мебель для ванной германия 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Соображай я чуточку лучше, не стал бы тратить время, обыскивая Лесли-фарм!Она прижала пальцы к его губам:— Но ты никак не мог знать, что я была в Рендел-холле. Ты приехал, и это главное. И спас меня.Он почти вырвал у нее бокал с шампанским, вылил содержимое в горшок с пальмой. — Мы возвращаемся в гостиницу.— Мне тоже этого хочется, — согласилась она. Берк решил не трудиться открывать лондонский городской дом, поскольку они собирались пробыть в столице всего два-три дня. Они остановились в отеле «Палтни» на Пикадилли, в номере, который летом занимала сестра царя Александра, великая княжна Ольденбургская.Ариель вежливо попрощалась с хозяевами и позволила мужу увести ее из дома Коринны.Берк подозвал наемный экипаж. По дороге они говорили о необычно холодной погоде, огромном облаке оригинальной формы, закрывшем полнеба, о ровном цокоте копыт усталой кобылки. Ни о чем более важном, пока не остались одни в номере.Берк прислонился к закрытой двери и, взглянув на жену, тихо сказал:— Я больше этого не вынесу, Ариель. Знаю, ты страдала, ужасно страдала, но если только расскажешь, что случилось, я могу помочь тебе пережить все. По крайней мере попытаюсь. Неужели я тебе настолько безразличен, что даже не хочешь поделиться?— Безразличен?Ариель рассмеялась, хрипло, безрадостно, взмахнула руками, рассекая воздух:— Безразличен? Я люблю тебя. Берк. Кажется, уже говорила об этом, давным-давно. Люблю.Она говорила быстро, почти кричала. Но Берк все же хотел услышать, как она скажет это еще раз.— Что? — переспросил он. — Что ты сказала?— Сказала, что люблю тебя. Куда больше, чем та пятнадцатилетняя глупышка, глядевшая на тебя сияющими глазами. О да, она боготворила тебя, думала о тебе как о храбром воине, боге, который каким-то необъяснимым чудом снизошел до нее. Каким это было необыкновенным счастьем, когда он ей улыбнулся.Ариель замолчала, взбешенная его издевательской усмешкой.— И все? — спросил Берк. — А мне казалось, это именно я лишился рассудка из-за пятнадцатилетней девочки. Именно я задыхался от счастья, когда она улыбалась мне. И не имел ни малейшего представления о том, что она меня боготворит. Конечно, это, видимо, так и было, но я настолько потерял голову, что ничего не замечал.— Она была безмозглой дурочкой!— А я все равно был навеки очарован ею.— О, замолчи! Она — вовсе не та, что стоит сейчас перед тобой. Ее увлечение не имеет ничего общего с тем, что я испытываю сейчас. Ты, несчастный, пойми, я люблю тебя, Берк Драммонд, прекрасного, доброго, хорошего человека…Ариель остановилась, воздела руки к небу и направилась к двери.Берк устремился за ней, схватил за руку и, повернув лицом к себе, прижал к груди, так крепко, что стало трудно дышать:— Глупая женщина! Я мог бы провести с тобой вместе две жизни и ни капельки не устать.Он завладел ее губами, властно, нежно, и она не дрогнула, не отстранилась, а приняла его.— Мне ужасно не хватало тебя, Берк. Ариель встала на цыпочки, обняла его, пытаясь стать еще ближе. Он притянул ее к себе и, осторожно поглаживая по спине, наконец высказал все, что накопилось в душе.— Ты так прекрасна, и мила, и прелестна, а я едва не погубил тебя и возненавидел себя за это больше, чем могу высказать. Вспоминая ту ночь, я трясусь от страха, и в животе все переворачивается, словно у необстрелянного солдата под огнем противника. Но поверь, я сделаю все возможное, чтобы никогда не разлучаться с тобой. Боже милосердный, ты так нужна мне, Ариель.Ариель чуть отстранилась и, нахмурившись, взглянула на мужа:— Нужна тебе? Это звучит очень странно, Берк.— Почему? Считаешь меня настолько несгибаемым? Жестким и бесчувственным?Ариель снова прижалась к мужу, чувствуя как в живот упирается сильная, набухшая мужская плоть.— Нет, — шепнула она, — только не бесчувственным.Берк широко улыбнулся:— Ужасная кокетка у меня жена и заплатит за это.И, подхватив Ариель на руки, понес в большую угловую спальню, так роскошно обставленную, что Ариель несколько минут растерянно оглядывалась, впервые переступив ее порог.Когда они лежали обнаженные на широкой постели. Берк тихо, напряженно сказал:— Ты самая сильная женщина из всех, кого я знаю. Гордая и мужественная. Ты столько можешь дать, так многому сумеешь научить меня и наших детей. Ты вернешься ко мне?— Я никогда не покидала тебя. — Ариель не мигая глядела в глаза мужа. — Никогда. Просто ненадолго покинула себя.— Может быть объяснишь? Ариель смущенно рассмеялась:— Это звучит странно, даже для меня. Но нужно было все обдумать, осознать и понять. Именно ты помог мне стать сильной, защититься от Этьена. Именно ты сделал меня такой. Именно благодаря тебе я перестала быть жертвой. И я ей не стала. Я сопротивлялась, дралась, царапалась и смогла бы взять над ним верх, не появись не вовремя Доркас. Не представляешь, что я чувствовала, сообразив, что могу обрести власть над ним, что я победительница…пока Доркас не напомнила Этьену, что он хозяин, а я — ничтожество, несчастная беспомощная Ариель.Она закусила губу и отчаянно зажмурилась. Берк молча выжидал, осторожно гладя ее по лицу, Откидывая волосы со лба.— Я не собиралась отдаляться от тебя или вести себя так, будто ты и твои чувства мне не важны. Просто…— Тебе нужно было ненадолго остаться одной.— Да. Этьен не успел изнасиловать меня, — добавила Ариель. — Он пытался и, наверное, добился бы своего, потому что у меня не осталось сил бороться, но Доркас ударила его ножом.— Все кончено.— Да. Наконец.Его пальцы скользнули вниз, и Ариель тихо вскрикнула. Берк взглянул в лицо жены, заметил, как темнеют ее глаза от желания, и широко улыбнулся:— Означает ли это, что ты вернулась ко мне? И хочешь меня? Хочешь, чтобы я вошел в тебя, и ласкал, и любил, пока не растаешь как лед в моих объятиях?— Да. Именно это. Ты не только добр и хорош, но еще и прекрасен, и я хочу тебя. И буду хотеть по крайней мере ближайшие два десятилетия.— И больше никогда не покинешь меня?— Только если не расскажешь, что сделал Монроуз, чтобы отобрать у тебя того пони, Виктора. Берк недоумевающе уставился на жену.— Неужели не помнишь все эти чудесные истории, которые рассказывал мне, когда я болела? О Викторе, толстом пони, и о том, как Монроуз хотел его, а пони хотел Монроуза.— И ты способна думать о какой-то чертовой старой лошади, когда я умираю от желания любить тебя?— Значит, не расскажешь?Берк постарался принять задумчивый вид:— Расскажу…— Ну?— Если уберешь руку оттуда, где она в данный момент находится. Я не способен связно мыслить.— Ага, — обрадовалась Ариель, медленно скользя ладонью по упругому животу, все ниже и ниже. Берк затаил дыхание. Ариель улыбнулась, слегка прикусила его подбородок:— Знаешь, мне нравится, когда ты теряешь способность связно мыслить.— Неужели не хочешь узнать про Виктора? — спросил он сквозь зубы, понимая, что долго эту пытку выносить не сможет.— Позже.Берк начал целовать ее, томительно медленно, нежно, страстно, и на секунду приподнялся, не отрывая взгляда от ее грудей.— Возможно, за завтраком, — предположила Ариель с явным удовольствием. — Виктор и несколько ломтиков жареного бекона.— Звучит ужасно романтично, Ариель.— Звучит так, что до этого знаменательного события очень далеко. Тебе, Берк Драммонд, еще много нужно успеть до завтрака.— Да, — согласился он, оглядывая жену с головы до ног. — А теперь молчи, потому что я человек основательный и не желаю, чтобы меня отвлекали.— Хорошо, — вздохнула Ариель, притягивая мужа к себе.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я