Оригинальные цвета, доставка супер 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Он крепко сжал руку Питта:
— Дирк, сколько лет прошло с той поры, когда мы вместе пили шотландское виски на палубе моего корабля?
— Пожалуй, это было в конце восьмидесятых.
— Да, тогда мы занимались поисками «Ричарда», — подтвердил Флетт неожиданно мягким голосом, — и, насколько мне помнится, так и не нашли его.
— Зато нашли русский траулер, затонувший во время шторма.
— Помню. Британское адмиралтейство приказало нам тогда забыть об этой находке. Я всегда думал, что они оставили его для себя, выяснив у нас его точные координаты.
Питт повернулся к Джордино:
— Ал, позволь представить тебе Джимми Флетта, моего старого друга.
— Рад знакомству, — склонил голову Джордино. — Дирк часто рассказывал мне о вас.
— Представляю себе, что он вам наплел, — рассмеялся Флетт, стискивая руку нового знакомого в железном рукопожатии.
— Итак, ты состарился и стал капитаном роскошной яхты, — сказал Питт, кивая в сторону подводного судна.
— Я из тех моряков, кто предпочитает плавать по поверхности океана. Ничего под водой не интересует меня.
— Почему же в таком случае ты согласился на эту работу?
— Работенка не пыльная, а платят хорошо. Как ты сам сказал: я стар и мне уже не по зубам походы былых лет.
— Ты уже получил согласие своих хозяев поработать немного на нас?
— Они пока предпочитают оставаться в стороне. Дело в том, что у нас еще нет лицензии на подводные плавания. Как только мы ее получим, я отправлюсь в Монте-Карло катать на ней богатых европейцев.
— Ситуация, прямо скажем, критическая.
Флетт заглянул в зеленые глаза друга:
— На кой черт она тебе нужна? Все, о чем мы договорились по телефону, это фрахт по заказу твоего Агентства.
— Мы собираемся использовать ее как торпедный катер.
Флетт недоуменно воззрился на Питта.
— Понятно, — сказал он. — Торпедный катер. И кого же ты собираешься пустить ко дну?
— Танкер для перевозки сжиженного газа.
— А что будет, если я откажусь от этой затеи?
— Возьмешь на себя ответственность за жизнь минимум пятисот тысяч человек.
На этот раз Флетт на лету подхватил идею друга:
— Значит, террористы. И они планируют взорвать это корыто?
— Не совсем террористы, если быть точным. Но банда преступников, которые собираются выбросить его на берег вблизи Всемирного торгового центра и поднять на воздух половину Манхэттена.
Больше не было ни колебаний, ни вопросов, ни протестов.
Флетт спросил просто:
— Но «Искатель» не вооружен торпедами. Как конкретно ты собираешься его использовать?
— Слыхал когда-нибудь о подводной лодке конфедератов «Хенли»?
— Приходилось.
— Мы просто используем их опыт, — сказал Питт, подмигнув старому другу.
После этих слов Джордино начал разгружать грузовик, стоявший на территории дока.
* * *
Двадцать минут спустя трое мужчин прикрепили к корпусу в носовой части корабля трубу длиной в тридцать футов. Две другие такие же трубы были сложены на палубе ниже рубки управления. После этого они поднялись на борт «Искателя». Пока Флетт, не тратя времени на разговоры, запускал двигатели, Джордино приладил магнитные мины к концам двух запасных труб. К трубе, уже установленной на носу подводного корабля, привязали заряд пластиковой взрывчатки весом в сто фунтов.
Флетт стал у руля, Питт и Джордино отдали швартовы, и «Искатель кораллов» на полной скорости пересек залив в направлении моста Верразано. Два скоростных катера береговой охраны в окружении целой флотилии судов меньшего размера уже двигались впереди. Их сопровождали в воздухе два вертолета береговой охраны и два полицейских вертолета. Они первыми достигли цели и, как коршуны, начали кружить над палубой огромного безобразного танкера.
Оказавшись в открытом море, Флетт изменил курс и двинулся на перехват «Монгольского воина».
— Какова максимальная скорость «Искателя»? — спросил Питт.
— Сорок пять узлов на поверхности, двадцать пять под водой.
— Придется выжать все возможное, когда мы окажемся под водой. У этого корыта максимальная скорость тоже двадцать пять узлов.
— Как ты назвал это чудовище? «Монгольский воин»?
— По-моему, вполне подходит.
— Мы должны перехватить его, прежде чем он пройдет под мостом.
— Если опоздаем, трудно будет нанести по нему удар с воздуха, не разрушив половину Бруклина.
— Твой план сработает, если береговая охрана и полиция Нью-Йорка потерпят неудачу.
— Скоро узнаем, — заметил Питт.
* * *
С борта «Уильяма Ши» адмирал Доувер попытался установить связь с приближающимся танкером.
— Говорит командующий береговой охраной Соединенных Штатов. Ложитесь в дрейф и приготовьтесь принять на борт команду для досмотра.
Напряжение на капитанском мостике катера все возрастало, поскольку команда танкера не проявила никакого желания выйти на связь. Танкер по-прежнему на полной скорости двигался в направлении Нью-Йорка. Доувер сделал вторую попытку, затем третью, но все тщетно. Команда и капитан ждали дальнейших распоряжений адмирала.
Неожиданно тишину на мостике нарушил твердый холодный голос, донесшийся из передатчика.
— Говорит владелец «Монгольского воина». Я не намерен останавливать мое судно. Предупреждаю, что любая попытка причинить вред моему танкеру приведет к непредсказуемым последствиям.
С неопределенностью было покончено. Сомнений больше не оставалось. Над городом нависла страшная опасность. Доувер мог попытаться продолжить переговоры, но время работало против него. Он отдал приказ антитеррористическим командам вертолетов начать операцию. Одновременно приказал катерам двигаться курсом, параллельным ходу танкера, изготовив орудия к бою.
В бинокль он продолжал наблюдать за палубой танкера, пытаясь понять, какую тактику на этот раз изберет его безумный капитан.
«Слава богу, — подумал адмирал, не отрывая глаз от бинокля, — что море сегодня спокойное. У команд спецназа не будет проблем с высадкой».
Вертолеты зависли над палубой танкера, пока пилоты выбирали место для высадки людей. Катера изменили курс и по дуге попытались приблизиться к корпусу гигантского судна.
Это было все, что успел сделать адмирал.
Пораженный ужасом, он наблюдал, как небольшая ракета, выпущенная с палубы танкера, поразила первый вертолет, вспоров его с такой же легкостью, как консервный нож банку. Развалившись на куски, охваченная пламенем машина упала в воду. Через несколько секунд на поверхности осталось несколько обломков, от которых к покрытому тучами небу вздымался столб дыма.
50
Канаи окинул равнодушным взглядом жалкие обломки полицейского вертолета, отброшенные в сторону форштевнем «Монгольского воина». Он не испытывал чувства вины или угрызений совести, лишив жизни дюжину человек меньше чем за десять секунд. Атака вертолета стала для него лишь досадной помехой, мелким неудобством на пути реализации его планов.
Еще меньше беспокоила его флотилия катеров береговой охраны, окруживших танкер со всех сторон. Он чувствовал себя в полной безопасности, прекрасно понимая, что ее командующий никогда не отдаст приказ открыть огонь на поражение, разве что в случае буйного помешательства или профессиональной непригодности. Если хоть один снаряд попадет в резервуар со сжиженным газом и вызовет взрыв, все живое вокруг в радиусе пары миль будет мгновенно уничтожено, включая пассажиров автомобилей, двигающихся по мосту.
Он бросил взгляд на мост, один из крупнейших в мире. Танкер уже настолько приблизился к нему, что можно было различить шум автомобильных двигателей. С недоброй усмешкой на губах он наблюдал, как пилоты трех оставшихся вертолетов отвели свои машины подальше от танкера, осознав тщетность попыток высадить на палубу команды спецназа. Он обратил внимание на два больших катера береговой охраны, подходящие к танкеру с двух сторон. Их намерения были ясны для него, но их орудия при всем желании не могли нанести серьезного ущерба судну.
«Теперь настала моя очередь позабавиться», — подумал он с мрачным удовлетворением. Но прежде чем он успел отдать приказ выпустить ракеты по приближающимся катерам, те первыми открыли огонь из двадцатипятимиллиметровых орудий. Заходящий с носа катер обстрелял капитанский мостик и рубку управления, второй, атаковавший с кормы, принялся всаживать снаряд за снарядом в корпус у самой ватерлинии, пытаясь поразить машинное отделение. Комендоры орудий на обоих катерах внимательно следили за тем, чтобы их снаряды ложились подальше от гигантских резервуаров с газом, находившихся на верхней палубе.
Самому Канаи пришлось спасаться бегством, когда один из снарядов попал в капитанский мостик, частично разрушив контрольную консоль. Стоявший за штурвалом наемник был убит на месте, еще один получил смертельное ранение. Добравшись ползком до телефонного аппарата, Канаи скомандовал:
— Ракетами класса «земля — земля» по катерам. Пуск!
Лежа на полу капитанского мостика, он осторожно выглянул сквозь разбитое ветровое стекло, чтобы оценить ситуацию. «Монгольский воин» находился на расстоянии меньше мили от моста. Но и повреждения были значительнее, чем он рассчитывал. Разбитая компьютерная консоль сделала невозможной подачу автоматического сигнала в рулевую рубку. Канаи снова потянулся к телефонному аппарату и вызвал машинное отделение.
— Доложите обстановку, — распорядился он.
Главный механик, служивший раньше на военных кораблях, проводивших секретные операции, отозвался немедленно:
— Поврежден один генератор, но двигатели в порядке. Один человек убит, еще один тяжело ранен. Бронебойные снаряды пробивают обшивку, но при этом теряют ударную силу, так что оборудование почти не пострадало.
Канаи уже успел заметить, что танкер слегка отклонился от курса.
— У нас проблемы, чиф. Система автоматического управления накрылась, — в свою очередь сообщил он. — Переходите на ручное. Вернитесь на курс три — пять — пять, или мы врежемся в опору моста. Так держать, пока я не отдам новый приказ.
Он спустился с капитанского мостика и увидел еще одного из своих людей. Наклонившись над поручнями, он практически в упор расстреливал из ручного ракетомета носовую часть «Тимоти Ферма». Первый ракетный снаряд насквозь прошил тонкую палубу и корпус, взорвавшись уже в воде. Второй оказался более удачным: поразил фальшборт и скосил людей, возившихся у орудия. Куски металла и ошметки человеческой плоти закружились в воздухе, как обгоревшие листья. Ракета, выпущенная с противоположного борта, попала в палубные надстройки «Уильяма Ши», взметнув в небо тучу обломков и густого черного дыма. Но расчет орудия в носовой части катера, обстреливающий машинное отделение, не пострадал.
Третья ракета, подобно гигантскому молоту, ударила в палубу «Тимоти Ферма». Катер вздрогнул, на его корме столбом вспыхнуло пламя. Следующая начисто смела все палубные надстройки у капитанского мостика. Катера береговой охраны не имели брони, подобно большинству военных кораблей, поэтому их повреждения были очень значительны. Половина офицеров, находившихся на капитанском мостике, были убиты наповал. Объятый огнем катер потерял ход и начал отходить в сторону от танкера. Тактическое преимущество перешло к Канаи. Он мог больше не опасаться кораблей береговой охраны.
Но руки у него были по-прежнему связаны тремя вертолетами, контролировавшими небо над заливом. Танкер был уже совсем близко от цели, но Канаи отдавал себе отчет в том, что командующий антитеррористической операцией непременно вызовет военные истребители, прежде чем «Монгольский воин» окажется в относительной безопасности под защитой моста.
* * *
Доувер ощупал себя с ног до головы, чтобы выяснить, куда же он ранен. Он был весь в крови, струящейся из глубоких порезов на левом плече и голове. Адмирал дотронулся до уха и обнаружил, что оно болтается на куске кожи. Скорее от расстройства, чем от боли, он оторвал его и сунул в карман, уверенный в том, что позднее хирург сможет пришить ухо на место. Он с трудом поднялся и обошел разрушенный капитанский мостик. Повсюду лежали тела убитых и раненых.
«Все они были так молоды и заслуживали лучшей участи, — подумал он рассеянно. — В конце концов, это же не война, а собачья грызня между магнатами, защищающими собственные интересы. Бессмысленная и кровавая резня».
Оставшиеся в живых члены команды продолжали бороться с огнем сразу в нескольких местах. Адмирал почувствовал, что катер постепенно сбавляет скорость. В пробоины ниже ватерлинии непрерывно поступала вода, и корабль начал медленно погружаться.
Не в силах точно оценить масштаб повреждений, но понимая, насколько они серьезны, Доувер приказал единственному офицеру, еще державшемуся на ногах, направить катер к ближайшему берегу и посадить его на мель. Сражение кораблей береговой охраны с «Монгольским воином» закончилось позорным поражением.
Достав из кармана портативный передатчик, он попытался отдать последний приказ истребителям ВВС, барражирующим над морем в нескольких милях в стороне от поля боя. Еще одна ракета, выпущенная с борта танкера, заставила его инстинктивно наклонить голову, но она пронеслась над разбитым капитанским мостиком и упала в воду в сотне ярдов за кормой.
Адмирал поднял глаза к небу, где, по его понятиям, должны были находиться истребители, сменил частоту своего передатчика и произнес, стараясь говорить медленно и отчетливо:
— "Голубая птица", «голубая птица», говорит «красный пловец». Если вы меня слышите, немедленно атакуйте танкер. Повторяю, атакуйте танкер. Но ради бога, постарайтесь не поразить ракетами резервуары со сжиженным газом.
— Слышу вас, «красный пловец», — немедленно отозвался командир звена. — Мы сконцентрируем огонь на палубных надстройках на корме танкера.
— Попытайтесь также уничтожить машинное отделение, — приказал Доувер. — Заставьте его остановиться как можно скорее, только я вас заклинаю, держитесь подальше от этих чертовых резервуаров.
— Вас понял, «красный пловец».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64


А-П

П-Я