https://wodolei.ru/brands/Sunerzha/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Пираты – 2

OCR Angelbooks
«Радость пирата»: АСТ; Москва; 2001
ISBN 5-237-05977-5
Оригинал: Constance Bennett, “Pirat's Pleasure”
Перевод: Я. Е. Царькова
Аннотация
Для лихого красавца капитана Майлза Кросса, самого отчаянного из пиратов Нового Света, женщины всегда были лишь приятным минутным развлечением… пока встреча с Алекс Уайком не изменила его жизнь. Эта прелестная девушка, обладавшая острым умом, независимым нравом и пламенным сердцем, стала для Майлза не просто первой в его жизни настоящей любовью, но буквально всем — радостью и мукой, жгучей, неистовой страстью и подлинным счастьем…
Констанция Беннет
Радость пирата
Глава 1
Над побережьем висела сизая мгла. Окутанный туманом, нарядный белый домик казался каким-то ненастоящим — он словно сошел со страниц детской книги сказок. Все в нем радовало глаз: и свежая побелка, и живописно контрастирующая с белыми стенами красная черепичная крыша, нависающая над домом так, что могла защитить от дождя и палящего солнца, и, конечно же, колонны — это главное украшение коттеджа.
Провинциальный крохотный Бриджуотер входил в состав Сомерсета, одного из трех графств полуострова Корнуолл. Разбросанный по зеленым холмам, этот уютный городок спускался к Бристольскому заливу, суровые берега которого были свидетелями деяний рыцарей «Круглого стола». Здесь, по преданию, любил совершать прогулки сам король Артур, а камни до сих пор хранят тайну его свиданий с леди Джиневрой. Но эта загадочная история — дела давно минувших дней. Теперь же все достопримечательности Бриджуотера сводились к сапожной мастерской, бакалейной лавке с вычурной вывеской «Торговый дом Дредсона» да еще парочке лавок поскромнее. Разумеется, никому и в голову не приходило строить лавку не у собственного дома — таким образом весь высший свет городка жил на одной улице, единственной и главной. В конце этой улицы, чуть особняком держался белый с колоннами дом доктора Уайком.
Несмотря на поздний час, в доме было светло. Свет, пробиваясь сквозь клубы тумана, укрывшего, словно периной, ухоженные клумбы палисадника, придавал местечку загадочный вид.
Жизнь в этом уютном жилище шла своим чередом. Кларисса Бинс, полная женщина лет пятидесяти, с круглым добродушным лицом, напевая что-то себе под нос, возилась на кухне. Она поставила на поднос кастрюльку с рагу из куропатки, свежезаваренный ароматный чай, баночку мятного желе, печенья, аккуратно сложенные горкой на тарелке, и, наконец, чашку из тонкого китайского фарфора на глубоком блюдце. Окинув ужин гордым, довольным взглядом, Кларисса взяла поднос с яствами и отправилась в покои своей госпожи.
Кларисса Бинс служила в этом доме больше двадцати лет и успела сжиться и с этими стенами, и с господами, на которых работала. Теперь она и представить не могла своей жизни без маленькой семьи, с которой делила и радость, и горе. На ее глазах у четы Уайкомов появилась дочь, которой, увы, довелось стать единственным ребенком в семье.
Рок унес старших членов семьи, лишив девочку сначала матери, а потом, спустя годы, и отца, и теперь на попечении у Клариссы Бинс осталась Александра Уайком.
Миновав длинный коридор, Кларисса подошла к спальне своей любимицы. Удерживая с завидной легкостью тяжелый поднос одной рукой, миссис Бинс деликатно постучала в дверь.
— Войдите, — ответили ей слабым, усталым голосом.
Кларисса появилась в дверях с улыбкой на лице.
— Касси, ты чудо! Я умираю от голода! — воскликнула Александра.
— Я знала, что вы вернетесь голодная как стая волков. До чего же у нас бессовестный народ! Как звать вас в любое время — хоть днем, хоть ночью, — тут они не стесняются, а как предложить доктору перекусить, на это у них ума не хватает. Целый день без горячего, так и самой недолго слечь!
— Ну что ты, Касси. В каждом доме меня норовят угостить. Ну ты же знаешь, сколько за день мне приходится смотреть больных, а кроме того, лучшего повара, чем ты, не сыскать на всем сомерсетском побережье. Для чего мне набивать живот абы чем, когда я знаю, что дома меня ждет королевская трапеза?
— Ну не преувеличивайте, — скромно потупила взгляд Кларисса, хотя слова молодой госпожи были ей весьма приятны.
Александра улыбнулась. Девушке была известна маленькая слабость Касси: миссис Бинс любила, когда ее хвалят. Впрочем, кто без греха… Кларисса перехватила хитрую улыбку подопечной и, напустив на себя строгость, ворчливо заметила:
— Не надейтесь, мисси, что вы мне можете задурить голову своей лестью. Думаете, я не замечу, во что вы превратили платье? Почему вы до сих пор не сняли с себя эти грязные тряпки и не приняли ванну?
Действительно, Александра не успела переодеться. Единственное, на что у нее хватило сил, так это скинуть туфли и подвинуть к креслу табурет, чтобы вытянуть уставшие, затекшие ноги. Не желая обидеть Касси, которой, очевидно, очень хотелось поиграть в суровую наставницу, Алекс виновато вздохнула:
— Признаться честно, Касси, у меня просто нет сил мыться. А насчет платья, ты права — оно безнадежно испорчено. Годится разве что на тряпку.
Кларисса украдкой смахнула слезу, взглянув на светловолосую девушку. Когда-то она баюкала Алекс, перед сном укачивала на руках… как давно это было!
— Твой отец гордился бы тобой, — с пафосом произнесла миссис Бинс. — Второй доктор Уайком в семье.
— Кларисса, не называй меня так, — отрезала Алекс.
Еще совсем крошкой Александра дала няне ласковое имя Касси — Кларисса было слишком сложно для нее. С тех пор у них так и повелось. Александра называла няню полным именем, только когда хотела подчеркнуть серьезность момента. Кажется, именно такой момент наступил сейчас.
— Не называй меня доктором, — со всей серьезностью повторила Александра. — После смерти моего отца вы все чаще повторяете, что я доктор Уайком. Этому необходимо положить конец.
— Но, мисси… Все в округе знают вас как доктора Уайком, иначе и не величают.
— Да, Касси. Но мы все равно должны переубедить людей. Я не имею права называться доктором. Если бы я родилась мужчиной, то работа ассистента зачлась бы мне как школа лекарей и я без труда получила бы сертификат. Но я женщина, и в нашей стране мне никогда не получить статус доктора. Акушерка — запомни! — я всего лишь акушерка.
— Вы и раньше говорили мне об этом, мисси, — обиженно заметила Кларисса, — да только сегодня вы уж чересчур расстроены. Верно, на то есть причина?
Александра отвела глаза, недобро прищурившись.
— На дороге между Тейтоном и Бриджуотером я случайно встретилась с доктором Копели.
— С этим пройдохой и пьяницей? Ну, мисси, уж вы куда более достойны носить звание доктора, чем он. При всех своих дипломах и лицензиях он вам в подметки не годится!
— Наверное, мне не следует об этом говорить, Касси, — усмехнулась Александра, — но я не могу с тобой не согласиться. Этот болван считает, что все болезни можно излечить кровопусканием да еще одним его испытанным средством: закатанным в шарик масла пауком. Проглотишь эдакую гадость — и всю хворь как рукой снимет. Как представлю, что бедным больным приходилось глотать пауков, жутко делается. — Девушку передернуло от отвращения. Помолчав немного, она обреченным тоном добавила: — Однако в глазах правосудия шарлатаном буду выглядеть я, а не он. У него есть лицензия на врачебную практику, а у меня нет. Так что, если он захочет, у меня могут быть серьезные неприятности.
— Этот шарлатан угрожал вам, мисси? Да я его…
— Успокойся, Касси, — ответила Александра, вставая. — Погладив верную служанку по руке, она подошла к столику. — Иезекииль открыто мне не угрожал. Вряд ли он развяжет со мной войну, а вот шантажировать… Знаешь, Касси, после смерти папы доктор Копели проявляет удивительную настойчивость в стремлении отвести меня под венец. Сегодня он сказал, что, если я отвергну его предложение, он привлечет к моей деятельности внимание властей.
Александра торопливо откусила маленький кусочек ароматного печенья, чтобы перебить приступ тошноты, вызванный одной мыслью о возможном союзе с Иезекиилем Копели.
— Как он смеет! Да он же по возрасту годится тебе в отцы! — возмущенно воскликнула Кларисса. — Что дало повод этому старому козлу надеяться на ответные чувства со стороны такого цветочка, как ты? Какая низость добиваться благосклонности девушки таким образом!
— Кто знает, Касси, может, в молодости доктор Копели был таким красавцем, что у него отбою не было от девиц. Поэтому он так странно себя ведет, — сказала Александра, пожав плечами. — Должно быть, бедняга давно не смотрелся в зеркало. Лучшие годы его действительно позади.
— Я надеюсь, Алекс, ты поставила его на место.
— Именно поэтому я и получила это недвусмысленное предупреждение.
Кларисса покачала головой:
— Как ты думаешь, он действительно может доставить тебе неприятности? По-моему, ты не делаешь ничего незаконного.
— Совершенно верно, ничего предосудительного я не совершала. Лекарства я готовлю очень осторожно. Если чувствую, что не в силах помочь больному, отсылаю его в Бристоль. С формальной точки зрения я не совершаю ничего предосудительного, но… если доктор Копели на самом деле захочет мне навредить, ему это вполне удастся. Теперь нам надо быть начеку. Если дело дойдет до судебного разбирательства, магистрату не очень-то понравится, что меня называют доктором.
— Все я понимаю, мисси, и в будущем буду стараться держать язык за зубами. А сейчас, — бодро добавила Кларисса, — давай-ка я помогу тебе снять это грязное платье, да прими ванну, пока вода не остыла.
Александра повернулась к няне спиной, и Кларисса принялась расстегивать крохотные перламутровые пуговички.
— Ты пока отдыхай, а я разогрею ужин да постираю платье, чтобы к утру было как новенькое.
— Не стоит возиться с этой тряпкой, Касси, — сказала Алекс, снимая нижнее белье. — Ты не заметила самого главного: там две здоровые прорехи, одна на лифе, другая — на подоле.
Александра зажмурилась от удовольствия, погружаясь в горячую воду. Запрокинув голову на закругленный бортик ванны, она блаженно улыбнулась.
Кларисса смотрела на свою госпожу со смешанным чувством восхищения и гордости. Лицо девушки в обрамлении золотых кудряшек было воистину ангельским — чудной формы, с гладкой, без изъяна, кремовой кожей, изящно изогнутыми темными бровями и огромными миндалевидными глазами, прикрытыми густыми, чуть загнутыми вверх ресницами. Цвет глаз был ярко-синий, как небо в солнечный день. Тело Александры являло собой удивительное сочетание юношеской стройности и женственной округлости — тонкая талия, неширокие бедра, длинные стройные ноги и пышная, красивой формы грудь — мечта любого мужчины. Кларисса невольно вспомнила недавний разговор о докторе Копели, и, представив, как этот потрепанный сластолюбец предлагает руку и сердце Алекс, прошептала:
— Негодяй!
Алекс испуганно вздрогнула и открыла глаза. Она думала, что Касси давно ушла.
— Что случилось?
— Ничего-ничего, я просто подумала об этом старом греховоднике Копели, — ответила Кларисса. — Он-то тебе точно не пара. Мисси, не пора ли вам подыскать хорошего молодого человека да и обручиться с ним, как подобает, в церкви… Какого-нибудь высокого красивого парня, чтобы мог поставить Копели на место.
— Да где же мне найти такого? — засмеялась в ответ Александра. — Откуда возьмется этот высокий да красивый?
Кларисса нахмурилась. Алекс, сама того не желая, дала няне повод для невеселых раздумий. Здесь, в Сомерсете, приличных молодых людей можно было по пальцам перечесть, да и то стоило только присмотреться пристальнее, как кандидатуры одна за другой отпадали.
— Надо нам как-нибудь обдумать этот вопрос, — заметила Касси.
— Если уж тебе так не терпится поговорить на эту тему, — сдалась Алекс, — пожалуйста… Арон Черч сегодня опять сделал мне предложение.
— Черч — славный парень, — подхватила Кларисса. — И внешностью отличается… только одно меня тревожит — его мамаша. Я не хочу, чтобы ты жила бок о бок с этой мегерой. Если ей что втемяшится в голову, так она пойдет напролом, не разбирая дороги, как медведица.
— Попала в самую точку, — рассмеялась Алекс, находя сравнение Генриетты с медведицей весьма удачным. — Пожалуй, мысль о том, что когда-то ей придется делить своего единственного сыночка с другой женщиной, ей не улыбается. Но тебе, должно быть, интересно, чем Арон подсластил свое предложение. Представляешь, он предложил мне две козы, пять кур-несушек, и… — Алекс сделала паузу. — Он сказал, что первый помет от их знаменитой кобылы наш!
— От новой кобылы? От той самой, над которой он трясся, как над младенцем? Помнится, Черчи все никак не могли подобрать ей пару, говорили, что все здешние жеребцы никуда не годятся. Кажется, в Тейтоне нашелся подходящий, таких же классных кровей? Да уж ясно как день, он в тебе души не чает. Может, стоит обдумать его предложение.
Алекс покачала головой:
— Согласна, предложение щедрое, мне крайне неприятно вновь обижать Арона отказом, да только тут ничего не попишешь. — Александра загадочно улыбнулась, и, глядя куда-то в сторону, сказала: — Знаешь, Касси, что мне пришло в голову: после венчания все подарки Арона вновь вернулись бы к нему, так что он ничего бы не потерял.
— Сомневаюсь, мисси, что парень смог бы додуматься до такого хода сам.
— И я об этом, Касси, — вздохнув, призналась Алекс.
Касси опять попала в яблочко. Парень был не то чтобы совсем дурачок, но уж очень недалекий. Ее в остальном примерный ухажер привык прислушиваться к советам мамочки, а уж с ней Алекс меньше всего хотела бы иметь дело.
— И потом, — добавила Александра, — боюсь, сама тактика неверна. Я не вещь, которую можно купить, даже за очень дорогую цену. Так что, видно, суждено мне ждать того красивого и высокого, которого ты мне напророчила.
— Тогда, боюсь, вам придется еще подождать со свадьбой. Зато приятно знать, насколько вы желанная невеста, мисси. Не всякая девушка может похвастать тем, что ей делали предложение дважды за один день.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54


А-П

П-Я