https://wodolei.ru/catalog/mebel/shkaf/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Пронеся Челси по темному коридору, он остановился на верхней ступеньке лестницы.— Миссис Барнс, — закричал он, — Нэд, Джим, Френк. — Вереница имен, словно в водовороте, закружилась вниз по винтовой лестнице, разносясь по всему первому этажу.И вся прислуга явилась немедленно, потому как их хозяин никогда не повышал голоса. Увидев леди у него на руках, они поняли, что случилось несчастье.Появление герцога в такой ранний час уже означало, что что-то случилось. К тому же лицо госпожи было все в слезах.— Мне нужен доктор или доктора. Мне нужны повивальные бабки. Немедленно, — сказал он сильным и властным голосом. — Пошлите столько грумов, сколько потребуется. Саара ко мне. Бедуины пусть тоже едут. — Он отпускал охрану. Сейчас Челси грозит большая опасность. — И завтрак для леди! Немедленно.Его приказы, отданные твердым и решительным тоном, заставили всю прислугу придти в движение.Большего он пока сделать не мог.Им оставалось лишь ждать.Пассивное ожидание невыносимо…Синджину нужно было чем-нибудь заняться, бездейственность чужда его натуре, но это было невозможно, не беспокоя Челси. Поэтому он, все еще держа ее на руках, сел в кресло у окна, наблюдая, как в разные стороны разъезжаются грумы. Саар с бедуинами уже ускакал. Вот одна группа отправилась на север в Глендейл за доктором Хэтчемом, другая — на восток в Уэйтфилд к доктору Грегори. Две другие — в соседнюю деревню за повивальными бабками.Когда принесли завтрак, Синджин стал уговаривать Челси поесть.— Ты должна, — говорил он ей, — должна подкрепиться. Вот попробуй земляники или шоколада, пирожное… — И так, выбирая кусочки с подноса, стоящего на столе, он кормил ее и не переставал говорить, чтобы хоть как-то отвлечь. — Дороги размыло после дождей, люди еще не скоро вернутся… Так что кушай, ну, открой ротик, моя хорошая. Мама всегда говорила, что весной в Хаттоне воды больше, чем в Брайтоне.Вот и ров весь наполнился. На ложечку пудинга, кушай, сердце мое. А миндальный крем, твой любимый.Может, повесим твою новую картину в столовой? Отодвинем шкаф с фарфором, как раз места хватит. Вот попробуй.., тост с ветчиной и еще с каким-то соусом.А это? Как ты думаешь, это стилтонский сыр? Хорошо, еще ложечку… Это рецепт еще матушки миссис Барнс.Он надеялся, что его голос хоть немного утешает ее, отвлекает, пусть ненадолго, не давая оставаться одной с таким горем. Но, несмотря на все это, мысль о кровотечении не исчезала. «Если не двигаться, если кушать, прекратится ли оно? Выживет ли ребенок при таком кровотечении? Ну остановись! У всех женщин так? Остановись же, пожалуйста, пожалуйста!»Так она молила небеса, потому что не хотела терять своего ребенка. У него уже были и пол, и имя. Она разговаривала с ним, строила планы на будущее. Она искренне раскаивалась и просила прощения у всех богов и духов за свой эгоизм. Наверное, она слишком сильно настаивала на девочке, и теперь они наказывали" ее. «Простите меня, простите, — беззвучно умоляла она, — и я не хотела, я не знала, я беру свои слова обратно, простите меня».Но боги и духи если и слышали ее, то оставались равнодушными к ее мольбам. И только Синджин помогал ей справиться со все усиливающимся кровотечением. Пришлось приложить новое полотенце, предыдущее уже все пропиталось кровью.— Дорогая, — сказал он, выкинув использованное полотенце, — полежи немножко, а я пока спущусь и поговорю с миссис Барнс. — Ему стоило больших усилий сохранять спокойный тон. — Тебе нужен доктор. Я ничем не могу тебе помочь. Пожалуйста, дорогая, я очень быстро — туда и обратно.Не дожидаясь ответа, он встал из кресла. Синджин не мог просто так сидеть и наблюдать, как его жена истекает кровью. Поэтому он намеревался найти помощь, даже несмотря на ее протесты.Положив Челси на кровать, он укрыл ее одеялом, в одно мгновение натянул на себя бриджи и рубашку.Босиком он бросился вниз по лестнице на кухню, на ходу задавая вопросы и требуя немедленных ответов.— Почему еще не пришла помощь? Где доктора?Почему не привезли повивальных бабок?И с каждым ответом его и без того хмурый взгляд становился все более сердитым.Френк вернулся с половины пути в Глендейл: снесло мост в Онгли. Доктор Грегори уехал в Манчестер на прошлой неделе. Нэд еще не вернулся, но по мосту в Икли невозможно проехать в такой дождь. Джеймс пока тоже не вернулся.То мечась, как загнанный зверь, то стоя без движения, Синджин задавал вопросы прислуге. Причем он внимательно смотрел в глаза говорящего, как будто мог повлиять на ответ. Он даже подумал, не отвезти ли Челси саму к врачу, но тут же выбросил эту мысль: на экипаже по таким дорогам не проедешь.Сорок минут прошло, а помощи все не было. Прислуга крутилась вокруг него, но, кроме сострадания, они ничем не могли помочь. И вдруг Синджин похолодел от мысли о том, сколько крови Челси может потерять, пока не… Отбросив эту мысль, он лихорадочно искал какое-нибудь решение. Он не на дуэли, где всегда под рукой доктора и секунданты, не на поле боя, где тебя скорее убьют, чем тебе понадобится помощь врача. Саар имеет кое-какие познания по медицине, но это в основном касается пулевых ранений, порезов, сломанных костей, но никак не выкидышей.Вдруг у него в голове всплыли все ужасные истории о родах: смерть леди Блэйр, жены Пэджета, которой было чуть больше девятнадцати, дочери Харольда, которая не дожила и до первой годовщины свадьбы, сестры Кэллистера, с которой он танцевал на ее первом балу за несколько месяцев до трагических родов. Все эти женщины были молоды; и тут — смерть, в считанные дни или даже часы. Но эти грустные истории его никогда не касались.До сегодняшнего дня.Человек, имевший практически неограниченную власть, был сейчас бессилен. Синджин и раньше попадал в ситуации, опасные для жизни, но не было случая, чтобы он не смог выпутаться. Однако ни его геройство, ни смелость, ни холодный расчет ничем не помогут Челси. Он был бессилен перед волей небес и силами природы.Он больше не нашел ничего лучшего, как сказать:— Дайте мне знать, если хоть что-нибудь узнаете о Нэде и Джеймсе. — Он смягчил свой тон, а то прислуга и так была достаточно перепугана. Никто просто не осмеливался подняться к нему, чтобы доложить о неудачных попытках.— Я хочу знать немедленно, — сказал он и окинул взглядом стоящих навытяжку слуг. — Понятно?Все послушно закивали головами, но никто не посмел вымолвить и слова под пронизывающим взглядом этих голубых глаз. И только миссис Барнс произнесла:— Да, ваша светлость.— Оседлайте мне Мамелуке.Синджин решил, что если еще десять минут не будет никаких известий, то он сам отправится за повивальной бабкой. Деревня Дедхам Клоуз прямо за рекой. Глава 33 Когда он вернулся в спальню, Челси уже задремала. Он осторожно, чтобы не разбудить ее, надел сапоги без шпор, достал из шкафа кожаный жилет Предвидя, что придется пересекать реку вплавь, он оделся полегче.Присев на кровать, он попеременно посматривал то на Челси, то на большие настенные часы в углу комнаты Десять минут, не больше, а потом — в Дедхам Клоуз.И когда часы отсчитали установленный срок, он быстро поднялся, как будто чья-то невидимая рука подтолкнула его. С минуту он не решался двинуться, наблюдая за женой, казавшейся такой крошечной на огромной кровати. У него вдруг засосало под ложечкой от страха за это хрупкое беззащитное создание, лежавшее под балдахином из красного бархата, который напомнил ему в этот момент кровавую реку.Резко повернувшись, он быстро вышел из комнаты, подгоняемый жутким видением и болезненной бледностью жены.Сопровождать его было некому: прислуга рыскала по всему графству в поисках помощи. Но он знал дорогу в Дедхам Клоуз, да и Мамелуке чувствовал его нетерпение.На дорогах стояла непролазная грязь, особенно ненадежными были те места, где протекали ручьи. До перекрестка в Синдаме Мамелуке дважды споткнулся и упал на колени. Оставшиеся две мили, до реки больше походили на топкое болото, и Синджину пришлось трижды спрыгивать на землю, чтобы провести лошадь.Пока Синджин добрался до фермы Виллар, он промок насквозь и испачкался с ног до головы. Мамелуке же от такой езды был весь в пене.Поля, холмы, рощи — все замерло под унылым дождем. Порой Синджину казалось, что они с Мамелуке одни во всей вселенной. В такую погоду даже птицы и звери не осмеливались выходить из своих укрытий.Вскоре сквозь туман он различил указатель дороги на Дедхам Клоуз. До брода оставалось не больше полумили.Услышал он их раньше, чем увидел. Пронзительное ржание лошадей и крики людей прорывались сквозь завесу дождя. И, выехав к реке, он увидел Джеймса и Джонатана, пытавшихся заставить лошадей войти в бушующий поток.Миссис Хобс ждала их на другом берегу, сидя в дождевике на старом коренастом жеребце, у которого, видимо, не было ни малейшего желания входить в бурлящие воды. Несколько деревенских жителей собрались вокруг нее, пытаясь сдвинуть коня с места. Но безуспешно. Обычно в этом месте сквозь прозрачную воду было видно песчаное дно, а глубина была не больше четырех футов, сегодня же река вышла из берегов, вода была грязно-коричневой от поднявшегося со дна песка. Да и в ширину было не меньше восьмидесяти футов, а в глубину футов пятнадцать, а то и больше.Подъехав к Джеймсу и Джонатану, Синджин спросил:—Миссис Хобс уже долго ждет? — Он боялся, как бы она не устала.— Нет, недолго, — ответил Джон. — Нет, паромщик, привел ее, как только я докричался до него.— Я постараюсь перебраться туда на Мамелуке.Помогите ей.И, не теряя времени даром, он проехал ярдов пятьдесят вверх по течению. Великолепно выученный чистокровный жеребец не осмелился ослушаться, когда Синджин направил его в неспокойную реку.Понимая, что от него хотят, Мамелуке отважно бросился в воду. Синджин, предварительно намотав поводья на руку, поплыл рядом с ним. Мамелуке изо всей силы работал сильными и натренированными ногами, тяжело дышал, дюйм за дюймом приближаясь к противоположному берегу. И вот долгожданный момент: ноги коня коснулись дна. И вот они уже на берегу. С секунду Синджин стоял как вкопанный, пытаясь отдышаться. Но время было дорого. И поэтому, вскочив в седло, он поскакал к группе людей, собравшихся вокруг повивальной бабки. Течение отнесло их гораздо дальше, чем он рассчитывал.— Чертовски мокро, однако, — улыбнулся он, подъехав к ним. — И спасибо вам.., за то, что.., вы пришли, миссис Хобс, — еще тяжело дыша, произнес он. — Мы сможем.., переплыть на Мамелуке… На него можно положиться, — сказал он и резко выдохнул, переводя дыхание.— Да, конь, кажется, сильный, — сказала она, слезая со своего жеребца.За тридцать лет, что она принимала роды, миссис Хобс уже не пугалась плохой погоды. Через мгновение она уже восседала на спине Мамелуке.— Держитесь крепче, — сказал Синджин, ведя коня к реке. Мысль о Челси заставляла его спешить. И вот они опять борются со стихией: временами плывя, временами просто сносимые течением. Тем временем Джеймс и Джонатан вошли в воду и наблюдали за ними, не в силах ничем помочь. Но всему бывает конец, и вскоре Джеймс уже вел коня, а Джонатан помогал Синджину выйти на берег.— Примите мои извинения, миссис Хобс, — сказал Синджин под радостные возгласы кучки людей, стоявших на противоположном берегу.— В Хаттоне я прикажу дать вам сухую одежду. — Он чувствовал такое облегчение, что нашел кого-нибудь, кто поможет Челси, что даже улыбнулся.— Ваша светлость, бывало и хуже. Схватки давно начались?У Синджина исчезла улыбка.— Боюсь, это не схватки. Она всего лишь на третьем месяце. Но у нее ужасное кровотечение.— Когда началось?— Утром. Надо торопиться, если вы не возражаете, — он прикинул, сколько уже прошло времени. — Вы поедете со мной на Мамелуке.Синджин взглянул на Джеймса и Джонатана: они уже были в седлах.Обратный путь показался Синджину ужасно долгим. И пока они добрались до Хаттона, он рассказал миссис Хобс о состоянии Челси.Миссис Барс встретила их на пороге. Внутри их уже ждала сухая одежда, горячий чай и хорошая новость:Челси все еще спала. Синджин переоделся, чтобы не испугать жену, когда она проснется, и поднялся в спальню. Через несколько минут пришла и миссис Хобс, уже в сухой одежде и теплых тапочках. Не теряя ни минуты, она принялась за дело.Синджин мог встретиться лицом к лицу с сильным противником, переплыть разбушевавшуюся реку, сразиться на дуэли, но он был совершенно неспособен чем-либо помочь жене в ее теперешнем состоянии.Поэтому он так остро нуждался в опыте и знаниях миссис Хобс. Следуя ее указаниям, он распорядился, чтобы принесли полотенце и горячую воду, пока она сама раскладывала необходимые инструменты. Когда все было готово, Синджин разбудил Челси.Присев на край кровати, он наклонился к жене и прошептал:— Проснись, дорогая. Здесь миссис Хобс. Она тебе поможет.Челси открыла глаза и улыбнулась: Синджин сидел с мокрой головой, будто только что искупался. Она уже забыла о кровотечении и о том, почему она до сих пор в постели. Но в следующее мгновение ее взгляд пронизала боль воспоминания. Он взял ее руку и, немного поглаживая, прошептал:— Она поможет тебе, вот увидишь. Обязательно. — Он поднес ее руку к губам и осыпал поцелуями. — Ну, не плачь, моя хорошая, — добавил Синджин, увидев, как заблестели ее глаза. У него и самого наворачивались слезы.Он был готов бросить к ее ногам всевозможные драгоценности, меха, скупить для нее целые магазины, если бы это хоть как-то помогло сохранить их ребенка.Но ни его богатство, ни титул, ни власть, ни положение в обществе не имели сейчас ни малейшего значения.Ему оставалось лишь разделять ее страдания.Миссис Хобс, с огромным старанием и тактом, с большой аккуратностью осмотрела Челси, но ее диагноз не принес облегчения. Такое кровотечение могло означать лишь конец беременности. Отчего, почему это произошло — неизвестно. Она сказала, что причины выкидыша вообще едва ли можно определить точно.— Но вы молоды и здоровы. У вас еще будут дети, — пыталась успокоить Челси миссис Хобс, которая и не могла знать, что это меньше всего теперь зависело от юной герцогини.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52


А-П

П-Я