https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_vanny/Elghansa/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



* * *
Болдырев неоднократно совершал побеги, всякий раз действуя смело и изобретательно. Он убил начальника астраханского конвоя Прибыловского, когда партия арестантов подняла бунт при отправке их из Астрахани на пароходе. Спасаясь от конвоя, Болдырев прыгнул за борт и, по его словам, пронырнув под днищем парохода, выплыл с другой стороны, спрятавшись между бортом и швартовочной стенкой, где его едва не раздавило, когда пароход несколько раз качнуло на большой волне.
В Саратове он, прямо во время допроса в сыскном отделении, сиганул в открытое по случаю летней жары окошко и был таков. В Харькове, когда его вели по улице под конвоем, он просто распихал конвоиров и, что было сил, рванул по улице. Стрелять ему вслед белым днём на людной улице конвойные не решились, а догнать его не сумели. Он так верил в свою удачу, что, припоминая эти свои похождения в кабинете следователя, похохатывал от удовольствия и все приговаривал: «Ничего, ваше благородие, я и в этот раз уйду! Не сейчас, а попозже, из тюрьмы сбегу. Не укараулите вы меня!» Однако его оптимистичным прогнозам не суждено было сбыться. После того как в конце мая 1911 го-да его арестовали в Царицыне, в тамошней тюрьме он просидел всего чуть больше полутора месяцев — в середине июля скоропостижно умер. Почти все российские газеты перепечатали сообщение о смерти этого умного и циничного двуногого хищника, не указав, правда, причину его смерти, что позволяет предположить, что давнишнее убийство Прибыловского, совершённое Болдыревым при побеге в Астрахани, теперь «вышло ему боком» — царицынские тюремщики нашли средство отомстить за смерть «своего». Впрочем, хотя бы отчасти, но своё слово Болдырев сдержал, сбежав от суда и приговора, если только, конечно, можно считать побегом уход в мир иной, где человеческие законы не имеют силы.
Секреты сундуков
История криминалистики, если в ней как следует покопаться, может одарить усердного исследователя самыми неожиданными находками. Порою самые обыкновенные вещи оказываются в эпицентре интриг, поднимая кутерьму не меньшую, чем в истории с бриллиантовыми подвесками, неосторожно подаренными своему любовнику ветреной королевой.
Вот, к примеру, сундук. Казалось бы, что может быть прозаичнее! Обычно сундуки становились предметом преступных замыслов и деяний: их взламывали или похищали вместе с содержимым. Но иногда эти здоровенные, обитые железом ящики сами становились орудиями преступления. Опытные и умелые жулики с ними вытворяли голово-кружительные штуки!

* * *
Возле багажного вагона поезда № 5, который 10 ноября 1906 года должен был отправиться с Курского вокзала на юг России, через Орёл, Курск и Харьков, возник небольшой переполох, когда дежурный ударил в сигнальный колокол во второй раз. Поезд вот-вот должен был отойти от перрона, а несколько грузчиков все никак не могли занести в вагон здоровенный сундук, который их подрядила загрузить в вагон молодая, прилично одетая дама, суетившаяся тут же, умоляя быть осторожнее. Эту фразу, словно заклинание, она твердила все время, пока грузчики тащили её сундучище от ломового извозчика, на котором его доставили на вокзал, до самого вагона. По словам владелицы сундука, в нем была упакована очень дорогая фарфоровая посуда.
Видавшие виды вокзальные амбалы дивились тяжести «места груза»: на весах багажного отделения он потянул только семь пудов, а нести его было страсть как тяжело! Дамочка успокоилась, только когда увидела, что багажный вагон закрыт перед отправлением.

* * *
Доехав до станции Орёл, беспокойная хозяйка сундука вновь развила бурную деятельность. Но здесь её встречал чернявый молодой человек, который заранее нанял артель вокзальных грузчиков для переноски сундука. Когда орловские носильщики, крякнув, подняли сундук, вынесли его из вагона и стали разворачиваться, приноравливаясь к тому, как бы ловчее перехватиться, в сундуке вдруг кто-то чихнул! От неожиданности носильщики выронили сундук, и он грохнулся оземь. Дамочка побледнела как полотно, но шум поднимать не спешила. Смекнув, что дело тут нечисто, один из носильщиков кликнул дежурного жандарма, который попросил дамочку пройти в отделение железнодорожной жандармерии, помещавшееся на вокзале, туда же он распорядился отнести и сундук, где его с различными предосторожностями вскрыли. К немалому удивлению жандармов, из сундука, щурясь на свет лампы, выбрался молодой человек приятной наружности. В покинутом им убежище жандармы, проводившие осмотр, обнаружили подушку, ватное одеяло, полпуда крупы, две пустые пивные бутылки, грязное полотенце, здоровенную морковь, потаённый фонарик и другие инструменты, которые обычно используют воры, а также початую бутылку водки, колбасу, хлеб и виноград.
Владелицу сундука, встречавшего её молодца и молодого человека, столь необычным образом путешествовавшего, сразу же задержали. Но по какому, собственно, поводу — и сами жандармы сказать затруднялись: ездить в сундуках никому вроде бы законом не возбранялось, поэтому сформулировали просто: «По подозрению в незаконном действии».
Арестованные вели себя спокойно, без спору предъявили свои паспорта: дама — на имя мещанки Марии Николаевны Чернецовой, а мужчина — Петра Ивановича Караева. Фамилия встречавшего была Саркисов. Документы у всех были в полном порядке, но ни на какие вопросы отвечать они не пожелали и объяснений по поводу этого странного происшествия не дали. Тогда до поры до времени их посадили в камеры при отделении, отправив по линии сообщение о странном задержании.

Пока в Орле разбирались с этой странной компанией, поезд, на котором они прибыли, успел доехать до Харькова, и там открылось одно неприятное обстоятельство: в багажном вагоне произошла кража ценного груза. В Москве в вагон был сдан большой саквояж, застрахованный на сумму 5 тысяч рублей. В Харькове обнаружилось, что он вскрыт, вернее, разрезан сбоку, а содержимое его исчезло. Раздатчик багажа и артельщик нижегородской биржевой артели, несущие ответственность за сохранность груза, перевозимого в багажном вагоне, попали под подозрение. Их моментально отстранили от работы, а в Харьков срочно выехали для проведения расследования два детектива, состоящие на службе у биржевой артели, которой теперь предстояло, по обязательству, возмещать убытки.
Допрошенные раздатчик и артельщик клялись всеми святыми, что проверяли проклятый саквояж на каждой станции, что все делали, как положено. Но им не верили: вагон был заперт, и следов взлома нигде не было! Не сквозь стены же прошёл вор и унёс с собой краденое?! Общее недоумение продолжалось до тех пор, пока один из детективов не стал проверять телеграммы, пришедшие за ночь и прошедший день по линии телеграфа железнодорожной жандармерии. Среди этих депеш он наткнулся на разосланное по линии сообщение о странном задержании в Орле. Детективы, узнав, что в багажном вагоне, в котором произошла кража, ехал запертый в сундуке человек, ещё не поняв, в чем суть, немедленно выехали в Орёл.

* * *
По прибытии прямо в отделение железнодорожной жандармерии, где содержался сундук, из которого извлекли странного молодого человека, представители артели осмотрели его и обнаружили, что этот с виду обыкновенный сундук — на самом деле предмет, довольно хитро сконструированный! В нем были проделаны вентиляционные отверстия, чтобы сидевший внутри не задохнулся, и одна из его стенок держалась на крюках и открывалась изнутри, как у фокусника в цирке.
Все тем же жандармским телеграфом сыщики запросили сведения об этом сундуке, выслав его багажные реквизиты и номера квитанций во все пункты приёма и выдачи кладей вокруг Москвы. Вскоре пришло сообщение, что этот груз прибыл в Москву со станции Бологое Николаевской железной дороги и был отправлен получателю: мадам Чернецовой, проживавшей в Москве в номерах Шкуриной, на Садовой улице, недалеко от Курского вокзала. Причём был указан и вес сундука — всего 3 пуда.

* * *
Саркисова, Чернецову и Караева снова вызвали на допрос и, сразу «выложив козыри», предложили во всем сознаться. Караев, понимая, что игра проиграна и он разоблачён, признался в том, что именно он придумал смелую комбинацию, которую собирался провернуть с подельниками. Суть её заключалась в следующем: Саркисов, которого «использовали втёмную», по просьбе Караева сдал в багажное отделение «ценный саквояж». В него Караев и его сожительница Чернецова уложили фальшивый груз, собрав его из того, что под руку подвернулось. Этот саквояж Саркисов застраховал по всем правилам на 5 тысяч рублей.
Чернецова заранее выписала из Бологого сундук, доставленный в номера Шкуриной, в который они уложили все необходимое для дороги и «работы», после чего Караев залез туда же, а Чернецова «упаковала» своего любовника снаружи. Потом она наняла грузчиков, ломовика, свезла сундук на вокзал и там проследила за его погрузкой, убедившись, что Караева «занесли» в тот же вагон, в котором везли «ценный саквояж».
Сначала он хотел просто вылезти из сундука, когда в вагоне никого не будет, забрать саквояж и спрятаться с ним обратно в сундук. Его бы вынесли в Орле, в Харькове пропажу ценного груза зафиксировали бы, оставалось только пойти и получить страховую премию! Но, сидя в сундуке, он слышал, как артельщик и раздатчик несколько раз проверяли саквояж и выражали беспокойство по поводу его сохранности. Караев понял, что кража саквояжа будет обнаружена тут же, в Орле, и весь план провалится. Тогда он решил имитировать вскрытие саквояжа и «похищение» из него, ведь сам он останется на месте, а о том, что содержимое исчезло, узнают только в Харькове.
Дождавшись, когда все ушли и поезд тронулся, он выбрался из сундука и, светя себе потайным фонариком, который предусмотрительно прихватил с собою, в кромешной тьме вагона отыскал саквояж, вспорол ему бок, вынул подложенный фальшивый груз, перенёс всю эту дрянь к себе в сундук и спрятался сам.
Ехал он с относительным комфортом: в сундуке была пуховая подушка, ватное одеяло. Запасена была бутылка водки, 2 фунта колбасы, белый хлеб и для десерта три фунта винограда. Внутри сундука были устроены специальные кожаные петли, на которых во время переноски он должен был повиснуть. В Москве, на вокзале, сделать этого он не успел и потому сидел на полу, здорово увеличивая вес при переноске, а в Орле угораздило его чихнуть и тем себя обнаружить.

* * *
После раскрытия преступления Чернецову и Караева отдали под суд за мошенничество, а Саркисова отпустили — по словам преступников, он только выполнял их просьбы, сам не понимая, в чем участвует. Артельщика и багажного раздатчика восстановили в прежних должностях, когда все выяснилось. Но это было только началом эпидемии аналогичных краж на железных дорогах. Видимо, Караев просто взял все на себя, не назвав настоящего разработчика этого трюка, который сам на дело не ходил.
Впоследствии, когда после нескольких эпизодов с подкладкой в багажные отделения сундуков «с живой начинкой» большие сундуки попали под подозрение, их стали нарочно «ставить на попа», встряхивать и иными способами определять, не скрылся ли в них вор. Тогда для краж стали использовать детей, набирая малолетних подручных из беспризорников: они умещались в кофре или чемодане, к тому же маленькие «живые отмычки» были гораздо ответственнее своих взрослых коллег, работу «портили» редко, а попавшись, молчали наглухо, да и делиться добычей с ними было не нужно, давали «от щедрот» сколько заблагорассудится.

* * *
Но ещё задолго до того, как сундук дебютировал в истории криминалистики как орудие совершения кражи, его вовсю использовали для багажных мошенничеств. В то время когда железных дорог ещё не было, ловкачи отправляли в разные места сундуки и ящики, содержащие фальшивый багаж, на вымышленные адреса. Конторы по перевозке кладей выдавали на них квитанцию, которая юридически была приравнена к векселю, то есть годилась для операций в банке! Мошенникам оставалось только путём нехитрой комбинации «обналичить» багажную квитанцию, пока где-то далеко на складах провинциальных контор по перевозке кладей отправленные с фальшивым грузом сундуки долгие годы пылились как «невостребованные получателем».
А ещё сундуки обожали использовать убийцы, желающие избавиться от трупа. Распутывать такие дела было чрезвычайно сложно, поэтому каждое расследование, завершавшееся поимкой преступника, который подготовил такой «сюрприз», попадало сначала на страницы газет как сенсация, а потом в учебники по криминалистике.
Порою страшные, порою смешные тайны могли содержать в себе с виду безобидные сундуки, бывшие символами спокойной и размеренной жизни во времена, когда наши прабабушки хранили в них приданое. Нынче, когда люди стали путешествовать налегке, а держать в квартирах такие громадины стало затруднительно, сундуки совсем уже почти вышли из употребления. Остались, пожалуй, только у цирковых фокусников, которые в своё время проделывали на арене с ними всякие штуки и, надо думать, подтолкнули сообразительных жуликов к мысли использовать сундуки столь необычным образом.
Бриллианты семьи шталмейстера
Год 1914-й от Рождества Христова для шталмейстера* В.И. Денисова начался со страшной трагедии: совершенно неожиданно покончил с собой его старший сын Николай. После этого у младшего сына, Ильи, развилась неврастения. Денисов, совершенно доверяя человеку, в коем Илья души не чаял, препоручил всю заботу о сыне его воспитателю, доктору прав, французу Данжу. Семья шталмейстера распалась несколькими годами ранее: жена выразила желание жить отдельно, и сыновья остались с Денисовым (так тогда было принято). Это были уже довольно взрослые молодые люди, достигшие совершеннолетия, но жившие на попечении у отца. К ним был приставлен уже упоминавшийся Данжу, служивший в доме Денисовых несколько лет. Имущественные дела супругов, живших раздельно, но официально не разводившихся и имущества не деливших, были весьма запутаны.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28


А-П

П-Я