https://wodolei.ru/catalog/podvesnye_unitazy/Roca/meridian-n/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Да. А в чем дело?Берк набрал в грудь побольше воздуха и достал из кармана обручальное кольцо. Взял Ариель за руку. и не успела девушка попять, в чем дело, с трудом надел кольцо на безымянный палец. Оно оказалось слишком тесным, но, по мнению Берка, это было совсем неплохо.— Мы женаты, — объявил он.Ариель уставилась на кольцо, попыталась его стащить, но, не сумев, начала безуспешно тянуть за золотой кружок, трясти рукой, но все напрасно.— Не говорите глупостей! Конечно, мы не женаты! Каким образом…Побелев, девушка в ужасе озиралась, ошеломленная, не понимая, что происходит.— Этот лохматый коротышка… и тот, другой, со странным акцентом…— Лохматый — это викарий. Другой — доктор Амбрюстер. Он шотландец, поэтому не очень ясно говорит по-английски.— Это невозможно! Невеста должна дать согласие, я точно помню!Берк наклонился, опершись руками о ручки кресла и приблизив к ней лицо:— Послушай меня, и все узнаешь. Он выпрямился и отошел к камину.— Все очень просто. Я думал, что ты умираешь. В горячке ты говорила о разных вещах, но все время повторяла, что хочешь меня. Сказала, что больше не можешь выносить такую жизнь и лучше покончить со всем разом. Я попросил тебя стать моей женой, и ты согласилась.— Это наглая ложь! Я никогда бы!..— Не забывай, ты бредила, Ариель. Во всяком случае, я посчитал споим долгом исполнить твое желание, поскольку думал, что в глубине души ты мечтаешь о том же, и поэтому поговорил с викарием. Он поженил нас. Позже я позаботился о специальном разрешении на брак и тому подобных вещах. Мы женаты по закону.— Но я ничего не помню!Он ужаснулся панике и страху в ее голосе, возненавидел необходимость лгать, уверять ее в чувствах, которых Ариель не испытывала.— Ариель, я не мог силой заставить тебя выйти за меня замуж. Но все слышали, как ты сказала «да», когда викарий спросил, берешь ли ты меня в мужья. Трое свидетелей были при этом. Кроме того ты подписала свидетельство о браке. Так что дело сделано.— Это не может быть правдой.— У нас все будет хорошо, вот увидишь. Ариель горько усмехнулась.— Не боитесь, что я убью вас, как прикончила первого мужа?— Нет. А что, ты действительно… Я имею в виду убила своего мужа?— Да, — злобно прошипела Ариель, — убила, и вас ждет тот же конец!Она слишком сильно страдала, и Берк всеми силами хотел помочь ей, совершить чудо, чтобы Ариель улыбнулась.— Я постараюсь сделать тебя счастливой, Ариель.— Неужели?— Зачем мне лгать? Поверь, я люблю тебя. И не смог бы сознательно принести несчастье любимой женщине.Послышался тихий стук в дверь. Берк нетерпеливо откликнулся:— Войдите, миссис Ринглстоун!Пожилая женщина вплыла в комнату, широко улыбаясь:— О. я так и знала, что сегодня вам будет гораздо лучше, миледи. Его милость заказал такой завтрак, что можно накормить целый полк! Да-да, так он и велел, и я согласна, что…Но Ариель, не обращая внимания на причитания экономки, уставилась на Берка. Своего мужа. Теперь он ее хозяин, точно так же, как Пейсли когда-то, и будет владеть ею так же безраздельно, как посчитает нужным, и имеет все права обращаться с ней, как пожелает. Перед глазами снова всплыли сцены из того кошмарного сна: Пейсли превращается в Берка, нависает над ней, обнаженный, но уже не бессильный импотент, каким был ее муж. Она видела вещий сон, и вот теперь он сбывается.Ариель не сознавала, что по щекам текут медленные молчаливые слезы, но миссис Ринглстоун заметила и была так поражена и расстроена, что немедленно осеклась, беспомощно глядя на Ариель.— Пожалуйста, оставьте нас, миссис Ринглстоун, — мягко велел Берк.Когда экономка ушла, он обнял Ариель и посадил к себе на колени. Она не протестовала, не произнесла ни слова и, казалось, ушла в себя, отдалившись от Берка, поставив между ним и собой глухую стену. Этого он не смог вынести.— Скажи, почему ты плачешь?Она помотала головой, лежавшей на его плече.— Ты немедленно скажешь мне, Ариель, — приказал он самым злобным голосом, на который был способен, ненавидя себя, но это снова возымело действие:— Я не сделаю, не сделаю этого!Она тряслась от страха, ярости и еще чего-то, неизвестного Берку.— Чего не сделаешь? Отвечай, дьявол тебя возьми!— Тот ужасный сон, он сбылся, но я не позволю тебе мучить меня, не позволю!— Расскажи мне об этом сне.Ей даже не пришло в голову не подчиниться. Берк говорил повелительным тоном, и Ариель беспрекословно повиновалась.— В ту ночь, после того, как мы снова встретились у Банберри Лейк, я видела сон. Там был Пейсли и другие люди… и все они… хотели… и потом Пейсли превратился в вас, и вы были в моей постели… принудили меня… я не смогла вас остановить. Вы слишком сильны. Неужели не понимаете?— Понимаю, — спокойно ответил Берк, — понимаю. Но почему я принуждал тебя? Это просто не имеет смысла.— Вы мужчина!— Мужчина, который любит тебя!— Это глупо, не играет роли, и вы лжете! Берк откинул голову и, закрыв глаза, начал осторожно гладить ее руку. Ариель перестала плакать, как она подумала, потому, что слезы означали: крохотная надежда еще жива. У нее же ничего не оставалось. Берк приказал ей прекратить, и она должна повиноваться.Берку отчаянно хотелось признаться, что он знает правду, но не был уверен, как это воспримет Ариель. Пока с лихвой достаточно и того, что она услышала о венчании — пусть попытается осознать это. Кроме того, Берк понимал, что боится за себя, боится своей реакции, если она сама расскажет о том, что произошло за последние три года. До конца жизни Берк не забудет беспомощной ярости, охватившей его, когда он осознал истину. Его прелестная невинная девочка в лапах этого чудовища!Никогда, никогда он не простит! До сих пор страшная картина стояла перед глазами. Была поздняя ночь, их брачная ночь. Ариель металась в жару и хрипло, с трудом, дышала. Берк обтирал ее прохладной водой, рассеянно думая, что в самых буйных фантазиях никогда не представлял, что их первая ночь будет именно такой. Наконец он перевернул ее на живот, перекинул толстую косу через плечо и начал водить мокрым полотенцем по спине и ногам, медленно, осторожно, повторяя про себя латинские склонения, чтобы держать в узде собственные желания. Свеча неожиданно погасла; Берк остановился, чтобы зажечь другую, и случайно поднял ее повыше. И тут он впервые присмотрелся к обнаженной девушке. Свет упал на ее голую спину, и Берк замер. Сначала он машинально покачал головой. Наверное, это причудливая игра теней обманула его. Но все оказалось правдой. Жестокой правдой. Берк поднес свечу поближе, легко коснулся кончиком пальца белого шрамика. Потом еще одного. Как их много!Берк осмотрел ее бедра и ягодицы, все в белых рубцах, и ему хотелось закричать, завыть, но он сдержался. Все равно это не поможет. И ничего уже не изменит.Берк закрыл глаза, не в состоянии осознать реальность. Ее отец? Ее сводный брат? Но Берк решительно тряхнул головой. Нет, ее муж, конечно. Вот почему она так страшится мужчин и не хотела выходить, за него замуж!Чудовищность ситуации оглушила Берка. Он продолжал вытирать ее мокрой тканью, пока наконец лихорадка не унялась и жар не спал. Берк осторожно перевернул ее на спину, увидел несколько побледневших шрамов на груди и животе и, конвульсивно сглотнув, лег рядом с Ариель прижал ее к себе, пытаясь все хорошенько обдумать. Избивать шестнадцатилетнюю девочку. И не просто какую-то девочку, а благородную даму. Истина оказалась невероятной, и он сомневался, что поверил бы этому, если бы перед глазами не было доказательства.Все то время, пока он думал о ней, сплетая фантазии в паутину грез, заключающих всю гамму переживаний — от остро-эротических до сладостно-нежных, над ней издевались, избивали, заставляли обнаженной стоять на коленях, ласкать мужа губами и ртом и делать это с искусством опытной куртизанки. Господи Боже, Берк был не в силах думать об этом, но постоянно думал. Ее сломали так жестоко, что она не задумалась принять его, когда Берк всего-навсего взял в руки кнут. Он вспомнил лихорадочные движения Ариель, поспешность, с которой она срывала с себя одежду. Бедняжка была уверена, что Берк изобьет ее, если посчитает, что она медлит.А что, если Пейсли Кохрейн отдавал ее другим мужчинам?! Вряд ли Берк удивился бы, узнай, что это правда.«Если бы только я женился на ней три года назад», — снова и снова повторял Берк про себя. Дьявол бы побрал его сомнения, угрызения совести по поводу слишком юного возраста девушки, дьявол бы побрал все!Главное, что ему делать сейчас?Берк поднял глаза, поняв, что слишком долго был занят собственными мыслями. Ариель начала есть. Берк пытался улыбаться, хотя это давалось ему с трудом. Как вернуть Ариель радость жизни?После завтрака Берк уложил жену в постель, поставил поднос за дверью и, вернувшись, сел на краю кровати. В этот момент он понял, что не хочет говорить ей о том, что знает. Неизвестно, как поступит Ариель. Нет, его решение твердо — сначала Ариель должна научиться доверять ему.А интимная близость? Нет, об этом еще рано. Он знал только, что пока Ариель не привыкнет к нему, его телу, ласкам, прикосновениям, ничего не получится.— Вы очень сильны. — сказала она внезапно, удивив Берка.Все, что Ариель говорила, приобрело для Берка иное значение, но он не хотел, чтобы она поняла это. Не сейчас.— Да, — весело согласился он, — и именно поэтому я буду всю жизнь охранять и защищать тебя. Никогда не бойся этой силы, Ариель, будь ей рада.— Вы… вы так красноречивы, Берк.Берк секунду помолчал и ответил, раскрывая смысл ее уклончивых слов:— Как все мужчины — лгун, жестокий полубезумный зверь?— Да.Она гордо подняла подбородок, но Берк заметил ужас, таившийся в этих больших глазах, несмотря на брошенный вызов. Он поднялся, и Ариель невольно сжалась. Берк, намеренно не обратив на это внимания, сказал:— Когда ты достаточно окрепнешь, мы отправимся в Рейвнсуорт Эбби. Твои слуги, без сомнения, уже там ожидают свою хозяйку.— Я хочу в Бостон. Ты обещал.— Да, и сдержу слово. Как только ты забеременеешь. А это, насколько понимал теперь Берк, задача не из простых. Ложь во спасение, сказанная викарию и доктору, не выдерживает никакой критики.— Как только война между двумя странами окончится, — продолжал он. — Думаю, это произойдет уже осенью. Ну, теперь не хочешь немного отдохнуть?Ариель кивнула, и Берк подумал: «Все, что угодно, только избавиться от меня…»— Пусть будет так, — решил он и вышел из спальни.
— Что ты делаешь?! — тонко, пронзительно вскрикнула она. Но Берк только улыбнулся и продолжал расстегивать пуговицы на панталонах. Потом разделся догола и подошел к камину, по-прежнему улыбаясь, позволяя ей себя разглядывать. Берк не был особенно возбужден, но если Ариель будет продолжать смотреть на него, скоро он не сможет сдерживаться.— Я собираюсь принять ванну, — небрежно сообщил он. — Не желаешь присоединиться?— Нет! О, пожалуйста, не можете ли вы пойти в другую комнату? Или позволить мне побыть пока там? — умоляюще пролепетала Ариель.Берк шагнул к ней; Ариель отвела глаза, и он понял, что она невольно оценивает его. Все, что было в нем мужского, всколыхнулось в этот момент, и Берк почувствовал, как наливается мощный отросток, поднимаясь из поросли темных волос, словно молодое деревце. Ну что ж, она далеко не невинна, пусть знает, что он желает ее как женщину.Но тут Берк ощутил ее страх и остановился. Спокойно потянулся к халату, не спеша накинул его. Сегодня он успел чего-то достичь, пусть совсем немного. Когда он в следующий раз останется обнаженным, она не испугается так сильно — по крайней мере Берк на это надеялся. Ариель привыкнет к нему, конечно, привыкнет. Берк знал ее тело так же хорошо, как свое, и не собирался навсегда оставаться для Ариель чем-то вроде друга и старшего брата. Скоро она перестанет бояться и начнет доверять ему.— Ты не хотела бы немного поговорить со мной? — спросил Берк, поднимая брови.— Я хотела бы одеться и уйти из этой комнаты.— Хорошо. Скоро придет доктор Амбрюстер. Если он скажет, что ты достаточно окрепла, я отнесу тебя вниз, — кивнул Берк, неспешно сбросил халат, шагнул в ванну и, напевая что-то, начал намыливаться, наблюдая за женой краем глаза. На лице Ариель стыла болезненная гримаса. Не нравится его пение или вид обнаженного тела?Доктор Амбрюстер не особенно удивился, когда граф задержал его внизу на несколько минут.— Нет, — согласился он, — не стоит говорить с ней о беременности, лишний раз смущать бедняжку.«Боже милосердный, — подумал он несколько минут спустя, — она боится меня?»Обычно грубоватые манеры сослужили на этот раз плохую службу — доктор всегда отличался резкостью, но эта девочка, судорожно прикрывавшая руками грудь, следившая за ним полными ужаса глазами, заставляла обращаться с ней с такой осторожной деликатностью, словно Амбрюстер стоял у постели умирающего ребенка.Наконец доктор отошел и, усевшись в кресло, улыбнулся пациентке. Здесь ни в косм случае нельзя спешить, придется действовать осторожно.— Выглядите вы так же прекрасно, как старая миссис Макджи, которая теперь танцует джигу с деревянной ногой. Как вы себя чувствуете, миледи?— Хорошо, сэр.Какой мелодичный голос! Доктор лишь хотел бы, чтобы в нем не слышалось страха. Он взглянул на графа, чье лицо было абсолютно бесстрастным. Мистер Амбрюстер невольно спросил себя, о чем он думает. Знает ли о страхе, изводившем жену? Во всяком случае, необходимо послушать ее легкие.Доктор хотел было подняться, но передумал.— Ваш муж очень переволновался за вас, миледи. Он оказался прекрасной сиделкой и преданно ухаживал за вами. Оба вы измучились и устали. Рекомендую продолжительный отдых.— Когда она сможет путешествовать? — спросил Берк.— Судя по здоровому виду, завтра.Доктор Амбрюстер медленно поднялся, сознавая, что графиня с подозрением наблюдает за каждым его жестом.— Могу я послушать ваши легкие, миледи? Он заметил, как девушка вздрогнула, и не шевельнулся, пока она не кивнула.Амбрюстер не стал поднимать ее сорочку. Не прикоснулся к графине. Это оказалось трудной задачей, но он наклонился к ее груди так близко, как мог, не дотрагиваясь при этом до девушки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я