пеналы для ванной комнаты 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Не попыталась скрыться. И взирала на них с гордостью и высокомерием Треверсов.
Застывшие, словно каменные статуи, «кровавые всадники» с ужасом увидели, как она показала на конюшню. Кто-то выругался себе под нос, посчитав, что она предала их. Некоторые даже имели дерзость подумать: а почему бы нет? В конце концов, они для нее враги. Точно такие же убивали членов ее семьи на поле битвы. Какое право они имеют ожидать защиты от этой женщины?!
Но к их изумлению, офицер с учтивостью истинного джентльмена снял шляпу и рассмеялся, прежде чем сделать знак одному из своих людей. Тот немедленно спешился и пришел Ли на помощь, взявшись за ручки тачки.
— Что она говорит им? — прошептал Бактейл, не в силах вынести напряжения и прицеливаясь в майора серых, удивительно похожего на распустившего хвост павлина.
— Вроде как она идет из конюшни. Нет там никаких янки, иначе она заставила бы их перелопатить навоз, — отозвался чей-то слегка оскорбленный таким заявлением голос. — Распинается, как ненавидит всех янки.
— Ей это легче легкого. Скорее всего правду говорит. Каково же было потрясение, когда мятежники повернули коней и двинулись за тоненькой фигуркой, как целая компания пылких поклонников!
— По-моему, майор знает то ли ее, то ли брата. И не сомневается в ее слове чести. Она что-то рассказывает ему о лошади… кажется, здорово сбила с него спесь. О, да она его отчитывает, как провинившегося школьника! Показывает на круп его лошади.
— Возлюби ее Боже! Один толкает тачку, а теперь даже принялся ее разгружать. Какой-то хилый недотепа! — благоговейно прошептал уроженец Спрингфилда.
Нейл Брейдон невесело улыбнулся, наблюдая, как Ли заигрывает с капитаном отряда. Длинная коса соблазнительно вьется вокруг бедер, маленькое личико запрокинуто, ресницы кокетливо трепещут. Впрочем, она не забывает и о напыщенном дураке майоре! Недаром тот так глупо ухмыляется!
— Надеюсь, она не пригласила их к ужину? — встревожился Бактейл: урчание в пустом желудке напоминало о ее предложении отведать супа. — В конце концов, мы пришли первыми.
Однако, к его огромной радости, мятежники после короткого разговора повернули коней и поскакали к дороге, где уже ждал пеший патруль.
Похоже, пронесло!
Со всех сторон слышались облегченные вздохи.
— Как думаете, вернется она? — задал волновавший всех вопрос один из солдат.
— Она дала слово, — коротко бросил капитан, по-прежнему стоявший у полуоткрытой двери.
— Янки! Янки в конюшне! — захлебывалась Джоли. — Куда понесло этих чертовых мятежников? Кажись, здесь все, кроме меня, попросту спятили! И что это вы расхаживаете по двору, словно под руку с милым на воскресной прогулке?
Стивен, чистивший рукав выцветшей ливреи, растерянно встрепенулся.
— Ты это о ком? Я из дома шагу не сделал, после того как проводил мисс Алтею обратно в кабинет, — возмутился он.
— С тобой никто не разговаривает, старик! Я и без того знаю, где ты бываешь! — отмахнулась Джоли и, разделавшись с мужем, повернулась к Ли. — Видела, как вы кокетничали с тем офицером, что толкал тачку. Уж мне известно, как вы умеете морочить головы мужчинам! Что вы затеяли на этот раз? Скажите Джоли, дорогая!
Она воинственно подбоченилась и широко расставила ноги, готовясь к битве. Но Ли не слушала, устремив взгляд в направлении конюшни, где ждали ее капитан Даггер и его люди. Да что это на нее нашло? Узнай конфедераты, что она прячет янки, наверняка сожгли бы дом. И опасность еще не миновала!
— Что-то не нравится мне все это, сердечко мое, — бормотала Джоли. — Чувствую, дело неладно.
— Видел я, как ты хромаешь! Должно быть, опять большой палец, — хмыкнул Стивен и, избегая взгляда Джоли, снял с буфета супницу.
Ей в голову не приходило, что между печально известным рейдером, капитаном Даггером и Нейлом Брейдоном есть какая-то связь, пока майор конфедератов не упомянул имя того, за кем охотился, и не дал весьма красочного описания его и его родных. Ей следовало бы помнить. Кинжал Солнца.
Что же она наделала?
Но Ли живо представила валявшихся на соломе раненых, подумала о перестрелке и смерти тех, кто ей доверился. Представила мертвого окровавленного Нейла и злорадствующего майора и вдруг поняла, что никогда бы не предала его.
— Джоли, я…
— Не нравится мне ваш тон, мисси, — прошипела Джоли, следя за ней, как лиса за курицей.
— Джоли, — снова начала Ли, — я не могу не помочь этим янки. И знаешь почему?
— Янки?! В конюшне? — ахнул Стивен, покачивая головой.
— Уверена, что вы объясните. И уверена, что это мне не по душе.
— Потому что в этом случае они скорее покинут Треверс-Хилл…
— Что же, верно.
—…а если я не помогу, они рассердятся и…
— Мне это не нравится, — объявила Джоли.
— И один из этих янки — Нейл Брейдон.
У Джоли мгновенно отнялся язык, а бедняга Стивен расплескал суп, который наливал в супницу.
— А если конфедераты узнают, что он кузен Натана, наверняка вообразят, что мы, а особенно Алтея, которая носит ту же фамилию, с самого начала им помогали.
Джоли наконец обрела дар речи:
— Никогда… говорю вам, никогда не видела, чтобы человек так гладко рассуждал, как вы, мисси. Вам следовало быть одним из этих никчемных болтунов — по-ли-тиков.
— Надеюсь, что конфедераты не вернутся, пока я не обработаю раны, — встревоженно прошептала Ли и, с чересчур невинным видом вытащив корзину, принялась укладывать в нее один пузырек за другим.
— Какие раны, мисси?
— Я тебе не сказала? — притворно удивилась Ли, принимаясь разрывать простыню на длинные ленты.
— Конечно, нет! — воскликнула мулатка, удивленно наблюдая за хозяйкой.
— Бинты. Янкам пришлось отстреливаться. Многие ранены, а один сломал несколько ребер. Его следует перетянуть потуже. Легкое вроде пока не проткнуто. И нам нужно их накормить. Они дрожат от холода.
— Вы не притронетесь ни к одному мужчине, мисс Ли, янки он или нет. Не пристало дочери мисс Беатрис Амелии копаться в чьих-то ранах. Терпеть не могу, когда вы пачкаете в крови свои хорошенькие ручки, но тогда вы были в доме, под моим присмотром, и помогали тем докторам, — неодобрительно заметила Джоли, в свою очередь снимая с полки несколько пузырьков.
— Ты идешь со мной?
Джоли фыркнула.
— Разумеется, мисси. Меня вы своими сладкими речами не обманете. Не из таковских! А ты, Стивен, подай обед мисс Алтее, малышам и мистеру Гаю. Да смотри, никому не слова! Потом принесешь в конюшню горшок с супом. Нужно поскорее накормить их и выпроводить, пока серые не явились, — объяснила она, выбирая поношенную простыню и легко разрывая надвое.
— Да, мэм. Да, — согласился Стивен таким тоном, что Джоли с подозрением уставилась на мужа. — Захвачу-ка я, пожалуй, винтовку мистера Гая на случай, если эти янки вздумают что-нибудь сделать мисс Ли! Старик вовсе не так глуп, как кое-кто воображал все эти годы.
Он подхватил супницу и с достоинством вышел.
Джоли открыла рот, но тут же плотно сжала губы, добавила к содержимому корзинки ножницы и острый нож и негодующе выпалила:
— Что за спесивый выскочка! Откуда только набрался таких речей! Дайте мне корзинку, мисс Ли.
Но Ли, крепко держась за ручку, нагнулась и поцеловала Джоли в медную щеку.
— А ты всегда утверждала, что у Стивена нет чувства юмора, — поддела она.
Джоли затаила дыхание, выпятила тощую грудь, и медленная, почти смущенная улыбка расплылась по ее лицу. Вскоре она уже хохотала так, что плечи тряслись, а по щекам струились слезы.
— Ох уж этот Стивен! — воскликнула она, снова пытаясь перехватить корзинку. Но Ли опять не дала и показала на плоский деревянный ящик, стоявший на угловом буфете, рядом с книгой рецептов.
— Не забудь это, Джоли, да захвати кувшин кукурузного виски, — велела она, спеша к выходу.
«Кровавые всадники» оказались не готовы к представшей их взорам картине: молодая женщина с большой корзиной, нагруженной пузырьками и бинтами, в сопровождении высокой худой мулатки с закупоренным кувшином в одной руке и узким ящиком в другой. Но когда следом показался величественный негр с большим железным горшком и винтовкой, дуло которой раскачивалось в разные стороны, старавшийся сохранить равновесие и не упасть, несмотря на то что ноги непрерывно разъезжались, напряжение уступило место всеобщему веселью. Хохот стоял такой, что даже стены, казалось, тряслись.
Но Ли уже подошла к стойлу, где лежал ирландец, и принялась вынимать содержимое корзины.
Нейл разрезал рукава шинели и мундира, обнажив уродливую, распухшую и окровавленную плоть. Ли сбросила накинутое на плечи одеяло и, закатав манжеты, принялась за работу с видом истинного профессионала.
Джоли ухитрилась втиснуться между Ли и капитаном янки. На какой-то момент их глаза встретились, и Нейл понял, что она все помнит и ничего не простила. Потом мулатка пренебрежительно пожала плечами и стала выбирать снадобья.
В мгновение ока она смешала какое-то сладко пахнущее зелье, поднесла к губам раненого и приказала выпить. Тот нерешительно взглянул на капитана, но Джоли подкупила его обещанием дать запить лекарство глотком виски. Нейл ухмыльнулся, когда Магуайр поспешно проглотил содержимое чашки и выжидающе уставился на Джоли. Да эта хитрая лиса кого угодно уговорит!
Нейл не смог скрыть удивления, когда Ли открыла коробку и поставила рядом с собой.
— Господи Боже! Где ты это взяла?! — ахнул он при виде полевого набора хирургических инструментов, где в специальных отделениях лежали ножи, скальпели, щипцы, ланцеты, зонды, жгуты и шелковая нить: все, что требовалось для ампутации.
— Один из хирургов забыл это в Треверс-Хилле, — откликнулась Ли, не потрудившись поднять голову и выбрав небольшой нож. — У нас нет ни хлороформа, ни эфира, но после лекарства Джоли он ничего не почувствует. Я должна проверить, не осталось ли в ране пули и осколков кости, хотя, думаю, ему повезло, потому что кровь сочится и из спины тоже.
— Весьма утешительная новость, мисс, — с болезненной улыбкой пробормотал Магуайр, уже погружаясь в сон.
— Пуля скорее всего прошла через мягкие ткани плеча и не задела легкого, так что дышит он свободно, — объявила Ли и с мрачной решимостью принялась очищать рану от засохшей крови.
— Несправедливо палить в нас за какой-то несчастный мост, — пожаловался один из солдат, внимательно следя за тем, что делает Ли. Девушка нахмурилась и, не отрываясь от работы, пояснила:
— Дело не в мосте. Два дня назад на отрезке железной дороги от Орейндж до Александры пустили под откос поезд с боеприпасами. Остались только паровоз и два товарных вагона, самый первый, и тот, что в середине. В этом везли хорошо охраняемый груз золотых слитков. Нападавшие точно знали, где именно находится золото и какой вагон не следует взрывать. Часовые были хладнокровно убиты после того, как сдались. Выжил только один. Он и рассказал властям, что на них напали «кровавые всадники». Майор сказал, что в жизни не видел такой жестокой бойни. Золото перегрузили в первый вагон, и грабители воспользовались паровозом, чтобы его увезти. Потом паровоз и вагон нашли опрокинутыми в овраге, к югу от Гордонсвилла. Рейдеры и груз исчезли. Майор только что получил приказ отыскать солдат Союза, которые, по последним данным, отступали к северу.
Немедленно поднялась буря возмущенных выкриков.
— Но, мисс, мы не имеем ничего общего ни с каким золотом! Да у меня и монеты золотой не найдешь! Уж и не помню, когда в последний раз жалованье выплачивали!
— Мы не мясники!
— Мои люди говорят правду, — вмешался Нейл. — Мы не нападали на поезд и не крали никакого золота.
Как ни странно, Ли поверила, хотя не столько ему, сколько искреннему негодованию остальных солдат. Если они, не колеблясь, берут на себя взрыв моста, почему не другой, более дерзкий набег?!
В последующий час Нейл молча стоял рядом, пока мулатка и Ли обрабатывали и перевязывали раны так ловко и быстро, что могли бы сделать честь любому врачу. Ли осторожно заставила лейтенанта сесть и перетянула ребра так, что ему стало легче дышать. Щиколотка тоже была перевязана, а лоб вытерт пахнувшей мятой салфеткой. Он тоже задремал, убаюканный зельем Джоли, и во сне мечтал о молодой даме, которая с такой самоотверженностью заботилась о нем.
Нейл оглядел конюшню. Его люди, сытые и отдохнувшие, были готовы идти в бой. У раненых все шансы на выздоровление. Большое счастье, поскольку смерть от болезней, инфекции и гангрены куда более медленная и мучительная, чем от пули. Он просто носом чуял, как утекают страх и тоска, сменяясь готовностью следовать за своим командиром.
Его жесткий взгляд остановился на молодой женщине, отмывавшей руки от крови.
— Ли, — произнес он одними губами, вновь видя перед собой ту беззаботную смеющуюся девчонку с развевавшимися каштановыми волосами, верхом на изящной кобылке. — Ли Александра…
Та душистая теплая ночь в саду, и аромат жасмина и роз, проникающий в ноздри… и прекрасная девушка, навеки поселившаяся в сердце. Бледное отражение той теплой, живой, настоящей женщины, которой она стала теперь. Совсем не знакомой ему.
Она, словно ива на берегу, гнулась под ветрами, свистевшими над Треверс-Хиллом, но сумела приспособиться к трагическим переменам, которые так жестоко ворвались в ее жизнь. И не сломалась, не ослабла, наоборот, стала сильнее и решительнее.
Нейл Брейдон смотрел на склоненную голову, на беззащитную нежную шею и снова ощущал бушующее пламя желания обладать ею. Завладеть ее телом и душой. Но она принадлежала Мэтью Уиклиффу. Предпочла Нейлу другого мужчину.
Ревность подобно огнедышащему дракону подняла голову и стала пожирать Нейла. Мысль о том, что Уиклифф держал ее в объятиях, делил с ней постель, дарил детей, непереносимо жгла его.
— Не носишь кольца? — резко бросил он, не в силах высказать хоть несколько слов благодарности.
— Сегодня у нас день стирки, — пояснила Ли, посчитав, что он имеет в виду кольцо-камею, оставленное на кухне. — Вряд ли вашему ирландцу понравилось бы, зашей я кольцо ему в рану.
Она устало потерла затылок и выпрямилась, не увидев протянутой руки Нейла.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76


А-П

П-Я