https://wodolei.ru/catalog/chugunnye_vanny/170na70/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Как же Даг мог доверить ее защиту такому страшному человеку?
Сигурд отступил на шаг, словно не мог выносить ее присутствия рядом с собой.
– К сожалению, мой брат взял с меня слово доставить тебя в Энгваккирстед в целости и сохранности, и я должен уважать его волю. Собирай свои вещи – быстро и тихо. И поверь, я сумею поставить на место девчонку, которая заставила моего брата забыть о верности роду.
Чувствуя себя так, словно она только что очнулась от ночного кошмара, Фиона поспешно повиновалась.
Глава 27
Обратная дорога в Энгваккирстед заняла вдвое больше времени, чем они рассчитывали. Буря гналась за ними по пятам, тяжелая повозка вязла в грязи, замедляя их продвижение. Ветер швырял струи дождя им в лица, их одежды намокли и отяжелели. Фиона едва переставляла ноги, думая только о том, как бы не упасть, и мечтая поскорее согреться.
На второй день дороги развезло еще больше, да вдобавок ко всему еще и похолодало. После того как Фиона несколько раз споткнулась и упала, Сигурд наконец позволил ей ехать в повозке. Забравшись на мешки с припасами, она погрузилась в глубокий тяжелый сон.
Проснувшись, Фиона поняла, что лежит на своей подстилке в сарае для рабов. Бреака, держа в руке чашу с горячей жидкостью, склонилась над ней.
– Выпей: это согреет тебя.
Едва она сделала несколько глотков, как сразу же вспомнила все случившееся. Они вернулись в Энгваккирстед, но Дага с ней не было. У нее на глазах появились слезы.
– Да что с тобой?
Фиона с тоской взглянула на подругу.
– Я не знаю, что мне делать. Даг собирается отправить меня обратно в Ирландию.
– Но ведь именно этого ты всегда добивалась, разве не так?
Девушка покачала головой.
– Теперь я уже и сама не знаю, чего хочу: Сердце мое разрывается при одной только мысли о том, что нам придется расстаться.
– Ты должна поговорить с ним, – решительно сказала Бреака. – Я уверена, Даг не станет настаивать на твоем отъезде, если ты этого не пожелаешь.
– Поговорю, как только увижу его. Даг отправился в другое поселение, чтобы договориться там о корабле и команде. Он оставил меня на попечение Сигурда, но я боюсь, что не доживу до его возвращения.
– Ерунда; старший брат не станет убивать рабыню младшего брата. Кроме того, он обязан тебе спасением Гуннара.
Фиона грустно покачала головой.
– Боюсь, что Сигурду стали известны планы Дага и теперь он винит в них меня.
– Но как он мог про них узнать?
– Я проболталась другой рабыне, что мой хозяин собирается отправить меня на родину. – Фиона тяжело вздохнула. – Теперь я обречена. Даже если Сигурд и не попытается убить меня, это сделает Бродир, и у Сигурда не будет никакого желания останавливать его.
– Не думаю. Сигурд – человек чести. Если он дал такое обещание Дагу, то сдержит его независимо от того, нравится это ему или нет.
Фиона снова покачала головой.
– Хотелось бы верить, но сердце мое холодеет от страха.
– Это только потому, что ты замерзла и устала. Допей бульон и постарайся уснуть. Скоро ты почувствуешь себя лучше.
Последовав совету подруги, Фиона опустилась на подстилку, и глаза ее закрылись сами собой.
Проснулась она, проспав почти целые сутки. Сон не только исцелил ее простуду, но и прогнал самые худшие из страхов. Если она сможет не попадаться на глаза Сигурду и другим воинам, то, возможно, и они не будут обращать на нее внимания до возвращения ее покровителя.
Она поднялась и, слегка пошатываясь, отправилась разыскивать Бреаку. В сарае никого не было. У очага остывал котел с похлебкой из овощей. Фиона обмакнула палец в мутную жидкость, потом лизнула его и сморщилась. Ничего удивительного, что рабы так высоко ценили ее поварское искусство; она непременно снова возьмется за обязанности кухарки, как только это будет возможно.
Вернувшись к своей подстилке, Фиона взяла подбитое мехом платье и попыталась натянуть его, но тут тяжелый, неприятный запах ударил ей в нос.
– Святая Бригитта, ну и несет же от меня! – произнесла она вслух.
Фиона взглянула на грязный балахон. Ничего удивительного – за все время путешествия у нее ни разу не было возможности как следует помыться: на тинге она время от времени мыла только лицо и руки. Теперь ей обязательно надо исправить эту оплошность.
Она пошарила под своей подстилкой, отыскивая чистую смену белья. Нашлась только свежая нижняя рубашка – единственный предмет одежды, оставшийся у нее с тех пор, когда она спала в закутке у Дага. Ей придется надеть ее под платье, пока будет сохнуть балахон.
Захватив еще и деревянный гребень, Фиона, осторожно оглядываясь по сторонам, направилась в баню. В отведенной для рабов части строения никого не было. Прошмыгнув внутрь, девушка закрыла дверь на засов, потом развела огонь в печи. Дождавшись, когда в бане стало тепло, она распустила косу и разделась. Воспоминания нахлынули на нее. Здесь, в этом месте, Даг подарил ей ранее не изведанное ею наслаждение, разделив с ней восторги любви.
Поежившись при этом воспоминании, Фиона принялась мыться. Смыв с себя грязь и йот, она оделась и, сев на одну из скамей, принялась расчесывать волосы. Пальцы ее замерли во влажных прядях, когда она остановила взгляд на деревянной скамье, на которой сидела. Никогда ей не забыть прикосновений кожи Дага к ее телу и отблеск огня в его голубых глазах. Ее золотой бог, заполнивший ее тело своим, подарил ей тогда самые волшебные ощущения из всех, какие только ей доводилось испытывать в своей жизни.
Фиона закрыла глаза. Как же она сможет расстаться с ним? Он был ее второй душой, столь же дорогой ей, как и ее собственная. Если она расстанется с ним, то до конца своих дней не простит себе этого.
Открыв глаза и обведя взглядом окружавшие ее предметы, она приняла окончательное решение. Они с Дагом не расстанутся никогда. Уж лучше выносить унижения, оставаясь рабыней норманнов, чем потерять любимого и окончательно разрушить надежду на счастье. Ее родители поженились по любви – и она поступит так же, следуя голосу своего сердца.
Фиона глубоко вздохнула. Если Даг вернется и боги будут милостивы к ней, она вскоре сможет забеременеть, а тогда все прочее уже не будет иметь никакого значения. Она обретет счастье – пусть даже в этой сумрачной, пустынной стране.
Улыбаясь, девушка снова обвела взглядом внутренность бани. Она с нетерпением будет ждать возвращения Дага, чтобы сказать ему о своем решении и освободить от необходимости делать все возможное и невозможное ради осуществления поездки в Ирландию. Она останется с ним и будет жить его жизнью до своего последнего вздоха.
Фиона медленно поднялась, собрала грязное белье и вышла из бани. Свежий воздух неприятно холодил ее влажные волосы и кожу, и от этого ее восторги несколько поутихли. Когда вернется Даг? – Он не сказал, сколько времени займет его поездка: возможно, это будут дни, а может быть, недели?
Внезапно осознав, сколь одинока и беспомощна она в этом мире, Фиона ускорила шаги. Она уже подходила к сараю для рабов, как вдруг ее волосы словно зацепились за что-то, заставив ее остановиться на ходу. Фиона повернулась, чтобы убрать препятствие… и встретилась глазами со злобным взглядом Бродира.
Она стала искать возможности спасения, но их не было: Бродир крепко зажал в кулаке густую прядь ее волос. Если бы она рванулась в сторону, он тут же снова притянул бы ее к себе. Свинячьи глазки негодяя сверкали торжеством, узкие губы растянулись в безжалостной улыбке.
– Сейчас я возьму тебя, – произнес он негромко и зловеще, – отведу в лес или в один из амбаров и буду забавляться там с тобой, пока ты не испустишь дух.
Фиона заставила себя успокоиться. Она должна сохранять ясное сознание, иначе ей ни за что не убежать от него.
– Впрочем, мне пришло на ум кое-что получше. – Бродир улыбнулся, и его отвратительное лицо стало похожим на оскал черепа. – Ты ведь все равно никуда не денешься, проклятая ведьма. Я еще увижу, как ты умрешь страшной смертью.
Викинг выпустил из рук ее волосы. Фиона изумленно смотрела на него, не в силах поверить, что он отпускает ее. Затем она вихрем понеслась прочь.
Когда она вбежала в сарай, зубы ее стучали от страха, в душе была пустота. Она рухнула на пол у очага, готовая вот-вот разрыдаться.
– Фиона!
Обернувшись на голос, она увидела Аеддана, которому Даг поручил ухаживать за лошадьми.
– А где твой хозяин? – спросил паренек. – Почему он не вернулся с тобой?
Этот немудреный вопрос снова заставил ее душу сжаться от страха.
– Даг отправился в другое поселение.
– А когда он вернется? – В голосе Аеддана ей послышалась неподдельная тревога.
– Скоро, – с неожиданной для себя уверенностью ответила Фиона. – Уже скоро.
– Ярл хотел бы услышать про твой поход на побережье Ирландии. – Эллисил сделал жест рукой в сторону пожилого викинга, чьи светлые волосы так напоминали его собственные.
Даг с достоинством опустился на деревянную скамью.
– Разумеется, Скирнир, я охотно расскажу тебе о наших приключениях там. Идея этого похода принадлежала моему брату. Несколько лет назад он провел целую зиму в составе норвежского отряда, стоявшего в местечке под названием Дублин. За это время брат пришел к убеждению, что большая часть Ирландии – это лакомый кусок для нас. Тамошние властители то и дело затевают войны друг с другом; они еще не научились объединяться, чтобы давать отпор врагам извне…
Пока Даг излагал историю этого похода, Эллисил, Скирнир и все присутствовавшие в зале жадно слушали. Польщенный таким вниманием, Даг чувствовал себя скальдом, слагающим гимн мужеству и героизму своих товарищей. Мужчины сочувственно качали головами, когда он рассказывал, как был ранен и брошен в подземелье; потом они плотнее сдвинули свои кресла, и Дат поведал им о том, как Сигурд повел викингов в бой против Доналла Мак-Фрахнана и его людей.
– Сдается мне, в этом рассказе чего-то не хватает, – прервал его Эллисил, когда Даг принялся расписывать богатства, найденные в покоях ирландского властителя. – Ты говоришь так, словно сам был при этом, но не объясняешь, каким образом тебе удалось освободиться из темницы.
– Мне помогла дочь владыки, – ответил Даг и спокойно взглянул на обращенные к нему лица слушателей; однако при этом тень сомнения промелькнула в его душе. Стоит ли подробно описывать участие Фионы в его спасении? Что, если викинги сочтут ее предательницей своего рода, как когда-то сделал и он сам?
– Ты имеешь в виду ту самую черноволосую рабыню? – догадался Эллисил.
– У себя на родине она была принцессой, – пояснил Даг. – Мне еще не приходилось видеть более прекрасной женщины – черные как ночь волосы, лучистые зеленые глаза; к тому же стройная и гибкая, как кошка. И держит она себя с поистине королевским достоинством.
– Но что заставило эту женщину помогать тебе, врагу ее отца? – спросил Тонгстен, брат Эллисила.
– Может быть, все дело в твоем прекрасном лице? – Эллисил усмехнулся.
Даг бросил на друга сердитый взгляд:
– Женщина хотела разрушить планы своего отца, который собирался выдать дочь замуж без ее согласия.
Скирнир понимающе кивнул.
– Теперь ты хочешь взять эту женщину себе в жены и предъявить права на ее земли?
– Именно так. Будучи ее мужем, я имею право на наследство.
– А если ее люди будут противиться этому, ты подкрепишь свое требование с помощью оружия, – снова кивнул Скирнир и оттолкнул стоявшее перед ним блюдо со свининой. – Похоже, это будет стоящее предприятие, и оно может принести немалые выгоды. Я готов предоставить для такого дела один из моих кораблей, но тебе придется самому искать для него команду. К сожалению, большинство моих воинов отправляются вместе с Тонгстеном в Хедебю.
– А почему бы Дагу не пойти вместе с нами??? – предложил вдруг Эллисил. – Мы бы могли запастись там припасами, потом вернуться в Фейерсхольд и снарядить здесь корабль для поездки в Ирландию.
Однако Дага это предложение не слишком обрадовало. Он не собирался отправляться в Хедебю. С каждой минутой, проведенной вдали от Фионы, он все больше тревожился за нее.
– Представляешь, воины опять собрались в доме.
Продолжая прясть, Фиона молча слушала слова Бреаки.
– Агирссоны никак не хотят подчиниться решению тинга, – жаловалась та. – Рориг говорит, что это было бы вполне справедливо. Они нарушили закон и должны были заплатить выкуп, но после того, как с их стороны последовал решительный отказ, даже Сигурд считает, что их надо остановить силой.
– И как он собирается сделать это? – спросила Фиона.
– Сигурд встречался с Отаром, ярлом ближайшего к нам поселения, и они решили вместе пуститься на поиски Агирссонов. Когда они захватят их, то доставят в семейство Торвальдса для свершения правосудия.
Держа прялку в руках, Фиона встала. Сарай для рабов казался ей теперь слишком тесным и обступал со всех сторон, словно стены темницы. Она не спеша прошлась по нему, затем вернулась к очагу, у которого Бреака лепила из теста караваи.
– Если Рориг посвящает тебя в планы воинов, значит, он доверяет тебе, – произнесла она, обращаясь к подруге.
– И все же он пока еще не разговаривал с ярлом о том, чтобы купить меня.
– Может быть, у него просто не хватает серебра, чтобы заплатить.
Бреака кивнула.
– Когда они захватят поселение Агирссонов, то наверняка возьмут и их серебро. Если это произойдет, Роригу тоже достанется доля в добыче. После этого, возможно, ему хватит денег, чтобы выкупить меня.
Бреака неожиданно нахмурилась.
– И все-таки я не могу не волноваться за него. Что будет, если его ранят или убьют? Кто тогда будет заботиться обо мне и о ребенке?
– Так ты беременна! – воскликнула Фиона. – Почему же ты мне ничего до сих пор не сказала?
– Ты так беспокоилась за Дага; я не хотела тревожить тебя моими собственными заботами.
Фиона виновато вздохнула. В последнее время она была занята своими проблемами и не думала ни о ком другом. Бреака оставалась единственным живым существом, с кем она могла перемолвиться словом; без этого она, возможно, очень скоро сошла бы с ума.
– Как ты себя чувствуешь?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51


А-П

П-Я