человек.
– Отлично, дорогая, – сказал Эвери Синклер, поправляя пышный локон элегантного парика. – Ты никогда не теряешь головы.
Не обращая внимания на громкий стук в дверь, он склонился и вложил дымящийся пистолет в руку Джейсона.
Графиня едва заметно улыбнулась:
– Что ж, нам повезло! Мы не можем этим не воспользоваться.
Эвери лишь кивнул головой.
– Ты достаточно умна, чтобы понять: старик никогда бы не позволил тебе стать герцогиней Карлайл.
– Я знала это.
– Теперь твоя проблема решена. – Он с удовлетворением оглядел лежащие на полу тела. – Я даже не думал, что старик так просто попадется.
– Откройте дверь! – донесся из коридора хриплый от волнения голос хозяина гостиницы.
Крепкие кулаки вновь забарабанили в дверь.
– Позволь мне поговорить с ним, – произнес Эвери.
Силия подняла тонкую черную бровь.
– Нет уж, этим займусь я.
– Помни, маленький скандал – это плата за твою долю в наследстве.
Ее чувственные губы сложились в улыбку.
– Не беспокойтесь, я запомню это… ваша светлость.
Глава 2
Англия, 1760 год
Герцогиня! Она вот-вот должна стать герцогиней! Ее рожденная отчаянием схема наконец-то сработала.
Велвет Моран стояла у высокого окна, глядя, как карета герцога Карлайла отъезжает от дома. Вот она скрылась в конце обсаженной кустарником аллеи.
Только что покинувший их дом элегантный блондин вскоре станет ее мужем. Снова и снова Велвет вспоминала все детали их встречи и, погруженная в собственные мысли, не услышала, как к ней подошел дед:
– Ну что, девочка, ты добилась того, чего хотела?
У графа Хавершема сегодня был удачный день: никаких провалов в памяти. Он помнил все, где он был и что говорил. Подобных дней выпадало не так уж много, и Велвет ценила каждый.
– Ты спасла Виндмер, как и обещала. Спасла нас обоих.
Велвет улыбнулась:
– Еще две недели, и я стану замужней женщиной. Мне неловко обманывать его, но сейчас мы не можем сказать ему правду.
Старик добродушно улыбнулся. На его голой, как колено, голове лишь кое-где белели остатки волос, а кожа была такой тонкой, что сквозь нее синели вены на руках и на лице.
– Беднягу ждет неприятный сюрприз, когда он узнает, что вместе с тобой он получил и большие долги в придачу. Впрочем, надеюсь, твое приданое несколько успокоит его. К тому же он получит тебя. Ни один мужчина не может и желать себе лучшей жены.
– Я сделаю все, чтобы сделать его счастливым, дедушка. Он не пожалеет, что женился на мне, – клянусь в этом своей честью.
Старик всмотрелся в хорошенькое личико внучки. Вздернутый нос, слегка прищуренные золотисто-карие глаза. Вылитая копия своей давно умершей матери. Миниатюрная и прекрасно сложенная, с высокой полной грудью и тонкой талией! Длинные, слегка вьющиеся волосы красноватого оттенка.
Дед вздохнул:
– Я понимаю – обратной дороги нет… Но как бы мне хотелось, чтобы ты вышла замуж по любви. Мы мечтали об этом с твоей бабушкой. Как жаль, что все вышло по-другому. Ты поступила так, повинуясь чувству долга, дорогая.
Велвет вздрогнула. Слова деда неожиданно причинили ей боль. Конечно, она хотела бы выйти замуж за любимого человека… но сейчас это уже невозможно.
– Все будет хорошо, дедушка. Герцог богат и знатен. Я стану герцогиней, буду вести светскую жизнь. Чего еще может желать женщина?
Граф печально улыбнулся:
– Только любви, моя девочка, только любви. Возможно, со временем ты и полюбишь своего мужа.
Велвет заставила себя улыбнуться.
– Да, дедушка, я тоже надеюсь на это.
Но, вспомнив чопорную фигуру Эвери Синклера, подумала, что это невозможно.
– Здесь неуютно, – сказала она, беря старика под руку. – Пойдем к огню, дедушка!
И они пошли в задние комнаты. Миновали строгую гостиную с темно-красными штофными обоями, барочным расписным потолком и пышной мебелью резного дерева, малый салон, изысканно обставленный, с камином зеленого мрамора.
Парадные залы закончились, пышность исчезла. Стены больше не блистали серебром подсвечников и золотом портретных рам, потому что и подсвечники, и рамы были давным-давно проданы. Роскошные персидские ковры, когда-то устилавшие полы, тоже были проданы, а на вырученные деньги куплен уголь, и зиму они жили в относительном тепле. Теперь вместо ковров лежали старые стираные-перестираные половики, спасавшие хозяев от стужи.
На стороннего наблюдателя особняк Виндмер, построенный из кирпича мягкого красного цвета и окруженный прекрасными парковыми газонами, производил неизгладимое впечатление. Когда-то, во времена ее отца, он был поистине великолепен: величественные башни, фронтоны, заботливо ухоженные газоны.
Но за последние три года многое изменилось. Долги отца стали потрясением для Велвет и графа Хавершема. Дед понял, какую трагическую ошибку совершил, передав управление поместьем своему сыну. Однако у него не было выхода: отец Велвет был его единственным наследником.
Теперь Джордж Моран мертв: погиб, путешествуя по континенту со своей любовницей, актрисой по имени Софи Лайн.
После себя отец оставил кучу долгов. Единственное, что он не тронул, это приданое дочери – одно из самых крупных в Европе. Эти деньги позволили бы ей с дедом безбедно жить многие годы. Но воспользоваться ими, по условию завещания, Велвет могла, только выйдя замуж. Ее муж тоже получит часть состояния, но в придачу к нему и все долги семейства Хавершемов.
Дед остановился:
– Куда мы идем?
– В дубовый кабинет. Снид разводит там сейчас огонь. – Снид был одним из немногих преданных слуг, которых они еще могли позволить себе оставить в Виндмере. – Сейчас там будет тепло и уютно.
– Но как же герцог… Мне казалось, он должен вот-вот прийти?
Сердце Велвет дрогнуло. Счастливый день кончился.
– Он уже был у нас, дедушка.
– Ну и что со свадьбой?
– К концу недели мы отправимся в Карлайл-Холл. Его светлость настаивает на том, чтобы мы появились там до свадьбы.
Она уже рассказывала деду все это, но он, разумеется, уже успел забыть. Да и какая разница, если ему каждый раз доставляет удовольствие слышать разговоры о свадьбе?
– Ты будешь великолепна в подвенечном наряде, – произнес старик с сентиментальной улыбкой.
А ее жениху-герцогу предстоит испытать немалое изумление, подумала про себя Велвет. Но если уж она добралась до моста, надо перейти его. Пока же она будет продолжать разыгрывать этот спектакль, постарается не обращать внимания на пронизывающий холод, царящий в доме, нежилой запах комнат, вонь дешевых сальных свечей.
Джейсон Синклер мерил шагами пол перед огнем, пылавшим в мраморном камине. Восемь лет, проведенных на каторге, закалили его тело. Хрупкость юности сменилась упругостью стали.
Он повернулся к человеку, сидевшему в кресле напротив него:
– Видит Бог, Люсьен, мы уже почти поставили этого негодяя на колени. Мы не должны позволить ему ускользнуть.
Люсьен Монтэйн, маркиз Литчфилд, откинулся на спинку кресла.
– Я понимаю, друг мой, эти новости не из тех, которые тебе хотелось бы услышать, но не думаю, что стоит беспокоиться. Рано или поздно мы доберемся до него. Леопард не меняет мест своей охоты, и такой шакал, как Эвери, обязательно падет жертвой собственных козней.
Люсьен был другом Джейсона, единственным человеком, поддерживавшим его в аду последних восьми лет жизни.
– Я довольно ждал, Люсьен. Он выдает себя несметным богачом, но мы-то с тобой знаем: все это ложь. Его средства на исходе. Самое время нанести удар.
– Ты прав. Поэтому он и задумал жениться.
– Я хочу только то, что по справедливости принадлежит мне, Люсьен. И Карлайл-Холл – только первый шаг. Я хочу справедливости во имя своего отца. Желаю, чтобы мой братец заплатил за все, что совершил.
– У тебя осталось две недели. Его будущая жена – одна из богатейших наследниц Англии. И как только Эвери наложит руку на ее приданое, он тут же уплатит все долги, в том числе и залог за Карлайл-Холл, который сейчас у тебя в руках.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39


А-П

П-Я